<<
>>

198. Кроме движения, фигур или расположения и размеров частиц, в телах нет ничего, что могло бы возбудить в нас какое-либо чувство

  Далее, мы не можем заметить никакого различия между нервами, из которого можно было бы заключить, что одни из них передают мозгу что-либо иное, чем остальные, хотя и вызывают в душе другие чувства, или что кроме различ&ных видов движения нервов они передают что-нибудь еще.
Опыт подчас весьма ясно показывает нам, что движения вызывают в нас не только ощущения щекотки или боли, но и ощущения света и звуков. Так, если нанести сильный удар в глаз, в результате чего приходит в колебание зри&тельный нерв, то нам кажется, что брызнуло множество огненных искр, которых, однако, вне глаза не существует, и если заткнуть пальцем ухо, то слышишь гудение, при&чину которого можно приписать только сотрясению замк&нутого в ухе воздуха. Наконец, мы часто замечаем, что теп&лота, твердость, тяжесть или иные чувственные качества, поскольку они имеются в телах, которые мы называем теп&лыми, твердыми, тяжелыми и т. п., а также и чисто мате&риальные формы вещей, например форма пламени и т. п., возникают из движения других тел и подобным же образом вызывают впоследствии иные движения в других телах. Мы отлично понимаем, каким образом движение одного тела может быть вызвано движением другого и как в него вносится разнообразие в силу размеров, фигур и распо&ложения его частей, но мы никак не можем понять, как из них (именно из величины, фигуры и движения) может возникнуть нечто иное, совершенно отличное от их при&роды, каковы субстанциальные формы и реальные ка&чества, которые большинство философов предполагают в вещах; непонятно и то, как эти качества или формы, су&ществующие в вещах, могут иметь силу вызвать движе&ние в других телах. Если нам известно, что природа нашей души такова, что различных движений некоторых тел до&статочно, чтобы вызвать в ней все имеющиеся у нее ощу&щения, и если мы видим из опыта, что они действительно вызывают в ней различные ощущения, но не усматриваем ничего, кроме того, что такого рода движения переходят от органов внешних чувств к мозгу,— если это так, то мы вправе заключить, что все именуемое нами во внешних предметах светом, цветом, запахом, вкусом, звуком, хо&лодом, теплом и прочими осязательными качествами или даже субстанциальными формами есть не что иное, как раз- личные фигуры, расположения, величины и движения их частей, вызывающие в наших нервах самые разнообраз&ные движения, необходимые для возбуждения в нашей душе всевозможных ощущений.

199.

Нет ни одного явления природы, не вошедшего в то, что было объяснено в настоящем трактате

Итак, я путем простого перечисления могу доказать, что в настоящем трактате не оставил без объяснения ни одного из явлений природы. Только воспринятое посред&ством чувств должно рассматриваться как явление при&роды. Исключая движение, величину, фигуру или располо&жение частей каждого тела, свойства которых я изложил как можно точнее, мы посредством наших чувств не вос&принимаем ничего находящегося вне нас, кроме света, цветов, запахов, вкусов, звуков и осязаемых качеств; по поводу всех них я только что доказал, что мы не видим также, чтобы вне нашего мышления они были чем-либо, кроме движения, величины или фигуры некоторых тел. Тем самым я доказал, что нет ничего в видимом мире, поскольку он доступен осязанию и зрению, кроме описан&ных мною вещей.

200. Настоящий трактат не содержит также никаких начал, какие не были бы всеми и всегда

признаваемыми, вследствие чего изложенная в нем философия не нова, а является древнейшей и наиболее распространенной из всех возможных

Я хотел бы также, чтобы отметили, что, хотя я и пы&тался здесь осветить все материальные вещи, я не вос&пользовался ни одним началом, которое не было бы при&нято и одобрено Аристотелем и всеми другими философами всех времен; поэтому моя философия вовсе не нова — она самая древняя и общераспространенная. Ибо я не рас&сматривал ничего, кроме фигуры, движения и величины всякого тела, и не исследовал ничего, что не должно было бы, согласно законам механики, достоверность которых доказана бесчисленными опытами, вытекать из столкно&вения тел, имеющих различную величину, фигуру или дви&жение. Ведь никто никогда не сомневался в том, что в мире существуют тела, что они имеют разнообразные ве&личины и фигуры и движутся различным образом, что при столкновении тела иногда дробятся, изменяют свою фигуру и размеры. Истинность этого изо дня в день подтверж&дается не одним каким-либо чувством, а несколькими: осязанием, зрением, слухом; наше воображение имеет об этом вполне отчетливые идеи, и наш разум постигает это вполне ясно. Этого нельзя сказать ни о какой другой вещи, воздействующей на наши чувства, например о цвете, запахах, звуках и прочем, так как каждая из этих вещей воздействует только на одно из наших чувств и запечатле&вается в нашем воображении в виде одной весьма смутной идеи, почему наше мышление и не может постичь ее сущность.

 

<< | >>
Источник: Декарт Р.. Сочинения в 2 т.: Пер. с лат. и франц. Т. 1/Сост., ред., вступ, ст. В. В. Соколова.— М.: Мысль,1989.— 654 c.. 1989

Еще по теме 198. Кроме движения, фигур или расположения и размеров частиц, в телах нет ничего, что могло бы возбудить в нас какое-либо чувство:

  1. Теорема 37. В природе нет ничего, что было бы противно этой познавательной любви, иными словами, что могло бы ее уничтожить.
  2. 3. Д. Локк: нет ничего в разуме, чего не было бы в чувствах
  3. Теорема 36. Нет ничего, из природы чего не вытекало бы какого-либо действия.
  4. Теорема 18 Если тело, например А, движется к покоящемуся телу В, а В, несмотря на толчок А, не теряет своего покоя, то и В не потеряет ничего из своего движения, но удержит вполне то же количество движения, какое оно имело раньше.
  5. 203. Как узнать, каковы фигуры, размеры и движения тел, не поддающихся чувственному восприятию
  6. Теорема 31. Если мы воображаем, что кто-либо любит, желает или ненавидит что-либо такое, что мы сами любим, желаем или ненавидим, то тем постояннее мы будем это любить и т.д. Если же воображаем, что он отвращается от того, что мы любим, или наоборот, то будем испытывать душевное колебание.
  7. Теорема 27. Мы ни про что не знаем с достоверностью, что оно хорошо или дурно, кроме как про то, что действительно приводит к познанию или что может препятствовать ему.
  8. И в этом нет ничего страшного или незаконного.
  9. 23. О восприятиях, которые мы относим к внешним предметам Восприятия, относимые к вещам, находящимся вне нас, например к объектам наших чувств, вызваны, по крайней мере когда мы судим правильно, предметами, возбуждающими некоторые движения в органах внешних чувств
  10. Теорема 16. Вследствие одного того, что мы воображаем, что какая-либо вещь имеет что-либо сходное с таким объектом, который обыкновенно причиняет нашей душе удовольствие или неудовольствие, мы будем любить или ненавидеть эту вещь, хотя бы то, в чем она сходна с тем объектом, и не было производящей причиной этих аффектов.
  11. 201. Совершенно несомненно, что тела, ощущаемые посредством чувств, состоят из частиц, недоступных чувственному восприятию
  12. Лемма 7. Кроме всего этого, индивидуум, образованный таким образом, будет ли он в своем целом двигаться или оставаться в покое, будет ли его движение совершаться по тому или другому направлению, во всяком случае сохраняет свою природу, лишь бы только всякая часть его сохраняла свое движение и сообщала его другим частям точно так же, как и прежде.
  13. Теорема 49. В душе не имеет места никакое волевое явление, иными словами — никакое утверждение или отрицание, кроме того, какое заключает в себе идея, поскольку она есть идея.
  14. 164. Придают ли какое-либо практическое значение суды факту передачи имущества во владение и пользование или только во владение?