§ 12. Жалкое состояние современных наук

Науки до сих пор находились в крайне печальном, жалком состоянии. Не удивительно, наши науки воз-

никли в Греции, а добавления римских, арабских или новых писателей немногочисленны и неважны, и, каковы бы ни были их свойства, в основе лежат открытия греков.

Наука о них находилась еще в состоянии детства, поэтому греки болтливы, как дети, и так же незрелы и не способны к творчеству. Доказательством этому служит то, что философия греков и выделившиеся из нее науки на протяжении многих столетий едва ли совершили хоть одно дело или опыт, который бы, принеся человечеству реальную пользу, мог бы быть выведен из их догм и спекуляций [††††††††††††††††]. Но ничтожна философия, ничего не свершающая. Ибо как вера, так и философия должны оцениваться только по их делам (1. е., aph. 71, 73, и praefat.).

Поэтому науки в их нынешнем состоянии имеют поразительное сходство с мифической Сциллой, с лицом девы и с телом, переходящим в лающего зверя. А именно, рассматриваемые сверху, со стороны лица, т. е. в их общих предложениях, они имеют красивьіії, соблазнительный вид, если же обратиться к особенным, специальным предложениям, образующим в известном смысле воспроизводящие органы науки, то окажется, что они под конец превращаются в пустые словопрения, как тело Сциллы в лающую собаку (1. е., praef.).

Поэтому науки были до сих пор мертвой вещыо, оставаясь на одном месте неподвижными, как статуи, они не делали важных, значительных успехов (1. е.).

4*

Наши науки вообще являются лишь сопоставлением давно открытых вещей, а не указаниями к новым открытиям, поэтому они не пригодны к открытию новых фактов или искусств; так и нынешняя логика вовсе не помогает нам открывать новые истины и науки, а способствует скорее укреплению заблуждений, чем откры-

тию истины, и поэтому более вредна, чем полезна (1. е., 1, aph. 11, 8, 12).

А именно силлогизм состоит из предложений, предложение — из слов, а слова суть знаки понятий. Если же понятия представляют путаные и поспешные отвлечения от вещей, то и построенные на них заключения и выводы ничего не стоят. В наших логических и физических понятиях вовсе нет здравого смысла, все они вымышлены и плохо определены (1. е., aph. 14, 15).

До сих пор мы не имеем настоящей, чистой философии природы, которая к тому же является матерью всех наук. Вернее сказать, она была искажена и испорчена, а именно логикой школы Аристотеля, естественной теологией школы Платона, второй школой Платона, т. е. школой Прокла23 и других, математикой, которая должна только заключать или ограничивать философию природы, а не зачинать и производить ее [‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡] (1. е., aph. 96 и II, aph. 8).