<<
>>

СКАНДИНАВСКИЕ СТРАНЫ

Ha окраинах Западной Европы в XIV-XV вв. происходили политические события, напоминающие отчасти ситуацию во Франции и Англии, и особенно в Испании. Там создаются временные объединения, основанные на личных и династических униях, но в итоге получают перевес административные образования, являющиеся прообразом национальных государств.

Формирование скандинавских государств происходит в постоянной борьбе с ганзейскими городами и немецким влиянием, особенно сильно заметным в центрах скандинавской торговли и ремесла. B политической жизни принимают участие не только местная знать и духовенство, но и свободные крестьяне, в Швеции избиравшие своих представителей в нерегулярно созывавшийся парламент - риксдаг.

B 1363 г. в Швеции поднялось восстание знати против последнего представителя династии Фолькунгов Магнуса IV Эрикссона, на заключительном этапе поддержанное датским королем Вальдемаром Аттердагом (1340-1375). Магнус бежал в Норвегию, где правил его сын, а на шведский трон был посажен муж его сестры Альбрехт Мекленбургский. B качестве шведского короля с опорой на пронемецкую партию ему пришлось вести длительную борьбу со сторонниками Магнуса и его наследников в Норвегии: сына Хокона и жены последнего Маргариты, дочери Вальдемара Датского. B 1376 г. сын Хокона и Маргариты Олаф унаследовал датский трон, а в 1380- норвежский. B 1389 г. совет шведской знати (риксрод), напуганной, в частности, намерением Альбрехта отнять ранее пожалованные коронные земли, призвал на его место Маргариту. Альбрехт был разбит и попал в плен, в конце концов он уступил права на престол, и Маргарита стала фактической правительницей трех скандинавских стран (Олаф умер в 1387 r.).

B 1397 г. была заключена Кальмарская уния, провозгласившая вечный союз Дании, Норвегии и Швеции под эгидой избираемого ими короля. Формальным правителем стал внук сестры Маргариты Эрик Померанский, который приобрел самостоятельность только после ее смерти в 1412 г.

Эрик вел длительные войны с графами Гольштейна за отвоевание ранее принадлежавшего Дании Шлезвига и с ганзейскими городами за пролив Зунд. C 1428 г. датчане смогли взимать пошлины за пересечение пролива. B 1434 г. вследствие ганзейской торговой блокады началось восстание крестьян и рудокопов в горнорудной шведской области Даларна. Хотя предводитель восставших Энгельбрект Энгельбректссон был убит, рискрод сместил короля Эрика и назначил регентом страны Карла Кнутссона. C этого момента начинается фактический распад унии, так как Эрик, уже не будучи шведским королем, сохранил за собой еще на некоторое время престолы Дании и Норвегии. Карл Кнутссон позднее был избран королем Швеции и в течение года занимал престол Норвегии, но постоянно сталкивался с претензиями датских королей из новой династии Ольденбургов и дважды отправлялся в изгнание. Соперничество, продолжившееся при преемнике Карла, его племяннике Стене Стуре Старшем (регент в 1470-1503 гг.) привело к окончательному разрыву унии между Швецией и Данией в 1523 г. (Норвегия вошла в состав последней).

B чем-то скандинавские политические традиции напоминали ситуацию в центральной и юго-восточной части Европы, где традиции избрания королей также способствовали соперничеству западных и местных династий. Ha польском престоле Анжуйская династия сменяется породнившейся с ней Ягеллонской. B 1385 г. заключается династическая Кревская уния благодаря женитьбе великого князя Литовского Ягайло на дочери польского (и венгерского) короля Людовика I Ядвиге. B Венгрии наследницей Людовика стала его старшая дочь Мария, вышедшая за Сигизмунда из династии Люксембур- гов, будущего императора, брата чешского короля Вацлава IV. Люксембур- гов на чешском, венгерском и немецком престоле сменили Габсбурги в лице Альбрехта и его сына Ладислава Постума.

Впрочем, борьба династических интересов, часто связанных с объединением корон, переплетается в этой части Европы с этноконфессиональны- ми конфликтами, надвигающимися с Запада (битва при Грюнвальде 1410 г.

с Тевтонским орденом, гуситские войны) и с Востока (поражение крестоносцев при Никополе в 1396 r., при Варне в 1444 r.).

Единство христианской Европы в XIV-XV вв. был представлено не в последнюю очередь родственными и матримониальными связями правящих в ней династий, что облегчало заключение уний. Причем, хотя отношение к православным «схизматикам» со временем становилось все более враждебным, родство с константинопольскими императорами считалось на Западе почетным. C другой стороны, замкнутость правящей верхушки оборачивалась ее болезненностью и постепенным вырождением, а также междоусобными войнами, которые вели друг с другом отдельные ветви династий, основанные теми или иными сыновьями одного родоначальника. Как правило, воевали братья и дядья с племянниками. Законность происхождения имела значение, но не всегда была решающей: внебрачных детей можно было усыновить, а рожденных в браке объявить незаконными.

Сегодняшнее представление о странах как месте проживания отдельных народов, имеющих политический суверенитет, только формировалось и заслонялось представлением о земле как семейном уделе, объекте владения и управления членами знатного рода, который подлежал особым правилам отчуждения. Государство могло быть и совокупностью таких уделов, управляемых выборным правителем, они могли и дробиться, и передаваться во владение вассалам, или по договору и завещанию, а также выступать предметом купли-продажи. Нередки были случаи заклада целых провинций, приводившие к большим войнам, как в случае Шлезвига, заложенного датскими королями немецким князьям, или части Эльзаса, в 1469 г. заложенной Карлу Смелому Сигизмундом Тирольским. Иными словами, владения привязывались к государю как его собственность, которой он мог распоряжаться свободнее, чем может показаться с сегодняшней точки зрения.

Более радикальные сдвиги произошли в этот период в духовной сфере: если Крестовые походы оправдывались необходимостью вернуть христианам Святую Землю, то с началом Нового времени подобные сакральные мотивы постепенно отходят на второй план, сменяясь более земными и прагматичными.

Вместе с тем Возрождение наметило поворот к положительному восприятию нового и критическому отношению к себе и своей культуре, что привело к технологической и культурной (наряду с экономической и военно-политической) экспансии Европы. Именно с конца XV в., эпохи Великих открытий, начинается в полном смысле слова всемирная история.

K XV в. в Эфиопии практически уже закончилась внутренняя борьба за власть, приведшая еще в XIII в. (1270 г.) к смене династий, а по эфиопской традиции, к «восстановлению» древней «Соломоновой» династии, правившей еще в Аксуме.

Представления об Эфиопии в средневековой Европе

Co времен Крестовых походов по Европе ходили слухи о таинственном христианском царстве на Востоке, порождавшие надежды на обретение нового союзника в борьбе против «сарацин». Рассказывали об Иоанне, царе-священни- ке, живущем где-то между Персией и Арменией либо в Индии. По европейским дворам даже ходило письмо то ли византийскому императору, то ли римскому папе якобы от самого Иоанна.

Говорили, что земля его богата и обильна, полна молока и меда, там растет перец, реки несут золото и драгоценные камни. Есть и чудеса, которых не знают другие земли - здесь находится источник вечной юности. B огне живут сказочные саламандры, которые, как шелковичные черви шелковый кокон, создают вокруг себя оболочку из хризолита. Обитатели этой чудесной страны многочисленны и добродетельны, не знают, что такое ложь и прелюбодеяние, не ведают ни о каких пороках и преступлениях.

Возможно, толчком к созданию такой легенды послужило известие о создании государства кара-киданей (середина XII в.), среди которых было много несториан. Однако к рубежу XIII-XIV вв. стало ясно, что в Азии такого царства не существует. Ho расстаться с этой легендой было сложно. Тогда к ней примешались сведения о таинственных черных христианах, с которыми европейцы сталкивались в Иерусалиме. Ведь там еще в VI в. возник монастырь эфиопской монофиситской церкви. Эти знания и соединились со старой легендой о царстве Пресвитера Иоанна, которое теперь стали искать в Африке.

Африканской Индией называли Эфиопию монахи-доминиканцы середины XIII в., дававшие описание пути в эту страну вверх по Нилу. B этом столетии папы римские не раз писали правителям Эфиопии. Ho нет никаких сведений о судьбе их посланцев. Достоверно известно лишь о пребывании в Эфиопии около 1315 г. доминиканского монаха Гийома Адана.

B XV в. начинаются активные плавания португальских моряков. Идея о поисках полумифического, но казавшегося таким реальным христианского царства в далеких неведомых землях была все еще жива. Итальянец на португальской службе Антонботто Узодиморе, поднявшись вверх по течению реки Гамбия, писал: «Однако будьте уверены, что отсюда действительно меньше 300 лиг (около 1800 км) до царства священника Иоанна - если не его резиденции, то хотя бы до границ его страны». Данные, полученные португальцами во время плаваний первой половины XV в., король Афонсу V распорядился передать некоему Фра Мауро, монаху с острова Мурано, венецианскому картографу. B 1459 г. им была создана карта, где указано на месте современной Эфиопии «королевство Хабе- шей (абиссинцев) и Пресвитера Иоанна Индийского».

Помощь, оказанная духовенством основателю новой династии Йекуно- Амлаку во время борьбы за власть, была далеко не бескорыстной. Вдохно-

вителем переворота считается один из церковных деятелей Тэкле Хэйманот. C этого времени церковь обладала третью всех земель. Были созданы два церковных поста, вошедших в структуру административного аппарата, обладатели которых получали не меньшую, а то и большую политическую силу, чем светские чиновники. Они стали вторым и третьим лицами в государстве после императора.

Центр государства сместился к югу. Ведущую роль с этого времени стал играть народ амхара - амхарский язык и сейчас является государственным языком Эфиопии. Борьба за главенство между церковной и светской властью стала главным содержанием истории последуюших двух веков. Усиление роли духовенства сказалось на установлении регулярных связей с христианским Востоком: императоры и жители Эфиопии совершали паломничества в Иерусалим, в страну приезжали христиане не только из Александрии и Византии, но и из Сирии и Армении.

Эфиопию часто называют христианской страной. Зара-Якоб (правил в 1434-1468 гг.) писал в «Книге света»: «Наша страна окружена язычниками и мусульманами и с востока, и с запада». Однако уже в VII в. здесь появились первые мусульмане, со временем ислам приняли местные жители на берегах Красного моря и на востоке страны. Один из правителей средневековой Эфиопии Амда Цыйон (1312-1342) утверждал: «...я царь над всеми мусульманами земли эфиопской».

C другой стороны, сохранялось еще немало областей с языческим населением (главным образом на юге и юго-западе). Нередко монахи, проводившие проповеди во вновь завоеванных землях, оказывались в засадах, избивались или изгонялись местным населением. Да и в среде христиан сохранялись и вера в духов, и жертвоприношения, и иные традиции, которые определялись в хрониках формулой «по обычаям (либо вере) отцов своих». Христианизация была необходимым спутником и опорой территориальных завоеваний. И в периоды затишья, отсутствия прямых столкновений с мусульманскими владетелями на востоке страны негусы совершали походы на языческий юг, массами крестя местных жителей, строя на их землях монастыри. Ho при этом они часто были вынуждены оставлять в качестве «наместников» традиционных правителей. Нередки были случаи возвращения к язычеству и отпадения от центра.

Для упрочения государства в этих условиях необходима была реорганизация власти. Процесс этот начал еще Амда Цыйон в XIV в. и практически завершил Зара-Якоб, самый значительный правитель XV столетия. Co времен Амда Цыйона все возможные наследники-соперники (братья и сыновья правителя) ссылались под своеобразный домашний арест на гору Гэшен. He избежал этой участи, по-видимому, и Зара-Якоб. Ho династическая смута возвела его в 1434 г. на престол. Оценивая его последующую деятельность, эфиопский историк Тадессе Тамрат называл его «Даром Божьим» для Эфиопии.

Это был, безусловно, неординарный человек. Здесь, как и всюду на Востоке, в наследниках воспитывали прежде всего воинов, учили стрельбе из лука, верховой езде, владению мечом, навыкам охоты, тактике боя и т.п. Грамотность не входила в число необходимых добродетелей. Зара-Якоб, проведший юность в изгнании и заточении, был весьма начитанным и, как выразил-

Храм св. Георгия в Лалибэле. XII-XIII вв. Эфиопия

ся исследователь С.Б. Чернецов, «явился первым теоретиком на престоле». Он стремился преодолеть раздробленность страны, создавая централизованную властную структуру в лице монарха, опирающегося на высшее духовенство. B это время строились монастыри и храмы (многие из которых сохранились до наших дней), правитель дарил церкви земли. Он стал первым негусом, коронованным по христианскому обряду.

Ho в эти же годы Зара-Якоб столкнулся с расколом внутри церкви, получившим название «евстафианства» по имени Евстафия (1273-1352), заложившего его основы. Первоначальным требованием «евстафианцев» было возвращение к апостольским постановлениям (в частности, празднования субботы), но одновременно, а возможно, и более важными - требования «нестяжательства», аскетизма, отказа от богатства церковников и правителей. Co временем течение начали рассматривать как антигосударственное и опасное. B 1400 г. его последователи были отлучены от церкви. Ho именно это отлучение способствовало тому, что светская власть сделала «евстафи- анство» своим союзником в борьбе против засилья официальной церкви, связанной с Александрией, откуда вплоть до середины XX в. присылался ее глава «абуна». Занимаясь благотворительностью, ведя храмовое строительство, раздавая монастырям земли на условиях признания вассалитета Зара-Якоб сумел добиться объединения церкви (несмотря на появлявшиеся время от времени секты типа «стефанитов») под своим политическим руководством.

Зара-Якоб реформировал и армию. Его опорой стали привилегированные полки, подчинявшиеся непосредственно ему, получавшие земли во владение и освобождавшиеся от выплат местным властям.

Сформировалась разветвленная налоговая система. Помимо государственного налога взимались церковная десятина, таможенные сборы, процент с торговли и местные натуральные налоги. Стабилизация положения позволяла вести торговлю с внешним миром - Суданом и Египтом на севере и западе, с Арабским халифатом, а затем с Османской империей - на востоке и (хотя, возможно, в меньших масштабах, чем в древности) с Индией. B стране появилось много иностранцев (греков, индийцев, армян), как торговцев и ремесленников, так и духовных лиц. По выражению Бартницкого и Мантель- Нечко, Зара-Якоб, умирая в 1468 r., оставил «Эфиопию объединенной и организованной, правда, только внешне примирившейся с абсолютной властью монарха». Среди недовольных оказались и его дети. Еще при жизни он раздал им провинции, а они вступили в заговор, в котором оказались замешаны и высшие придворные круги, и верховное духовенство. Заговор был жестоко подавлен, но после смерти Зара-Якоба страна оказалась ослабленной.

Именно во времена Зара-Якоба оформилась административная система. Существовала строгая иерархия от негуса к правителям провинций и до самых мелких административных делений. Их главы были одновременно и государственными чиновниками, и правителями в своих владениях. Вновь завоеванные земли раздавались военачальникам на условиях службы. Сложились различные формы землевладения, основными из которых были «гульт» и «рыст». Первый представлял собой наследственное владение с крестьянами при условии признания вассалитета и выполнения необходимых повинностей; второй - надел для обработки самим владельцем, передававшийся по наследству. Складывался и «королевский домен», крупным землевладельцем стала церковь. Вассалы оставляли себе часть налогов, обладали политической и военной, судебной и фискальной властью в своих владениях. Нередко их сила составляла угрозу центральной власти. Поэтому каждые несколько лет негус переводил их из одной области в другую. Эта система называлась «шум шыр» («разжалован - пожалован»), вошла в привычку и рассматривалась как неизбежная.

Сохранялась крестьянская община «адди». Хотя именно она имела право собственности на землю, и проводились периодические переделы, участки уже могли выделяться и чужакам, происходило постепенное закрепление земель за отдельными семьями. Крестьяне отрабатывали на землях хозяина обычно один день из четырех, но помимо этого обязаны были переносить грузы, строить дороги и т.п. Особенно тяжелой повинностью (сохранившейся до XX в.) была «дерго» - обязанность полностью содержать за свой счет чиновников и войска, проходившие через их земли.

Помимо крестьян в хозяйствах крупных землевладельцев работали и рабы. Работорговля являлась одной из важных статей дохода. Недаром чернокожие рабы во многих странах Востока назывались общим термином «хабаш» от средневекового названия Эфиопии - Абиссиния. Внутри страны основной формой рабства было домашнее, прежде всего ремесленное производство для нужд поместья (прядение, ткачество, кузнечные работы, приготовление пищи и Τ.Π.). Начали складываться переходные формы от pa- бовладения к крепостничеству: рабы наделялись землей, скотом и сельскохозяйственными орудиями с обязательством выплачивать часть урожая. Жизнь раба была защищена законодательством: его убийство владельцем приравнивалось к убийству свободного; раб имел право жалобы на господина.

Восточная торговля сосредотачивалась в руках купцов-мусульман. Еще в IX-XIV вв. оформился целый ряд султанатов (Ифат, Адаль и другие). K XV в. они настолько окрепли, что стали серьезной угрозой для центральной власти. Султаны боролись между собой за контроль над торговлей и захват новых территорий. B результате происходило их укрепление, и постепенно на передний план выдвинулся Ифат. Важным условием его возвышения было удобное географическое положение на границе предгорий и пустынных равнин, где проходила перегрузка товаров с верблюдов на ослов.

Упадок красноморской торговли Эфиопии - ведь к этому времени северную часть моря контролировали турки, с юга же продвигались португальцы- привел к падению влияния местных мусульманских торговцев и их защитников султанов. Следствием же стало обнищание как низших слоев населения султанатов, так и кочевых племен, лишавшихся заработка от охраны караванов и доходов от нападений на них. Участились набеги на христианские области и выросло влияние эмиров - представителей военной знати. Современник этих событий Шихаб эд-Дин писал: «по обычаю страны... каждый эмир имел власть предпринимать или останавливать действия, совершать набеги и вести священную войну. Большинство воинов было под их рукой, а султан лишь имел свою долю налогов».

Столкновение христианского центра и мусульманской периферии было неизбежным. Первые серьезные конфликты пришлись еще на царствование Амда Цыйона, внука Йекуно-Амлака, который вел активные завоевательные походы. Внешне это выглядело как религиозная борьба, на деле преследовало цель не уничтожения или обращения противника в свою веру, а контроля над торговлей и торговыми путями. Об этом говорит и легкость неоднократного перехода простого люда из одной веры в другую. Среди подданных негусов насчитывалось немало мусульман. Так, Зара-Якоб писал египетскому султану Джакмалу, осуждая того за разрушение коптского монастыря в Каире, что сам он, имея много мусульманских подданных, весьма добр, позволяет им одеваться, как они хотят, жить, как хотят.

Тем не менее борьба продолжалась с переменным успехом. Соперники обменивались угрозами и нередко приводили их в исполнение. Правитель Эфиопии так писал предводителю мусульман: «Разве ты не знаешь, ... что я заключил в тюрьму и сделал слугой твоего брата Хакк-ад-Дина? И с тобой я так же поступлю, низложу тебя с престола твоего и погублю тебя - если ты убил 10 христиан, я убью у тебя тысячу. Если ты убил сто, я убью у тебя десять тысяч». A в ответ он получил такое послание: «Я не приду к тебе, ибо у меня войска больше, чем у тебя. И оно сражается мечами, ножами, стрелами. Если хочешь, приходи ко мне... а если нет, я приду и буду воевать с тобой».

Многих лет потребовало замирение фалаша. Этот небольшой народ, живший к северу от озера Тана, исповедовавший иудаизм доталмудического толка и ныне почти полностью переселившийся в Израиль (где его называют «эфиопские или черные евреи»), долго и упорно сопротивлялся завоеваниям.

Гипотезы о происхождении фалаша

Происхождение фалаша до сих пор остается загадкой. Существует множество версий. Одни считали их потомками беженцев из Иерусалима, которые после разрушения Храма переселились в Египет, где основали Элефантину, а впоследствии поднялись вверх по Нилу, спасаясь от преследований фараонов. Другие полагали, что они потомки евреев-рабов, отказавшихся уходить из египетского плена с Моисеем.

Есть и другие версии. Фалаша - якобы потомки «потерянного племени Дан»; они - местные жители, обращенные йеменскими иудаистами, бежавшими через Красное море, возможно, во время аксумо-хымьяритских войн VI в.; они - прямые потомки Моисея, женившегося на местной женщине, когда он был послан фараоном на завоевание Верхнего Египта.

Наконец, некоторые ученые считают, что народ фалаша сформировался как этноконфессиональная группа в Средние века в центральной Эфиопии. Сами фалаша в своих устных преданиях уверяют, что их предки вышли из Иерусалима в составе свиты Менелика I, сына библейского царя Соломона и царицы Савской.

Более или менее достоверная информация о фалаша относится только ко времени с XIV в., когда упоминания или достаточно подробные сведения об этом народе появляются в эфиопских хрониках и «Житиях» правителей Эфиопии.

Политический центр эфиопского государства к тому времени переместился в центральную область Шоа. Отсюда и начались активные завоевательные походы и не менее активная христианизация соседних народов. Фалаша же обосновались в горном массиве Сымен, хотя и не очень благодатном, изрезанном ущельями, но зато труднодоступном. Многие вершины были ими названы в память библейских гор - Синайская, Фаворская и другие.

Хроника так описывает эти места; «Не забудем же написать историю о том, сколь дурна земля Сымен. Bce дороги ее неровны, непрямы, там множество пропастей, и не могут пройти там ни кони, ни мулы, ни ослы иначе как один за другим, да и то с трудом. Другое зло - холод сильный, что пронизывает до костей так, что не может тут жить чужестранец из-за великого холода, а лишь местные жители, которые к нему привычны. Третье же зло, что в этой стране падает сверху снег в то время, когда внизу стоит жара». Понадобилось не одно столетие, чтобы покончить с существованием в этих горах независимых владений.

Первые победы были связаны с именем эфиопского негуса Йешака (1414-1429), который сумел захватить многие области, населенные фалаша, крестил местное население, а тех, что отказывались, лишал права на землю. Главными занятиями фалаша стали ремесла: кузнечное и ювелирное дело, ткачество, гончарство и строительство. C этого времени возникла и своеобразная замкнутая этносоциальная организация.

Особенно ожесточенные столкновения фалаша и войск негуса происходили в царствования Амда Цыйона (1312-1342), Исаака (1414-1429) и За- ра-Якоба (1434-1468). Первый разбил «иудейских князей» в областях Ma- рабо, Варабо и Дамбии и построил там церкви. При втором «наместники Цаламтьа и Сымена оставили христианство, приняли иудейство, истребили многих амхарцев, разбили царское войско и сожгли все церкви». Общая опасность перед лицом мусульман временно сплотила все население страны независимо от конфессии. Однако традиционная вражда возобновилась при Зара-Якобе. Хроники времен его правления пестрят сообщениями о ранее крещеных, вернувшихся к иудаизму и жестоко наказанных за это, о вооруженных выступлениях фалаша против амхарских воинов и наместников.

<< | >>
Источник: П.Ю. Уваров. Всемирная история : B 6 т. / гл. ред. A.O. Чубарьян; Ин-т всеобщ, истории РАН. - M. : Наука. - 2011 - T. 2: Средневековые цивилизации Запада и Востока / отв. ред. П.Ю. Уваров. -2012. - 894 с.. 2012

Еще по теме СКАНДИНАВСКИЕ СТРАНЫ:

  1. Очерк 7. Варяги на Руси X- первой половины XI в.: к вопросу о месте и роли скандинавских элементов в военно-политической системе формирующегося Древнерусского государства
  2. 1. Место скандинавского права на правовой карте мира
  3. 2. Историческое развитие правовых систем Скандинавских стран
  4. 3. Унификация и гармонизация законодательства Скандинавских стран
  5. 4. Особенности правовых систем Скандинавских стран
  6. 5. Источники скандинавского права
  7. Параграф первый. Скандинавские руны права
  8. Параграф второй. Особенности развития скандинавского права от эпохи Кальмарской унии до ХХ в.
  9. Параграф третий. Развитие скандинавского права на новом этапе региональной интеграции
  10. Правовое сотрудничество скандинавских государств
  11. Место скандинавского права на правовой карте мира
  12. Унификация права стран Латинской Америки
  13. § 3. Горы, горные страны и нагорья
  14. Лекция 6. ДРЕВНЕСКАНДИНАВСКИЕ ПЛЕМЕНА И ИХ КУЛЬТУРА. ЭПОХА ВИКИНГОВ.
  15. СКАНДИНАВСКИЕ СТРАНЫ
- Археология - Великая Отечественная Война (1941 - 1945 гг.) - Всемирная история - Вторая мировая война - Древняя Русь - Историография и источниковедение России - Историография и источниковедение стран Европы и Америки - Историография и источниковедение Украины - Историография, источниковедение - История Австралии и Океании - История аланов - История варварских народов - История Византии - История Грузии - История Древнего Востока - История Древнего Рима - История Древней Греции - История Казахстана - История Крыма - История мировых цивилизаций - История науки и техники - История Новейшего времени - История Нового времени - История первобытного общества - История Р. Беларусь - История России - История рыцарства - История средних веков - История стран Азии и Африки - История стран Европы и Америки - Історія України - Методы исторического исследования - Музееведение - Новейшая история России - ОГЭ - Первая мировая война - Ранний железный век - Ранняя история индоевропейцев - Советская Украина - Украина в XVI - XVIII вв - Украина в составе Российской и Австрийской империй - Україна в середні століття (VII-XV ст.) - Энеолит и бронзовый век - Этнография и этнология -