Один из них весьма убедительно отразил С.

Аналогично, далеко не всегда истина отношений между крестьянами могла быть разрешена на основе формального государственного права. Ведь долгое время российская деревня (не только русская, но и «инородческая» жила по нормам обычного или (и) общинного права, а волостные суды решали споры на его основе. Интересен в этом плане протокол, который вел один из правоведов в волостном суде, слушавшем дело о земельной тяжбе между двумя сторонами. Посоветовавшись, суд объявил: этот прав, этот неправ; этому две трети спорного участка земли, этому - одну треть. Правовед, конечно, возразил: что это такое - если этот прав, то он должен получить всю землю, а другой вообще не имеет права на нее. На что волостные судьи ответили: «Земля - это только земля, а им придется жить в одном селе всю жизнь» [там же, с. 100-101].

Одномоментно стоит напомнить о наличии в России своеобразия укладов собственности на землю. Полная нивелировка на основе права традиционных отношений вряд ли оправдана, ведь она может оказаться некомпетентным вмешательством в устоявшиеся образы жизни людей. Передовые умы России и в условиях революционных потрясений понимали, что организация аграрного производства страны должно максимально соответствовать сложившимся традициям хозяйствования, которые веками культивировались у разных народов. Интересны в этом плане основные ближайшие задачи Министерства земледелия Правительства А. В. Колчака, в которых, в частности, говорилось: «Для полного же удовлетворения всех слоев населения в их земельных запросах в различных частях обширного государства, где местами существуют самые разнообразные формы землевладения и землепользования, требуется, считаясь со всеми местными земельно-бытовыми особенностями различных народностей, населяющих страну, выработать земельный закон, отвечающий интересам их трудовых элементов. Санкцию этому закону даст Всероссийское Учредительное или Национальное собрание. В настоящее время надо восстановитьработу по подготовке материалов для земельной реформы.