1.1. Правовая форма земельно-распределительных отношений

Проблемы распределения в обществе материальных благ с участием или без участия государства входят в перечень актуальных исследовательских тем с дав­них времён. Так, Аристотель непосредственно связывает понятие справедливости с подходом к распределению привилегий и материальных благ в социуме.

Эпоха промышленной революции и развития товарно-денежных отношений дала учёным фактическую возможность сформулировать основные принципы распределения национального богатства, которые стали предметом специального изучения европейскими представителями политической экономии (А. Смит, Д. Рикардо, К. Маркс и др.). К примеру, по мнению А. Смита, развитие богатства народов напрямую зависит от правильного обмена и распределения дохода в об- ществе^[2].

Как утверждал К. Маркс, распределение является результатом производства не только по предмету, но и по форме, когда определенный вид участия в произ­водстве порождает форму распределения. Он первым среди экономистов развил идею о распределении как об отношении^[3]. К. Маркс различал два типа распреде­лительных отношений: отношения по распределению средств производства (эле­ментов и условий производства) и, обусловленные первыми, отношения по рас­пределению предметов потребления^[4].

Кардинальное изменение научных взглядов на распределение связано с признанием социальной природы распределительных отношений. В рамках этой концепции исследованы вопросы раздела общественного дохода на доли между социальными группами, а также выявлены основные изменения соотношений до­лей в их историческом развитии^[5].

В XIX в. представители теории социального распределения убедительно до­казали, что распределение регулируется не естественными или экономическими законами, а исключительно юридическими нормами и правовыми обычаями, за­висящими от политической организации общества^[7]. Так, Е. Дюринг особую роль в хозяйственном распределении в различные исторические периоды отводит со­циально-правовому фактору как необходимому условию существования системы 4

распределения в целом^[8].

Комплексный вклад экономистов и социологов в формирование теории рас­пределения состоит в определении её основных структурных элементов: институт отношений между субъектами в процессе осуществления распределения и инсти­тут определения долей в соответствии с принципами социальной справедливо­

сти^[9]. Кроме того, обоснована взаимосвязь между подходами к распределению и особенностями государственно-правового развития народа, а также определены функции государства по формированию согласованных государственно-властных решений, нацеленных на регулирование различных ресурсов.

В юридической науке анализ проблемы распределения материальных и ду­ховных благ начинался с обоснования распределительной функции права, которая выделяется рядом ученых. К примеру, Л.Н. Петражицкий указывал на ее важней­шее «народнохозяйственное значение». Распределительная функция, по его мне­нию, состоит в наделении отдельных субъектов и их групп социальными благами (в том числе, частями плодородной почвы), исходя из поведения членов общества по отношению друг к другу^[10][11].

3

дачу права .

Распределительная функция права признана и советскими юристами. Неко­торые ученые выделяли ее в качестве самостоятельной функции ^[12] . Другие (и их большинство) рассматривали распределение, наряду с производством и об­меном, как элемент экономической функции права^[13]. Значимость распределитель­ной функции права, в том числе и в сфере земельных отношений отмечается со­временными российскими юристами. При этом они ошибочно полагают, что ин­ститут распределения (перераспределения) земель относится ко времени проведе­ния земельной реформы 90-х г. ХХ в.^[14].

Распределительная функция права обусловлена в том числе и существова­нием распределительных общественных отношений, нацеленных на определение

доли социального наделения общественными благами каждого члена социума и нуждающихся в правовой регламентации (четкости, организации, формализован- ности). Как отмечают А.Б. Венгеров и Н.С. Барабашева, «распределительные от­ношения - это, безусловно, второй по своей исторической и социальной значимо­сти (после производственных отношений) объект многоотраслевого, многоас­пектного социально-нормативного и иного регулятивного воздействия»^[15]. Следует согласиться с ними в том, что триада «принципы распределения - право - практи­ка распределения» является узловой юридической проблемой. Недостаток соб­ственно правовых средств для совершенствования распределительных отношений приводит к негативному действию в этой области других социальных регулято­ров.

В свою очередь правовое регулирование распределения земель обусловлено особенностями развития государства, общественного строя, господствующей пра­вовой идеологией и политико-правовыми интересами публичной власти, а также спецификой общественных отношений и связей, определяющих групповые струк­туры социума; господствующими в социуме представлениями о значимости, ха­рактере и роли отношений по поводу земли как ограниченного в пространстве природного объекта.

Периоды социальной нестабильности влекут трансформацию производ­ственных отношений и, как следствие, приводят к отрицанию устоявшихся под­ходов к легитимному распределению, а также переделу материальных благ, исхо­дя из нового соотношения социальных сил. Князь А. Васильчиков справедливо предупреждал, что «неправильное распределение имуществ между различными классами народа было всюду, и в самых высокообразованных обществах первой причиной внутренних раздоров и междоусобий, а эти смуты - первыми предвест­

никами расторжения общественных связей и падения государств, достигших высшей культуры»^[17].

При изменении формы государства меняется не столько роль земли в обще­стве, сколько условия ее перераспределения. Современная Россия находится на очередном этапе развития распределительных отношений, связанном в том числе с изменением подходов к распределению земли. Осуществление современной зе­мельной реформы по масштабам и значению сопоставимо с проведением Столы­пинской аграрной реформы. В числе проблем, стоявших перед реформаторами в прошлом и на современном этапе, выделяется проблема рационального распреде­ления земельных ресурсов между участниками хозяйственной деятельности^[18].

При этом развернутый анализ понятия распределительных отношений и особенностей их юридической регламентации отсутствует как в законодательстве, так и в научной литературе. В советский период многие отрасли юридического знания изучали в тех или иных аспектах распределительные отношения и их пра­вовые формы. Правовая форма, по мнению Г.В. Мальцева, придавала распредели­тельным отношениям характер наиболее адекватный целям общественного разви- тия^[19]. Однако отмечая самостоятельный и фундаментальный характер правовых проблем в сфере распределения, особую «роль правового закрепления различных нормативов» и иных правовых стандартов, создающих благоприятные условия для совершенствования распределительных отношений, советские теоретики пра­ва только заложили основы правового механизма распределения вообще и земли

4

как средства производства в частности^[20].

В современной юридической науке оборот земельных участков связывают с правом собственности^[21]. Такой подход не раскрывает всего многообразия право­

вых форм распределения земли, поскольку право собственности возникает на присвоенную вещь и характеризуется наличием у собственника не только права владения и пользования, но и распоряжения, означающего возможность самосто­ятельного господства над присвоенным имуществом в рамках закона. Согласимся с Л.Н. Петражицким в том, что собственность представляет собой результат соот­ветствующего социального распределения хозяйственных благ между разными лицами^[22]. Поэтому определение правовых форм и особенностей правового регули­рования распределения земли имеет принципиальное значение для разрешения многочисленных противоречий отраслевых наук о содержании современного имущественного оборота.

Анализ правовых форм земельно-распределительных отношений следует начать с того, что проблема правовой формы неоднократно рассматривалась в доктринальных исследованиях по философии права^[23]. В рамках данного исследо­вания имеет значение такой ее аспект, как определение понятия правовой формы общественных отношений, к которым относятся земельно-распределительные от­ношения. При этом историко-правовой характер анализа правовой формы пред­полагает исследование общественных отношений в их многообразии и индивиду­альных проявлениях для того, чтобы оценить действие соответствующих норм, выражающих типичные и повторяющиеся социальные связи в сфере распределе­ния земли.

Данное исследование основано на признанном в теории права постулате о том, что общественные отношения, подвергнутые правовому воздействию, при­обретают правовую форму, а также необходимости сочетания нормативно­логического и социологического подходов к анализу правовых форм обществен­ных отношений и их особенностей, возникающих в результате правового регули­рования. Регламентация сферы действия правовых норм, установление объема юридических возможностей участников отношений; юридических запретов и тре­бований к правовому поведению субъектов, круга объектов, включаемых в обо­

рот, и особенностей их использования; придание определенным событиям значе­ния юридического факта и другие проявления действия права доказывают целе­сообразность и обоснованность сложившейся традиции применения термина «правовое регулирование общественных отношений»^[24].

Правовое регулирование основано на том, что общественные отношения складываются как результат предметной деятельности, имеющей волевой харак­тер, что позволяет ее регулировать. Воздействие в рамках правового регулирова­ния осуществляется не путем целенаправленного изменения, а посредством мо­делирования таких правил поведения, которые обеспечивают трансформацию общественных отношений. При этом правовое регулирование не изменяет харак­тер общественных отношений, а придает им устойчивую форму, обеспеченную охраной публичной власти.

Право во всех формах внешнего выражения соотносится со своим содержа­нием, которое в свою очередь непосредственно связано с содержанием регулиру­емых общественных отношений^[25]. Существование и развитие правовой формы возможно только благодаря действию внешних факторов, прежде всего деятель­ности участников общественных отношений^[26].

Таким образом, можно утверждать, что общественное отношение и его эле­менты выступают содержанием, облекаемым в правовые формы. Правовой эле­мент выступает формальной стороной содержания общественных отношений. В свою очередь общественное отношение, описанное в норме права, приобретает характер логического суждения о возможном и должном поведении и свойства объекта логических операций. Вопрос о том, какие специфические свойства при­обретают общественные отношения в результате того, что они облекаются в пра­вовую форму, подробно раскрыт в юридической литературе, например, в работе О.С. Иоффе и М.Д. Шаргородского^[27].

Определяя возможное как субъективное право, а должное - как юридиче­скую обязанность, теоретики права сконструировали понятие «правооотношение» как объективно существующее явление, выступающее в единстве правовой фор­мы и социального содержания^[28]. Поэтому правоотношения, с одной стороны, вы­ступают правовой формой конкретных общественных отношений и имеют соци­альное содержание. С другой стороны, правоотношения обладают собственным юридическим содержанием, выраженным в субъективных правах и юридических обязанностях, и формой, установленной нормой права. Вместе с тем правоотно­шение не является самостоятельным видом общественных отношений, а лишь от­ражает их функциональный характер^[29]. Как справедливо отмечается в юридиче­ской литературе, указанное единство феномена «правоотношение» не означает отсутствия возможности самостоятельного научного изучения его правовой фор­мы, абстрагируясь от социального содержания, и наоборот^[30].

Неутихающие дискуссии о понятии правовой формы вместе с тем не приве­ли к выработке единообразного определения^[31]. Наиболее четкое определение этого понятия, на наш взгляд, было дано О.А. Красавчиковым. Ученый под правовой формой понимает основанную на нормах права меру возможного или должного поведения^[32]. С учетом того, что признанной правовой формой общественных от­ношений считается правоотношение, то основной правовой формой земельно­распределительных отношений как структурной совокупности постоянно повто­ряющихся конкретно-исторических социальных связей, зависимостей и разграни­чений между субъектами, возникающей в результате и в ходе общественно зна­чимой предметной деятельности в сфере распределения земли следует считать земельно-распределительные правоотношения.

Земельно-распределительные правоотношения входят в группу земельных правоотношений, которые с определенной долей условности подразделяются на отношения по возникновению и прекращению прав на землю и отношения по ис­пользованию ее полезных свойств^[33] . Земельно-распределительные правоотноше­ния относим к правоотношениям возникновения и прекращения прав на землю^[34]. От других видов земельных правоотношений они отличаются тем, что представ­ляют собой правовую форму образования земельных участков в результате посто­янного распределения и/или перераспределения земельных ресурсов в обществе и

3

земельных участков^[35].

В процессе развития земельно-распределительные правоотношения как си­стемасохраняют преемственность их внутренней организации (структуры), включающей участников правоотношения (субъектов), объединенных целесооб­разной правовой связью, вытекающей из субъективных прав и юридических обя­занностей, а также имеющего для правоотношения юридическое значение объекта правовой деятельности^[36].

Круг субъектов земельно-распределительных отношений определяется об­ществом в зависимости от социального состава носителей потребностей и интере­сов к земле и устанавливается государством в нормативных актах путем опреде­ления конкретного состава их участников. Поскольку правоотношение в опреде­ленной степени воздействует на отношение лиц к правовому регулированию, то от степени совпадения состава участников фактических земель­но-распределительных отношений с субъектами правоотношения, а также соот­ветствия содержания взаимодействия участников реальных общественных отно­шений содержанию правоотношения зависит эффективность правового регулиро­вания.

В отличие от иных правоотношений, имеющих тенденцию к увеличению числа их субъектов в ходе исторического развития за счет отмены ограничений правоспособности зависимых категорий населения, ликвидации системы приви­легий и льгот, субъекты земельно-распределительных правоотношений и в коли­чественном отношении и в плане качества их правовой активности ограничива­ются государством и находятся под его контролем. Кроме того, следует отметить приоритет коллективных субъектов над индивидуальными, особенно когда речь идет о первичных субъектах, наделяемых государством земельными участками на определенных условиях.

История правового регулирования отношений, обозначенных как земельно­распределительные, показывает, что государство предпочитает распределять зем­лю между коллективами лиц, обладающими обособленной правоспособностью, свойством постоянной юридической известности и социально значимыми право­выми интересами^[37]. По нашему мнению, это объясняется также и наличием у кол­лективных субъектов дополнительных возможностей по реализации собственных целей и интересов, а также публичных интересов, связанных с земельными участ­ками.

Физические лица в России традиционно обладали меньшими юридическими возможностями приобретения прав на земельные участки. В дореволюционный период это было вызвано наличием сословной структуры общества, преобладани­ем коллективных форм общественной организации социума, монархической фор­мой правления. В советский период государственная стратегия социалистическо­го развития сельского хозяйства была ориентирована на формирование коллек­тивных производственных единиц, что негативно отражалось на земельной пра­воспособности граждан. Последняя была юридически оформлена только в первом российском Земельном кодексе^[38]. В отношении граждан и юридических лиц были определены условия участия в земельно-распределительных отношениях. В част­

ности, установлены способы распределения земельных участков и конкретные виды хозяйственной деятельности землепользователей.

Для субъекта земельно-распределительных правоотношений недостаточно способности быть носителем прав и обязанностей, необходимо наличие качеств управомоченного субъекта, реализующего права и обязанности, вступающего в правовое взаимодействие с другими лицами. Субъекты данных правоотношений обладают признанной объективным правом правосубъектностью не только в силу преобладания среди них организаций, имеющих статус юридических лиц с из­вестными целями и задачами их деятельности, но и в силу наличия юридически определенных условий приобретения прав на землю.

Участие государства как субъекта земельно-распределительных правоот­ношений выражается в формировании и юридическом оформлении целей право­вого регулирования земельно-распределительных отношений, прав и обязанно­стей, связанных с приобретением и использованием земельных участков, ограни­чении содержания субъективных прав частных субъектов правоотношений пуб­личными интересами, реализуемыми на данном земельном участке, а также охране прав землевладельцев и землепользователей.

Исследователи указывают на такую особенность правосубъектности госу­дарства, как двойственность, обусловленную участием государства в земельных правоотношениях и в качестве организации власти, и в роли собственника, то есть хозяйствующего субъекта^[39]. Полагаем, что в исследуемый период истории Россий­ского государства в земельно-распределительных отношениях доминируют имен­но властные полномочия государства по распределению или перераспределению земельных участков. Политические решения, принятые публичным субъектом, влияют на характер земельно-распределительных отношений и их трансформа­цию. Так, в российском законодательстве, начиная с XVI в., закрепляется особый

порядок приобретения прав и использования земельных участков определенными категориями субъектов, поддерживаемыми государством^[40].

В России установление отдельных категорий субъектов, обладающих до­полнительными юридическими возможностями приобретения прав на землю яв­ляется одним из традиционных правовых средств, используемых не только госу­дарством, но и социальными институтами (например, крестьянская община) для уравнивания возможностей субъектов по использованию земли. В связи с этим специфической чертой российских земельно-распределительных правоотношений является особая роль государства в обеспечении баланса потребностей в земле­пользовании на основе принципа сочетания интересов государства, общества и законных прав конкретных участников правоотношений.

Взаимообусловленное правомерное поведение участников правоотношений, выраженное в форме реализации субъективных прав и юридических обязанно­стей, составляет содержание земельно-распределительных правоотношений. Под субъективными правами понимаем юридическую возможность удовлетворения правомерных интересов субъектами правоотношений их собственными действия­ми, обеспеченную юридическими обязанностями не препятствовать этим дей­ствиям, или совершения определенных действий обязанным субъектом.

Субъективные права как элементы земельно-распределительных правоот­ношений включают правомочия на совершение самостоятельных правовых дей­ствий или на требование осуществление определенных действий обязанным ли­цом. Сущность субъективных прав и обязанностей сторон земель­но-распределительных отношений зависит от характера интересов субъектов, направленных на земельный участок. Отметим, что возможность осуществления интереса выделяли в качестве элемента правоотношения Г.Ф. Шершеневич и Н.М. Коркунов^[41]. В частности, Г.Ф. Шершеневич полагал, что интерес побуждает

человека осуществлять действия, выгодные для другого лица, и соответственно является объектом их отношения^[42].

Определение объекта земельно-распределительных правоотношений пред­ставляет существенные затруднения в силу множественности теоретических под­ходов к понятию «объект правоотношения». Анализ научных дискуссий по пово­ду объекта не является предметом данного исследования, поэтому исходим из специально-юридического понимания значения этого понятия. Объект земель­но-распределительных отношений имеет сложную структуру и включает кон­кретный вид имущества, а именно земельный участок, а также правовые дей­ствия, осуществляемые участниками земельно-распределительных правоотноше­ний.

Общественно-политическая и экономическая значимость земли как источ­ника жизнедеятельности людей определила особое место данного имущества в системе объектов правоотношений. Так, именно принадлежность к земле служит основанием деления имущества на движимое и недвижимое, так называемая не­движимость по природе. Однако правовая роль земли не ограничивается формой недвижимости, поскольку это прежде всего природный объект и ресурс. Будучи своеобразной разновидностью природных ресурсов, земля включена в оборот только на условиях, определяемых публично-правовым субъектом и под его кон­тролем.

Считаем, что земля является особым объектом правоотношений, обладаю­щим общесоциальным и государственным значением. Так, М.Ф. Владимирский-Буданов отмечал, что термин «земля» отображал Русское государство в древнерусский период и постоянно упоминался в правовых памят- никах^[43]. И действительно, в Русской Правде указано, что Правда составлена Рус­ской землёй. Данный термин используется в древних русских памятниках и для обозначения других государств.

Позднее земля как объект правоотношений нормативно определялась в за­висимости от социального положения землевладельцев (казенная, дворцовая, черносошная, церковная, частная). Земли подразделялись в законах на заселенные и незаселенные, по качеству - на худые, средние и добрые.

Участки земли становятся объектами земельно-распределительных право­отношений только в XVIII в.^[44] и характеризуются такими признаками как оборото­способность, то есть не изъятые из оборота, и индивидуальная определенность - наличие фиксированных границ, месторасположения и правового положения (це­левое использование, форма землевладения и др.).

Юридическое и материально-техническое определение индивидуальных признаков земельных участков претерпело в России длительную эволюцию и имеет исторические особенности. Так, индивидуализация земельных участков традиционно осуществлялась посредством межевания, раздела, воспроизведения полученного в результате межевания чертежа на плане и записи в соответствую­щих межевых книгах, то есть путем межевания, раздела и учета. Размежевание и передел, как правило, осуществлялись по инициативе частных землевладельцев и юридически оформлялись соглашением собственников земельных участков, рас­поряжением органов публичной власти, межевыми актами.

Земля относится к категории делимых объектов в том смысле, что из одного участка путем раздела может быть образован ряд новых поземельных единиц. Однако особая роль государства в качестве участника земельно­распределительных отношений приводит к появлению юридических запретов на раздел или иное распоряжение земельным участком, то есть установление фор­мальной неделимости имущества. К примеру, по Своду законов гражданских и межевых устанавливалась неделимость принадлежащих крестьянам участков зем­ли размером не более восьми десятин. Имущество объявлялось нераздельным по

желанию владельца в связи с особыми обстоятельствами и в силу его Высочайше­го утверждения^[45].

Переход и приобретение прав на земельные участки затрагивает не только частные, но и публичные интересы, поэтому распределение и передача земли все­гда подлежала надзору и регулировалась публичной властью, создававшей осо­бый правовой режим и определенные формы распределения земли. Так, Г.А. Аксененок утверждал, что советское землепользование является правовым институтом, с помощью которого общенародным государством устанавливается и санкционируется система норм, направленных на обеспечение планомерного рас­пределения земли как исключительной собственности государства и наиболее ра­ционального использования земли как всеобщего предмета труда и основного средства производства в сельском хозяйстве^[46].

Данный подход утвердился в советский период, когда земля была изъята из числа объектов гражданско-правового оборота, стала объектом государственной собственности и распределялась между советскими гражданами и организациями на условиях трудового и целевого землепользования по установленным государ­ством правилам и нормам. Такая модель распределения земельных участков и иных ресурсов характерна для государств с командно-административной систе­мой управления.

В современных условиях рыночной экономики государство по-прежнему выполняет функцию распределения земельных участков. К полномочиям субъек­тов Российской Федерации относится, в частности, установление минимального размера вновь образуемых земельных участков из земель сельскохозяйственного

3

назначения^[47].

Анализ российского опыта позволяет выделить основные функции государ­ства в сфере правового регулирования земельно-распределительных отношений:

предотвращение и преодоление негативных проявлений распределения земель­ных участков в виде дисбаланса производства общественных благ, необходимых для общества, но невыгодных для производителей, например, сельскохозяйствен­ной продукции, а также установление правил обеспечения земельными ресурсами тех общественных интересов, которые не могут быть реализованы в рамках част­ного перераспределения или рыночного оборота земельных участков.

Только законодательными актами в России определяются ограничения раз­дела и частного оборота земельных участков. Законодатель также устанавливает связь между целью использования земельного участка, основаниями и порядком его распределения и/или перераспределения. Не стоит забывать о необходимости оформления правовых решений, направленных на стратегическое воздействие государства на общественные потребности в земле в связи с общими направлени­ями государственной политики в области регулирования земельно­распределительных отношений.

Таким образом, земельно-распределительные правооотношения опосредуют такой вид взаимодействия в обществе, как распределение и (или) перераспределе­ние земли и входят в группы правовых отношений в области возникновения и прекращения прав на землю. Согласимся с Е.А. Галиновской в том, что в состав юридических фактов возникновения данных правоотношений следует включить совокупность интересов в приобретении земельных участков различными субъек­тами, с одной стороны, и интересов отчуждения земельных участков - с другой. Так возникает большой круг отношений в сфере оборота земельных участков, сущность которого заключается в постоянном распределении и (или) перераспре­делении земельных ресурсов в обществе^[48].

Земельно-распределительные правоотношения представляют собой право­вую форму перехода земельных участков от одних лиц к другим. Этот переход является основанием для целого ряда социальных последствий, нуждающихся в правовом регулировании. В частности, вследствие изменения владельца земель­ного участка может изменяться форма воздействия на него. В процессе распреде­

ления и (или) перераспределения возможно увеличение или уменьшение площади того или иного вида использования земли на всей территории государства, что может привести к дисбалансу интересов и связанных с ним потребностей и кон­кретной площади земельных участков, реально обеспечивающих эти интересы и потребности.

Частным случаем вышеуказанной проблемы является вопрос о количестве земельных участков, которые могут быть сосредоточены у одного владельца. Присвоение одним лицом значительных площадей сказывается на интересах и правах иных лиц и в конечном счете влияет на правовую, экономическую и соци­альную стабильность в обществе. Поэтому субъектный состав участников распре­деления и перераспределения земельных участков важен для правового регулиро­вания не меньше, чем состав участников непосредственного использования зе­мельных ресурсов.

Правовые способы распределения земельных участков представляют собой сложный комплекс правовых оснований, которые зависят от особенностей обще­ственных отношений и характера интереса к земле. Вместе с тем обнаруживается целый ряд сходных способов наделения землей, основанных на реализации обще­ственных потребностей, и по мере развития общества эти потребности в целом не меняются. Например, всегда будет существовать потребность в использовании земли для ведения сельского хозяйства. Новые формы земельно­распределительных отношений базируются на исторических формах распределе­ния земли, а основные интересы в использовании земли отличаются большей ста­бильностью и консерватизмом, чем их юридическое оформление. Все эти обстоя­тельства необходимо учитывать при осуществлении правового регулирования возникновения, прекращения прав на землю и оборота земельных участков.

Исходя из вышеизложенного считаем, что целью правового регулирования земельно-распределительных отношений является формирование и закрепление системы правовых норм, средств и механизмов, дающих возможность распреде­ления и/или перераспределения земельных участков с целью их рационального использования, обеспечения социально важных потребностей, сочетания частных

и публичных интересов в отношении земли, выравнивания правовыми методами положения участников земельно-распределительных отношений, ограничения не­добросовестной конкуренции и конфликтов между землепользователями и иными лицами; обеспечение баланса публичных и частных интересов землепользовате­лей.

Потребность обеспечения баланса интересов при осуществлении распреде­ления земельных участков требует особого внимания к формированию механизма правового регулирования земельно-распределительных отношений. Наиболее важным правовым средством в структуре механизма правового регулирования указанных отношений считаем земельно-распределительные правоотношения. Динамика данной правовой формы определяется способами, применяемыми управомоченным субъектом, для достижения закрепленных правовыми нормами целей, а также характером правовых норм, устанавливающих обеспеченную госу­дарством возможность удовлетворения субъектами их интересов^[49].

Переходя к проблеме классификации земельно-распределительных право­отношений, отметим, что в основание классификации должны быть положены признаки, являющиеся наиболее существенными и специфическими для изучае­мого объекта. Земельно-распределительные правоотношения не следует рассмат­ривать как слепок жизненного отношения, связанного с распределением земли. Поэтому задачей исследования является не описание всего разнообразия обще­ственных отношений по распределению земли, а анализ правовых форм земельно­распределительных отношений и их группировка по юридически значимым при­знакам.

Классификация служит средством систематизации, предпосылкой научного анализа предмета исследования. При осуществлении классификации земельно­распределительных правоотношений исходим из того, что критериями классифи­кации могут быть факторы, обладающие юридическим значением. Поэтому в ка­честве оснований классификации земельно-распределительных правоотношений избираем их субъектно-объектный состав, предмет деятельности и характер инте­

реса субъектов к земле. На основании этого выделим земельно­распределительные правоотношения официальные и неофициальные (традицион­ные). В правоотношениях первого типа субъекты соотносят свое поведение с юридическими возможностями, предоставленными государством и закрепленны­ми в нормативных актах.

Правовые действия субъектов традиционных правоотношений обусловлены общезначимыми для конкретного социума представлениями о должном правовом поведении^[50]. Они представляют собой совокупность решений в области распреде­ления земли между соседними коллективами (межгрупповое распределение) и внутригрупповое распределение земельных участков. Результаты межгруппового распределения земель имеют устойчивый характер. Земля остается неотчуждае­мой собственностью группы, внутри которой она перераспределялась между пользователями в зависимости от их потребностей и общественного положения.

В основе вышеуказанного распределения лежит принцип необходимости обеспечения существования каждого члена группы и сохранения целостности зе­мельного достояния коллектива. Данные правоотношения осуществлялись на ос­нове уравнительного принципа, состоящего в предоставлении равных возможно­стей пользования объектами принадлежащими коллективу на условиях общей собственности, реализовывались в символически-ритуальной форме путём вер­бального общения и обрядовых действий; обусловливались особенностями жиз­недеятельности коллектива, отдельные участники правоотношений лишены ин­дивидуальных различий, для реализации коллективного интереса индивиды отка­зывались от частных интересов, поскольку ощущали себя как личность только во взаимосвязях с другими членами социума.

Предмет производственной деятельности и характер потребностей носителя интереса к земельному участку являются основаниями деления земельно­распределительных правоотношений на отношения сельскохозяйственных произ­водителей и пользователей земель иных категорий, установленных в законах. От­метим, что предметом данного исследования являются правоотношения по рас­

пределению и/или перераспределению земель сельскохозяйственного назначения. Данный выбор обусловлен ключевой ролью аграрного сектора экономики на про­тяжении более восьмисот лет российской истории, доминированием крестьянско­го сословия в социальной структуре российского общества, особой значимостью земель сельскохозяйственного назначения для обеспечения национальной продо­вольственной безопасности. Фонд сельскохозяйственных угодий и в современной судебной практике рассматривается как основа аграрного производства^[51].

При любом общественном строе имеется интерес в использовании земли для производства сельскохозяйственной продукции. Желание оградить данный интерес от посягательств иных пользователей формирует идею земельного участ­ка, имеющего конкретные границы и правообладателя. Именно земельный уча­сток включается в отношения перераспределения как объект оборота и становится наиболее существенным элементом, влияющим на всю конструкцию правоотно­шения.

В зависимости от принятых в обществе и закрепленных правом способов наделения субъектов землей выделим такие группы земельно-распределительных правоотношений, как основанные на властно-императивном волеизъявлении и удовлетворяющие частные потребности участников земельного оборота. Данная классификация в значительной мере отражает характер правовых и экономиче­ских интересов в обществе к земле, объем юридических возможностей использо­вания земли в своих интересах и дальнейшего распространения на земельный участок своего господства.

В зависимости от наличия и отсутствия содержательной связи вновь воз­никших правоотношений с ранее существовавшими земельно-распределительные правоотношения подразделяем на первоначальные и производные. По субъектно­му составу лиц, осуществляющих распределение земельных участков, можно вы­делить публичные и индивидуальные земельно-распределительные правоотноше­ния. Для возникновения первой группы правоотношений юридически значимым

действием является решение органа государственной власти об отводе земельного участка, осуществляемом на основании установленного в нормативных актах гос­ударства порядке.

Индивидуальные земельно-распределительные правоотношения, как прави­ло, состоят в перераспределении уполномоченным субъектом (организация; кол­лектив лиц, являющихся носителем хозяйственного интереса в отношении зе­мельного участка) отведенного государством земельного надела. Индивидуаль­ный уровень распределения предполагает переход производственных благ к от­дельным хозяйствующим субъектам на основе определенного правового меха­низма распределения. Данный вид правоотношений интересен тем, что правовым основанием перераспределения земли в большинстве своем выступают не офици­альные акты, а правовые обычаи и договоры, отражающие представления о спра­ведливом распределении земли и обусловленные ценностью земельных участков в конкретный исторический период развития государства.

Содержание юридических норм современного российского законодатель­ства как критерий классификации дает основание выделить следующие разновид­ности земельно-распределительных правоотношений: по распределению смежных земельных участков между равноправными субъектами и образованию новых смежных земельных участков; по распределению земель и земельных участков, находящихся в государственной и муниципальной собственности между публич­но-правовыми образованиями; по распределению земель и (или) земельных участков, находящихся в частной и публичной собственности^[52]. Данные разновид­ности земельно-распределительных правоотношений осуществляются на основе соглашений, условия которых императивно определены ст. 39.27, 39.28 Земельно­го кодекса РФ как для публичных, так и для частных субъектов права.

Подводя итоги, считаем необходимым отметить, что исследование право­вых форм земельно-распределительных отношений вообще и земельно­распределительных отношений в частности позволит проанализировать феномен

возникновения прав на землю в России и выявить особенности взаимосвязи прав на землю государства и иных лиц, имеющих интерес в использовании земли. Пра­вовой основой земельно-распределительных правоотношений являются общепри­нятые принципы, отражающие и обеспечивающие иерархию ценностей в процес­се осуществления приобретения и использования земельных участков. К примеру, одним из основных принципов распределения сельскохозяйственных земель в России считаем постулат о том, что «земля может принадлежать только тому, кто ее обрабатывает». Значение этого принципа изменяется на различных этапах раз­вития российского общества, но и сегодня обязанность использования земельного участка субъектом землепользования является необходимым условием обладания правами на него.

Не менее важными считаем принципы социальной справедливости в отно­шении всех членов общества к средствам производства, распределение земельных наделов по труду и применение равной меры для «неравных» людей при осу­ществлении земельно-распределительных отношений, а также принцип гуманиз­ма и обеспечения благосостояния и свободного всестороннего развития всех чле­нов общества, юридического закрепления различных нормативов, создания бла­гоприятных условий для совершенствования сферы распределения земельных участков.

Кроме того, следует указать на действенность принципа соответствия спе­циальной правосубъектности лица и категории земель, на которую субъект имеет преимущественное право. Особенно это касается земель сельскохозяйственного назначения, поскольку, начиная с Соборного Уложения 1649 г. и заканчивая ныне действующим Земельным кодексом Российской Федерации^[53], законодатель уста­навливает конкретные виды лиц и их организаций, имеющих преимущественное право на использование земельных участков указанного назначения.

Осуществление земельно-распределительных правоотношений имеет важ­ные социальные последствия, выражающиеся в изменении формы землепользова­

ния и размеров земельных площадей, обеспечивающих конкретные производ­ственные интересы в обществе.

Исходя из вышеизложенного, считаем возможным дать следующее опреде­ление земельно-распределительных правоотношений - это установленная реали­зуемой нормой права форма взаимоотношений субъектов права по поводу рас­пределения и дальнейшего перераспределения земельных ресурсов, в результате которых одно или несколько лиц определенным правовым способом приобретают конкретные права на земельные участки при условии выполнения установленных обязанностей. Кроме того, выделим следующие особенности земель­но-распределительных правоотношений:

- наличие специфического объекта - земля, выступающая в конкретных правоотношениях и как природный ресурс, и как недвижимое имущество (зе­мельный участок) и относящаяся к категории ограниченных материальных благ;

- участие в данных правоотношениях предполагает наличие у субъекта спе­циальной правоспособности (например, принадлежность к определенному сосло­вию, классу и иным социальным группам, занятие определенной деятельностью);

- ориентированность на приоритетное удовлетворение публичных, обще­ственных или корпоративных правовых интересов;

- участники земельно-распределительных правоотношений не являются равными и в этом неравенстве состоит сущность правового механизма распреде­ления, нацеленного на предоставление равных возможностей приобретения средств производства, необходимых для удовлетворения признанных обществом интересов «неравных» субъектов;

- возникновение земельно-распределительных правоотношений обусловле­но интересом одних субъектов в приобретении прав на земельный участок и ин­тересом других субъектов в передаче указанных прав.