СВЯЩЕННИКИ (религия и политика). 

Внешний культ предполагает церемонии, имеющие своей целью воздействовать на чувства людей, запечатлеть в них благоговение к божеству, которому они воздают свои почести.

Сладко властвовать над подобными себе. Священники сумели воспользоваться высоким мнением, которое они насадили в умах своих сограждан. Они стали думать, что боги открываются им; они объявляли их веления; они обучали догматам; они предписывали, во что следует верить и что нужно отвергнуть; они устанавливали то, что нравилось или не нравилось божеству; они занимались прорицаниями; они предсказывали будущее беспокойному и любопытному человеку; они заставляли его трепетать от страха перед мучениями, которыми боги угрожали смельчакам, сомневавшимся в их миссии или подвергавшим обсуждению их учение.

Чтобы прочнее обосновать свою власть, они изображали богов свирепыми, мстительными, неумолимыми; они ввели церемонии, посвящения, таинства, жестокость которых воспитала в людях меланхолию, столь благоприятную для господства фанатизма.

Освобожденные от забот и уверенные в своем господстве, эти священники, дабы скрасить скуку своего одиночества, стали заниматься загадками природы и тайнами, не известными простым людям. Отсюда столь прославленные знания египетских священников. Вообще можно заметить, что почти у всех диких и невежественных народов медициной и служением религии занимались одни и те же люди. Польза, которую священники приносили народам, тоже способствовала укреплению их власти. Некоторые из них пошли еще дальше; занятия физикой дали им средства поражать зрение необычайными опытами, которые считались сверхъестественными, ибо люди не знали их причин. Отсюда связанное с деятельностью жрецов множество диковин, чар и чудес. Пораженные люди думали, что их жрецы властвуют над стихиями, раздают по своему усмотрению кары и милости неба и должны разделять с богами благоговение и страх, которые смертные испытывают перед ними.

Трудно было людям, столь почитаемым, долго держаться в пределах надлежащего порядка: духовенство, возгордившееся своей властью, нередко оспаривало права у королей. Государи, подчиненные сами законам религии, как и их подданные, не имели достаточно сил, чтобы протестовать против узурпации и тирании ее служителей; фанатизм и суеверие держали нож над головой монархов; их трон начинал колебаться тотчас же, как только они предпринимали попытки обуздать или наказать священнослужителей, чьи интересы смешивались с интересами божества. Сопротивляться им - значило восставать против неба. Прикасаться к их правам - кощунствовать.

Таковы были те ступени, по которым языческие священники взош-

36. Философия в Энциклопедии...

ли иа вершину своего могущества. У египтян цари подлежали надзору жрецов. Монархи, неугодные богам, получали от их служителей повеление убить себя; и такова была власть суеверия, что государь не мог ослушаться этого повеления. Друиды у галлов пользовались абсолютной властью над народом; не удовлетворяясь положением служителей их культа, жрецы были судьями в раздорах, происходивших между ними. Мексиканцы втайне сетовали на жестокости, которые заставляли их совершать священники-варвары под сенью имен богов; цари не могли отказаться от самых несправедливых войн, когда жрец возвещал им веления неба. "Бог алчет", - говорил он; тотчас же правители вооружались против своих соседей, и каждый из них старался брать побольше пленных, чтобы предавать их на заклание идолам, или вернее, свирепому и тираническому суеверию их слуг.

Народы были еще слишком счастливы, если священнослужители лжи зло употребляли только своей властью над людьми, которую давал им сан. Вопреки покорности и мягкости, столь настойчиво пропо- ведываемым Евангелием, века мрака видели священников, служителей божиих, которые поднимали знамя восстания, вооружали подданных против государей, нагло приказывали королям сойти с трона, присваивали право разрывать священные узы, связующие народы с их правителями, объявляли тиранами государей, сопротивлявшихся их дерзким затеям, добивались для себя химерической независимости от законов, созданных для того, чтобы одинаково обязывать всех граждан. Эти суетные притязания скреплялись иногда потоками крови; они утверждались невежеством народов, слабостью государей и хитростью священников. Этим последним нередко удавалось удержать за собой захваченные права; в странах, где была введена ужасная инквизиция, было много человеческих жертвоприношений, которые по своему варварству нисколько не уступают жертвоприношениям мексиканских священников. Иначе обстоит дело в странах, освещенных светом разума и философии: священник там никогда не забывает, что он человек, подданный и гражданин.