Философия о жизни, смерти и бессмертии.

Человек является единственным представителем живой природы на нашей планете, сознающим, что он смертен и от­ветственен за свою жизнь и жизнь других людей. В этом и за­ключается самоценность человеческого существования.

Хотя понятие «бессмертие» весьма многозначно, можно выделить три основных ценностных смысла этого слова. Пер­вый смысл - религиозный. Человек после смерти не исчезает, а продолжает свое бытие, но совсем в другой ипостаси - нечело­веческой (трансцендентальной). Такую позицию можно обна­ружить и в христианстве, и в исламе, и в большинстве других религий мира. Второй смысл - смешанный, философско-рели­гиозный. Бессмертие предстает как некое вечное безличностное превращение: бесконечное перевоплощение человеческого «Я» в разные живые существа. Это представление характерно для буддизма и некоторых античных философских течений - пифа­горейства, платонизма и других. Наконец, третий смысл - свет­

ский (обыденный). Бессмертие не может быть телесным, так как тело всегда смертно. Оно является результатом мыследея- тельности человека, его созидательного творчества, наконец, социальной памяти. Вот как оптимистично размышлял на эту тему русский философ Н.А.

Конечно, философия не может дать людям однозначного ответа на вопрос о смысле вечности бытия, но только она одна способствует личному критическому осмыслению ими своей жизни. Она помогает людям найти смысл в жизни настоящей и укрепить волю к жизни будущей. Философски точно поставил этот вопрос В. Шекспир (1564-1616):

«Быть или не быть, вот в чем вопрос.

Достойно ль

Смириться под ударами судьбы, Иль надо оказать сопротивленье И в смертной схватке с целым морем бед Покончить с ними? Умереть. Забыться» [14].

Шекспир сознательно не дает прямого ответа на постав­ленные вопросы. Кстати, его должен найти каждый живущий на Земле человек, ибо в нем и заключен смысл его жизни и смысл его смерти или бессмертия. Человеческая жизнь - это не миг (как поется в популярной песне), а постоянная ретроспек­тива и перспектива личного бытия. После смерти всегда остает­ся сотворенная культура или, говоря иначе, духовные и матери­альные ценности, которые создал человек при жизни.

Многие тысячелетия все мировые религии, в том числе христианство, и идеалистические философские учения толкуют человеку о возможности достижения им бессмертия, или «за­гробной жизни». Особенно тягостно то, что в России ныне уси­ливается ьера в миф о возрождении из мертвых. Акадеимк РАМН Д.С. Саркисов с возмущением писал: «Теперь же, когда на фоне гигантских успехов науки даже самые ярые церковни­ки, если они не абсолютные невежды и дураки, не могут не по­нимать, что после смерти человека от него не остается ничего,

кроме пепла или пищи для червей и муравьев, версии о возмож­ности воскрешения мертвых, по-видимому, продолжают не вы­зывать сомнений у миллионов людей... Страшно и удивитель­но, - продолжает он, - что это фантастическое мракобесие ох­ватило умы не только темных, необразованных и неграмотных масс народа, но в той или иной форме впиталось ядом в мозго­вую ткань и всех других слоев населения - ученых, деятелей искусств, зеленой молодежи, деятелей культуры и т.д.

Конечно, современной медицине известны случаи реани­мации после заключения о клинической смерти. Но в них речь идет о свидетельствах практических врачей. Медицинская нау­ка воздерживается от суждений по этому поводу. В ряде газет 60-х годов появилось сенсационное сообщение, вызвавшее множество самых разных толкований: «В марте 1960 года в од­ну из больниц Актюбинской области был доставлен человек: почерневшее тело в обледеневшей одежде, без головного убора и обуви. При простукивании по телу - глухой звук, как от удара по дереву. Температура поверхности тела ниже нуля градусов. Сердцебиение и дыхание не прослушивались. Поставлен диаг­ноз: общее замерзание, клиническая смерть. Пострадавшего по­местили в горячую ванну. Его начали возвращать к жизни с по­мощью комплекса реанимационных мероприятий. Через полча­са появились слабое дыхание и пульс. К вечеру того же дня больной пришел в сознание. Позднее стало известно, что В.И. Харин пролежал в снегу без валенок и головного убора 3-4 ча­са. Его сердце не билось 180 минут. Тем не менее «заморожен­ный» не только остался жить, но и сохранил трудоспособ­ность».

Правда, еще в начале XX века американец Алексис Кар- рел, известный тогда биолог рокфеллеровского центра в Нью- Йорке, доказывал всему миру скептиков и сомневающихся, что живое тело может быть бессмертным. В январе 1912 года этот признанный ученый поставил любопытный эксперимент. Он взял кусок сердечной мышцы от куриного эмбриона, обеспечил питание и удаление отходов. Опыт подолжался до 1947 года, то есть более 35 лет, в течение которых крошечный кусочек ткани оставался живым. После проведенных подсчетов оказалось, что

он «прожил» много куриных жизней, а это эквивалентно сот­ням лет жизни человеческой. Чудесный кусочек сердца эмбрио­на курицы назвали «тканью вечной молодости». Он удваивался в размерах каждые 48 часов! Наросшие слои экспериментатора­ми удалялись - с тем, чтобы ткань постоянно оставалась в пер­воначальных размерах, иначе сделались бы невозможными пи­тание и очищение клеток.

О смерти и бессмертии философы размышляют с древней­ших времен. Уже античные мыслители полагали, что рождение человека, раскол его по половому признаку, любовь и смерть неразрывно сцеплены. Так, Платон определял главное занятие мудреца как приготовление к своей смерти. Ясная и твердая ориентация его жизненной доктрины и жизненного чувства на смерть побуждает к правильному употреблению жизненных сил. Смерть является неизбежным завершением жизни организ­ма, который в результате подвергается действию только зако­нов неорганической природы. Каждая личность, живущая соз­нательной жизнью, не может так или иначе не осмысливать своего отношения к смерти и бессмертию. Как только люди на­чинают думать о смерти, они тут же утверждаются в некоем бессмертии. Подобно тому, как свет и тени заката солнца дела­ют предметы объемными, ощущение смерти заставляет индиви­да острее переживать всю прелесть и горечь, всю радость и сложность человеческого бытия. Когда смерть рядом, ярче крас­ки жизни, ее духовное богатство, ее чувственная прелесть, вели­чие всего пережитого. Отчетливее проступают в сознании истина и фальшь, добро и зло, красота и безобразие, да и сам смысл че­ловеческой жизни и деятельности предстает в ином свете.

Плоды человеческой деятельности есть лучшее продолже­ние жизни, тогда как надежды на индивидуальное бессмертие иллюзорны. Смерть - это часть человеческой (и не только) ре­альности. Любому образованному человеку она представляется естественным финалом его жизненного пути. «Я умру так же, как и все... но моя жизнь и смерть будут иметь смысл для меня и для всех», - писал Л.Н. Толстой (1828-1910) [17].

Несмотря на то, что смерть - одна из самых сложных про­блем общественного сознания, большинству современных лю­

дей свойственно сторониться всего, что с ней связано. Многие сознательно оберегают самих себя и своих детей от разговоров и раздумий на эту тему.

«Что б гордый дух наук ни говорил,

Однако же сказать необходимо:

Не верится, что разум от горилл,

Не верится, что смерть непобедима!».

Действительно, живой организм принципиально отличается от неживой материи постоянным самообновлением, а человече­ский - еще и уникальной способностью рационально адаптиро­ваться. «Человек прочнее скалы, я бы сравнил его с рекой, - пи­сал русский философ, ученый-биолог Купревич (1897-1969), - воды в ней меняются, а река остается все та же. Спрашивается: почему же этот вечно текущий процесс жизни должен иметь ко­нец»? [18]. Отчего на каком-то этапе самообновление организма начинает давать сбои, он стареет и умирает? На этот вопрос че­ловек разумный пока ответить не может. Наука тоже не в силах ничего противопоставить естественному процессу умирания. Что касается философии и религии, то они, правда, каждая сугубо по- своему, обращаются к смертному человеку только со словами нравоучения и утешения. Светский образ жизни и деятельности, как, собственно, и образ жизни верующих, есть прежде всего глубоко прочувствованный, осознанный, лично продуманный практический ответ человека самому факту конечности, времен­ности своего существования на этом свете. Как уникальное ра­зумное существо человек призван искать смысл своей земной жизни. Он может и должен лично осознать свое предназначение.

Классик немецкой философии Г. Гегель полагал, что смерть не есть только исчезновение.

преобразованном виде того, что в данной форме должно исчез­нуть. Умение постигнуть идею бесконечного развития для Г. Гегеля есть важнейшая характеристика развития человеческого самосознания. А вот для К. Маркса как философа несостоятель­ны сетования тех людей, которые не желают, чтобы после смерти плоды их земных деяний достались кому-то другому. По мнению мыслителя, продукты человеческой жизнедеятель­ности и есть лучшее продолжение биологической жизни, тогда как надежды на индивидуальное бессмертие иллюзорны. Убе­дительным примером являются жизнь и смерть Сократа. Как свидетельствует его ученик Платон, философ вполне мог бы из­бежать насильственной смерти в наказание за нравственные проповеди, противоречащие общепринятым в то время взгля­дам. Но он предпочел бессмертие. Здесь будут вполне уместны и пророческие слова А.С. Пушкина:

«Летят за днями дни, и каждый час уносит

Частичку бытия...».

«Нет, весь я не умру - душа в заветной лире

Мой прах переживет. ..»[19].

В религии и религиозной философии смерть человека представляется неким таинством, понимаемым как поглощение его временем Вечности, как воссоединение с Богом. Поэтому идея бессмертия нередко связывается с идеей воскрешения. Она весьма активно использовалась и в русской религиозной философии. Так, например, философ-космист Н.Ф. Федоров (1828-1903) даже сконструировал утопический религиозно-фи­лософский «проект» общества, в котором все люди должны объединиться с целью всеобщего воскрешения - «патрофика- ции» (воссоздания отцов), что и приведет, в конце концов, к полному торжеству божественной нравственности над физиче­ской необходимостью, пробудит во всех человеческих душах родственные чувства. В выдвижении русским мыслителем идеи воскрешения (а не просто личного бессмертия) присутствует нравственный поворот к утверждению долга живущих людей перед прошлыми поколениями. Философ упорно настаивает на необходимости тщательного изучения жизни предков, восста­новления их образов, (сначала лишь мысленного), причем в по­следовательности поколений, народов, групп, семей. Можно сказать, что Н.Ф. Федоров ставит задачу выявления наследст­

венного (генетического) кода человечества в качестве предва­рительного условия воскрешения. Но, конечно, главной целью является возвращение восстановленному человеку его уникаль­ного самосознания, без которого возможно получение лишь фи­зической копии.

Говоря о проблеме бессмертия, нельзя не вспомнить и о достижениях современной науки, активно разрабатывающей новейшие способы продления жизни. Научно-философское зна­чение клонирования животных чрезвычайно велико. Результа­ты этих экспериментов открыли науке захватывающие перспек­тивы для решения многих биологических проблем. Генная ин­женерия, безусловно, является прорывом в науках о жизни, осо­бенно если учесть стремление ученых использовать методоло­гию клонирования в целях выращивания или восстановления отдельных органов. Эта проблема в последние годы привлекла внимание не только специалистов, но и широкой общественно­сти. Идея клонирования имеет множество противников, однако нельзя не признать, что с ее появлением открылись новые пути, при определенных условиях ведущие к преображению самой природы человека. Речь идет о возможном создании долгожи­вущего поколения с использованием технологий замены орга­нов, об обретении автотрофности, овладении новыми способа­ми самосозидания, но главное - об искусном управлении при­родными потенциями человека.

БИБЛИОГРАФИЯ

1. О человеческом в человеке. - М.» 1991. С. 343.

2. Алексеев П.В., Панин А.В. Философия: Учебник. - М., 1988. С. 288.

3. Каган М.С. Философская теория ценности. - М.; С.-Пе­тербург. С. 15.

4. Коршунов А.М. Диалектика субъекта и объекта в позна­нии.-М., 1982. С. 107.

5. Каган М.С. Философская теория ценности. С.-Петер­бург, 1997. С. 52.

6. Новый мир. - 1990. - № 6. С. 222.

7. Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. Т. 2. С. 102.

8. Экология и здоровье человека. - Ставрополь, 1998. С. 198, 109.

9. Саркисов Д.С. Рекомбинации как механизм многообра­зия в явлениях природы. - М., 1999. С. 195-196.

10. Там же. С. 107.

11. Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. Т. 42. С. 133.

12. Платон. Сочинения. В 3 т. -М., 1971. Т. 1.

13. Бердяев Н.А. Самопознание. - M., С. 47.

14. Шекспир В. Гамлет. - M., 1964. С. 111.

15. Саркисов Д.С. Рекомбинации как механизм многообра­зия в явлениях природы. С. 320-321, 337.

16. Чудеса, рекорды, достижения. - М., 1993. С. 72.

17. Толстой Л.Н. Поли. собр. соч. Т. 23. С. 402.

18. Купревич В. Путь к вечной жизни // Огонек. - 1967. - №35.

19. Пушкин А.С. Собрание сочинений в 10 томах. Т. 2. - М., 1974. С. 385.

«Самый главный предмет в мире - человек, ибо он для себя самая последняя цель».

Кант

«Мы являемся первой эпохой, в которой человек полностью и без остатка проблематичен».

Шелер