<<
>>

  2. ЭМПЕДОКЛ

  Эмпедокл (по словам Гиппобота) был сын Метона и внук Эмпедокла из Акраганта. Это подтверждает и Тимей (в XV книге «Истории»), добавляя, что Эмпедокл, дед поэта, был человеком знаменитым; с ним согласен в этом и Гермипп.
Гераклид (в книге «О болезнях») сходным образом сообщает, что поэт был из блестящего рода, ибо дед его разводил скаковых коней; и Эратосфен в «Олимпийских победителях», ссылаясь на Аристотеля, подтверждает, что Метонов отец одержал победу в 71-ю олимпиаду 46. Грамматик Аполлодор в «Хронологии» пишет, будто

Метонов сын, по Главкову свидетельству, В недавно лишь основанные Фурии Переселился...

И далее:

Кто утверждает, будто он в изгнании Явился к сиракузянам, с которыми Шел на афинян 47,— тот ведь ошибается:

Его тогда или в живых уж не было,

Иль был он дряхлым старцем, что сомнительно,—

сомнительно, ибо Аристотель и Гераклид утверждают, что он умер в шестьдесят лет. Стало быть, победивший на 71-й олимпиаде был

Ему ристатель дедом-соименником.

Так что заодно Аполлодор указывает и время этого случая.

Впрочем, Сатир в «Жизнеописаниях» утверждает, что Эмпедокл был сын Эксенета, сам родил сына Эксене- та и в одну и ту же олимпиаду сам одержал победу в скачках, а сын его — в борьбе (или в беге, как пишет Гераклид в «Обзоре»); а в «Записках» Фаворина я прочел, будто для священных послов Эмпедокл принес в жертву быка из меда и ячменной муки 48 и будто у него был брат Калликратид. Наконец, Телавг, сын Пифагора, в письме к Филолаю говорит, что Эмпедокл был сын Архинома.

Что был он из Акраганта в Сицилии, о том он сам говорит в зачине «Очищений»:

Други! О вы, что на склонах златого холма Акраганта

Град обитаете верхний... 49

О его происхождении сказанного достаточно.

О том, что он был слушателем Пифагора, говорит Тимей в IX книге, добавляя, что при этом он был, подобно Платону, уличен в присвоении учения и отстранен от занятий.

Он и сам упоминает Пифагора в таких словах:

Жил среди них некий муж, умудренный безмерным

познаньем,

Подлинно мыслей высоких владевший сокровищем

ценным...

321

11 Диоген Лаэртский

(Впрочем, некоторые относят эти слова к Пармениду.) А Неанф говорит, что до Филолая и Эмпедокла в учениях принимали участие все пифагорейцы; когда же Эмпедокл обнародовал их в своей поэме, было положено никакого стихотворца к ним не допускать. (То же самое, говорят, случилось и с Платоном, который тоже был отлучен.) Но кого именно из пифагорейцев слушал Эмпедокл, о том Неанф не говорит, а так называемое послание Телавга о том, будто он учился у Гиппаса и Бронтина, недостоверно.

Феофраст утверждает, что он был приверженцем Парменида и подражал ему в стихах — ибо Парменид

  1. тоже издал в стихах книгу «О природе». А Гермипп утверждает, что он был приверженцем не Парменида, а Ксенофана, и жил при нем, и подражал ему в стихах, а с пифагорейцами встретился лишь позднее. Алкида- мант говорит (в речи «О природе»), что Зенон и Эмпе- докл были одновременно слушателями Парменида, а потом покинули его, и Зенон стал философствовать по- своему, а Эмпедокл пошел слушать Анаксагора и Пифагора, одному из них подражая в достоинстве жизни
  2. и облика, а другому — в изучении природы. Аристотель говорит (в «Софисте» 50), что Эмпедокл был изобретателем риторики, а Зенон — диалектики, и еще (в книге «О поэтах») — что Эмпедокл вдохновлялся Гомером и достиг великой силы слога, пользуясь и метафорами, и прочими поэтическими приемами, а написал он кроме других стихов «Переправу Ксеркса» и «Воззвание к Аполлону», которые впоследствии сожгла его сестра (или дочь, по словам Иеронима): «Воззвание» — нечаянно, а «Персидские войны» — намеренно, из-за неза-
  3. вершенности этих стихов. Вообще же, говорит он, Эмпедокл писал и трагедии, и политические сочинения (правда, Гераклид, сын Сарапиона, утверждает, что трагедии писаны не им51); Иероним сообщает, что нашел таких трагедий сорок три, а Неанф — что Эмпедокл писал их в юности и что ему встречались из них только семь.
    А Сатир в «Жизнеописаниях» утверждает, что был он и врач, и отменный оратор,— учеником его был сам Горгий Леонтинский, искуснейший в науке красноречия и составивший ее учебник, а проживший (по словам Аполлодора в «Хронологии») целых сто девять лет.
  4. И еще пишет Сатир, будто Горгий сам говорил, что присутствовал при чародействе Эмпедокла, и будто Эмпедокл сам заявляет об этом и о многом другом в таких своих стихах:

Зелья узнаешь, какими недуги и дряхлость врачуют: Только тебе одному я открыть это все собираюсь. Ветров, не знающих отдыха, ярость удерживать будешь, Что, устремляясь на землю, порывами пажити губят; Ёсли ж захочешь — обратное вновь их воздвигнешь дыханье. Мрачного после ненастья доставишь желанное вёдро, В летнюю засуху зелень питающий вызовешь ливень: Хлынет потоками влага с эфирного неба на землю. Даже усопшего мужа вернешь из чертогов айда!

Тимей В XVIII книге говорит, ЧТО многое В нем 60 вызывало удивление. Так, когда пассатные ветры дули так сильно, что портились плоды, он приказал содрать кожу с ослов и сделать меха, которые он расставил вокруг холмов и горных вершин, чтобы уловить ветер; и ветер унялся, а Эмпедокл получил прозвание «ветроло- ва».

А Гераклид в книге «О болезнях» говорит, что он рассказал Павсанию о бездыханной женщине,— Павса- ний этот, по словам Аристиппа и Сатира, был его любовником, и это ему посвятил Эмпедокл поэму «О природе» следующими словами:

Слушай меня, о Павсаний, премудрого отпрыск Анхита!              6j

и сочинил такую надпись:

Врач знаменитый Павсаний из племени Асклениадов

Был от Анхита отца в Геле родимой рожден, Чтобы премногих мужей, изнуряемых тяжким недугом, Вспять отвратить от дворца, где Иерсефона царит 52.

А тело той бездыханной женщины, говорит Гераклид, сохранял он целых тридцать дней без дыхания и без биения крови; и за это Гераклид называет его не только врачом, но и волхвом, заключая это из следующих стихов:

Другії! о вы, что на склонах златого холма Акраганта              62

Град обитаете верхний, ревнители добрых деяний,

Ныне привет вам! Великому богу подобясь средь смертных,

Шествую к вам, окруженный почетом, как то подобает,

В зелени свежих венков и в повязках златых утопая,

Сонмами жен и мужей величаемый окрест грядущих,

В грады цветущие путь направляю; они же за мною

Следуют все, вопрошая, где к пользе стезя пролегает;

Те прорицаний желают, другие от разных недугов

Слово целебное слышать стремятся, ко мне обращаясь.

Акрагант он здесь называет великим, говорят, потому, бз что жителей в нем до восьмисот тысяч, а живут они в такой роскоши, что Эмпедокл сказал: «Акрагантяне едят так, словно завтра умрут, а дома строят так, словно будут жить вечно!» Сами же эти стихи, «Очищения», были оглашены на Олимпийских играх рапсодом Клео- меном (как о том пишет Фаворин в «Записках»).

Был он, по словам Аристотеля, свободолюбив и чуждался всякой власти: так, он отверг предложенную ему

царскую власть, откровенно предпочитая простую жизнь.

Это подтверждает Тимей, сообщая и причину его народолюбия. Однажды его пригласил один из архонтов; ужин длился и длился, а вина не несли; все терпеливо ждали, но Эмпедокл рассердился и потребовал вина, а хозяин ему ответил, что ожидается чиновник из совета. Тот явился и тотчас стал главою пира — явным старанием хозяина, который тайно добивался тираннической власти; и гость всем повелел или пить вино, или выливать себе на головы. Эмпедокл смолчал, но на следующий день призвал обоих к суду, и хозяина и распорядителя, и добился их осуждения и казни. Таково было начало его государственных дел.

В другой раз лекарь Акрон [Высокий] попросил у совета уделить место для памятника его отцу, высочайшему среди врачей в своем искусстве; но Эмпедокл воспрепятствовал ему, выступив с рассуждением о равенстве и задав, между прочим, такой вопрос: «Какие же стихи мы напишем на том памятнике? Не такие ли:

Врач Высокий, Высокого сын, высокий в искусстве, Лег на высоком холме в граде высоком своем» ъг.

(Вторую строку некоторые приводят иначе:

В высшей отчизне рожден, в высшей гробнице почил.)

Впрочем, иные говорят, что это стихи Симонида.

Позднее он даже распустил Тысячное собрание 54, учрежденное за три года перед тем, из чего явствует не только его богатство, но и его народолюбне. Тимей (который не раз упоминает о нем в XI и XII книгах) недаром говорит, что в государственных делах образ мыслей у него кажется противоположным тому, который в стихах,— ибо в стихах он говорит о себе:

Ныне привет вам! Бессмертному богу подобясь средь

смертных,

Шествую к вам...

И, посещая олимпийские игры, он требовал такого внимания, что ни о ком другом столько не говорили, сколько об Эмпедокле.

Еще позднее и в Акраганте стали о нем горевать, однако потомки его врагов воспротивились его возвращению. Он удалился в Пелопоннес и там умер. Не обошел его и Тимон, напавши на него так:

...Лаясь бесстыдно, Все, что сумел, суеслов Эмпедокл обернул наизнанку, Ставя основы, которым самим потребны основы.

О кончине его есть различные рассказы55.

Так, Гераклид, сообщив о бездыханной женщине и о той славе, которую стяжал Эмпедокл возвращением покойницы к жизни, говорит, что он совершал жертвоприношение близ Писианактова поля, созвав к нему некоторых друзей, среди которых был и Павсаний. После пира гости отошли отдохнуть в стороне, под деревьями ближнего поля или где кому хотелось, а Эмпедокл остался лежать, где лежал; когда же наступило утро и все встали, его уже не было. Стали искать, допрашивать слуг, те твердили, что ничего не знают, как вдруг кто-то сказал, что в полночь он услышал сверхчеловечески громкий голос, призывавший Эмпедокла, вскочил, увидел небесный свет и блеск огней, и больше ничего. Все были поражены; Павсаний вышел и послал лошадей на розыски, но потом велел всем отложить тревогу, ибо, сказал он, случилось такое, что впору лишь молиться: Эмпе- доклу теперь надо приносить жертвы как ставшему богом. Гермипп говорит, что акрагантянку, которую врачи почли безнадежной, а Эмпедокл исцелил, звали Панфея; по этому поводу он и совершал жертвоприношение, а приглашенных было до восьмидесяти человек. Гипнобот уверяет, что, встав от застолья, Эмпедокл отправился на Этну, а там бросился в огнедышащее жерло и исчез — этим он хотел укрепить молву, будто он сделался богом; а узнали про это, когда жерло выбросило одну из его сандалий, ибо сандалии у него были медные. Но Павсаний с таким рассказом не согласился.

Диодор Эфесский, писавший об Анаксимандре, говорит, что именно у него перенял Эмпедокл и театральную напыщенность, и величественное одеяние. Когда в Сели- нунте от зловоний ближней реки начался мор и люди умирали, а женщины выкидывали, то Эмпедокл придумал на собственный счет подвести туда две соседние речки, и вода, смешавшись, стала здоровой. Так прекратилась зараза; и когда селинунтяне пировали на берегу реки, перед ними явился Эмпедокл, а они, вскочив, простерлись перед ним и стали молиться, как перед богом. Чтобы это впечатление их осталось навсегда, Эмпедокл и бросился в огонь.

Всему этому решительно противоречит Тимей, заявляя, что Эмпедокл уехал в Пелопоннес и более не возвращался,— оттого и неизвестно, как он умер.

Ге- раклиду он возражает в своей XIV книге, называя его по имени; Писианакт, говорит он, был сиракузянин и в Ак- раганте земли не имел; Павсаний, будь такая молва, должен был бы соорудить другу памятник — или статую, или святилище, как богу,— потому что он был человек богатый; да и мог ли Эмпедокл броситься в это жерло, если он о нем ни разу не упоминает, хотя и жил неподалеку? Стало быть, он умер в Пелопоннесе, и не диво, что могила его неизвестна — неизвестны ведь и могилы многих других мужей. И после таких и подобных слов Тимей прибавляет: «Впрочем, Гераклид всюду такой любитель диковинок — он ведь писал даже о человеке, упавшем с луны».

Статуя Эмпедокла с покрытой головой стояла сперва в Акраганте, а потом, с непокрытой головой,— перед римским сенатом (так говорит Гиппобот),— очевидно, ее перенесли туда римляне; а писаные его изображения известны и посейчас.

Неанф Кизикский, писавший о пифагорейцах, сообщает, как после смерти Метона в Акраганте стали замечаться зародыши тираннии, и тогда-то Эмпедокл убедил сограждан покончить с распрями и блюсти между собою равенство. Мало того, из своих богатств он дал приданое за многими бесприданницами своего города. Из тех же средств он облачился в багряницу, подпоясывался золотым поясом (как пишет Фаворин в «Записках» ), носил медные сандалии и дельфийский венок; длинноволосый, всюду сопутствуемый служителями, с виду он был всегда сумрачен и всегда одинаков. Таким являлся он к гражданам, и, кто встречал его, тот усматривал в этом знак царственного величия.

Однако впоследствии, отправляясь в своей колеснице на какое-то празднество в Мессену, он упал, сломал себе бедро, от этого захворал и скончался, прожив семьдесят семь лет; гробница его находится в Мегарах 5б. О возрасте его, однако, Аристотель пишет иначе, утверждаяг что умер он в шестьдесят лет; а некоторые называют даже сто девять лет. Расцвет его приходится на 84-ю олимпиаду 57. Деметрий Трезенский в книге «Против софистов» пишет, будто он, по Гомерову слову,

...к бревну потолка прикрепивши отвесную петлю,

Горло стянул, а душа изошла в чертоги Аида 58.

А в вышеупомянутом письмеце Телавга говорится, будто он по старости своей поскользнулся, упал в море и там

погиб. Вот сколько и вот какие есть рассказы о его кончине.

Есть и у нас о нем насмешливые стихи в книге «Все размеры», вот какого вида:

Некогда ты, Эмпедокл, чтоб очиститься пламенем              75

быстрым,

Огнь бессмертный вдохнул из огнедышащих жерл.

Но не хочу я сказать, что сам ты низвергнулся в Этну, Вольным был твой уход, но ненамеренной смерть.

И еще:

Истинно так говорят: упав Эмпедокл с колесницы, Правую ногу сломал, в том и была его смерть.

Если бы в горный огонь он бросился, жизни взыскуя, Как же гробница его встала в мегарской земле? 59

Мнения его были таковы. Основ существует четы- 76 ре — огонь, вода, земля, воздух; а также Дружба, которою они соединяются, и Вражда, которою они разъединяются. Вот его слова:

Зевс лучезарный, и Аидоней, и живящая Гера,

Также слезами текущая в смертных потоках Иестида..,

где Зевсом он называет огонь, Герой — землю, Аидоне- ем — воздух и Нестидою — воду. И он говорит:

Сей беспрерывный обмен никак прекратиться не в силах, то есть такой распорядок вечен. И добавляет:

То, влекомое Дружеством, сходится все воедино,

То ненавистной Враждой вновь гонится врозь друг от друга.

Солнце он почитает обширным скопищем огня, вели- 77 чиною более луны; луну — кругловидной; небо же — кристаллообразным; а душа, говорит он, облекается в различные виды животных и растений,— вот его слова:

Был уже некогда отроком я, был и девой когда-то,

Пыл и кустом, был и птицей и рыбой морской бессловесной...

Сочинения его «О природе» и «Очищения» достигают 5000 стихов, а «Врачебное слово» — 600. О трагедиях его сказано выше.

3. ЭПИХАРМ

78 Эпихарм, сын Элофала, с Коса. Он тоже был слушателем Пифагора. Когда ему было три месяца, его отвезли в Мегары Сицилийские, а оттуда в Сиракузы (как он сам сообщает в своих сочинениях). На статуе его надпись такая:

Ежели солнечный свет сиятельней звездного света,

Ежели море сильней, нежели реки при нем, То Эпихарм, говорю я, настолько же мудростью выше И но заслугам приял от сиракузян венец 60.

Он оставил «Записки», в которых говорит о природе, о знании и о врачевании; большую часть этих записок он снабдил краестишиями 61, из которых явствует, что сочинения эти писаны им. Скончался он в девяносто лет.

<< | >>
Источник: Ф. ЛОСЕВ. Диоген ЯАЭРТСКИИ. О ЖИЗНИ, УЧЕНИЯХ И ИЗРЕЧЕНИЯХ ЗНАМЕНИТЫХ ФИЛОСОФОВ. Второе исправленное издание. ИЗДАТЕЛЬСТВО «мысль» МОСКВА —1986. 1986

Еще по теме   2. ЭМПЕДОКЛ:

  1.   Свод философии Эпикура
  2.   2. ЭМПЕДОКЛ
  3.   2. ЭМПЕДОКЛ
  4.   УКАЗАТЕЛЬ ИМЕН [‡‡]
  5. ГОРГИЙ
  6. КРИТИЧЕСКИЕ ЗАМЕЧАНИЯ К ДИАЛОГУ
  7. ГЛАВА VI ЭМПЕДОКЛ
  8. 1. Начала философии Эмпедокла
  9. 2. Четыре стихии
  10. 4. Оценка учения Эмпедокла
  11. АНАКСАГОР
  12. 2. ЭМПЕДОКЛ
  13. указатель имен [†††]
  14. Г.В. Моисеенко АНТИЧНАЯ ФИЛОСОФИЯ И АНТИЧНАЯ МЕДИЦИНА
  15. ЧЕТЫРЕ ПЕРВОВЕЩЕСТВА
  16. ЭМПЕДОКЛ
  17. Философские школы досократиков
  18. Примирители: Эмпедокл и Анаксагор