<<
>>

  7. Определение рода и вида не имеет никакой ценности  

Род и вид — два термина, находящиеся друг с дру&гом в таком соотношении, как отец п сын или, точнее, как целое и часть, так как и род есть целое, имеющее много видов или частей, и вид есть часть, подчиненная роду как целому.
А так как целое [вообще] есть нечто полное, как, например, человек, поскольку он имеет взаимодополняющие части — голову, грудь, живот, ру&ки, ключицы или, наконец, тело и душу, то следует от&метить, что род есть некое другое целое, так как его можно назвать началом, выражающим сущность сво&их частей, и именно так и определить; вид же соответ&ственно является частью рода и определяется как та&ковой. Таким целым будет, например, человек, посколь&ку речь идет о сущности Платона и Сократа. Таким же целым будет и «одушевленное существо», так как это выражает нечто существенное и для человека и для животного. И поскольку Платон и Сократ таким образом в известном смысле будут частями понятия «человек», а человек и животное частями «одушевлен&ного существа», ты сразу же воскликнешь: «Как! Зна&чит, человек будет родом, а Платон и Сократ — видами человека?» Да, так, конечно, и будет. Однако потерпи немного. Я не ищу ничего иного в правильном опре&делении рода, кроме указания на то, что он есть сущ&ностное целое по отношению к своим видам, пли ча&стям, ничего иного в понятии вида, кроме указания на то, что он — часть рода. Может, однако, случиться, что тот вид, который является частью рода, будет иметь собственные части, по отношению к которым он сам будет сущностным целым. В таком случае я могу ска&зать, что он имеет значение не вида, а рода. Так, по&скольку «одушевленное существо» есть род человека, человек называется видом «одушевленного существа». Но ведь, с другой стороны, сам «человек» есть целое по отношению к Платону и на этом основании может быть назван его родом, Платон же — видом человека, так как по отношению к смыслу вида, как такового, нет разницы, включает ли он сам в себя виды или нет, лишь бы ои был частью какого-либо рода. Исходя из этого, я предлагаю тебе назвать индивидуальной вещью тот вид, который уже не делится ни на какие виды, как, например, «Платон», «Буцефал». Но я, кро&ме того, скажу, что «Платон» — самый последний вид, тогда как ты называешь последним видом «человека», и наоборот, я скажу, что «человек»—это самый послед&ний род, потому что в своем ряду он не имеет никакого более мелкого рода, а только неделимые виды. Ну, а теперь (пожалуйста, не возмущайся слишком сильно) разве, прежде всего, не удивительно, что, хотя, по об&щему мнению или по крайней мере согласно общепри&нятому способу выражения, род и вид — понятия соот&носительные и род определяется Порфирием как отно&сящийся к видам, вид, однако, не определен в этом знаменитом определении как относящийся к роду? И для того чтобы тебе понять, как глупо придержи&ваться этого определения Порфирия, поразмысли над тем, где и кому ты сможешь сказать так: «Человек есть вид Платона, лошадь есть вид Буцефала»? А ведь: именно так ты должен будешь сказать, согласно твое&му знаменитому определению. Но ты вполне правиль&но и ясно выразишь мысль, если скажешь, что чело&век — это вид одушевленного существа. Если же ты скажешь что он — вид Платона, то кто же в конце концов сможет тебя понять? Ты возразишь, что если не в общепринятом, то по крайней мере в физическом смысле это, кажется, можно понять.
Но, великий боже, что же это за философия, которая забавляется всеми этими невежественными, нелепыми, варварскими фор&мулировками, хотя для этого нет решительно никакой необходимости? Неужели же ты получишь больше пользы от этой бессмыслицы, чем от ясного, прямого смысла подобных слов и фраз? Может быть, от этого вопрос становится яснее? Как бы не так! Мало того, он скорее затемняется из-за этих формул, отступающих от общепринятого употребления, в изучении которых нет никакой пользу и которые надо сейчас же забыть, как только мы кончаем школу. Конечно, было бы на&много лучше изучать в школе такие способы выраже&ния, которыми мы смогли бы затем пользоваться при всех обстоятельствах и с помощью которых мы могли бы слушать и понимать самых выдающихся людей.
Впрочем, для того чтобы ты не считал, что только среди необразованных людей можно услышать, что че&ловек — это род Платона и Сократа, а Платон и Со&крат — это виды человека, я приведу тебе свидетельст&ва поэтов, ораторов, юристов, философов, которые гово&рят точно так же. У поэтов часто встречаются такие выражения, как «род людей» или «человеческий род». Вот, например, у Овидия: Отсюда и мы, жестокий род; или у Плавта: Юпитер, ты, который кормишь и рас&тишь человеческий род; но, с другой стороны: Тысячи видов людей, и т. д. 178
Из ораторов, например, Цицерон говорит: Пока бу&дет существовать род людской; и он внес проект зако&на о моем спасении специально [как вида]17Э. Квинтил- лиан же в этой связи проводит различие между во&просом о роде и виде, потому что, имея в виду лицо, о котором говорят, можно спрашивать либо о роде лю&дей, либо об одном каком-нибудь их виде, либо об индивиде. Поэтому, например, вопрос: «нужно ли чело&веку жениться?» строго может быть назван родовым, а вопрос «нужно ли Сократу жениться?» — видовым 180.
Хочешь послушать юристов? По поводу оговорок в контрактах они повсюду называют человека «родом», а Стиха и Памфила — «видами». Ну, а разве не обраща&ются они к тому же употреблению терминов, когда, рассматривая понятие займа, они говорят, что в этом случае принимается во внимание вид, а не род? Конеч&но же, под «видом» они понимают не что иное, как, например, такую-то сумму денег в ее конкретной и единичной форме, под родом же — ее ценность вообще, вне зависимости от конкретной формы. На этом осно&вании устанавливается различие между взятым взай&мы и взятым во временное пользование, а именно: в первом случае достаточно возвратить вещь того же ро&да, тогда как во втором должна быть возвращена вещь того же вида, т. е. та самая отдельная, конкретная вещь, которая была получена во временное пользова&ние, например, та же самая лошадь, и вернуть любую лошадь вовсе не достаточно. Что же касается филосо&фов, то божественный Платон не только часто употреб&ляет выражение «человеческий род», но и совершенно отчетливо дает понять, что все представляющее собой вид обязательно есть часть той вещи, чьим видом она называется. Из этого места 181 ты поймешь, что Платон воспринимает вид не сам по себе, относя его к индиви&дуальным вещам или частям, которые он может охва&тить, но соотносит его путем необходимого сопостав&ления с родом, часть которого он составляет. И Зенон у Диогена Лаэртского в седьмой книге говорит: Род есть объединение множества вещей, которые восприни&маются нашим сознанием и которые нельзя отделить; вид — это составная часть рода. По преимуществу ро&довое — это тоу что, будучи родом, не имеет над собой рода; наиболее же частное — то, что, будучи видом, не имеет само видов н иже себя, например Сократ Щ Но послушай, как ясно говорит об этом Сенека. Человек есть род, ведь он имеет национальные виды: греки, римляне, парфяне, а также виды по цвету: черные, бе&лые, желтые; он включает в себя также и индивиду- ільньге существа: Катон, Цицерон, Лукреций; и про&должает: Поскольку он включает многие понятия, он относится к роду, а там, где он сам подчинен чему-ли&бо, — к виду. Вот что говорит Сенека 183. Послушай те&перь Марциана Капеллу, признанного диалектика. Че&ловеческий род, говорит он, который есть форма оду&шевленного существа (ведь и вид обыкновенно назы&вают формой), для варваров и римлян есть род и мо&жет быть родом до тех пор, пока ты, деля его подчи&ненные формы, не дойдешь до какой-нибудь индивиду&альной вещи, — например если будешь делить людей на мужчин и женщин, затем мужчин — на мальчиков, юношей и стариков, затем мальчиков — на младенцев и умеющих говорить; и если бы ты захотел разделить понятие «мальчик» на Ганимеда или какого-нибудь другого определенного мальчика, то это уже не будет родом, так как на этот раз будет представлять собой уже индивидуальную вещь 184.
Впрочем, что это я все время цитирую других, ког&да можно привлечь самого Аристотеля, который в третьей книге «Метафизики» делает человека по отно&шению к отдельным людям родом, а не видом, ибо, говорит он, последние роды содержатся в индивидуаль&ных вещах, например человек. Ему же принадлежит мысль, встречающаяся в той же книге: Человеческий род живет с помощью разума. А в книге «О продолжи&тельности жизни» он говорит: Человеческий род долго&вечнее рода лошадей. Но я думаю, что этого уже впол&не достаточно. Неужели же и теперь не стало очевид&но, что это уже по-детски — с такой настойчивостью следовать за определениями Порфирия, тогда как не только обыкновенные люди, но и самые знаменитые люди всех профессий, также и философы, и даже сам Аристотель говорят совсем не так, как нас учат гово&рить эти определения. Неужели же ты не понимаешь, что я отнюдь не без основания предположил, что кро&ме рода не существует ничего в собственном смысле слова всеобщего, или, если хочешь, кроме рода не су&ществует категорий? Потому что если что-нибудь су&щественно для многих частей либо служит предикатом многих вещей, то это род; все, что есть часть рода ли- бо предикатом чего служит род, есть вид. Так что, на&пример, «белое» может быть названо существенным признаком лебедя, так как оно — предикат лебедя в со&ответствии с его окраской; и на этом основании отнюдь не лишено смысла утверждение, что лебедь принадле&жит к роду «белого». Впрочем, так как это логическое [понятие], или род, или всеобщее есть как раз то, что Платон назвал идеей, было бы удобно в этом месте обратиться к рассмотрению идей. Однако, поскольку эти идеи подвергаются критике со стороны Аристотеля главным образом в «Метафизике», имеет смысл пере&нести это рассмотрение туда, где мы будем говорить о «Метафизике».
<< | >>
Источник: Пьер ГАССЕНДИ. СОЧИНЕНИЯ В ДВУХ ТОМАХ. Том 2. «Мысль» Москва - 1968. 1968

Еще по теме   7. Определение рода и вида не имеет никакой ценности  :

  1. о том, благодаря чему каждое вновь образованное тело принадлежит к определенному роду вещей и отличается от других [тел] 
  2.   7. Определение рода и вида не имеет никакой ценности  
  3. §12. Род и вид
  4.   Жиль Делез ПЛАТОН И СИМУЛЯКР  
  5. ГЕДОНИЗМ 
  6. ИНДУКЦИЯ (логика и грамматика). 
  7. I. Определение рода у несклоняемых имен существительных
  8. II. Определение рода у аббревиатур
  9. III. Определение рода у имен существительных, обозначающих названия лиц по профессии, должности, званию
  10. 534. Подпадает ли под признаки нарушения п. 1 ст. 870 и п. 2 ст. 871 ГК (является ли необоснованной) аккредитивная выплата, совершенная по документам, по внешним признакам соответствующим условиям аккредитива, но оформленным с нарушением требований нормативных актов?
  11. §9.1. Понятие и признаки права
  12. Математика, естествознание и логика (0:0 От Марк[с]а)
  13. При определении рода неизменяемых имен сущ нужно учитывать следующее:
  14. Принцип явления