В связи с этим по ходу приватизации осуществлялись разные шаги по увеличению их заинтересованности.

Первоначальный вариант:

25% привилегированных (без права голоса) акций приватизируемого предприятия бесплатно распространялись среди работников;

члены коллектива имели право приобрести еще 10% обыкновенных (голосующих) акций за деньги, но с 30% скидкой от их номинальной стоимости;

• руководству предприятий отдавалось дополнительно 5% акций, но уже без скидок, по номинальной стоимости.

Второй вариант:

под контроль работников предприятия уходил 51% голосующих акций - контрольный пакет;

акции выпускаются отдельными работниками в свою собственность по цене в 1,7 раза превышающей номинальную, каждый работник распоряжался своими акциями самостоятельно.

Третий вариант:

на предприятиях средних (но не крупных) размеров руководство получало право выкупить 40% акций по очень низким ценам;

определялось условие, что руководители имели право выкупать свой пакет только в том случае, если они обещали, что сумеют избежать банкротства (последняя оговорка сократила количество претендентов на третий вариант до 2% предприятий среднего размера: сказалась психологическая боязнь возможности банкротства).

Но даже используя некоторые преимущества многовариантности процесса приватизации предприятий, на многих из них организаторы не смогли достигнуть реальных плюсов - экономических и психологических, о которых мы говорили выше.

В механизмах приватизации была заложена максимальная заинтересованность чиновников в ее конечных результатах. К примеру, существовало положение, согласно которому фонды имущества должны были финансироваться только за счет отчислений от приватизации.

Но одним сотрудникам фондов имущества вряд ли можно было бы справиться с поставленными задачами. Кроме того, они хорошо понимали психологию своих коллег из других структур исполнительной вертикали: чтобы не возникало лишних, муссируемых СМИ, трений - нужно делиться. Эти две причины обусловили необходимость обеспечить аналогичную заинтересованность и для коллег из других органов государственной власти. Именно поэтому Гос.

имуществу разрешили поощрять служащих разных рангов из административных структур за содействие в приватизации за счет отчислений от продажи приватизируемых объектов. Сегодня защищается мнение, что масштабы коррупции в системе органов приватизации были значительно меньше, чем в любых других органах государственной власти именно потому, что существовала такая система стимулов [64, с.47]. В действительности об этом «за давностью»трудно судить, да и вряд ли можно гарантировать, что «малая» коррумпированность чиновничества Госимущества была фактом по всем городам и весям России.