<<
>>

3. Распространение уголовных законов СССРи союзных республик на объекты, находящиеся на территории иностранных государств

А. Военное морское судно в иностранных водах. Советские военные суда находятся в территориальных водах иностранного государства и в иностранных портах только по приглашению прибрежного государства или получив предварительное разрешение на такой заход.

Во время пребывания советского военного судна в территориальных водах и портах иностранного государства оно соблюдает навигационные, радиотелеграфные,

101

портовые, таможенные, санитарные и иные правила, установленные соответствующим государством для плавания и пребывания в этих водах. Оно соблюдает указания военно-морского командования и пограничных властей иностранного государства. Прибрежное государство в соответствии со ст. 23 Конвенции о территориальном море может потребовать от военного корабля покинуть территориальное море, если им не соблюдаются правила, касающиеся прохода через территориальное море. Однако ни одно иностранное государство не имеет права осуществлять уголовную юрисдикцию за деяния, совершенные на борту советского судна, даже повлекшие последствия на другом судне. Находясь в иностранных территориальных водах или портах иностранных государств, советские корабли сохраняют свой иммунитет в соответствии с установишейся международно-правовой нормой — par in parem поп habet jurisdictionem.

Вопрос об уголовной юрисдикции на военных кораблях или шлюпках, плавающих под флагом СССР, решен Корабельным уставом вонно-морского флота СССР, который установил, что «военные корабли Союза ССР, а равно и их шлюпки, подчинены исключительно правительству Союза ССР; они неприкосновенны, где бы они не находились. Ни одно иностранное прави тельство не имеет права вмешиваться в жизнь корабля Союза ССР. Всякая попытка в этом направлении должна быть отвергнута самым решительным образом, в крайнем случае силой оружия»68.

Однако в уголовном законодательстве Союза ССР и союзных республик нет нормы, регламентирующей вопросы уголовной юрисдикции над преступлениями, совершенными на борту военного корабля Союза ССР.

Мы полагаем, что в Основах уголовного законодательства следовало бы предусмотреть соответствующую норму, как это сделано во многих социалистических69 и капиталистических70 государствах.

Б. Военное воздушное судно в иностранном воздушном пространстве. Особенностью летательных аппаратов, входящих в состав вооруженных сил Союза ССР, является их абсолютная неприкссновеннссть, где бы они ни находились, включая и территорию инсстраного государства.

Советское военное воздушное судно находится в воздушгом пространстве иностранного государства только по предварительному приглашению или разрешению соответствующего государства и соблюдает существующие аэронавигационные и прочие правила этого государства. Однако иностранное государство не имеет права вмешиваться в жизнь военного воздушного судна Союза ССР, в том числе не имеет права осуществлять уголов-

102

ную юрисдикцию над преступлениями, совершенными на борту советского военного воздушного судиа. За преступления, совершенные на борту советского военного самолета, лицо можег быть привлечено к ответственности и наказано только советским судом и по советским законам. Это положение является бесспорным, исходя из международного правового статуса военного судна. Уголовные кодексы большинства социалистических71 и многих капиталистических72 государств регламентировали этот вопрос в своем национальном законодательстве — уголовном или уголовно-процессуальном.

Полагаем, что общепризнанное международным правом положение о том, что военный самолет, где бы он ни находился (в том числе и на аэродроме иностранного государства), должен в вопросах уголовной ответственности приравниваться к территории тсго государства, в состав военно-воздушных войск' которого он входит, следует отразить в советском уголовном \ законодательстве — Основах уголовного законодательства Со- < юза ССР и союзных республик.

В. Гражданское морское судно в иностранных водах. Вопрос об уголовной юрисдикции в отношении преступлений, совершенных на невоенном судне Союза ССР, находящемся в территориальных и внутренних водах иностранных государств, весьма сложен и нуждается в детальном анализе.

В советской литературе по международному праву73 и по советскому уголовному праву74 указывается, что иностранные невоенные суда на территории других государств (в портах, внутренних и территориальных водах) подчиняются местной юрисдикции и местным законам; они приравниваются к территории своего государства только в открытом море75.

Одюако прибрежное государство имеет право отказаться от осуществления своей юрисдикции над преступлениями, совершенными на борту иностранного судна, что нашло отражение в сложившейся практике по этому вопросу76.

Уголовная юрисдикция прибрежного государства не осуществляется на борту советского судна для ареста какого-либо лица или производства расследования в связи с преступлением, совершенным на борту во время его прохода, за исключением предусмотренных ст. 19 Конвенции четырех случаев, уже упо- | миьавшихся в данной работе. Ст. 19 Женевской конвенции о территориальном море отражает сложившееся в международном праве соотношение между правом государства флага на осу-Ществлеь ие юрисдикции над судном, находящимся в территориальных водах другого государства и правом прибрежного государства на осуществление в своих территориальных водах

103

уголовной юрисдикции на борту иностранного судна в связи с преступлениями, совершенными во время нахождения в территориальных или внутренних водах77. Поэтому вполне возможны случаи, когда прибрежное государство ке применяет своего уголовного законодательства к преступлениям, совершенным на борту советского невоенного судна.

Таким образом, преступления, совершенные на борту советского судна, ее вызвавшие последствий вне судна и не нарушившие спокойствия в территориальном море, чаще всего подпадают под советскую уголовную юрисдикцию, в особенности, когда национальное законодательство прибрежного государства устанавливает определенные ограничения для реализации своей юрисдикции78. Нельзя игнорировать и указание Конвенции -J территориальном море, о том, что прибрежное государство при решении вопроса о вмешательстве в жизнь иностранного корабля должно учитывать интересы судоходства.

Во внутренних водах иностранного государства, в частности в портовых водах, советское невоенное судно подчинено уголовной юрисдикции соответствующего иностранного государства, если ее осуществление установлено национальным законодательством этого иностраногз государства, поскольку общепризнанной нормы международного права не существует.

При этом следует отметить, что национальное законодательство и практика разных государств значительно различаются, что осложняет отношения между портовыми властями и судами и приводит к недоразумениям79.

В буржуазных государствах различают две концепции по вопросу об уголовной юрисдикции прибрежного государства в отношении иностранных невоенных судов в национальном территориальном или внутреннем море ¦— английскую и французскую.

Английская концепция основывается на принятом в 1878 г. законе о юрисдикции в территориальных водах (The Territorial Waters Jurisd'ction Act), который установил, что все преступления, совершенные на иностранных торговых судах при проходе английских территориальных вод подчиняются английской уголовкой юрисдикции80.

Принципиально признавая неограниченную уголовную юрисдикцию прибрежного государства, английская концепция декларирует, что власти государства воздерживаются от осуществления уголовной юрисдикции в отношении иностранных тороговых судов, когда интересы прибрежного государства не затронуты81. Английская практика воспринята Австралией, Канадой, Индией, Новой Зеландией и некоторыми латино-америкаыскими странами.

104

Французская концепция формально отрицает неограниченную юрисдикцию прибрежного государства, признавая право прибрежного государства осуществлять уголовную юрисдикцию только в отношении некоторых категорий деяний. Юрисдикция французских судебных учерждений распространяется на иностранные торговые суда, находящиеся во французском порту, только если возникает угроза нарушения общественного спокойствия или порядка в порту; если совершенное на иностранном судне уголовно наказуемое действие затрагивает лиц, не принадлежащих к составу судового экипажа данного судна; по просьбе капитана соответствущего судна или консула страны, под флагом которой судно плавает82.

Французская практика воспринята многими государствами мира — США, Италией, Голландией, Бельгией, Норвегией, до второй мировой войны — Германией, Испанией, Португалией, Грецией83.

Она отражена и в консульских конвенциях, заключенных Францией с другими государствами. Гибкость французской судебной практики в вопросах осуществления уголовной юрисдикции сближает ее по существу с английской концепцией84. Из обеих доктрин вытекает, что прибрежные государства не во всех случаях распространяют свою уголовную юрисдикцию на иностранные торговые суда. Подчиняясь юрисдикции прибрежного государства, если такова воля этого государства, советское невоенное судно, находясь в иностранных водах, не теряет устойчивой правовой связи со своим государством, которое несет за него международно-правовую ответственность, а поэтому лица, совершившие на его борту преступления, не освобождаются от ответственности перед государством флага в соответствии с принципом гражданства.

Кроме того, уголовная юрисдикция иностранного государства на советском невоенном судне может быть ограничена и двухсторонними соглашениями между Союзом ССР и прибрежным государством, в водах которого находится советское невоенное судно. Так, Морское Соглашение между правительством Со'оза ССР и правительством Франции, подписанное 20 апреля 1967 г.85, урегулировало вопросы применения юрисдикции властей прибрежного государства на борту судна во время его пребывания в порту (ст. 14). В соответствии с этой статьей местные административные и судебные власти могут вмешиваться в дела, связанные с правонарушениями, совершенными на борту судна другой стороиы, в случаях, если: а) имеются просьба или согласие на эго консула страны флага судна; б) правонарушение или его последствия затрагивают спокойствие и общественный порядок в стране пребывания или общест-

105

венную безопасность; в) в деле, связанном с правонарушением, замешано какое-либо лицо, не входящее в состав экипажа.

Договор о торговом судоходстве между Союзом ССР и Соединенным Королевством Великобритании и Северной Ирландией86 также ограничил осуществление уголовной юрисдикции обоих государств в отношении преступлений, совершенных на борту судна другой стороны.

На борту советского судна, находящегося в территориальных или внутренних водах иностранных государств, могут быть совершены преступления, направленные против интересов Советского государства и его граждан, которые в прибрежных иностранных государствах (ввиду различного общественного и государственного стооя) не являются преступлениями и не влекут уголовной ответственности или с которыми иностранные государства не заинтересованы бороться.

Во всех подобных случаях, когда иностранное прибрежное государство не может в соответствии с нормами международного права или своим национальным законодательством или не пожелает осуществить уголовную юрисдикцию в отношении преступления, совершенного на борту советского невоенного судна, преступление подлежит юрисдикции Союза ССР и союзных республик87. Если бы это положение было записано в советском уголовном законодательстве, то все вопросы уголовной юрисдикции могли бы быть решены без всяких затруднений и без ущемления суверенитета и права на осуществление уголовной юрисдикции иностранного государства в его водном пространстве. Однако в настоящее время советское уголовное законодательство соответствующей уголовно-правовой нормы не содержит, в связи с чем не все вопросы уголовной юрисдикции разрешимы на основе действующего законодательства.

Если совершивший преступление на борту советского судна является советским гражданином, то вопросы осуществления советской уголовной юрисдикции могут быть решены без особых трудностей на основании принципа гражданства (ст. 5 Основ уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик). Иначе обстоит дело в случаях, когда совершившими преступления на борту советского судна в иностранных водах являются иностранцы. К ним нельзя применить советские уголовные законы, ибо действующее советское уголовное законодательство не дает основания для того, чтобы вопросы уголовной юрисдикции на невоенном судне, находящемся на иностранной территории, решить с позиции территориального принципа.

Мы полагаем, что в Основах уголовного законодательства должна быть установлена норма, аналогичная норме, содержа-

106

щейся в ст. 59 Кодекса торгового мореплавания Союза ССР, которая, решая вопрос о применении уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик в случае совершения преступления на судне вне пределов СССР, говорит о преступных деяниях, совершенных на судке, находящемся в плавании, а не только в открытом море88. Лица, совершившие преступления на борту советского судна в иностранных водах, если юрисдикция данного иностранного государства не осуществляется, должны нести уголовную ответственность на основании территориального принципа действия советского уголовного закона в пространстве (ст 4. Основ уголовного законодательства), а не на основании принципа гражданства (ст. 5 Основ уголовного законодательства).

В таком плане этот вопрос решен в уголовном законодательстве некоторых зарубежных социалистических государств89.

Уголовные кодексы ВНР и СФРЮ распространили действие своего уголовного закона на отечественные гражданские корабли, только если они находятся в открытом море. Однако вопрос об осуществлении уголовной юрисдикции-над преступлениями, совершенными иностранцами на борту морского судна этих государств во время его пребывания в иностранных водах, особых осложнений не может вызвать, поскольку эти государства закрепили в своем уголовном законодательстве реальный и пассивный персональный принципы действия национального уголовного закона, дающие право осуществлять уголовную юрисдикцию над преступлениями, совершенными иностранцами за границей, если последние посягают »а интересы этих государств или их граждан.

Многие капиталистические страны в своих уголовных кодексах также предусмотрели применение национального законодательства к преступлениям, совершенным на борту своего корабля вге пределов территории государства, в том числе и в иностранных водах90.

Вопрос об уголовной юрисдикции над преступлениями, совершенными на борту советского невоенного морского судна, также нуждается в законодательной регламентации. В Основах уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик следует предусмотреть нсрму, которая установила бы применение советских уголовных законов к преступлениям, совершенным на борту советского ьевсенного морского судна, находящегося в территориальных или внутренних водах иностранного государства, если это не противоречит международным ссгла-

107

шениям и национальному законодательству прибрежного иностранного государства.

Г. Гражданское воздушное судно в иностранном воздушном пространстве. Советские гражданские воздушные суда могут находиться в воздушном пространстве иностранного государства только на основании соглашений, заключенных Союзом ССР с иностранными государствами, или на основании специальных разрешений на разовые полеты.

В соответствии с общепризнанным принципом международного права к преступлениям, совершенным в воздушном пространстве определенного государства, применяются уголовные законы этого государства. Специфика совершения этих преступлений состоит в том, что часто из-за большой скорости полета трудно установить, »а территории какого иностранного государства совершено преступное деяние. Зачастую преступление, совершенное на борту иностранного самолета не влечет никаких последствий вне самолета и не направлено против интересов государства, в воздушном пространстве которого совершается преступление, а поэтому это государство может и не быть заинтересовано в осуществлении своей юрисдикции.

Следует учесть, что расследование такого преступления для государства, в воздушном пространстве которого находится иностранное воздушное судно, связано с большими трудностями; оно может вызвать необходимость задержать судно, а это, в свою очередь может отрицательно сказаться на интересах гражданского воздухоплавания, может причинить ущерб третьим лицам, в том числе и экипажу самолета, не причастному к совершенному преступлению.

Вопросы, связанные с осуществлением уголовной юрисдикции на борту иностранного судна, возникли в начале XX в.91 П. Фо-шиль тогда же разработал проект положения о правовом режиме воздушного судна, в котором решил и спорные вопросы уголовной юрисдикции92. В настоящее время вопросы уголовной юрисдикции над воздушным судном в полете над территорией иностранного государства регулируются как нормами международного права, так и нормами национального права93. В последние годы, как уже говорилось, приняты три международные конвенции по вопросам уголовной юрисдикции в связи с преступлениями, совершенными на борту воздушного судна, находящегося в полете вне территории государства регистрации самолета.

Токийская конвенция 1963 г. о правонарушениях и других актах, совершаемых против пассажиров на борту воздушного судна, признала конкурирующую уголовную юрисдикцию двух

108

государств: 1) государстство регистрации воздушного судна компетентно осуществлять свою юрисдикцию над преступлениями, совершенными на борту воздушного судна и должно принимать необходимые меры для установления своей юрисдикции в отношении преступлений, совершенных на борту зарегистрированного в этом государстве воздушного судна, в соответствии со своим наиональным правом; 2) государство, в воздушном пространстве которого на борту иностранного воздушного судна во время полета последнего совершено преступление, можег/ осуществить свою юрисдикцию в ранее перечисленных случаях94.

Государство регистрации судна имеет право осуществлять уголовную юрисдикцию над преступлениями, совершенными на борту этого судна в иностранном воздушном пространстве. Это подтверждается ст. 16 Конвенции, которая установила, что при решении вопроса о выдаче преступника, преступные действия на борту воздушного судна, регистрированного в договаривающемся государстве, будут рассматриваться как происшедшие не только в месте их совершения, но также и на территории государства регистрации воздушного судна.

Это положение представляет особый интерес еще и потому, что согласуется с национальным законодательством по вопросам воздухоплавания многих государств.

Гаагская конвенция о борьбе с незаконным захватом воздушных судов от 16 декабря 1970 г. еще более определенно решила вопросы осуществления уголовной юрисдикции в пользу признания уголовной юрисдикции за государствами регистрации воздушного судна. Каждое из государств — участников Конвенции — устанавливает свою юрисдикцию над незаконным захватом воздушного судна и любыми актами насилия в отношении пассажиров или экипажа; если: а) это преступление совершено юа борту воздушного судна, зарегистрированного в данном государстве; б) воздушное судно, на борту которого имело место преступление, совершает посадку на территории данного государства и предполагаемый преступник еще находится на борту (п. 1 ст. 4); в) предполагаемый преступник на-находится на территории договаривающегося государства и оно его не выдает (п. 2, ст. 4). Положения данной Конвенции применяются только в том случае, если место взлета или место фактической посадки воздушного судна, на борту которого совершено преступление, находятся вне пределов территории государства регистрации воздушного судна (п. 3 ст. 3).

При рассмотрении вопроса о выдаче лица, участвовавшего в незаконном захвате воздушного судна, местом совершения преступления Конвенция признает не только место фактического

10Э

совершения преступления, но также и территорию тех государств, которые обязаны установить свою юрисдикцию в связи с тем, что преступление совершено га борту воздушного судна, зарегистрированного в данном государстве, или в связи с тем, что воздушное судно с предполагаемым преступником на борту совершает посадку на территории данного государства (п. 4 ст. 8).

Монреальская конвенция о борьбе с незаконными актами, направленными против безопасности гражданской авиации от 23 сентября 1971 г., не устранила конкурирующей уголовной юрисдикции, однако так же, как и Гаагская конвенция, обязывает государства установить над преступлениями, перечисленными в этой конвенции, свою уголовную юрисдикцию в случаях, когда преступление совершено на борту судна, зарегистрированного в данном государстве. Как следует из п. 2 ст. 5, Конвенция обязывает государство регистрации воздушного судна, на борту которого или в отношеши которого совершено преступление, принять меры по установлению своей юрисдикции.

Советская делегация на конференции в Монреале предлагала решить в конвенции вопрос о конкурирующей юрисдикции в пользу государства, в котором зарегистрировано воздушное судно95.

Вопросы осуществления уголовкой юрисдикции над преступлениями, совершенными на борту национального воздушного судна в воздушном пространстве иностранного государства, решены в национальном законодательстве многих государств, как социалистических, так и капиталистических (в воздушном законодательстве, в уголовном и уголовно-процессуальном законодательстве). Большинство государств приравнивает свои гражданские воздушные суда в любом месте к территории своего государства и распространяет свое уголовное законодательство ш всех лиц, совершивших преступления на борту воздушного судна вне территории своего государства. Так решен вопрос об уголовной юрисдикции в большинстве зарубежных социалистических государств96.

Большинство капиталистических государств также рассматривает преступления, имевшие место вне пределов их государственной территории на борту воздушного судна, как совершенные в пределах государственной территории97.

Итальянский кодекс воздухоплавания 1942 г. распространяет итальянскую юрисдикцию на итальянских граждан и иностранцев, совершивших преступления на борту итальянского воздушного судна, находящегося вне итальянской территории. Это

НО

же положение записано в ст. 4 Итальянского уголовного кодекса 1930 г., однако, как подчеркнуто, «за исключением случаев, когда они согласно международному праву подчиняются иностранному территориальному закону»93.

В таком же аспекте решает вопросы уголовкой юрисдикции и УК Норвегии в соответствии с изменениями, внесенными в § 12 Законом от 11 мая 1951 г. Данная норма предусматривает применение норвежского уголовного законодательства к преступлениям, совершенным на борту норвежского воздушного судна в любом месте, за исключением сферы юрисдикции другого государства, а также независимо от места нахождения воздушного судна, если преступление на его борту совершено членами экипажа или другим лицом, сопровождающим это судно".

По пути некоторого ограничения национальной уголовной юрисдикции в отношении преступлений, совершенных на борту воздушного судна, пошли, кроме УК Италии и УК Норвегии, также уголовные кодексы Швеции, Канады, и др. Так, УК Швеции предусматривает ответственность по шведским законам: а) если преступление совершил Da борту шведского самолета командирили член экипажа при исполнении ими своих обязанностей или б) если любое лицо совершило преступление на борту шведского судна против Швеции, шведского гражданина, шведской органицазии или учреждения, а также иностранца, постоянно проживающего в Швеции100. УК Канады распространяет свое действие на преступления, совершенные на борту регистрированного в Канаде воздушного судна вне пределов воздушного пространства Канады во время полета, а также на преступления, совершенные на любом воздушном судне вне территории Канады, если это судно направляется в Канаду (ст. 5а)101. Только Швейцария закрепила в ст. 96 Воздушного закона 1948 г. принцип территориальной юрисдикции102.

Таким образом, следует отметить, что большинство государств распространяет свою уголовную юрисдикцию на свои воздушные суда, находящиеся в иностранном воздушном пространстве. При оценке законодательства зарубежных гссударстз с позиции реализации национальной уголовной юрисдикции над преступлениями, совершенными Da борту воздушного судна вне пределов государства регистрации судна, необходимо, кроме всего, учесть и то обстоятельство, что в уголовном законодательстве всех этих государств закреплены реальный принцип, или принцип охраны государственных интересов, и пассивный персональный принцип действия уголовного закона в пространстве, дающие возможность применять свое уголовное законодательство к преступлениям, совершенным на борту своего самолета

111

вне пределов государственной территории во всех случаях, когда совершенные преступления посягают на государственные интересы своих граждан, даже если эти преступления совершены иностранцами.

Давно назрела необходимость разрешить вопрос о действии советских уголовных законов в отношении преступлений, совершенных на борту советского самолета, находящегося в полете вне воздушного пространства Советского государства. В настоящее время такая необходимость вытекает, как уже было показано, из международных конвенций, обязывающих государства устанавливать свою юрисдикцию, если преступление совершено на борту воздушного судна, зарегистрированного в данном государстве, и, как мы показали, это положение Конвенций соответствует установке советской делегации ва Монреальской конференции.

Действующее в настоящее время советское уголовное законодательство дает возможность установить свою юрисдикцию только в отношении преступлений, совершенных на борту советского воздушного судна, находящегося в воздушном пространстве иностранного государства, если они совершены советскими гражданами или лицами без гражданства на основании принципа гражданства (ст. 5 Основ уголовного законодательства).

В отношении иностранцев, совершивших на борту советского воздушного судна за границей преступления, перечисленные в Гаагской и Монреальской конвенциях, вопрос уголовной юрисдикции может быть решен на основании универсального принципа (ч. IV ст. 5 Основ уголовного законодательства). Однако мы полагаем, что вопрос о применении уголовного законодательства к преступлениям, совершенным на воздушном судне за границей, должен решаться на основании территориального принципа, ибо в противном случае нет оснований для применения советского уголовного закона к иностранцам, совершившим на борту советского воздушного судна за границей преступления, не перечисленные международными конвенциями. Вряд ли такое положение можно считать нормальным. Международные конвенции, которые подписало Советское государство, не предусматривают всех преступлений, которые могут быть совершены в полете на борту самолета. Во всех остальных случаях совершения преступлений иностранцами на борту самолета также должна быть обеспечена возможность применения советского уголовного закона, если в отношении совершенного преступления на борту советского воздушного судна в чужом воздушном пространстве не осуществляется территориальная юрисдикция, т. е. если совершенные на борту воздушного судна преступные

112

действия не повлекли и не могли повлечь последствий вне самолета и не нарушили режим в воздушном пространстве иностранного государства.

При решении этого вопроса должна быть учтена также регламентация вопроса об осуществлении уголовкой юрисдикции над преступлениями, совершенными на борту иностранного судна, в национальном законодательстве зарубежных государств, так как на основании своего законодательства, (в соответствии с территориальным принципом действия уголовного закона в пространстве) осуществляется уголовная юрисдикция над преступлениями, совершенными на борту любого иностранного, в том числе и советского воздушного судна во время полета в воздушном пространстве этих государств.

Поскольку каждое иностранное государство, как мы уже говорили, исходя из своего суверенитета, может отказаться от осуществления уголовной юрисдикции над преступлениями, совершенными в его воздушном пространстве на борту иностранного судна, вовсе не исключается необходимость в применении советского уголовного законодательства в случаях совершения преступлений на борту советского воздушного судна, находящегося в воздушном пространстве иностранного государства.

Осуществление советской уголовной юрисдикции в соответствии с принципом гражданства, как мы уже показали, не может быть признано достаточным, потому что безнаказанными оставались бы иностранцы, совершившие преступления на борту советского судна в воздушном пространстве иностранных государств.

Поскольку многие государства ограничили в своем законодательстве осуществление уголовной юрисдикции над преступлениями, совершенными на борту иностранного самолета, предусмотрев целый ряд ограничительных условий, законодательная регламентация вопроса о действии советского уголовного закона в отношении преступлений, совершенных на борту советского воздушного судна, находящегося в иностранном воздушном пространстве, является совершенно необходимой. В советском законодательстве этот вопрос может быть решен, исходя только из принципа уважения к государственному суверенитету другого государства, т. е. советская уголовная юрисдикция и применение советских уголовных законов могут быть распространены на преступления, совершенные на борту воздушного судна вне пределов Советского Союза лишь постольку, поскольку это основывается на международных соглашениях и не нарушает государственный суверенитет другой стороны.

Регламентация этого вопроса в законодательстве явится ос-

8 - 1116 ИЗ

нованием для применения советского уголовного закона к преступлениям, совершенным на борту советского невоенного воздушного судна: а) в воздушном пространстве над открытым мсрем и над никому не принадлежащей территорией (Антарктида); б) в полете вне пределов территории Союза ССР, когда из-за скорости движения невозможно установить, над какой территорией оно пролетело; в) в полете через воздушное пространство иностранного государства, законодательство которого не распространяет национальную уголовную юрисдикцию в этих случаях на иностранные воздушные суда; г) в полете в воздушном пространстве иностранного государства, которое отказывается от осуществления своей уголовной юрисдикции (по различным причинам не заинтересовано в этом).

Предлагаемое нами решение этого вопроса в советском уголовном законодательстве соответствует норме, содержащейся в ст. 3 Воздушного кодекса Союза ССР, которая распространяет положение его «на все гражданские воздушные суда, занесенные в Государственный реестр гражданских воздушных судов Союза ССР во время их нахождения за пределами СССР, если законы страны пребывания воздушного судна не требуют иного»103.

<< | >>
Источник: М. И. БЛУМ. Действие советского уголовного закона в пространстве. Учебное пособие. РЕДАКЦИОННО-ИЗДАТЕЛЬСКИП ОТДЕЛ ЛГУ им. ПЕТРА СТУЧКИ. РИГА 1974. 1974

Еще по теме 3. Распространение уголовных законов СССРи союзных республик на объекты, находящиеся на территории иностранных государств:

  1. 3. Распространение уголовных законов СССРи союзных республик на объекты, находящиеся на территории иностранных государств
- Авторское право России - Аграрное право России - Адвокатура - Административное право России - Административный процесс России - Арбитражный процесс России - Банковское право России - Вещное право России - Гражданский процесс России - Гражданское право России - Договорное право России - Европейское право - Жилищное право России - Земельное право России - Избирательное право России - Инвестиционное право России - Информационное право России - Исполнительное производство России - История государства и права России - Конкурсное право России - Конституционное право России - Корпоративное право России - Медицинское право России - Международное право - Муниципальное право России - Нотариат РФ - Парламентское право России - Право собственности России - Право социального обеспечения России - Правоведение, основы права - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор России - Семейное право России - Социальное право России - Страховое право России - Судебная экспертиза - Таможенное право России - Трудовое право России - Уголовно-исполнительное право России - Уголовное право России - Уголовный процесс России - Финансовое право России - Экологическое право России - Ювенальное право России -