<<
>>

§ 2.  Гражданское  правоотношение  в  механизме осуществления  права  и  исполнения  обязанности



Актуальность понятий «осуществление (реализация) права» и «исполнения обязанности» заключается также в том, что с помощью данных терминов правоведами обнаруживаются, устанавливаются новые фундаментальные понятия, в том числе отправные (базовые), рассматривается их суть, выводятся значимые для их характеристики признаки.
Например, именно таким образом в некоторых случаях определяются понятие гражданского права, обязанности, гражданско-правовой ответственности.
Так, Б.И. Пугинский, рассматривая договор в системе частного права, предлагает следующее определение понятия права: право — это осуществляемая в принятом порядке деятельность по реализации обязательных норм и применению ненормативных правовых средств, обеспечиваемая силой государственного принуждения[333].
Другой пример. По мнению С.Н.Братуся, «юридическая ответственность — это исполнение обязанности на основе государственного или приравненного к нему общественного принуждения»[334]. В отношении обязанного лица, по его выводам, ответственность можно определить «как состояние принуждения к исполнению обязанности»[335].
На наш взгляд, исполнение обязанности и осуществление права корреспондируют и взаимообуславливают друг друга, а также соотносятся с понятием правового отношения как абстракции одного порядкового уровня. Более того, эти понятия порой совмещают, используя как взаимодополняемые или взаимозаменяемые. Например, С.С.Алексеев пишет: «Ответственность выражает реализующееся, осуществляемое охранительное правоотношение, когда правонарушитель фактически несет обязанности …»[336]. Другое высказывание: «Ответственность … (то есть когда обязанность может быть выполнена в натуре) — не какое-то новое правоотношение, ибо остается в силе то же самое правоотношение, та же обязанность, которая и существовала и ранее»[337].
Таким образом, для более полной и точной характеристики понятий «осуществление субъективного гражданского права» и «исполнение субъективной гражданской обязанности» представляется актуальным соотнести данные термины с объединяющим их правовым явлением, которое находится с ними в одном категориальном ряду, а именно, с понятием «гражданского правового отношения». Названная правовая материя изучалась многими специалистами и является относительно разработанной в цивилистической науке, однако интерес к ней не угасает, что объясняется, в том числе, емкостью понятия и значительной взаимосвязью и взаимозависимостью ее с другими юридическими дефинициями.
Можно систематизировать основные подходы в освещении сущности и конституирующих признаков гражданского правового отношения. Наиболее ощутимо традиционно выделяются несколько подходов в оценке (изучении) данного правового явления.
Во-первых, гражданское правоотношение рассматривается исследователями с точки зрения своего значения и сущности. Как правило, эта категория воспринимается правоведами как отношение особого структурного типа[338], как урегулированное нормой права общественное отношение[339], то есть реальное поведение участников гражданского правоотношения. Оно рассматривается также с позиции образования правоотношения, прав и обязанностей как результат реализации норм права в жизни общества[340] либо с точки зрения взаимодействия субъектов гражданского правоотношения, протекающего в установленной форме, предписанной нормой объективного права[341].

Особое мнение было высказано рядом ученых, считающих, что правоотношение является не результатом правового регулирования общественного отношения, а выступает соответствующим правовым средством воздействия на социальные отношения. Так, по мнению Ю.К.Толстого, «правоотношение — это посредствующее звено между нормой права и теми общественными отношениями, которые составляют предмет правового регулирования»[342]. Исходя из этого, правовые отношения — это, прежде всего, разновидность идеологических отношений[343]. Более конкретизированным тезисом в развитии данной концепции представляется утверждение о том, что правоотношение представляет собой правовую конструкцию (модель), которая является юридическим средством индивидуального воздействия на поведение субъектов[344].  влизка позиция А.И. Денисова,
С точки зрения своего содержания гражданские правоотношения понимаются специалистами как совокупность субъективных гражданских прав и субъективных гражданских обязанностей[345]. Кроме юридического содержания (субъективных прав и юридических обязанностей), в исследованиях авторы выделяют и материальное содержание правового отношения[346].
Во-вторых, гражданские правоотношения рассматриваются с позиции состава или структуры правоотношения, элементами которого являются участники регулируемых отношений, субъективные права и субъективные обязанности, а также объекты гражданского права. Кроме того, ученые-правоведы отмечают и другие составные части гражданского правоотношения, например, правовое «состояние его субъектов и объектов»[347]. Под структурой гражданского правового отношения воспринимается и «строение взаимосвязанных субъективных прав и юридических обязанностей»[348].
В теории выделяют и структуру содержания гражданского правоотношения, под которой понимают «способ взаимосвязи субъективных прав и субъективных обязанностей», отмечая, что «структура содержания правоотношения может быть простой и сложной»[349];
Третий аспект изучения гражданского правоотношения — это исследование его с точки зрения особенностей субъектного состава (физические и юридические лица, государство, субъекты РФ и муниципальные образования) и характера правового положения участников рассматриваемых отношений (основные черты которого: состояние юридического равенства сторон, автономия воли, их имущественная и организационная обособленность друг от друга). Так, С.И.Аскназий отмечает, что для участников гражданских правоотношений свойственны следующие черты: а) обособленность законных интересов каждого из субъектов этих отношений; б) установление, изменение и прекращение данных правоотношений в большинстве случаев устанавливается свободным усмотрением, то есть волей самих участников гражданских отношений[350]. Кроме того, стороны гражданско-правовых связей формально равноправны[351], правомочие в гражданских правоотношениях присутствует лишь в качестве материально-правового притязания, но не веления[352].
Субъекты частного права наделены правовой инициативой в формировании и развитии правоотношений[353], то есть предоставленная участникам гражданских правоотношений возможность самим определять в установленных законом пределах условия устанавливаемых правоотношений, права и обязанности сторон, порядок их исполнения, основания изменения и прекращения правоотношений, их содержание и в известных пределах условия и объем правовой ответственности[354].
В-четвертых, определяющими становятся круг и специфика объектов гражданских правоотношений[355]. Традиционно к объектам гражданских прав относят (исходя из целевого назначения и правового режима): а) имущество, в том числе, вещи, включая деньги и ценные бумаги; имущественные права; имущественные обязанности, например наследственную массу (ст.1112 ГКРФ), которая складывается не только из вещей, имущественных прав (активов), но и имущественных обязанностей (пассивов); б) действия как объекты обязательственных правоотношений: работы и услуги; в) результаты интеллектуального и духовного творчества: произведения науки, литературы и искусства, программы для ЭВМ и базы данных; исполнительская деятельность, фонограммы, сообщения в эфир или по кабелю и другие объекты смежных прав; изобретения, промышленные образцы и полезные модели; секреты производства (ноу-хау); селекционные достижения;  топологии интегральных микросхем; а также охраняемые средства индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий: фирменные наименования, товарные знаки и знаки обслуживания, наименования мест происхождения товаров и коммерческие обозначения. Это те объекты гражданских отношений, которые объединены общим наименованием ? интеллектуальная собственность (ст. 1225 ГК РФ); д)нематериальные блага: жизнь, здоровье, честь, доброе имя, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом (ст. 150 ГК РФ). Именно данный состав объектов гражданских прав закреплен в действующем отечественном законодательстве (см.: ст. 128 ГК РФ).
Другой признанный способ исследования гражданского правоотношения — с точки зрения юридической формы[356], единства формы и материального содержания[357].
Распространено изучение гражданского правоотношения в соотношении с нормой права, в аспекте реализации (формы реализации) положений объективного права[358], конечного результата правового регулирования, воплощения нормы права в реальных жизненных отношениях, а также исследование правоотношения с точки зрения стадии в общей системе механизма правового регулирования[359].
Наконец, обращает на себя пристальное внимание способ рассмотрения гражданского правоотношения с позиции уяснения статики и динамики данного правового явления. Если динамика правоотношения раскрывает (опосредует) реальное общественное отношение, урегулированное нормой права, то статика данного правового средства — это только модель (конструкция), которая не действует автоматически и только в потенциале и в процессе его практического использования может привести к достижению поставленной правовой цели[360]. Во многом гражданское общерегулятивное правоотношение представляет собой «состояние (выделено нами. — Е.В.), в котором находится данный субъект и которое определяет его положение по отношению ко всем другим лицам»[361].
Поскольку понятие гражданского правоотношения многогранно, то и научных подходов к его исследованию немало. Как отмечает по этому поводу В.М. Сырых, «немного найдется в юридической литературе правовых понятий, относительно которых не имелось бы или не имеется в настоящее время как минимум двух — трех различных точек зрения. При сближении, согласовании порой прямо противоположных позиций нередко в ходе длительных дискуссий то или иное понятие приобретает свое научное содержание»[362].
С другой стороны. Можно выделить и иные характеристики гражданского правоотношения, например, по их классификации; по соотношению с иными юридическими явлениями. Расширение содержания правового научного понятия, появление вспомогательных, подчиненных ему и дополняющих его абстракций позволяет обеспечить последующее развитие понятия[363].
Те или иные черты правоотношения приобретают актуальность и доминируют на том или ином этапе общественного (государственного) развития. Формируется потребность в совершенствовании понятия, что с неизбежностью ведет к расширению объема категории, усложнению элементного состава дефиниции. Эта тенденция объективна, присуща всем теоретическим конструкциям и абстракциям[364]. Следствием данной направленности является возникновение противоречий между различными воззрениями или их закономерных предпосылок.
Представляется, что разработанные конструктивные подходы и описанные свойства гражданского правоотношения можно не только объединить в одной характеристике, а некоторые из них сфокусировать в одном универсальном определении, но и обозначить главное (сущностное) в соотношении понятий «осуществление субъективного гражданского права» и «исполнение субъективной гражданской обязанности» с понятием «гражданского правового отношения». На наш взгляд, рассматриваемые правовые явления должны быть рациональными и прагматичными институциональными абстракциями, способствующими решению практических задач цивилистики: с одной стороны — совершенствованию гражданского законодательства, правоприменительной и правоохранительной деятельности; с другой — установлению стабильности и оптимальной формализации юридического категориального аппарата.
Как правило, авторы определяют гражданское правоотношение, прежде всего, через указание родового признака данного понятия, акцент ставится на том, что  правоотношение представляет собой общественное отношение, точнее — разновидность социальных отношений. «Общественные отношения, будучи урегулированными нормами права, приобретают вид правового отношения»[365]. Это одна из наиболее кратких, лаконичных и в то же время достаточно емких формулировок.
Обозначение родового признака производится и с помощью иных формулировок. К примеру, Л.А. Чеговадзе пишет: «…правовое отношение — это социальная связь его участников посредством принадлежности субъективных прав и/или обязанностей»[366].
Родовое понятие гражданского правового отношения как социального (общественного) отношения и так, бесспорно, фигурирует в самом его выражении. Поэтому дополнительного указания в своей дефиниции, как представляется, не требует. Важно акцентировать внимание на тех свойствах гражданского правоотношения, которые имеют исключительно юридическое значение, определяют его функциональный (как правовое средство), методологический (как понятие, позволяющее исследовать и определять другие правовые явления) и содержательный (структурный) смысл.
Правоотношение, в юридическом смысле, — это, прежде всего, форма, то есть та правовая конструкция, в рамках которой осуществляются (происходит осуществление) субъективные права и исполняются субъективные обязанности. «Субъективные личные неимущественные, нематериальные гражданские права существуют и реализуются в рамках конкретных гражданских правоотношений, как законом предусмотренных, так и иных, ему не противоречащих»[367]. Аналогичное свойство можно отметить и в отношении товарно-денежных и иных имущественных субъективных прав, на что справедливо обращают внимание специалисты[368].
Таким образом, правоотношение — это не только «юридическое взаимодействие его участников», «мера их взаимодействия», «их связность», «правовая связь», «социальная связь», «системная связь находящихся в нем субъектов». Безусловно, это характеристики корректные, однако несколько абстрактные. Тем более, что «отношение», «связь», «связь между кем-нибудь, образующаяся из общения на какой-либо почве», «взаимное общение», «социальная связь»[369], «социально значимое поведение»[370] — понятия близкие по значению, почти тождественные. При подобном подходе, в некоторой степени, остается на периферии сама правовая суть этого феномена. На наш взгляд, понятие гражданского правоотношения можно определить более конкретно, что отразит рассматриваемое правовое явление с большей степенью точности. Гражданское правоотношение — это форма, которая возникает одновременно с появлением, наделением субъекта правами или обязанностями, прекращается одновременно с прекращением данных субъективных прав и обязанностей. Права и обязанности только и могут действовать в рамках гражданского правоотношения, то есть реализовываться и исполняться.
«Движение любого правоотношения начинается его возникновением и заканчивается прекращением. … За время действия правоотношение может претерпевать то или иное изменение в содержании или в субъектном составе, сохраняя прочие свои черты, продолжая существовать в измененном виде»[371]. Говоря о «движении правоотношения», авторы вместе с тем воспринимают правоотношение как статичное правовое явление, поскольку лишь допускают возможность, что правоотношение может претерпевать «то или иное изменение в содержании или в субъектном составе, … продолжая существовать в измененном виде» (Б.Б. Черепахин). Субъективное право, как и субъективная обязанность, ? статичные правовые явления, содержащие (указывающие) набор определенных правомочий. В свою очередь, правовое отношение ? категория, вбирающая в себя в качестве содержательной составляющей процесс осуществления права и исполнения обязанности.
Так, совершенно справедливо авторы пишут, что «договорные условия представляют собой фиксацию взаимных прав и обязанностей»[372]. Аналогично права и обязанности предписывает сам закон. В нем «есть общая нормативная модель прав и обязанностей, носителями которых становятся стороны, заключившие соответствующий договор»[373]. По этой причине, когда говорят о содержании гражданско-правового договора в его качестве правоотношения, имеют в виду права и обязанности сторон[374], то есть наименование и количественные показатели прав и обязанностей. Представляется, что эта дефиниция требует существенного дополнения, включения в него конституирующего признака. Содержание гражданско-правового договора — это не столько права и обязанности контрагентов, сколько осуществление ими субъективных прав и исполнение субъективных обязанностей, которое, в свою очередь, может выражаться в форме активных действий сторон или в форме состояния отношений (бездействия).
Считается, что «содержание обязательственного правоотношения включает совокупность прав и обязанностей его участников, в соответствии с которыми совершаются определенные действия»[375]. В соответствии с данной доминирующей научной позицией по существу действия участников правоотношения, осуществление субъективных гражданских прав и исполнение субъективных обязанностей выводятся за рамки правового отношения.
Либо, как можно предположить из суждения В.С. Толстого, являются возможными (а значит субсидиарными, так как могут и не состояться) содержательными элементами правоотношения. Так, автор пишет: «Поскольку правомочия и обязанности представляют собой возможности, то рано или поздно (если правоотношения развиваются и прекращаются нормальным способом) наступает такой момент, когда они превращаются в действительность, т. е. воплощаются в поведение субъектов данного правоотношения»[376]. Близкую, по сути, позицию высказывает Ю.Г.Басин. По его мнению, субъективное право в уже сформировавшемся правоотношении (выделено нами. — Е.В.) в тех или иных случаях до наступления необходимых юридически значимых фактов имеет потенциальный характер[377].
Другое фундаментальное, ставшее классическим, определение, которое, на наш взгляд, нуждается в принципиально важном уточнении. Правоотношение — «возникающая на основе норм права индивидуализированная общественная связь между лицами, характеризуемая наличием субъективных юридических прав и обязанностей и поддерживаемая (гарантируемая) принудительной силой государства»[378]. Другими словами, это «связь между правом и обязанностью, а точнее, между их носителями, и есть правоотношение»[379], когда при наличии конкретных жизненных обстоятельств субъективные права и юридические обязанности переводят «абстрактные возможности и необходимость на плоскость конкретных, адресных субъективных юридических прав и обязанностей, и следовательно, переключающих правовую энергию юридических норм на уровень конкретных субъектов — носителей прав и обязанностей»[380].
Это характеристика правового отношения, где общественные отношения («общественная связь») между лицами и их субъективные права и субъективные обязанности правоотношения рассматриваются отдельно (в отрыве) друг от друга. Как представляется, данный подход не в полной мере может отразить функциональное назначение, юридическое существо рассматриваемого правового явления, его единство и одновременно его неотъемлемое свойство. Неверно разрывать (либо рассматривать вне их объективной связи) субъективное право от его осуществления, а субъективную обязанность от ее исполнения. Общественная связь между субъектами отношения, наделенными правами и обязанностями, — это непрерывный процесс осуществления субъективного права и исполнения субъективной обязанности.
«Юридические отношения … не находятся в состоянии покоя (статика), а в постоянном движении. И это движение (динамика) есть правовая жизнь, выражающаяся в том, что юридические отношения непрестанно возникают, изменяются и прекращаются»[381]. В качестве элементов общественного отношения «необходимо выделять лишь составные части социальной связи — возможность деятельности и саму деятельность как реализацию этой возможности»[382].
Наличие (возникновение) субъективных прав или (и) субъективных обязанностей одновременно указывает на правовое состояние осуществления субъективных гражданских прав или (и) исполнения субъективных обязанностей. Если возникает правовое отношение, то автоматически, одномоментно начинают осуществляться номинально и фактически права и исполняться обязанности. Правоотношение не может находиться, рассматриваться в статике. Данному правовому явлению, как и осуществлению субъективных гражданских прав и исполнению субъективных обязанностей, имманентны изменение, процесс, ход, движение и иные синонимические понятия.
В цивилистической науке весомой является точка зрения, в соответствии с которой под содержанием правоотношения понимается поведение его участников в виде должного (возможного), юридически действительного взаимодействия[383]. Н.Д.Егоров отмечает: «Входящие в предмет гражданского права общественные отношения в результате их правового регулирования не исчезают, а лишь приобретают правовую форму, с помощь которой упорядочивается их содержание. Поэтому содержание гражданских правоотношений образует взаимодействие их участников (выделено нами. — Е.В.), осуществляемое в соответствии с их субъективными правами и обязанностями»[384]. Этой точке зрения близка позиция Л.С.Явича: «содержанием правовых связей также является поведение их субъектов в пределах предоставленных субъективных прав и юридических обязанностей»[385]. Л.А. Чеговадзе  отмечает недостаток подобных подходов, а именно, в представленных формулировках под содержанием правоотношения авторы подразумевают «реальное поведение, а не его юридические вид и меру»[386].
Однако ценность дефиниций М.М. Агаркова, Н.Д. Егорова, Л.С.Явича в том, что они выявляют не «застывшие» субстанциональные элементы, а показывают правоотношение как опосредование реальной деятельности субъектов гражданского права. Эта объективная деятельность, облекаемая в форму правоотношения, автоматически становится  юридически значимой. «Поведение само по себе лишено каких бы то ни было правовых признаков и приобретает их лишь вследствие указаний на юридическую значимость соответствующего поведения, содержащихся в нормах права. В частности, действия субъектов правоотношения приобретают юридическое значение только потому, что они совершаются в целях осуществления субъективных прав и в порядке исполнения обязанностей»[387]. Субъективные права и обязанности сопутствуют правовому отношению постоянно (непрерывно), а их возникновение, изменение или прекращение влечет за собой возникновение, изменение или прекращение самого правоотношения[388].
Если субъективное право, как справедливо утверждает С.С.Алексеев, — это «мера возможного (дозволенного) поведения в правоотношении (выделено нами. — Е.В.), обеспеченной обязанностями других лиц»[389], то совершенно логично и последовательно, по нашему мнению, что осуществление субъективного права — это соответствующее поведение управомоченного лица в рамках конкретного правового отношения,  это определенные действия лица либо его бездействие.
Традиционно в правоотношении выделяют волевое, материальное (фактическое) и юридическое содержание. Волевое содержание составляют выраженная в юридической норме воля законодателя и волевые акты непосредственных участников правоотношения. Материальное содержание образует совокупность общественных (фактических) отношений. Юридическое содержание правоотношения определяется как субъективные права и обязанности сторон (субъектов) правоотношения[390]. По всей видимости, последнее доктринальное положение требует принципиального уточнения. С точки зрения формальной логики (силлогизм), если материальное содержание правоотношения — это общественное отношение (фактическое), то юридическое содержание правоотношения должно соотноситься, быть однопорядковым в своей основе с категорией «общественное отношение». В первую очередь, она должна отражать процесс (движение, изменение), выступать в одном с ним категориальном измерении. Данными категориями являются «осуществление субъективного гражданского права» и «исполнение субъективной гражданской обязанности».
Должна быть уточнена и структура гражданского правоотношения, которую чаще всего определяют как совокупность следующих элементов: «1)субъекты; 2)объект; 3)субъективное право; 4)юридическая обязанность»[391]. Как представляется, в состав правоотношения должны входить, помимо субъектов (сторон) и объекта правоотношения, осуществление субъективного права и исполнение субъективной обязанности.
Права и обязанности субъектов, являющиеся содержанием конкретного гражданского правоотношения, не могут быть застывшей, неизменной материей. Время и пространство находятся в постоянном и непрерывном движении. Эти категории объективные и не зависят от воли людей. Те материальные (овеществленные или неовеществленные) явления (возможности), которые опосредуются правами и обязанностями, также изменяются, поскольку находятся в перманентном движении. Поэтому, кроме констатации факта нахождения субъективных прав и обязанностей в содержании правоотношения, необходимо признать, что объем прав и обязанностей, условия их реализации, гарантии, степень защиты и другие компоненты не могут оставаться неизменными. Данные правовые величины находятся в постоянной динамике.
Даже если, на первый взгляд, создается впечатление, что имеющимся, к примеру, правом управомоченная сторона не воспользовалась или исполнение обязанности не пришло в движение, то вся окружающая совокупность обстоятельств, влияющая с той или иной степенью на условия реализации права и исполнение обязанности, на временные и другие внешние и внутренние параметры, изменилась. Внутренне присущая материальная составляющая осуществления субъективного гражданского права и исполнения субъективной гражданской обязанности постоянно и неизменно меняется. Соответственно изменяется и материальное содержание правоотношения. Эти процессы происходят одномоментно, поскольку проистекают из единой природы явлений.
Обращает на себя внимание мнение В.Ф. Яковлева: «…все имущественные отношения гражданского оборота — это отношения собственности в их статике либо в их динамике»[392]. Но возможна и иная точка зрения. Представленное утверждение можно принять с определенной мерой условности, принимая во внимание определенные цели и задачи конкретного исследования, в качестве одного из инструментов (методов) научного анализа. По всей видимости, процитированная дефиниция правильна как идеальная модель, как правовое средство для возможного расщепления понятия «имущественные отношения» на отдельные составные части, элементы, уяснения их взаимосвязи и отличий друг от друга.
На наш взгляд, имущественных либо неимущественных отношений в статике в реальной действительности, в материальном мире не существует. Отношения, как и деятельность, могут выражаться как в действиях, так и в бездействии. Последнее также является своего рода деятельностью, поскольку отражает, с одной стороны, волю лица, с другой стороны — бездействие (относительное понятие применительно к конкретному объекту во взаимоотношении лица с конкретным субъектом) подчиняется общим законам мироздания, то есть оно проявляется в объективном мире, находится во времени и в пространстве.
Таким образом, можно утверждать, что в объективной реальности отсутствует правовое состояние, когда субъективные права не осуществляются или субъективные права не исполняются. Осуществление  субъективного гражданского права и исполнение субъективной гражданской обязанности имманентно гражданскому правоотношению.
Как представляется, гражданское правоотношение — это не взаимодействие его участников в соответствии с объективным (позитивным) правом с точки зрения совокупности субъективных прав и обязанностей или «состояния связанности участников гражданского общества в пределах автономной правовой конструкции»[393]. Как пишет автор: «… Они (правоотношения. — Е.В.) порождают особое состояние их участников — состояние связанности правами и обязанностями, в рамках которого члены общества цивилизованно и разумно осуществляют свои частные интересы»[394], «… правовое состояние сторон правоотношения может быть разнообразным, что и обусловливает в конечном итоге динамику правоотношения в целом»[395]. Лексическое значение словоформы «состояние» в используемом контексте — это положение, в котором кто-нибудь или что-нибудь находится[396]. Синонимами «состояния» являются лексемы «ситуация», «обстановка», «обстоятельства», «условия», «картина», «конъюктура»[397]. Как видим, состояние (по определению, по своему значению) отражает, главным образом, статичное нахождение объекта и субъекта во времени и в пространстве, определяет так называемый «фотографический» момент жизнедеятельности или в нашем рассматриваемом случае — в правовом отношении. Трудно согласиться, что «поведение субъектов, моделируемое в пределах гражданско-правовой конструкции отношения, есть совокупность жизненных фактических обстоятельств»[398]. Выражения «деятельность субъектов», «их поведение», «отношения лиц», общественные отношения», прежде всего, отражают динамику. А термин «фактические обстоятельства», то есть «условия, определяющие положение, существование кого или чего-нибудь, обстановка (во втором значении)»[399] устанавливают статику отношений.
Следовательно, содержание гражданских правоотношений — это осуществление субъективного права и исполнение субъективной обязанности, которые протекают непрерывно, не могут находиться в статике, поскольку опосредуют реальную деятельность (поведение) лица.
На первый взгляд, кажущаяся нереализация субъективного права по воле самого управомоченного лица, то есть недостижение идеальной основной цели права, которая была заложена позитивным правом, демонстрирует лишь то, что субъективное гражданское право было непосредственно осуществлено по дополнительной (факультативной) составляющей, а именно, было реализовано неосновное правомочие в содержании субъективного права.
Поэтому, определяя гражданское правовое отношение, необходимо установить не только структуру и его содержательные компоненты, но и то, что гражданское правоотношение находится в процессе постоянного изменения, движения, модификации эволюции, подчиняясь законам диалектического состояния материи. Данное отношение представляет собой одновременное (одномоментное) корреспондирующее друг другу движение субъективных прав и обязанностей, другими словами — осуществление субъективного гражданского права и исполнение субъективной гражданской обязанности.
Таким образом, гражданское правовое отношение — это юридическая форма отношения (правовая конструкция), в рамках которой  осуществляется  субъективное право и  исполняется корреспондирующая ему субъективная обязанность юридически равными, имущественно и организационно обособленными субъектами в отношении не изъятых из гражданского оборота материальных и (или) нематериальных благ.
Трудно не согласиться с тем, что «правоотношения, их место, роль и значение тесно связаны с осуществлением права»[400]. Правильное уяснение сущности и значения гражданских правоотношений относительно осуществления субъективных прав и исполнения субъективных обязанностей даст дополнительную возможность избежать ошибок как в процессе научно-исследовательской работы, в юридической технике при формулировании идеальных правовых моделей, так и в практической и иной правоприменительной деятельности. К примеру, вызывает сомнения, что «гражданское правоотношение служит мерилом оценки фактического поведения сторон на предмет его соответствия нормам объективного права»[401]. Точнее, формальным эталоном фактического поведения сторон относительно соответствия его нормативно-правовым актам является оценка непосредственного осуществления субъективного гражданского права и исполнение субъективной гражданской обязанности.
Иногда в характеристику правоотношения  вкладывают одновременно несколько значений. Так, автор пишет: «… Процессы жизнедеятельности так же значимы для развития правоотношения, в рамках которого они проистекают в качестве юридически значимых, как их регулирование посредством правоотношения»[402].  В первой части данного утверждения речь идет скорее о правоотношении как о форме, в которую облекаются юридически значимые процессы жизнедеятельности. И это представляется справедливым. Во второй части цитируемого вывода — «…их регулирование посредством правоотношения»[403] — правовое отношение сводится, по сути, к значению нормы права (к источнику права). Это подтверждается и в другой формулировке автора: «… Несомненно, будет правильным считать правоотношение не результатом, а средством правового регулирования общественных отношений его участников»[404]. Безусловно, подобные подходы могут привести к «какофонии» понятий, размыванию их функционального, методологического и содержательного смысла. «… Термины в юридической науке едины с терминологией закона и юридическим языком практической юриспруденции, и нарушение этого единства может повлечь за собой неблагоприятные последствия»[405]. Не вызывает сомнения, что гражданские правоотношения — это, прежде всего, урегулированные правом общественные отношения.
В полной мере трудно согласиться и с другой формулировкой гражданского правоотношения: «Правоотношение представляет собой ту форму, в которой определенные общественные отношения могут осуществляться»[406]. Как представляется, понятие «общественные отношения» само по себе как явление отражает динамику, процесс, поэтому категория (или в контексте упомянутой работы — возможное качество) «осуществления» является ее неотъемлемым признаком, без которого отношения быть не может. Если общественные отношения присутствуют в объективной реальности, то уже по своему определению они всегда отражают движение (реализацию, осуществление), то есть какое-либо изменение окружающей социальной действительности. По всей видимости, выражение «общественные отношения осуществляются» является тавтологией.
Правоотношение представляет собой форму (прежде всего с точки зрения правового механизма), в объеме которой осуществляются субъективные гражданские права и исполняются субъективные гражданские обязанности.
Каково значение, цель установления специального правового механизма — гражданского правового отношения?
«Основным результатом гражданско-правового регулирования выступает правообладание»[407]. В связи с этим в одной из последних фундаментальных работ по данному вопросу отмечается, что «гражданское правоотношение … появляется либо с целью приобретения субъективного права, либо с целью его осуществления, но всегда для того, чтобы собственными юридически значимыми действиями «устроить свои взаимоотношения с другими лицами»[408].
По всей видимости, цель установления гражданского правоотношения необходимо конкретизировать. Как писал Г.Ф. Шершеневич: «Если право составляет вообще средство к достижению известной социальной цели, то способ пользования таким средством есть вопрос первостепенной важности»[409]. Гражданское правоотношение прекращает свое действие в момент достижения цели субъективного права и, одновременно, исполнения субъективной обязанности, а именно, установления в интересах управомоченного лица материального либо нематериального  фактического результата.  Приобретение субъективного права, установление правовой связи с иными участниками отношений, на наш взгляд, является лишь промежуточной целью формирования гражданского правоотношения. В данном рассматриваемом значении правоотношение — это механизм (совокупность правовых средств, объединенных последовательной и закономерной связью) для достижения фактического социально значимого результата, к которому стремится правообладатель.
Соотношение понятий «осуществление субъективного гражданского права» и «исполнение субъективной гражданской обязанности» с понятием  «гражданское правовое отношение» может быть представлено в нескольких концептуальных аспектах:
1. Как форма и содержание находятся в диалектическом единстве, так и  гражданское правовое отношение неотделимо от осуществления субъективного права и исполнения субъективной обязанности. Оно имманентно им и находится с ними в одном категориальном ряду.
2. Осуществление субъективного гражданского права и исполнение субъективной гражданской обязанности происходят в рамках гражданского правового отношения. Гражданское правоотношение относительно осуществления субъективных права и исполнения субъективных обязанностей выступает формой, общей правовой конструкцией. «При этом форма реального общественного отношения рассматривается не как внешняя оболочка, а как структура, модель поведения, пронизывающая данное общественное отношение. Реальное поведение соотносится с моделью, сформированной в соответствии с нормой права»[410].
Более того, гражданское правоотношение является элементом общего правового механизма гарантированного осуществления субъективного гражданского права и исполнения субъективной гражданской обязанности.
3. Содержание  гражданского правоотношения представляет собой не столько совокупность субъективных прав и обязанностей, сколько само осуществление субъективного права и исполнение субъективной обязанности, поскольку правоотношение — та правовая конструкция, которая отражает процесс, динамику. Это продиктовано логикой движения социальной материи, «всеобщего», в том числе состояния и развития общественных отношений.
Без системы, определяющей порядок, то есть механизма «гражданского правоотношения», субъективные права и субъективные обязанности, субъекты и объекты — всего лишь отдельные разрозненные и разнородные, эклектичные элементы, или части, имеющие различную правовую природу, взятые в статичном неизменном виде, не объединенные в одном едином правовом процессе.
4. Правоотношение возникает одновременно с появлением у конкретных лиц соответствующих прав и обязанностей.
5. Поскольку субъективным правам и субъективным обязанностям свойственна порождающая способность, проявляющаяся в постоянном и непрерывном изменении универсума социальных отношений, то и правоотношение имеет внутренне присущую черту постоянной модификации.
6. Правоотношение как форма, с одной стороны, и осуществление субъективного права и выполнение субъективной обязанности, с другой стороны, закономерно взаимозависимы и оказывают друг на друга самое активное воздействие. Когда форма и содержание наиболее четко соответствуют друг другу, отвечают требованиям правовых категорий, юридической технике понятийного аппарата, когда они согласованы с иными взаимосвязанными правовыми механизмами (правовыми конструкциями), то формируется адекватная, оптимальная модель для гарантированного достижения цели осуществления субъективного права и исполнения субъективной обязанности.
7. В методологическом смысле институт «правоотношение» играет важную роль не только для описания субъективных гражданских прав и обязанностей, но и для анализа их реализации (исполнения) в конкретных отношениях[411]. Данное правовое явление отражает в единстве внутреннее и внешнее взаимодействие осуществления субъективного права и исполнения субъективной обязанности.
Представляется, что в том числе с помощью категории гражданского правоотношения можно выработать общий механизм осуществления субъективных гражданских прав и исполнения субъективных гражданских обязанностей. Подобный механизм должен точно и адекватно отражать требования объективных законов жизнедеятельности (развития). Это позволит создать гарантированные условия для достижения предусмотренной цели права, а в конечном итоге, то есть в практическом плане — реального (фактического) результата.
8. Моментом завершения действия правового отношения является факт достижения цели осуществления субъективного гражданского права и соответственное исполнение субъективной гражданской обязанности — установления материального либо нематериального справедливого для управомоченной и обязанной стороны фактического результата.
9. Гражданское правовое отношение как системное правовое средство ? составная часть общего институционального правового явления — механизма осуществления субъективного гражданского права и исполнения субъективной гражданской обязанности. Именно такой подход позволяет определить теоретическую и функциональную значимость рассматриваемых понятий.
Как представляется, в центре внимания должен быть обладатель субъективного гражданского права. И все правовые механизмы и иные правовые средства должны быть направлены на реализацию его субъективного права. Понятие «механизм правового регулирования» при всей его актуальности и ценности для фундаментальной науки и правоприменительной деятельности, в первую очередь, акцентирует внимание на создании правовых конструкций (идеальных моделей правового регулирования) с точки зрения удобства законодателя (публичной власти).
В некоторых случаях это ведет к ненадлежащему исполнению своих обязательств государством. Например, принятие Федерального закона о бюджете, который устанавливает приоритет его норм над положениями иных федеральных законов, тем самым блокируя гарантированность и эффективность осуществления гражданских прав и исполнения гражданских обязанностей, допуская неисполнение своих обязанностей перед другими участниками гражданских правоотношений[412].
Для фактической реализации права ключевой доминирующей правовой конструкцией должен стать механизм осуществления субъективного гражданского права и исполнения субъективной гражданской обязанности. Это одна из фундаментальных и центральных единиц в цивилистике.
10. Кроме традиционных классификаций, правовое отношение можно разделить на: позитивное правоотношение и субъективное правоотношение.
Позитивное правоотношение — это предлагаемая законодателем (закрепленная в норме права) или добровольным соглашением субъектов права (закрепленное в договоре) модель поведения (модель осуществления права и исполнения обязанностей), в соответствии с установленными правами и обязанностями.
Субъективное правоотношение — это форма отношения, в рамках которой непосредственно осуществляется субъективное право и исполняется субъективная обязанность.
11. В монографической (диссертационной) литературе[413], посвященной рассматриваемым проблемам, в определенных случаях вопросы гражданских правоотношений и осуществления субъективных гражданских прав и исполнения субъективных гражданских обязанностей авторы не соотносят друг с другом. Как правило, данный подход (теоретические и методологические аспекты изложения материала) прослеживается и в учебно-методической и в учебной юридической литературе[414]. В учебных изданиях темы «Гражданские правоотношения» и «Осуществление гражданских прав и обязанностей» расположены в разных разделах (главах).
По всей видимости, это связано с тем, что содержание гражданского правоотношения традиционно определяется как связь участников правоотношения, как совокупность субъективных прав и субъективных обязанностей.
На наш взгляд, содержанием гражданского правоотношения является постоянный и непрерывный процесс (динамика) осуществления субъективных прав и исполнения субъективных обязанностей. Поскольку субъективные права и обязанности опосредуют те возможности, которые реально и конкретно предоставлены субъектам права, и требуемые действия (поведение), которые возложены на обязанных субъектов, то и эти правовые конструкции, как и сама объективная реальность (поведение людей), не могут находиться в неизменном качественном и количественном относительно правомочий виде.
Правовые явления «гражданское правоотношение» и «осуществление субъективного гражданского права и исполнение субъективной гражданской обязанности» являют собой диалектическое единство, как форма и содержание единого целого. Этим обусловлена их институциональная взаимосвязь: взаимодействие и взаимовлияние.
Прикладное значение вывода: в законотворческом, методологическом (научном) и учебно-практическом аспекте данные юридические абстракции более удобно рассматривать не в отрыве, а в сопоставлении друг с другом, другими словами — в их совместном рассмотрении. В частности, свойства имманентности и релевантности связи их общей правовой природы позволяют определять их существенные признаки и выводить дефиниции друг через друга.
Как отмечают ученые в области теории права, в соответствии с одной из своих основных гносеологических функций правовые научные абстракции должны раскрывать сущность феноменов юридической действительности[415]. Так, Д.А.Керимов, характеризуя суть понятия науки, отмечает: «Юридические абстракции окажутся подлинно научными лишь тогда, когда каждый из фиксируемых в них существенных признаков необходим для раскрытия специфики изучаемых правовых объектов, а их совокупность достаточна для выявления сущности этих объектов»[416]. Значение научной абстракции в правовой сфере в том и состоит, что оно вскрывает  внутреннюю связь, единство, общность изучаемых правовых феноменов. Она позволяет отделить главное от неглавного, существенное от несущественного, за случайным увидеть необходимость и тем самым обеспечивает возможность обнаружить объективные закономерности, формирующие правовое развитие[417].
Резюмируя вышесказанное, можно кратко определить гражданское правоотношение как урегулированное правом общественное отношение, в рамках которого осуществляется субъективное право и исполняется взаимно корреспондирующая ему субъективная обязанность.
В состав гражданского правоотношения входят следующие элементы: а) субъекты; б) объект; в) субъективное гражданское право и осуществление (реализация) права; г) субъективная гражданская обязанность и исполнение обязанности.
Если материальное содержание правоотношения образуют социальные отношения, то его юридическое содержание, как представляется, — это  субъективные гражданские права и субъективные гражданские обязанности в своей непосредственной реализации (непосредственном осуществлении и исполнении).
Глава 4.  СТАДИИ  ДЕЙСТВИЯ  МЕХАНИЗМА  ОСУЩЕСТВЛЕНИЯ  ГРАЖДАНСКИХ  ПРАВ  И  ИСПОЛНЕНИЯ  ОБЯЗАННОСТЕЙ
§ 1. Понятие и значение стадий действия механизма
осуществления  права  и  исполнения  обязанности

Механизм осуществления прав и исполнения обязанностей основан на единстве разнородных составляющих: процесса смены состояний права (обязанности), объективации и субъективации права и обязанности, основных и организационных правоотношений, функциональных и служебных стадий. Динамика осуществления права связана в первую очередь с изменением состояний субъективного права в процессе его осуществления. Только последовательная смена состояний субъективного права в единстве дает представление о целостном процессе осуществления. Анализируемый признак дает возможность оперировать таким понятием, как стадия осуществления права и исполнения обязанности.
Под стадией осуществления того или иного права мы понимаем состояние права в определенный момент времени. При этом каждая стадия характеризуется набором определенных взаимообусловленных качественных характеристик права.
Так, право акционеров на имущество ликвидируемого акционерного общества формируется в процессе ликвидации данного акционерного общества. На этой стадии оно представляет собой хотя и персональную, но потенциальную возможность владения имуществом до момента осознания акционером этого права и завершения расчетов с кредиторами, утверждения ликвидационного баланса совершения иных предусмотренных законом действий (ст.ст. 22, 23 Федерального закона от 26 декабря 1995года №208-ФЗ «Об акционерных обществах»[418]).
После совершения указанных процедур право установлено и начинает осуществляться фактически. Иными словами, субъективное право, обладающее потенциальной возможностью реализации, после возникновения решающего юридического факта становится действительно осуществимым.
Важно проследить постепенность изменений субъективного права, выявить причины, стимулирующие его переход в процессе осуществления из одного состояние в другое, и что особенно важно, определить факторы, нарушающие этот порядок, затрудняющие на разных этапах преобразование нормативно определенных возможностей в индивидуальные умственно-волевые акты, направленные на получение искомого блага. Этим обусловлена не только теоретическая, но и практическая значимость определения стадий действия механизма реализации прав и исполнения обязанностей.
Стадии действия механизма соотносятся со стадиями осуществления прав и представляют собой порядок организации осуществления прав и исполнения обязанностей в конкретный момент времени. Содержанием стадий действия механизма является санкционированная законом последовательность определенных действий участников правоотношений.
С другой стороны, закономерно возникает вопрос, с какого момента следует наблюдать изменение субъективного права? На наш взгляд, существует два пути решения этой проблемы.
Механизм осуществления прав и исполнения обязанностей можно рассматривать широко — принимая во внимание весь процесс индивидуализации прав и обязанностей, и более узко — учитывая непосредственно сам процесс реализации (исполнения).
В первом случае изучению подвергается многоступенчатый процесс с возникновения предпосылок к формированию субъективного права и обязанности, с момента их формирования до осуществления этого права и исполнения обязанности. Подобный подход имеет наибольшую значимость для совершенствования гражданско-правового законодательства.
В узком смысле под реализацией права (исполнением обязанности) следует понимать осознанные волевые действия правообладателя (обязанного лица), направленные на осуществление возможностей, заложенных в норме права.
Основное различие этих подходов кроется в составе стадий действия механизма. Так, в широком понимании структуру механизма осуществления прав будет составлять последовательность следующих стадий: подготовительный этап (предреализационный); формирование субъективного права; установление субъективного права;  процедурная стадия реализации данного субъективного права; защита нарушенного права; стадия фактического и юридического осуществления права.
В узком смысле механизм реализации права начинает действовать с момента осознания субъектом своего правообладания. В данном случае механизм реализации прав и исполнения обязанностей предстает как ряд стадий: установление субъективного права, процедурная реализация права, защита нарушенного права, стадия фактического и юридического осуществления права и исполнения обязанности.
Обратимся к широкому пониманию механизма непосредственного осуществления права. Этот процесс начинается с установления возможностей осуществления субъективного права. Более чем очевидно, что действие механизма реализации прав и исполнения обязанностей невозможно без наличия конкретных предпосылок: освоенных доктриной принципов осуществления прав и исполнения обязанностей, соответствующих им юридических норм, правосубъектности, юридически значимых фактов. Это первый, подготовительный этап, предреализационный.
С.С.Алексеев справедливо подчеркивал особую важность «предварительной подготовки» реализации правовых норм: «Во многих случаях для обеспечения реального, полного, точного и своевременного осуществления субъективных прав и исполнения обязанностей необходимо создание определенных организационных и правовых условий»[419]. То есть необходимы определенные объективные предпосылки осуществления прав и исполнения обязанностей.
Во-первых, в нормах права должны быть заложены механизмы осуществления прав и исполнения обязанностей. Моделирование механизмов, их общая структура определяется составом принципов-методов осуществления. Так называемые сверхцели (особенно значимые социальные цели) механизма осуществления прав и исполнения обязанности выражаются целеполагающими принципами осуществления прав и исполнения обязанностей. Следовательно, уже на данном этапе проявляется образующая, определяющая роль указанных начал.
К предпосылкам осуществления права относится и правосубъектность участников отношений.
Некоторые права также способны выступать в качестве предпосылок к реализации  субъективных прав. Такой способностью обладают секундарные (от лат. secundans, secundatis — содействующий, помогающий)[420] права. Это особая разновидность прав, реализация которых заключена в одностороннем волеизъявлении и направлена на создание другого субъективного права. Не вдаваясь в многолетнюю полемику о соотношении понятий секундарное право — субъективное право — правоспособность[421], отметим существенные черты этой категории прав.
Секундарное право «не имеет никакого самостоятельного содержания, а является лишь «производным» образованием, призванным вызывать возникновение, возникновение и прекращение иных, самостоятельных прав. По структуре этих самостоятельных прав вряд ли имеет смысл выделять имеющие к ним непосредственное отношение секундарные права»[422]. Другими словами, секундарное право обладает способностью создавать, изменять и прекращать правоотношение, входит в состав абсолютного правоотношения, может передаваться по наследству, но не может быть передано по сделке[423],  осуществляется путем одностороннего волеизъявления, в качестве юридического факта в механизме осуществления субъективного права является предпосылкой реализации этого субъективного права.
«Секундарные правомочия являются «основателями» юридического факта последующего правоотношения»[424].
Принципиальное отличие секундарных прав от всех иных видов прав — в их целевой направленности, в том, что они выполняют служебную роль и не приводят к получению блага, а призваны сформировать субъективное право на получение блага. В частности, право наследодателя на  завещание реализуется с целью передать наследникам имущество, иными словами, для того, чтобы сформировать права наследников на принятие наследства. Таким образом, те субъективные права, которые направлены на создание другого субъективного права, могут быть выделены в отдельную классификационную группу секундарных прав.
По своей юридической природе секундарные права чрезвычайно близки субъективным правам. Это тоже вид и мера правомерного поведения, позволяющая субъекту удовлетворять его собственные интересы. Реализация данных прав состоит из последовательности тех же стадий, что и реализация иных субъективных прав. Кроме того, секундарные права входят в состав абсолютных правоотношений: праву совершить одностороннюю сделку противостоит обязанность всех иных участников гражданского оборота не препятствовать этому.
Сказанное еще раз доказывает, что секундарные права являются специфическим видом субъективных прав. Не случайно законодатель не выделяет данные права из иных видов прав и не использует данный термин. Следует также отметить, что в широком смысле большинство субъективных прав являются предпосылкой для иных субъективных прав, то есть, в разной мере обладают чертами секундарности. Например, субъективное право собственности на имущество является необходимым условием реализации прав на владение и распоряжение данным имуществом.
Таковы общие предпосылки для реализации большинства субъективных прав. Но факты и предпосылки, являясь объективными основаниями, не вызывают сами по себе возникновения права, порождающим фактором для этого выступает воля конкретных лиц. В этом отношении справедливо отмечено, что норма права — это только возможность возникновения правоотношения[425]. Поэтому второй этап — формирование субъективного права. Этот этап выражается в процессе создания завершенного юридического (фактического) состава, в котором особое значение имеют решающие факты.
О.А. Красавчиков убедительно доказал, что в процессе реализации права субъект вступает в разные по своей природе правоотношения: основные и служебные (организационные)[426]. Соответственно в механизме осуществления прав возникают разные по своей значимости юридические факты. Например, оферта представляет собой момент, предшествующий заключению договора, и являющийся лишь предпосылкой для возникновения правоотношения. Таким образом, оферта, являясь юридически значимым фактом, не имеет прямого влияния на реализацию прав и исполнение обязанностей по будущему договору. Решающим фактом в данном случае будет заключение договора. С другой стороны, один юридический факт, пусть даже решающий, не  влечет возникновения правоотношений. Иными словами, для возникновения правоотношений необходим определенный завершенный набор юридических фактов — юридический состав. При этом под юридическим составом следует понимать совокупность юридически значимых фактов, необходимых для достижения юридической цели, определенной нормой права[427].
Учитывая сказанное, отметим, что формирование юридического (фактического) состава — это необходимое связующее звено между объективным правом и его индивидуализацией, возникновением субъективного права, поскольку фактический состав в каждом отдельном случае будет предельно конкретным и индивидуальным. Благодаря этому обстоятельству норма получает возможность действия в конкретной ситуации.
В случае с наследниками по завещанию, например, решающим юридическим фактом, завершающим фактический состав, будет включение конкретного лица в число наследников и определение его доли наследства. Для осуществления права на занятие предпринимательской деятельностью решающим юридическим фактом будет получение санкций соответствующих государственных органов.
Третья стадия, условно обозначенная нами как этап установления права, представляет собой процесс осознания самим управомоченным своего права и признание этого права иными лицами — субъектами гражданского оборота. Если исходить из того, что осуществление права — это, прежде всего, умственно-волевой процесс носителя данного права, то установление права — этап, без которого невозможна сама реализация.  Вместе с тем это наименее изученная и с трудом поддающаяся изучению стадия реализации права, поскольку связана с феноменом правосознания субъекта. Реализация субъективного права и исполнения обязанности включает в себя прежде всего процесс прохождения этого права (обязанности) через сознание участников правоотношения. Именно на этом этапе происходит процесс субъективации права — «трансформирование объективной реальности (правовой, и не только) в субъективные: осознание, представление, поведение и волю»[428].
Необходимость различения стадий формирования и установления права ярко иллюстрируется известным спором Г.Ф.Шершеневича и Б.Виндшайда о моменте возникновения права третьего лица при заключении договора в пользу третьего лица[429]. Б.Виндшайд полагал, что право требования существует с момента заключения договора, Г.Ф.Шершеневич настаивал на том, что данное право возникало с момента волеизъявления на осуществление договора третьего лица. Сказанное убеждает в том, что возникновение субъективного права во многих случаях имеет две стадии — объективную и субъективную — часто не совпадающие по времени. Сначала происходит формирование права объективными, не зависящими от воли правообладателя факторами (в частности, юридически значимыми действиями иных лиц), затем начинается собственно реализация — наступает субъективный этап установления права, связанный с осознанием и уяснением этого права самим правообладателем. Сказанное позволяет сделать вывод, что возникновение права — двуединый процесс, включающий в себя формирование и установление права. Законодатель также различает «процесс заключения договора», имея ввиду формирование договора (ст. 432 ГК РФ), и результат этого процесса — «момент заключения договора» (ст.433ГКРФ), что подтверждает наличие качественно различных состояний правоотношений.
Следует вместе с тем отметить, что в ряде случаев возможно совпадение этих двух стадий: например, когда договор заключается без процедуры предварительного договора (ст.429 ГКРФ) или процедуры урегулирования разногласий между сторонами при заключении договора поставки (ст.507 ГК РФ). При отсутствии указанных процедур стороны в соответствии с гражданско-правовым принципом свободы договора самостоятельно и осознанно формируют права и обязанности, а стадии формирования и установления права совпадают.
Возможна иная последовательность стадий установления и формирования права. Так, индивидуальный предприниматель или юридическое лицо формируют право на ведение предпринимательской деятельности с помощью государственной регистрации[430].
О важности стадии установления права также свидетельствуют примеры, когда субъекты не обладают достаточной информацией о собственных правомочиях и пределах реализации права, что приводит либо к неосуществлению права, либо к деструктивным процессам внутри заложенного нормами права механизме осуществления. Так, наследник по завещанию вообще может не знать о своем праве наследовать и не вступить в права наследника, если после смерти наследодателя он по каким-либо причинам остался не информированным о данном правомочии. Следовательно, в этом случае, если не изменяются обстоятельства, право не реализуется, а по истечении шести месяцев — утрачивается. Наследники вообще могут не знать, а неспециалисты в большинстве своем не знают, о наследовании по праву представления, закрепленного в ст. 1146 ГК РФ, и также его не реализовывают.
Факторами, обеспечивающими успешное наступление этой стадии, являются: своевременное централизованное (через средства массовой информации) и повсеместное (посредством специальных организаций, предоставляющих гражданам бесплатные консультации о порядке возникновения, прекращения тех или иных прав и обязанностей; соответствующих должностных лиц) обеспечение доведения до сведения граждан всей необходимой информации, связанной с порядком осуществления и защиты субъективных прав, популяризация (то есть тиражирование в средствах массового воздействия) отдельных социально значимых законодательных положений. Начиная со стадии установления права принципы осуществления непосредственно формируют поведение носителя права.
Субъект должен осознавать, что его возможности по осуществлению субъективного права определены следующими императивами: равенством участников гражданских правоотношений, диспозитивностью, беспрепятственным осуществлением гражданских прав, сохранением прав в случае отказа граждан и юридических лиц от этих прав, недопустимостью злоупотребления правом и соразмерностью гражданских прав и обязанностей. С этими велениями субъект обязан сообразовывать свои действия в процессе реализации своего интереса. А с другой стороны, — осуществление должно происходить гарантированно, эффективно, с соблюдением баланса частных и общественных интересов. Соответственно, остро встает проблема актуализации данных принципов осуществления прав и исполнения обязанностей для субъектов гражданского права. Таким образом, на данном этапе решающую роль играют уровень правовой грамотности, информированности, активности самого правообладателя, который в целом зависит от уровня правовой культуры в обществе.
Далее следует стадия процедурной реализации права. Это выражается в совершении определенных юридических процедур, направленных на реализацию основного права, фактических юридически значимых действий, которые также должны быть согласованы с принципами осуществления прав. Юридические процедуры  условно делятся на простые и сложные. Сложная процедура состоит из нескольких этапов. В частности, к сложным процедурам относятся реструктуризация коммерческих и некоммерческих организаций, внешнего управления и мирового соглашения в соответствии с Федеральным законом от 8января 1998г. №6-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Так, реструктуризация кредитных организаций состоит из двух этапов: а) мероприятия по финансовому оздоровлению и восстановлению платежеспособности кредитной организации; б) ликвидация кредитной организации[431].
Например, на данном этапе происходит рассмотрение компетентным уполномоченным лицом (нотариусом), заявления наследника о принятии наследства.
Частично процедуры закреплены в законодательстве. Для договорного права характерно закрепление процедур осуществления прав и исполнения обязанностей в нормативном правовом акте либо в договоре (что следует из принципа свободы договора согласно ст. 421 ГК РФ), либо самостоятельное их установление сторонами (например, п. 3 ст. 703 ГК РФ).
Для функционирования механизма важна четкая согласованность, целесообразность процедур. Известны случаи, когда несогласованность процедурных и основных норм разрушает механизм осуществления прав, ведет к возникновению препятствий на пути осуществления тех или иных прав и обязанностей.
Как правило, совершается целый комплекс процедур, направленных на реализацию права. Процедуры в механизме осуществления действуют на разных стадиях: в процессе формирования права (установление судом юридически значимых фактов), реализации права, на стадии защиты права (например, претензионные процедуры).
Представляя собой систему последовательных юридически значимых действий по организации и надлежащему осуществлению нормативных предписаний, процедура играет служебную роль. В связи с чем справедливо было отмечено, что процедура является предметом служебных, организационных правоотношений[432]. Следовательно, механизм осуществления прав и исполнения обязанностей и процедура соотносятся как общее и частное. Этим фактом объясняется наличие юридических процедур на разных стадиях осуществления права.
Следующий этап, ключевой для субъекта — получение искомого блага. То есть стадия фактического и юридического осуществления права. Обратим внимание на то, что реализацией субъективного права является не только юридическое осуществление права (выдача свидетельства на право наследования, государственная регистрация права собственности и т.д.), но и фактическое получение правообладателем искомого блага.
Приведенная последовательность стадий реализации характерна для реализации прав, не включающей в себя стадию защиты. То есть когда субъект самостоятельными действиями, своим волеизъявлением движет процесс осуществления. Самым важным движущим стимулом этого механизма является волеизъявление субъекта. При защите нарушенного права реализация с определенного момента (со времени обращения правообладателя в суд) зависит от правоприменительного органа. В этом случае в механизме реализации после осознания права на защиту возникают соответствующие процессуальные стадии защиты права, результатом которой должна стать юридическая и фактическая реализация права. Причем действия правоприменителя также подчинены «духу» закона, то есть основным началам осуществления прав и исполнения обязанностей.
Учитывая, что правоприменение в отдельных случаях может осуществляться на стадии формирования права, создавая предпосылки для возникновения отдельных видов правоотношений (выдача лицензии на осуществления какого-либо вида деятельности, разрешения на участие в торгах), на стадии установления права, определяя содержание и объем прав, устанавливая наличие или отсутствие конкретных фактов и признавая их юридически значимыми, то в зависимости от характера совершаемых действий, можно разделять стадии действия механизма на основные или функциональные, то есть, имеющие собственные специфичные функции, и служебные (процедурные).
К служебным, относятся процедурные стадии, помогающие достижению основной стадии. Так, процедура установления тех или иных юридических фактов направлена на формирование или установление права. Соответственно к функциональным относятся стадии, отражающие качественное изменение права: формирование права, установление права, процедурная реализация основного права, юридическое и фактическое осуществление права.
Обратим внимание на то, что данная последовательность функциональных стадий представляет собой обобщенную модель многообразных возможностей их сочетания (совпадения нескольких стадий, выпадения одной или ряда стадий, их взаимозамена).
Так, существенным образом различаются простой механизм осуществления прав и исполнения обязанностей и сложный.
Под простым подразумевается механизм, ограниченный минимальным набором стадий осуществления. Например, механизм реализации права покупателя на получение товара в соответствии с договором розничной купли-продажи. Простой механизм осуществления прав и исполнения обязанностей имеет место при осуществлении некоторых субъективных прав, не требующих совершения вспомогательных сделок. В частности, реализация неотчуждаемых прав человека. Право на жизнь осуществляется с момента возникновения, для его реализации не требуется чьего-либо волеизъявления. Поэтому говорить о последовательности стадий в реализации целесообразно только в случае посягательства на это право со стороны других лиц, когда включается в действие механизм защиты права.
Сложный механизм осуществления прав и исполнения обязанностей характеризуется многоступенчатым, многостадийным порядком осуществления и включает в себя в качестве элементов секундарные права и служебные по отношению к основному праву процедурные стадии. При этом возникают разные виды правоотношений: основные и организационные.
Одним из примеров сложного механизма осуществления прав и исполнения обязанностей является механизм осуществления права на принятие наследства.
Для того чтобы право на принятие наследства было осуществимо на подготовительном этапе необходимо наличие ряда условий: соответствующие нормы права, в которых заложены определенные возможности осуществления этого права, правосубъектность гражданина. Это статичный этап, стадия состояния.
Для наступления следующей стадии — формирования субъективного права — необходимы действия, юридические факты, которые персонифицируют потенциальную возможность, заложенную в объективном праве. То есть действия, которые индивидуализируют эту возможность по отношению к конкретному лицу. Субъективное право на принятие наследства формируется внесением конкретного лица в состав наследников по завещанию. То есть, совершение односторонней сделки наследодателем в данном случае является решающим юридическим фактом в формировании права на принятие наследства. На данном этапе осуществляется секундарное право наследодателя на составление завещания.
Момент возникновения субъективного права на принятие наследства совпадает с установлением смерти наследодателя, объявления судом безвестно отсутствующего гражданина умершим или установления судом факта смерти наследодателя.
Субъективное право на принятие наследства по закону возникает в момент открытия наследства, в момент установления факта смерти наследодателя, обнародования завещания, определения круга наследников, призываемых к наследованию, установления долей наследства. Оно формируется наличием соответствующей родственной или установленной законом соответствующей связи (отношения свойства), а также решающим юридическим фактом (смертью наследодателя, объявления судом безвестно отсутствующего гражданина умершим или установления судом факта смерти наследодателя).
Таким образом, стадия формирования права в данном случае носит объективный характер, поскольку в этот период действуют внешние по отношению к субъекту факторы. Составление завещания — односторонняя сделка, которую совершает наследодатель, ответного, встречного волеизъявления для ее совершения не требуется. При наследовании по закону и по завещанию право также формируется вне зависимости от волеизъявления будущего правообладателя.
Следующей стадией, а в узком смысле первой собственно реализационной, является так называемая стадия установления права. На этом этапе происходит осознание самим правообладателем имеющихся у него возможностях принять наследство, либо отказаться от него. Это ключевая стадия в действии любого механизма осуществления гражданских прав, если этот этап не наступает, то право неосуществимо. С этого момента наследник уясняет содержание данного права и осознает несколько возможностей реализации права.
Решающим движущим стимулом для формирования очередного этапа реализации является волеизъявление правообладателя. То есть, волеизъявление субъекта является необходимой системной связью между стадиями установления права и процедурной реализацией данного права. Здесь наиболее явно прослеживается действие принципа диспозитивности: от того, какое решение примет субъект, зависит содержание следующего этапа осуществления — процедур и иных юридически значимых действий правообладателя.
Если правообладатель принимает решение принять наследство — следующая стадия действия механизма будет выражена подачей по месту открытия наследства нотариусу либо уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства (ст.1153 ГКРФ). Для реализации этого права необходимо наличие нескольких процедур: подача заявления о принятии наследства, рассмотрение этого заявления соответствующими должностными лицами).
Далее на стадии фактического и юридического осуществления права в данном случае происходит принятие решения компетентного органа, должностного лица об официальном признании субъекта наследником и выдача наследнику свидетельства о праве на наследство.
В момент получения соответствующего документа правообладатель юридически реализует свое право на принятие наследства. Действительным, реальным осуществлением данного права является факт его принятия. Это стадия фактической и юридической реализации права на принятие наследства. Впоследствии в зависимости от того, что он наследует, возникает либо право собственности (иное вещное право), либо личное неимущественное право (например, право на опубликование произведения), либо обязательственное право или обязательство, и в действие вступают соответствующие механизмы осуществления уже вновь возникших прав.
Если наследник, не совершая никаких юридических процедур, совершает действия, направленные на сохранение или целесообразное использование принадлежащих наследодателю вещей (например, наследник забрал вещи наследодателя, хотя бы в течение непродолжительного времени проживал в доме наследодателя или в его квартире и использовал его вещи), то после стадии установления субъективного права наступает стадия фактической реализации права, совмещающаяся с процедурной стадией (юридически значимые действия субъекта, направленные на реализацию данного права). То есть в данном случае юридически значимым является факт реального владения имуществом наследодателя.
Иной состав стадий осуществления права на принятие наследства будет при нарушении этого права.
В ситуации спора возникает стадия защиты права, в течение которой суд решает вопрос о том, имело ли место принятие наследства. В результате происходит юридическая реализация права на принятие наследства, выраженная соответствующим решением суда. Либо не происходит реализации данного права, если суд счел притязания иных лиц на принятие наследства справедливыми[433].
Но возможна и реализация данного права в форме фактического или юридического отказа от принятия наследства. Иными словами на этапе установления права субъект выбирает реализацию права в форме отказа от принятия наследства. В этом варианте процедурная стадия реализации имеет иное содержание: либо наследник фактически не принимает наследство с помощью бездействия (непринятие в течение шести месяцев), либо совершает действия, которые прямо указывают на нежелание принять наследство (юридический отказ от принятия наследства). Юридический отказ от принятия наследства должен быть выражен подачей в нотариальную контору или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления об отказе от наследства (ст. 1159 ГК РФ).
Как показывает изучение, системность механизма осуществления прав и исполнения обязанностей обеспечивается строгим соответствием элементов и стадий. Например, на этапе формирования права отсутствие завершенного фактического состава, правосубъектности гражданина или соответствующих норм права делают невозможным либо возникновение этого права, либо его осуществление.
Безусловно, реализация права и исполнение обязанности тесно взаимодействуют, причем сбой в одном из этих процессов влечет неизменное торможение другого. Например, непредоставление наймодателем жилого помещения после заключения договора найма лишает нанимателя возможности пользоваться этим помещением, реализовывать свое право на проживание в нем.  Это дает основания рассматривать указанные правовые явления в единстве и взаимодействии как единый механизм осуществления прав и исполнения обязанностей.
Если детализировать, рассматривать самостоятельно механизм исполнения обязанностей, то станет очевидным его тесная связь и подобие механизму осуществления прав.
Для формирования субъективной обязанности также необходимы предпосылки: нормы, правосубъектность, юридические факты. Стадия формирования обязанности совпадает по времени со стадией формирования субъективного права. То есть субъективная обязанность формируется по мере индивидуализации корреспондирующего ей субъективного права. Для абсолютных правоотношений чрезвычайную важность имеет стадия установления обязанности, осознания обязанным лицом соответствующего законодательного веления, обращенного непосредственно к нему. В относительных правоотношениях эта стадия, как правило, совпадает с формированием обязанности (при заключении договора). Далее следует процедурная стадия добровольного исполнения обязанности. В ряде случаев процедура исполнения обязанности в соответствии с принципом диспозитивности устанавливается обязанным лицом самостоятельно (см., например ст. 703 ГК РФ).
Кроме того, данная юридическая конструкция включает факультативную стадию принудительной (судебной) реализации обязанности, соответствующую стадии защиты нарушенного права в механизме осуществления прав и исполнения обязанностей.
Так, в договорных правоотношениях выделяются следующие стадии исполнения обязанностей: стадия предпосылок, стадия формирования обязанности (в данном случае наблюдается совпадение стадии формирования и уяснения), процедурная стадия добровольного исполнения обязанности, фактический результат исполненной обязанности. В случае возникших между сторонами  разногласий возникает стадия досудебного урегулирования конфликта, за которой следует при необходимости стадия принудительного (судебного) исполнения обязанности.
Теоретически можно представить идеальную конструкцию реализации права без коррелирующего ему механизма исполнения обязанности, но практическое воплощение этой конструкции вызывает сомнение. Поэтому бесспорно единство и нерасторжимость данного правового явления.
Наконец, ключевым в изучении механизма осуществления субъективных прав и исполнения обязанностей, на наш взгляд, является вопрос о том, что движет данную юридическую конструкцию, обеспечивает постепенную и неотвратимую смену стадий реализации? То есть в чем заключается сам процесс, действие механизма?
Мы уже отмечали, что наиболее динамичными элементами механизма являются процедуры. Сами же процедуры представляют собой совокупность определенного вида сделок, организованных таким образом, чтобы их совершение последовательно приводило к требуемому результату.
Под сделкой согласно ст. 153 ГК РФ следует понимать действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Осуществление права формируется двумя видами сделок: основными (купля-продажа, наем, дарение и т.д.) и вспомогательными (передача вещи, требования, перевод долга и т.д), последние направлены на совершение первых и имеют выраженный служебный характер.
Категория вспомогательных сделок эпизодически разрабатывалась советской правовой наукой[434]. Существенным признаком данного вида сделок является то, что они не приводят к достижению конечных хозяйственных (экономических) целей сторон. Например, при передаче вещи, передаче требования, переводе долга, выдаче, акцепте и передаче векселя или чека указанные действия не являются достаточным основанием для приобретения или сбережения имущества за счет другого лица. Они являются только необходимым условием для возникновения секундарного права на совершение очередной сделки.
В частности, договор купли-продажи представляет собой двустороннюю сделку. Для реализации этой основной сделки необходимо совершение ряда вспомогательных сделок. Во-первых, совершается передача покупателем денежных средств за товар продавцу. Данная вспомогательная сделка порождает секундарное право требовать от другой стороны совершения очередной ответной сделки — передачу товара.
Таким образом, одно юридически значимое действие субъекта требует от контрагента совершения другого юридически значимого действия. Так происходит движение, развитие правоотношений, проистекает процесс реализации основного права.
Процедура в механизме осуществления прав и исполнения обязанности складывается из последовательности вспомогательных сделок, объединенных общей юридической целью. Последовательность совершения вспомогательных сделок, их качественный состав формирует содержание каждой отдельной юридической процедуры. Иными словами, для каждой юридической процедуры характерен свой набор, своя конфигурация вспомогательных сделок.
Представление о юридической процедуре как о последовательности действий и возникающих на их основе отношений, ведущих к определенному правовому результату, не отражает, на наш взгляд, юридического существа данного явления. Юридическая процедура это не просто система последовательных действий, как пишет Г.Н.Давыдова[435], а совокупность вспомогательных сделок, порождающих соответствующие секундарные права, поскольку в юридическую процедуру входят действия, непосредственно влияющие на развитие правоотношения.
Так, перемещение субъекта к месту нахождения ведомства, осуществляющего государственную регистрацию права собственности, не входит в содержание самой процедуры регистрации права, хотя и представляет собой действия, определенного вида деятельность, направленную на достижение правового результата (осуществление регистрации). Вместе с тем предоставление субъектом документов в регистрационную палату представляет собой вспомогательную сделку, влекущую необходимость совершения другой стороной ответной сделки — приема документов. Следующим шагом в осуществлении обязанности государственной регистрации будет получение субъектом регистрационного листа.
Таким образом прослеживается, что процедура достигает своей юридической цели посредством совершения субъектами права совокупности определенным образом выстроенных, упорядоченных сделок. И последовательность данных сделок, их конфигурация образует индивидуальную процедуру.
К примеру, своеобразием будут отличаться процедуры передачи вещи по договору аренды, подряда, купли-продажи, безвозмездного пользования ит.д. Действия, совершаемые участниками указанных правоотношений одинаковы, но конфигурации вспомогательных сделок различны, что в каждом из приведенных случаев делает процедуру индивидуальной.
В зависимости от своеобразия складывающихся отношений совершенная вспомогательная сделка требует совершения конкретной ответной вспомогательной сделки от обязанного или управомоченного лица. Например, передача должником своего долга влечет необходимость принятия кредитором данных денежных средств. Если какая-либо вспомогательная сделка не совершается — процедура не движется и весь  механизм в целом останавливается. То есть, несовершение одной из вспомогательных сделок приводит к остановке механизма осуществления прав и исполнения обязанностей.
Таким образом, мы пришли к выводу, что в основе действия сложного механизма осуществления прав и исполнения обязанностей лежит совершение участниками правоотношений последовательности вспомогательных сделок, порождающих соответствующие секундарные права (либо обязанность) другой стороны на совершение ответных вспомогательных сделок. Указанные сделки объединены общей целевой установкой  юридической процедуры. С этой точки зрения, механизм осуществления прав и исполнения обязанностей представляет собой иерархическую многоуровневую систему юридических процедур, которые совершаются путем осуществления ряда вспомогательных сделок.
Вспомогательная сделка — то минимальное необходимое звено  механизма осуществления прав и исполнения обязанностей, выпадение которого влечет остановку, неизменное «торможение» всей конструкции в целом.
До сих пор речь шла об осуществлении прав так называемого «индивидуального», не «коллективного» (юридического лица) правообладателя. Вместе с тем одной из сложных и не до конца осмысленных является проблема осуществления прав участниками различных видов товариществ и обществ, которые характеризуются сложной структурой правоотношений[436] и требуют комплексного разноотраслевого регулирования. Как строится механизм осуществления права на участие в деятельности соответствующих юридических лиц? Какие средства необходимы для полной реализации прав и исполнения обязанностей? Учитывая, что согласно п. 2 ст. 52 ГК РФ учредители сами определяют порядок совместной деятельности по созданию юридического лица, условия передачи ему своего имущества и участие в его деятельности, а также условия и порядок распределения между участниками прибыли и убытков, управления деятельностью юридического лица, выхода учредителей из его состава, конкретные механизмы реализации прав участников тех или иных товариществ и обществ формируются с учетом конкретных юридических фактов.
Унифицированное представление о действии подобного механизма следует формировать, опираясь на обоснованное понимание юридической природы данных отношений[437]. При этом, как справедливо отметил В.П.Мозолин, необходимо учитывать следующие обстоятельства: а)деятельность юридических лиц осуществляется в двух видах правоотношений — внутренних и внешних; б)структура внутренних правоотношений в различных видах коммерческих организаций неодинакова и зависит от их организационно-правового статуса; в) механизмы реализации права на участие во внутренних отношениях различных видов коммерческих организаций различны; г)осуществление прав участников указанных организаций происходит в соответствии с принципами верховенства интересов организации, внутренней информированности участников о делах организации, равенства, автономии воли и имущественной самостоятельности участников.
Подводя некоторые итоги, следует отметить, что  механизм осуществления субъективного права и исполнения обязанности в широком смысле включает в себя следующие стадии: предреализационную, формирование субъективного права, его установление, процедурная стадия реализации права, стадия фактической реализации, стадия защиты нарушенного права.
Механизм осуществления субъективных гражданских прав отражает процесс осуществления субъективного права, представляющий собой последовательную смену состояний права. Предреализационная стадия создает возможность права конкретного субъекта быть осуществимым, стадия формирования права индивидуализирует право, на стадии установления право приобретает свойство осуществимости, на процедурной стадии право осуществляется юридически и на стадии фактической реализации — фактически. Для последовательного наступления всех стадий необходимо соответствие стадий и элементов механизма.
Данной правовой конструкции коррелирует механизм исполнения обязанности, состоящий из стадий: предреализационной, формирования, уяснения, процедурной и фактического исполнения, а также факультативной стадии принудительного (судебного) исполнения, системное единство которого также обеспечивается соответствием стадий и элементов. Тесная взаимозависимость осуществления прав и исполнения обязанностей подтверждает необходимость механизма осуществления прав и исполнения обязанностей в его органичной целостности.
Руководящими идеями всех этапов механизма осуществления являются принципы осуществления прав и исполнения обязанностей. Именно они обеспечивают устойчивую связь между всеми структурными образованиями, уровнями и элементами механизма в целом. Они поддерживают равновесие между внешними факторами социальной среды и внутренними свойствами гражданско-правовых отношений, обеспечивают самоорганизацию механизма осуществления прав и исполнения обязанностей.
В основе действия сложного механизма осуществления прав и исполнения обязанностей лежит совершение участниками правоотношений последовательности вспомогательных сделок, порождающих соответствующие секундарные права (либо обязанность) другой стороны на совершение ответных вспомогательных сделок. Вспомогательная сделка — то минимальное необходимое звено  механизма осуществления прав и исполнения обязанностей, выпадение которого влечет остановку, неизменное «торможение» всей конструкции в целом. Сложный механизм осуществления прав и исполнения обязанностей, таким образом, представляет собой иерархическую многоуровневую систему юридических процедур, которые совершаются путем осуществления ряда вспомогательных сделок.
Подобное понимание открывает возможности детального исследования каждого механизма осуществления прав и исполнения обязанностей и устранения «сбоев» в их работе. В свою очередь выверенные модели механизмов осуществления прав и исполнения обязанностей приведут к гарантированному их осуществлению и исполнению.

<< | >>
Источник: Вавилин  Евгений  Валерьевич. МЕХАНИЗМ  ОСУЩЕСТВЛЕНИЯ ГРАЖДАНСКИХ   ПРАВ И  ИСПОЛНЕНИЯ  ОБЯЗАННОСТЕЙ.   Диссертация на соискание ученой степени доктора юридических наук. Москва –2009. 2009

Еще по теме § 2.  Гражданское  правоотношение  в  механизме осуществления  права  и  исполнения  обязанности:

  1. § 3. Особенности охранительных гражданско-правовых отношений
  2. § 1. Способы защиты гражданских прав
  3. § 1. Понятие осуществления субъективных гражданских прав
  4. § 3.   Взаимосвязь  осуществления  гражданских  прав и   исполнения   обязанностей
  5. § 2.   Понятие  и  значение  механизма  осуществления   гражданских  прав  и  исполнения  обязанностей
  6. § 1. Понятие и значение элементов механизма осуществления права и исполнения обязанности
  7. § 2.  Гражданское  правоотношение  в  механизме осуществления  права  и  исполнения  обязанности
  8. § 2.  Функциональный подход как основа изучения принципов осуществления гражданских прав и исполнения обязанностей
  9. § 3.  Соотношение понятий «гражданско-правовые принципы» и  «принципы осуществления прав и исполнения обязанностей»
  10. § 1.  Принцип  гарантированного  осуществления  прав и  исполнения  обязанностей
  11. § 2. Принцип эффективности
  12. § 1.  Принцип беспрепятственного осуществления гражданских прав
  13. § 3.  Принцип диспозитивности
  14. § 5.   Принцип   недопустимости   злоупотребления   правом. Проблема разумного и добросовестного осуществления прав и исполнения обязанностей
  15. § 1. Юридическая природа и существенные признаки исключительных прав в сфере интеллектуальной деятельности
  16. Раздел  II. ПРАВО (Общая теория права. Право: общетеоретические понятияи определения)
  17. 3.2.1. Основные элементы теории характерного исполнения
  18. §2. Механизм осуществления производства по делам о несостоятельности (банкротстве) физических лиц
  19. Меры гражданско-правовой ответственности законных представителей ребенка за нарушение его прав и интересов
  20. 3.1 Понятие и общий механизмвосстановления прав реабилитированного, возмещения ему вреда, причиненного незаконным(необоснованным) уголовным преследованием
- Авторское право России - Аграрное право России - Адвокатура - Административное право России - Административный процесс России - Арбитражный процесс России - Банковское право России - Вещное право России - Гражданский процесс России - Гражданское право России - Договорное право России - Европейское право - Жилищное право России - Земельное право России - Избирательное право России - Инвестиционное право России - Информационное право России - Исполнительное производство России - История государства и права России - Конкурсное право России - Конституционное право России - Корпоративное право России - Медицинское право России - Международное право - Муниципальное право России - Нотариат РФ - Парламентское право России - Право собственности России - Право социального обеспечения России - Правоведение, основы права - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор России - Семейное право России - Социальное право России - Страховое право России - Судебная экспертиза - Таможенное право России - Трудовое право России - Уголовно-исполнительное право России - Уголовное право России - Уголовный процесс России - Финансовое право России - Экологическое право России - Ювенальное право России -