<<
>>

  2.7.6. Рационализм и научность медицинского знания  

С конца XIX в. в связи с научной революцией происходят изменения в самой структуре научного познания, в понимании соотношения объекта и субъекта. Это ведет к изменению идеала научности, постепенному осознанию ограниченности классической рациональности.
Процесс преодоления классического рационализма проходил в XX в. во многих философских течениях, что связано с некоторой общностью их основополагающих идей, единой направленностью и их существенным отличием от «духа», присущего прежней философии. Точно так же научно- техническая и социально-культурная реальность XX в. оказалась иной, нежели та, которую обосновывала и санкционировала прежняя классическая рациональность. Таким образом, можно говорить о классическом рационализме, об идеалах рациональности, восходящих к декартовскому принципу cogitio, классической механике и математике, о пеклассических и постнеклассических идеалах рациональности, формирование и функционирование которых связано с концептуальными изменениями в естественных и социогуманитарных науках конца XIX и особенно в XX столетии.
Рациональность должна основываться на таких методологических стандартах, по которым можно оценивать медицинское знание. Это предполагает учет и личностного аспекта знаний, поскольку научное медицинское знание — продукт деятельности конкретных ученых. Рациональность медицинской науки связана и с тем, что это наука для людей, се существование оправдывается, в конечном счете, тем, насколько медицина эффективнее лечит, сохраняет здоровье людям. И в этом смысле мера научной рациональности — это выражение истинности и точности медицинского знания, научного прогресса в медицине.
Научная рациональность — это особый тип рациональности, связанный с обособлением научного знания от всякого другого, в широком смысле слова — ненаучного. В конкретно-исторических условиях развития науки и в различных социокультурных общностях в контекст процедур вычленения научного знания вводятся различные стандарты рациональности и тем самым «задаются» критерии и содержание науки.

В неклассической науке вместе с новым идеалом научности, новым рационализмом появляются и новые представления о связи теории Ц эмпирии, о путях формирования теорий не только как об обобщений опытных данных, но и как о специальной «научной онтологии», т.е. со-) здании предметного мира теорий.              1
Исторически главное содержание медицинского знания длительное время было связано с натурфилософскими концепциями, а гумораіизм и солидаризм были собственной методологией медицины. Прослеживается смена теоретических концептуальных схем, в которых ведущую роль занимали ятрохимические, ятрофизические, биологические (па-$ то- или нормальная физиология, целлюлярная патология, гуморальная патология К. Рокитанского и др.) научные исследовательские програмі мы. В медицине формировались клинический, экспериментальный, из- меренческий, феноменологический, социальный и другие подходы. Из всего ценного, что дали натурфилософия, солидарная и гуморальная теоретические концептуальные схемы и частные научные исследовав тельские программы, складывался клинико-экспериментальный и дисциплинарный подход к болезни, медицинская и немедицинская модели знания с соответствующими критериями рациональности.
Составной частью этих изменений являлось и изменение предметной реальности' от гуморализма, солидаризма и эмпирико-натуралистических представлений медицина перешла к современным: мультидисциплинар- ность медицины предполагает органическое единство различных предметных реальностей, дисгармония которых может привести к физикализму, биологизму, социологизму и т.д. Однако отождествление химической или биологической предметной реальности в медицине с «самой действительностью», т.е. с сущностью патологического процесса или болезни, является односторонне гипертрофированным. Жизнь, здоровье, болезнь, общественное здоровье, заболеваемость — это взаимодействие закономерностей различного рода, и их сущность нельзя понять, опираясь на редукционистскую методологию; ни одна из частных предметных реальностей не может отразить все стороны действительности, все связи и опосредования. Таким образом, предметная реальность медицины формируется в рамках конкретно-исторической действительности и изменяется по мере развития медицинского знания, клинической и профилактической деятельности.

На волне критики ньютоно-картезианского механицизма и в медицине возникают неклассические модели знания. Такими являются психоанализ в широком смысле слова и связанный с ним психодинимичес- кий подход в психиатрии. Неклассической моделью знания в психиатрии является и экзистенциально-антропологическая научная исследовательская программа. Неклассические подходы открывают новые страницы в этой науке, когда наряду с клиническим медицинским методом в нее проникают немедицинские модели знания, изучаются целостные реакции личности пациента, «смысл» симптома психического иболевания (психологическое содержание психопатологических симптомов), анализ психозов как продолжения жизненного развития личности.
Здоровье, болезнь, норма, симптом, синдром, патология, заболеваемость, общественное здоровье, патогенный фактор и другие понятия задают контуры медицинской реальности, в пределах которых движется медицинское познание, порождаются новые предметы исследования. С прогрессом изменяется предметная реальность, семиотика, и в настоящее время «истинная реальность» гуморальной традиции и «истинная реальность» современной мультидисциплинарной медицины значительно дивергировали. Реальность современной мультидисциплинар- пой медицины представляет совокупность теоретических и эмпирических объектов. Особую значимость имеет конкретно-историческая форма теоретического освоения реальности, рассматриваемая наряду с другими формами отношения к действительности, в том числе в контексте практической деятельности.
Концептуальные изменения в медицине, особенно в фазе ее муль- тидисциплинарного развития, ставят задачу рационально истолковать огромный объем информации, иметь адекватные представления о научности, типах рациональности, точности и истинности знания. Понимание этих сторон знания в медицине — путь к решению важнейших клинических, диагностических, а также методологических, социальных и гуманистических проблем.
Научность в медицине может быть охарактеризована, в предельно общем плане, как процесс изменения медицинского знания от неполного к более полному и адекватному, т.е. истинному отражению механизмов, законов и закономерностей, лежащих в основе нормы и патологии, здоровья и болезни, диагностики, лечения и профилактики. В науковед- ческой литературе выделены критерии, на основе которых можно судить о научности в медицине. Таковы, в частности, объективность, доказательность и обоснованность, проблемность, наличие объекта и предмета науки, системность.
Медицинские научные исследовательские программы ориентированы не на построение абстрактных систем, а представляют собой основу для целенаправленных действий по решению научных, клинических и профилактических проблем на основе определенных методологических, гносеологических и ценностных предпосылок. Как ученый-медик стремится открыть объективный закон, явление или сформулировать объективно существующую закономерность, так и врач, решая задачи, связанные с диагностикой, лечением или профилактическими мероприятиями, одинаково (с точки зрения «теоретической нагруженности сознания» и процесса освоения эмпирического материала) ищет правильное, научное решение проблем. В обоих случаях стоит проблема познания нового: проблемносте выступает необходимой предпосылкой медицинского познания. Однако данный критерий научности, являясь необходимым, не может быть признан достаточным, поскольку сама проблема — только предпосылка, а не строго регламентированный путь познания, исключающий заблуждения, и тем более не какая-либо готовая сумма точных знаний.
Проблемность становится критерием научности, по крайней мере тогда, когда постановка проблемы опирается на реальные пути развития знания (история, логика, методология, дисциплинарность, научные исследовательские программы и т.д.) и имеет соответствующие методы для ее решения. Научность — это совокупность методологических регуляти- вов, в значительной мере обеспечивающих движение познания к содержательно истинным результатам. История науки свидетельствует, что каждая эпоха, имея свойственные ей критерии научности, признает научным более широкое поле деятельности, чем область истинного знания, т.е. научное знание как истинное знание составляет лишь некую часть науки, отвечающую требованиям специальных критериев научности. Ядром научности и в новых условиях являются достоверность, доказательность, точность и истинность отражения (диагноза), соответствие теории практике.
Таким образом, научность знания в медицине подтверждается прежде всего таким показателем, как истинность и соответственно эффективность его использования, как говорят врачи, «у постели больного», а также в профилактике. Она в существенной мере определяется и соотношением различных (медицинских и немедицинских) критериев в понимании болезни и здоровья. Наиболее полное выражение научность в медицине находит в нозологии, а подтверждается в клинической практике и профилактике.
Среди критериев научности в медицине существенную роль играет проверяемость, т.е. открытость результатов, возможность многократной проверки оснований, на которые опирается врач-исследователь или врач-клиницист. Медицина апеллирует не к чувствам того или иного субъекта (врача, занимающегося исследованием или лечением), а к объективной необходимости, закономерности, лежащей в основе уверенности, что нечто будет происходить всякий раз, когда обеспечены аналогичные необходимые условия.
Требование объективности в медицине является еще одним важным критерием ее научности. Особо остро вопрос о соблюдении этого требования встает при изучении социально-биологических отношений, закономерностей высшей нервной деятельности и диагностирования психических форм патологии. Здесь сконцентрировано много факторов, связанных с традициями той или иной школы, со спецификой измерений, а также чисто лингвистических, которые приводят к нестыковке диагнозов, прогнозов и технологий лечения. Значительную роль играют и нормативно-ценностные установки, ориентирующие на вероятностно-статистические закономерности.
Еще одним важным критерием научности медицины является системность. С критерием системности тесно связаны проблемность, предметность, обоснованность, проверяемость. Вместе они составляют признаки, с помощью которых можно лишь в основном охарактеризовать научность в медицине. Действительно, всегда следует иметь в виду, что ядром научности является истинность отражения, соответствие теории практике. Поэтому перед философами и медиками стоит задача выявления и формулирования более жестких, нормативных, методологически более эвристичных критериев научности, совокупность которых составила бы своеобразный идеал, лежащий в основе методологических программ исследовательской деятельности в области медицины.
Особое место в решении проблемы научности в медицине занимает проблема моделей знания. Как известно, высшей формой организации клинического знания является нозологический принцип. История медицины дает примеры, свидетельствующие, что в ней возможны системы, соответствующие и не соответствующие медицинской модели знания, имеющие операциональный характер. В контексте анализа нормы и патологии в психиатрии можно отметить следующее. В XIX в. психик Гей- нрот считал, что психоз возникает при совокуплении зла с душой. Фрид- рейхи другие соматики полагали, что только телесное может заболеть, но не душа как таковая. В психобиологической концепции Майера и его психодинамической психиатрии заложены основы специфической классификации психических болезней на основе типов реакций, являющейся в своей основе антинозологической в традиционном смысле этого слова и антипсихиатрической, сводящей психические расстройства до уровня особых личностных реакций. Идея типов реакции легла в основу одной из классификаций психических болезней.

Фактически к медицине, в силу сложности этой науки, в той или иной степени применимы все обозначенные выше идеалы научности. Диагностика и профилактика как эмпирико-теоретические программы обретают конкретный характер в зависимости от концептуальной схемы и научных программ, теорий и закономерностей, т.е. от концептуальной реальности (симптом, синдром, нозологическая единица и др.). Последователи древнекитайской чжень-цзю-терапии, выдающиеся врачи прошлого Гиппократ, Гален и Авиценна, немецкий психиатр Крепелин и сторонники психоанализа — все они у постели больного ставят разные вопросы, исходят из разных матриц знания; из разных теоретических сущностей и объяснительных принципов следует философский и меди- цинский вопрос об их применимости и, следовательно, научности. Тот или иной ответ на вопрос предопределяет решение проблем измерений, достоверности, точности и доказательности знания в медицине. Методологически верна та позиция, которая основана на синтезе разных идеалов научности, учитывает специфику каждой предметной области медицины.
Знание в медицине — это и основа диагноза, и нечто более широкое, относящееся и к норме, и к патологии, и к индивиду (индивидуальности), и к популяции и т.д. Процессы интеграции (мультидисциплинарность) знания в медицине связаны с внутренней логикой развития самого знания, с переходом к познанию сложноорганизованных эволюционирующих систем. Рубеж 1970—1980-х гг. — время рождения нового междисциплинарного направления в современной науке — синергетики. Явления синергизма (от греч. synergia — содействие, соучастие) известны давно, прежде всего как суммация или потенцирование действия совместно применяемых лекарств.
В синергетике как общей методологии науки особо подчеркивается, в отличие от диалектического подхода прошлых лет, роль кооперативных эффектов в процессе самоорганизации. Рациональное значение синергетики для медицины связано с тем, что она имеет целью познание общих принципов, лежащих в основе процессов самоорганизации, реализующихся в системах самой разной природы: физических, биологических, технических и социальных. В синергетическом плане могут быть рассмотрены многие медико-биологические проблемы, например стресс и анафилактический шок. Последний, как аллергическая реакция немедленного типа, имеющий иммунологическую, патохимическую и патофизиологическую стадии, может рассматриваться как нелинейный процесс, связанный с диссипативными структурами, существующими вблизи линии неустойчивости. Таким образом, для развития медицинского знания становятся значимыми объекты, характеризующиеся открытостью и самоорганизацией. Например, идея самоорганизации нормальных и патологических процессов — исходная точка роста новых образов и представлений, понятийного аппарата. Поэтому вопрос об эволюции знания в медицине — это вопрос, напрямую связанный с пониманием характера процесса его развития: или как «усовершенствование», количественное изменение, или как процесс, включающий развитие в его диалектическом понимании, что предполагает сущностное, радикальное различие методологических основ. В конечном счете современные сдвиги в методологии отражают переход в медицине к постнеклассической рациональности, это тенденция перехода от простого к сложному, от метафизической, натурфилософской целостности к мультидисциплинарности, от структуры — к функции.

Человек представляет собой иерархию множества функциональных систем. Налицо взаимозависимость различных функциональных сис- тем, когда деятельность одной из них обязательно сказывается на деятельности других. Сложность этих взаимодействий требует системной методологии, развиваемой на основе диалектики, принципов самоорганизации живого, что ставит вопрос о путях углубления понимания рациональности (и научности) медицинского знания в рамках мультидис- циплинарной теоретической концептуальной схемы.
Современные методологии анализа знаний позволяют по-новому обосновать положение о единстве теоретического и эмпирического знания в медицине при ведущей роли теорий в форме теоретических концептуальных схем, научных исследовательских программ, дисциплинарных единиц знания и различных теорий.
Вторая половина XX столетия — время небывалого технического прогресса человечества и дерзких научных открытий глобального значения, изменивших образ жизни и мышления людей. Благодаря развитию биотехнологий в последние десятилетия появилась возможность реализации проектов по клонированию, генной терапии, расшифровки генома человека. Новые научные достижения имеют не только фундаментальное (возникновение новых медицинских наук), но и прикладное значение в медицине — в профилактике, диагностике и лечении заболеваний.
Решающую роль в этом отношении должно сыграть все более ускоряющееся превращение науки в непосредственную производительную силу, ибо, как отметил К. Маркс, применение науки к непосредственному производству само становится для нее одним из определяющих и побуждающих моментов. И хотя здравоохранение не относится к материальному производству, положение Маркса о побуждающем моменте науки в полной мере приложимо к нему. Это хорошо видно, в частности, на примере переноса методов и результатов из научных исследований в практику, превращение их в технологию. На современном этапе научно-техни- ческой революции становится очевидным, что определенная подсистема здравоохранения или крупный лечебный комплекс, не располагающие техникой и технологией, которые имеются в других подсистемах или отраслях и комплексах, не в состоянии решать некоторые актуальные практические задачи, т.е. их возможности снижаются.
В условиях научно-технического прогресса конца XX — начала XXI в. значительное место занимают вопросы внедрения в медицину технологической культуры, опирающейся на новейшую технику и современные информационные технологии. Каждый, имеющий дело с технологией, имеет дело с будущим, каждый, кто в страхе бежит от нее, — бежит от будущего. Проникновение «технологических идей» в медицинские науки, универсализация понятия «технология» уже не вызывают возражений в кругах медиков-ученых и клиницистов.

Современная техника — форма материализации и использования научных достижений. Она выступает как важный элемент технологичес- кой организации научных исследований в медицинской науке, клинической и профилактической деятельности в здравоохранении. Тем самым техника и технологии выступают как конкретно-историческая форма соединения «прошлого» и «живого» труда, способом создания «наличной производительности общественного труда».
Современная эпоха — эпоха энергии, информации и технологических прорывов на этой основе, в том числе в биомедицине и социомеди- цине. В социомедицине (в первую очередь) к этому добавляется еще один важный фактор — сущность общества и государства — их либеральный или социальный характер.
В настоящее время экономический рост постиндустриальных государств обеспечивается главным образом за счет наукоемких производств. Знания выступают как производительные силы общества. Научно-техни- ческий прогресс является необходимым условием интенсивного развития экономики. И, таким образом, ключевым направлением становится повышение производства наукоемкой продукции. Научно-техническая информация служит наиболее важным и высокопроизводительным ресурсом.
В интеллектуализации деятельности медицинских работников преимущество всегда будет принадлежать человеческому фактору. «Нет, — предупреждал один из создателей кибернетики Н. Винер, — будущее оставляет мало надежд для тех, кто ожидает, что наши новые механические роботы создадут для нас мир, в котором мы будем освобождены от необходимости мыслить... Мир будущего потребует еще более суровой борьбы против ограниченности нашего разума, он не позволит нам возлежать на ложе, ожидая появления наших роботов-рабов»[270]. Слова Н. Винера в полной мере могут быть напутствием и врачам эпохи высоких технологий.
 
<< | >>
Источник: В. В. Миронов. Современные философские проблемы естественных, технических и социально-гуманитарных наук : учебник для аспирантов и соискателей ученой степени кандидата наук. — М. : Гардарики,2006. — 639 с.. 2006

Еще по теме   2.7.6. Рационализм и научность медицинского знания  :

  1. 4. Медицинское право как наука и учебная дисциплина
  2. 4. Принципы построения системы законодательства об охране здоровья граждан
  3. НОРМАТИВНО-ПРАВОВЫЕ АКТЫ И РЕКОМЕНДУЕМАЯ ЛИТЕРАТУРА
  4. §2. Содержание криминалистической характеристики детоубийств. Обстоятельства, подлежащие доказыванию
  5. Постпозитивизм : критический рационализм К. Поппера.
  6.   КАРТЕЗИАНСТВО В ИСТОРИИ ФИЛОСОФИИ
  7.   § 4. Проблема научности философского знания  
  8. Природа как объект естественных и гуманитарных наук  
  9.   2.7. Философские проблемы медицины 2.7.1. Философия медицины и медицина как наука  
  10.   2.7.6. Рационализм и научность медицинского знания  
  11. Вопросы для самопроверки  
  12. Тема 6Организация научного психологического исследования
  13. Картезианство в истории философии
  14. 2.2. Этика благоговения перед жизнью
  15. § 2. ВОЗНИКНОВЕНИЕ ПРЕДПОСЫЛОК (ЭЛЕМЕНТОВ) НАУЧНЫХ ЗНАНИЙ В ДРЕВНЕМ МИРЕ И В СРЕДНИЕ ВЕКА
  16. § 5. Психолог в медицинской сфере
  17. ДОКАЗАТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ МЕДИЦИНСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
  18. Экспертные медицинские системы
  19. Круглый стол РЕЛИГИОВЕДЕНИЕ В КОНТЕКСТЕ МЕЖДИСЦИПЛИНАРНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ
  20. Развитие медицинского знания в контексте культурной динамики Development of medical knowledge in a context of cultural dynamics