<<
>>

3.3. Белое движение на Северо-Западе России и псковские крестьяне

В соответствии с Брестским мирным договором германские войска контролировали территорию по линии Усть-Наровы, включая Нарву, по Псковскому озеру, реке Великой с городами Псков, Остров, Двинск и, далее по линии в направлении Минска.

По этому же договору германские части должны были уступить Советской стороне города Псков, Остров и Двинск и отойти к границам бывшей Лифляндской и Эстляндской губерний. В виду предстоящей эвакуации, германское руководство разрешило образование на псковской территории Особого добровольческого корпуса, которому была обещана денежная и материальная помощь снабжением и снаряжением. Еще в сентябре 1918 г. в Пскове при штабе 5-й запасной германской дивизии была создана так называемая русская комендатура. В нее прибывали как офицеры из занятых немцами областей, так и офицеры,

переправившиеся через демаркационную линию из Советской России590. С октября была

организована агитация среди местного населения с призывом вступать в белогвардейские отряды, распространялись листовки и прокламации. В одной из подобных прокламаций, расклеенной в начале ноября, отмечалось: «Граждане Пскова, Острова, Ржицы, Люцина, Двинска и других угрожаемых большевиками городов, сел, деревень, пробудите в себе мужество смелых предков и, не задумываясь ни минуты, идите на вербовочные пункты, где уже началась запись добровольцев. До ухода германцев осталось немного времени… Не теряйте времени»591. Так, началось формирование Северного корпуса, ставшего в дальнейшем основой Северо-Западной Добровольческой армии. Но особого желания вступать в антибольшевистские формирования осенью 1918 г. не наблюдалось, если в первые недели в белые полки записались 1500 человек, среди которых 40 % составляли офицеры, затем число желающих заметно сократилось592. Наиболее пассивную позицию по отношению к формируемым частям заняло крестьянство, упорно желавшее остаться в

стороне от вооруженного конфликта.

Безрезультатной оказалась агитация, обращенная к

590 Гуковский А.И. Вторжение немцев в страну Советов в 1918 году // Исторические записки. 1942. № 13. С. 30 –

31.

591 ГАПО. Ф. Р-590. Оп. 1. Д. 42. Л. 432 – 432 об.; Д. 93. Л. 348; Д. 10. Л. 69 об.

592 Смирнов К.К. Начало Северо-Западной армии // Белое дело. Летопись белой борьбы. Т. 1. Берлин: Мед. всадник,

1925. С. 115.

местному населению с призывом «испытать счастье и свергнуть Советскую власть»593. На подобные призывы откликнулись единицы псковских крестьян, по всей видимости наиболее сильно пострадавших от Советской власти. Так, например, 27 октября два крестьянина из Порховского уезда перешли демаркационную с винтовками и белыми флагами и ходатайствовали перед белыми отрядами за весь уезд с просьбой освободить его от большевиков. В дальнейшем оба крестьянина добровольно вступили в формирующйися Островский полк594. Но несмотря на подобные единичные случаи, а также жесткую политику большевиков, значительная часть крестьянства продолжала поддерживать Советскую власть и не доверяла белым, видев в них защитников «старого режима», которые хотят вернуть себе поместья. К тому же многих жителей Псковской губернии настораживал союз белогвардейцев с немецким оккупационным режимом, от которого многие крестьяне также сильно пострадали. Один из организаторов Белого движения на Северо-Западе ротмистр П. фон Розенберг отмечал, что крестьянство в большинстве своем тяготело к большевикам, в которых видело освободителей от германской оккупации, мешавшей им грабить помещиков»595. Начальник контрразведки штаба корпуса был вынужден с горечью признать: «… у населения к большевикам нет ненависти, а потому собрать сколько-нибудь значительное число честных граждан в ряды армии невозможно», а в сводках по Островскому уезду отмечалось «негативное отношение крестьян к формирующейся Белой армии»596. Подобное отношение населения к белым осенью 1918 г.

стало одной из главных причин их отступления. Более того, при отступлении белым добровольцам приходилось с боями пробиваться через лежавшие на их пути деревни «Весь путь отступления, – писал один из его участников, – был сплошным боем. Крестьяне, распропагандированные и снабженные оружием, всюду устраивали засады, а артиллерии 15 верст пришлось идти под обстрелом цепи крестьян, преследовавшей отступавших. В одной из деревень были избиты и арестованы 12 офицеров. Отряд Балаховича освободил их и воздал должное

крестьянам»597.

593 ГАПО. Ф. Р-609. Оп. 1. Д. 58. Л. 94; Р-590. Оп. 1. Д. 40.

594 Моя газета. 1918 г. 30 октября.

595 Авалов П.М. В борьбе с большевизмом. Гамбург: Изд-во и тип. И. И. Аугустина, 1925. С. 66.

596 Интервенция на Северо-Западе России. 1917 – 1920 гг. С 117; ГАПО. Ф. Р-609. Оп. 1. Д. 58. Л. 105; Михайлов

А.А. Красное и белое. История начала Красной армии и Гражданской войны // Псковская губерния. 2009. № 7.

597 Цитата по: Смолин А.В. Белое движение на Северо-Западе России. СПб.: Дмитрий Буланин, 1999. С. 45.

К весне 1919 г., накануне наступления Белой Северо-Западной армии ситуация на селе резко изменилась, сказался тяжелое продовольственное положение и жесткая политика большевиков. Теперь псковские крестьяне видели в Белой армии освобождение от большевистского гнета. «В мае, – как отмечал современник, – крестьяне, находясь под властью слухов о скором приходе белых с большим количеством продовольствия, жили надеждами на отмену продразверстки и введение свободы торговли»598, а в докладной записке члена партии В.М. Бакшиса отмечалось, что «белые имеют успех благодаря предательству крестьян по отношению к красным. Они [крестьяне – авт.] проводят белых в обход по неизвестным тропинкам»599. Позже, анализируя ситуацию, министр земледелия Северо-Западного правительства П.А. Богданов в своей записке отметит: «Политический террор, экономическая политика и специальные репрессии против крестьянства, пассивно сопротивлявшегося большевикам – вот главные причины, заставляющие крестьянскую массу с энтузиазмом встречать белых в Северо-Западной области.

Подъем в мае 1919 г. был настолько велик, что он на время заставил крестьянство забыть свой страх перед неизвестной политикой новых хозяев положения… но страх перед ответственностью за революционные выступления, боязнь за землю, что перешла или должна была перейти крестьянства, всплыл на другой день появления белых. И крестьянство настороженно принялось ожидать выступления органов новой власти, чутко ловя каждый слух, каждый факт, говорящий о земельной политике белых»600.

Быстрое продвижение белых войск в глубь советской территории позволило им

захватить значительные территории. С мая месяца 1919 г. Северо-Западная армия контролировала Печоры с прилегающими деревнями, восточную часть Порховского уезда до села Подоклинье, где было приостановлено наступление С.Н. Булак-Балаховича. Полностью Белыми войсками контролировался лишь Псковский уезд601.

Общий распорядок жизни на подконтрольных белым территориях нашел отражение

в «Обязательном постановлении населению местностей, занятых народной армией» от 15 мая 1919 г. за подписями командующего войсками генерала А.П. Родзянко, в котором

598 Ладанов М. В плену у изменников // Красная летопись. 1929. № 5. С. 101 – 103.

599 ГАНИПО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 70. Л. 14 – 17.

600 Горн В.Л. Гражданская война на Северо-Западе России. Берлин: Гамаюн, 1923. С. 22.

601 Васильев М.В. Порховский уезд в годы революции и Гражданской войны (1917 – 1919 гг.). Псков: ПГПУ, 2010.

С. 83; Сельское население восьми Северных губерний. М.: Тип. Моск. сов. нар. хоз., 1921. С. 10.

отмечалось, что «…белые войска – друзья народа и пришли освободить своих братьев от бродяг и негодяев, восстановить порядок и дать спокойную и свободную жизнь исстрадавшемуся русскому народу». Согласно этому документу восстанавливались земские учреждения, свобода торговли, допускалось хождение любых денежных знаков, за исключением советских. Все реквизиции и наряды, возлагаемы на население разрешалось производить только на основании письменных документов с казенной печатью.

Для гражданского населения вводилась смертная казнь через повешение за укрывательство оружия, недоносительство на его владельцев, утайку имущества Красной армии, невыдачу

коммунистов и порчу имущества и средств связи Белой армии602.

В целом, местные органы белой власти были крайне не эффективны, состояли порой из случайных или малокомпетентных людей и далеко не всегда справлялись с возложенными на них функциями. Так, ревизия работы волостных комендантов Псковского уезда, осуществленная в июле 1919 г., показала, что деятельность канцелярий во многих волостях не налажена или они просто отсутствуют. Сами коменданты справлялись со своими делами плохо, часто злоупотребляли служебным положением, совершая различный произвол. Например, в Палкинской волости родственник коменданта ездил по деревням, отбирал продукты от крестьян и отправлял их жене в Изборск. Повсеместно получили распространение самовольные реквизиции скота, домашнего инвентаря, принадлежавшего крестьянам, бессистемные требования исполнения подводных повинностей. Крайне низко оценивал деятельность комендантов и поручик Е. Буре, обратив внимание начальства на то, что многие из лиц военной администрации «совсем не подготовлены к работе в дерене и не могут уяснить себе ее нужды. Комендант прифронтовой полосы в своем рапорте от 8 сентября 1919 г. писал, что лица, находящиеся на административных должностях, представляют из себя людей малоинтеллигентных, без достаточного служебного и житейского опыта. По этой причине волостные коменданты не брали на себя ответственность по решению каких либо серьезных дел, а приказы, поступавшие из

вышестоящих инстанций, трактовали по своему усмотрению603. В целом, деятельность

местных властей в лице комендантов и других административных лиц значительной мере

602 Смолин А.В. Белое движение на Северо-Западе России. С. 173; Корнатовский Н.А. Первое наступление белогвардейцев на Петроград (Гражданская война на Северо-Западе России в 1919 г.) // Красная летопись.

1928. №

2. С. 105.

603 Смолин А.В. Белое движение на Северо-Западе России. С. 179 – 180.

подрывала авторитет не только власти, но и самой идеи Белого движения на Северо-Западе

России.

Осложнялись отношения крестьян и Белой армии из-за нерегламентированной подводной повинности. Так как армия не имела своего обоза, то для перевозки военного имущества пользовалась крестьянскими подводами и лошадьми, а самих крестьян привлекала в качестве возниц. В рапорте заведующего волостными комендантами от 4 августа 1919 г. говорилось, что крестьяне используются на перевозке грузов на срок до 7 суток, да еще ежедневно выставляют 250 подвод, что вызывало ропот и недовольство крестьян. Говоря о подводной повинности, необходимо отметить, что первоначально крестьяне выполняли ее достаточно охотно и практически добровольно, приветствуя наступающую армию. Но с течением времени «право подводной повинности», которым следовало пользоваться очень осторожно и разумно, перешло всякие границы.

«...настроение крестьян прифронтовой полосы, – рапортовал один офицер своему начальству в августе 1919 г., – намного благонадежнее и сочувственнее к Белому правительству, чем крестьяне в глубине уезда, благожелательность которых к белым составляет желать многого, да, кстати сказать, вполне обосновано, так как самоуправство наших частей и лиц, следующих по разным казенным надобностям, непомерно велико: случаи краж, неплатежа за продукты, отобрания без всяких расписок хорошей лошади и оставления худой казенной, принуждение подводчиков ехать две или три, а в других случаях и более подводных станций (в виду нежелания обождать вызова дежурной подводы) вселяют обоснованное возмущение». Под видом казенной повинности местные власти гоняли лошадей по частным делам, причем даже не особенно старались скрывать это от подводчика, пользуясь дискреционною властью ?вязать и решать?». Мужики очень страдали от подводной повинности, но еще больше от злоупотребления ею и всякая явно

расточительная эксплуатация лошадей вызывала у крестьян все нарастающую злобу604. С

лета 1919 г. в псковской деревне, как и в других территориях, подконтрольных Белой армии,

распространились бесчинства армейских частей. По сообщению с мест, войска производили самочинные реквизиции скота, инвентаря, личных вещей. Одна из причин такого поведения

604 Горн В.Л. Гражданская война на Северо-Западе России. С. 74; Юденич и белые власти на местах. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.emyn.ru/13.shtml (дата обращения: 08.05.2012 г.); Зибницкий Э. Скобарский батька с польским акцентом // Аргументы и факты. 2005. № 48.

крылась в нерегулярном обеспечении войск продовольствием и в несвоевременной выплате жалования. В рапортах того времени отмечалось: «…отдельными воинскими частями производились у населения реквизиции лошадей, скота и прочего, при этом выдавались квитанции, не имеющие никакого существенного значения. Реквизиции эти, к сожалению, стали принимать вид грабежа…». Подобные действия частей Белой армии не заставили долго ждать ответной реакции крестьянства, которое все больше разочаровывалось в Белом движении. В сообщениях ряда офицеров отмечалось: «Когда двигаемся вперед – крестьяне встречают с распростертыми объятиями, идем дальше – а в нашем тылу те же крестьяне в

отместку режут провода»605. К концу лета 1919 г. псковское крестьянство все больше

настраивалась против белых.

Но не тяготы военного времени, не бессистемные военные реквизиции столь резко повлияли на настроения крестьянства. С подобными издержкам войны крестьяне были знакомы уже давно, все тоже самое было и при власти Советов. Более всего крестьянский мир страшила реставрация старого помещичьего режима и конфискация полученных в результате революции земель. Именно земельный вопрос попрежнему продолжал оставаться краеугольным камнем. И та политическая сила, которая реально предлагала вариант его разрешения в интересах крестьян, имела все шансы на успех. Член Северо- Западного правительста В.Л. Горн, совершенно справедливо писал, что «…монарх для мужика станет постольку лишь приемлем, поскольку твердо и решительно, раз и навсегда

будет похерен помещик»606, но пойти на столь решительные и радикальные меры Белое

правительство так и не решилось, ограничиваясь полумерами, да и то не в интересах крестьянства.

Приказом № 12 от 17 июня 1919 г. предписывалось «Всем лицам, захватившим самовольно и незаконно или получившим от большевиков чужое имущество, как то: домашнюю обстановку, утварь белье, библиотеки... сельскохозяйственный инвентарь вменяется в обязанность в течении 10 дней со дня опубликования постановления вернуть таковое имущество собственникам или владельцам». Но выполнение данного приказа

вызвало абсолютную неразбериху и окончательно запутало имущественные отношения на

605 Там же. С. 191.

606 Зимина В. Гражданская война 1918 – 1920 гг. как политологический конфликт в развитии российской государственности. [Электронный ресурс]. Режим доступа: www.Antibr. ry./textbook/ (дата обращения: 12.04.2009 г.).

селе. П.А. Богданов следующим образом оценивал подобное нововведение: «В сельских местностях переход движимости был еще сложнее. Там он начался сразу после февраля

1917 г., когда по России… прокатилась волна погромов помещичьих имений, в результате которых часть движимости перешла к новым владельцам. В дальнейшем сельскохозяйственный живой и мертвый инвентарь распоряжением земельных комитетов периода временного правительства, а позже большевистских земельных органов, распределялся, перераспределялся и опять распределялся в самых разнообразных и запутанных формах. Эти перетасовки коснулись не только имений, вне зависимости от того, кому они принадлежали, но и отдельных крестьянских хозяйств. Достаточно вспомнить учет и распределение сельскохозяйственных машин и орудий, в силу которого плуг одного двора поступил во временное пользование другого, часто взамен другого орудия. Корова перекочевывала на другой конец волости и оттуда, в порядке купли-продажи, переходила дальше, наконец, что самое главное, в процесс всяких перераспределений была втянута вся сельская Россия, в частности, все северо-западное крестьянство, и положение это длилось к приходу белых уже два с лишком года. И вот творцы приказа № 12 решили одним росчерком пера, в условиях гражданской войны, восстановить положение вещей, бывшее до революции, в срок, которого недостаточно было на то, чтобы довести приказ до всеобщего

сведения»607. Приказ № 12 поставил перед населением множество вопросов: «как

определить, что по закону является своим, а что чужим», «каковы будут последствия возвращения недвижимости и товаров», «какие органы будут ведать возвращением имущества»? Но так как за невыполнение данного приказа следовало передача виновных военному суду, крестьяне были вынуждены исполнять его, в результате чего, у комендантов появились сотни дел «о возврате самовольно захваченного», при чем истцы зачастую инкриминировали ответчику «сочувствие» или «принадлежность» в коммунистической партии. Тюрьмы наполнялись задержанными «впредь до выяснения» причин, которое иногда длилось месяцами608. Чаще всего виновные в присвоении чужого имущества и революционных действиях подвергались телесному наказанию в виде порки, при чем

приводили в действие приговор собственные односельчане, в отместку за разгул комбедов и

607 Цитата по: Юденич и белые власти на местах. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.emyn.ru/13.shtml

(дата обращения: 08.05.2012 г.).

608 Горн В.Л. Гражданская война на Северо-Западе России. С. 67 – 70.

прочие обиды609. Если идеологи большевизма сознательно раскалывали крестьянство, разжигая в нем классовую вражду, то Белое правительство опосредованно своими распоряжениями вызывало аналогичную реакцию на селе, главной причиной чему, являлась непродуманность законов и поспешность их проведения.

Следующим шагом Военно-гражданского управления стал приказ № 13 от 19 июня

1919 г. «О временном пользовании землею», в соответствии с которым крестьяне, засеявшие и обрабатывающие землю имели право собрать выращенный ими урожай. Однако, далее говорилось, что впредь никакие самовольные захваты не допускаются, а нарушители чужих земельных прав будут предаваться суду. Приказ разрешал батракам и крестьянам пользоваться только той землей, которую они обрабатывали в 1918 г. За участки, полученные в 1919 г. следовало вносить арендную плату прежним владельцам. Усадьбы с постройками и земли, занятые под сады и огороды, возвращались старым хозяевам, а незасеянные площади поступали в распоряжение сельского общества для продажи тем лицам, которые имели возможность их обрабатывать, причем преимущественно эти земли отдавались бывшим землевладельцам. После уборки урожая 1919 г. все частновладельческие земли должны были перейти в собственность бывших хозяев. Особенно сильный удар по крестьянскому хозяйству наносил тот пункт приказа, по которому право на покосы получали прежние владельцы. В заключении приказа указывалось на временный характер предложенных мер. Окончательное разрешение

земельного вопроса откладывалось до созыва Учредительного собрания610. Министр

земледелия П.А. Богданов в своей записке отмечал: «…пункты 5 и 6 [приказа № 13 – авт.] бросили камень раздора в самую толщу деревни запрещением переделов на будущее время и признанием недействительными уже произведенных переделов... Отмена переверстки и перспектива возврата к исходному положению… заставляли сломать чуть ли не весь, а местами и весь севооборот. Нельзя обойти молчанием и общий дух приказа – ясно выраженную тенденцию возвратить прежние дореволюционные формы земельных отношений, возродив частновладельческое землевладение, загнав мужика в прежние рамки

своих наделов… Наиболее ретивые из господ частных владельцев стали требовать

609 ГАНИПО. Ф. 109. Оп. 1. Д. 26. Л. 51 об.

610 Горн В.Л. Гражданская война на Северо-Западе России. С. 371; Смолин А.В. Белое движение на Северо-Западе

России. С. 187.

выселения из имений засевших там бывших батраков и малоземельных крестьян со всем их сельскохозяйственным скарбом и передачи бывших имений по принадлежности. Все без исключения частные владельцы пожелали получить аренду за пахотные, выгонные и покосные земли. Многие стали добиваться аренды не только вперед за 1919 – 1920 гг., но и за годы революции, когда никаких уплат не производилось. Не замедлили сказаться и любители легкой наживы, – вымогатели и шантажисты, за счет нежелания мужика судиться у военно-полевой юстиции. Канцелярии комендантов и земельных органов оказались заваленными новыми делами. На деревню посыпались допросы, дознания, аресты с вызовами за десятки верст, обиванием порогов, потерею рабочего времени, обвинениями в сочувствии или принадлежности к коммунистам, приводившими иногда обвиняемых к

смертной казни»611.

Антикрестьянскую направленность носило и «Положение об управлении лесами», в соответствии с которым все леса, заготовленные материалы и дрова переходили в ведение Лесного отдела при Военно-гражданском управлении до разрешения вопроса в Учредительном собрании. Денежными сборами облагалось право на сбор ягод, сухостоя и хвороста. Виновные подвергались штрафу в 3000 руб. или тюремному заключению до трех месяцев.

Проведение в жизнь указанных приказов резко изменили настроения крестьян по отношению к белым. В беседе с английским журналистом Поллоком П.А. Богданов дал следующую характеристику: «Сельское население Псковской губернии встречало белых с великой радостью, рассматривая их как освободителей от большевиков, молодежь шла добровольцами в армию. Военная власть вместо привлечения на свою сторону крестьянства пошла по пути восстановления помещика в деревне… Приказом № 13 деревня была отдана на разгромление комендантам… деревня все чаще и чаще говорит ?белые не лучше красных?. Не далеко то время, когда фронт развалится, этот развал неизбежен, ибо деревня отзовет своих сыновей. Нужна политика широкой демократии, нужно оставить землю у

мужика, прекратить произвол военных. Только при таких условиях, если уже не поздно

611 Горн В.Л. Гражданская война на Северо-Западе России. С. 22 – 24.

можно рассчитывать на поддержку движения крестьянами. Без этой поддержки борьба с большевизмом обречена на неудачу»612.

Признав несостоятельность решения земельного вопроса, предложенное генералом Родзянко, Белое Северо-Западное правительство к осени 1919 г. отменило столь непопулярные в крестьянской среде приказы. В целях стабилизации обстановки и успокоения населения, 18 октября 1919 г. министерство земледелия приняло приказ № 2, растиражированный и распространенный в среде населения. Этим приказом были закреплены все земли за теми лицами, в чьем распоряжении они находились к моменту прихода белых войск. Приказ охранял право фактического владения, но не собственности; гарантировал всякому гражданину, обрабатывающему землю, право на получение в свою пользу урожая с нее, сохранял в деревне те земельные отношения какие установились в ней до момента освобождения от большевиков. Было учтено и стремление крестьян северо- западного региона к выделению на единоличные хозяйства. Хутора и отруба были признаны министерством земледелия более совершенной формой землепользования, чем принудительная общинная чересполосица. «…при отсутствии у нас на севере, в деревнях периодических переделов, – отмечалось в отчете о деятельности министерства земледелия Северо-Западной области России, – министерство решило пойти навстречу запросам жизни и деревни и содействовать расселению на хутора тем селениям, кои добровольно изъявили на это согласие, не предвосхищая еще этим окончательного решения вопроса о земле в

Будущем Учредительном собрании»613. Одновременно с этим министерство приняло

решение оказать помощь «таким крайне желательным формам землепользования», как земледельческие артели, коллективы и коммуны, в тех случаях если они окажутся действительно высокоорганизованными культурными хозяйствами. В целях снабжения населения посевным материалом, министерство земледелия вступило в отношения с крупнейшими торговыми семенными фирмами Швеции, Дании, Голландии и Франции. Было начато беглое рекогносцировочное обследование животноводства в местностях, освобождаемых от большевиков. Населению начали выдаваться ордера на использование

лесных угодий для заготовки строевого леса в целях восстановления хозяйств,

612 Там же. С. 91.

613 Отчет о деятельности министерства земледелия Северо-Западной области России // Белая гвардия. Альманах. Белое движение на Северо-Западе России. 2003. № 7. С. 137.

пострадавших от боевых действий. Но все мероприятия Белого правительства в области аграрного вопроса уже были не эффективны, драгоценное время было катастрофически упущено. Уже 26 августа 1919 г. белые были вынуждены сдать Псков, а к октябрю вся территория губернии перешла под контроль Советской власти614. Крестьянство в своей массе так и не приняло Белой идеи и, столкнувшись с реставрацией аграрных отношений,

вновь стало ориентироваться на власть Советов.

614 Ярославцев М.В. Последние дни Северо-Западной армии // Белая гвардия. Альманах. Белое движение на Северо-Западе России. 2003. № 7. С. 181 – 183; Волков С.В. Предисловие к книге. Белая борьба на Северо-Западе России. М.: Центрполиграф, 2003. С. 7.

<< | >>
Источник: Васильев Максим Викторович. Крестьяне Псковской губернии в годы Гражданской войны 1917 – 1920 гг.. 2014

Еще по теме 3.3. Белое движение на Северо-Западе России и псковские крестьяне:

  1. Белое движение
  2. «белое движение».
  3. 2.1.3. Железнодорожный транспорт России в начале XX в. и в годы первой мировой войны
  4. Белое движение
  5. 2. "Смута". Гражданская война в России начала XVII в.
  6. Содержание
  7. Введение
  8. 1.2. Учет и реквизиции продовольствия в годы Гражданской войны
  9. Глава 3 Роль псковского крестьянства в Гражданской войне на Северо-Западе России
  10. 3.3. Белое движение на Северо-Западе России и псковские крестьяне
  11. 3.4. Крестьянское повстанческое движение в Псковской губернии в 1918 – 1920 гг.
  12. Использованные источники и литература
  13. Литература
  14. Ананьева Елена Сергеевна. Конная милиция Северо-Запада России: создание, организационная структура, деятельность. 1917 - 1925 гг., 2014
  15. § 1. Первые шаги по организации конной милиции на СевероЗападе России. 1917 - конец 1918 гг.
  16. § 2. Продолжение строительства конной милиции в условиях решающих сражений на Северо-Западном фронте и обороны Петрограда от белогвардейских войск в 1919 г.
  17. § 2. Завершающий этап создания конных подразделений правоохранительных органов Северо-Запада России. 1923 - 1925 гг.
  18. ТЕМПЕРАТУРНЫЕ КРИТЕРИИ ДЛЯ ПРЕСНОВОДНЫХ РЫБ СЕВЕРО-ЗАПАДА РОССИИ
  19. МОРФОБИОЛОГИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА СИГА (COREGONUS LAVARETUS L.) БАССЕЙНА ГУБЫ ЧУПА БЕЛОГО МОРЯ
- Археология - Великая Отечественная Война (1941 - 1945 гг.) - Всемирная история - Вторая мировая война - Древняя Русь - Историография и источниковедение России - Историография и источниковедение стран Европы и Америки - Историография и источниковедение Украины - Историография, источниковедение - История Австралии и Океании - История аланов - История варварских народов - История Византии - История Грузии - История Древнего Востока - История Древнего Рима - История Древней Греции - История Казахстана - История Крыма - История мировых цивилизаций - История науки и техники - История Новейшего времени - История Нового времени - История первобытного общества - История Р. Беларусь - История России - История рыцарства - История средних веков - История стран Азии и Африки - История стран Европы и Америки - Історія України - Методы исторического исследования - Музееведение - Новейшая история России - ОГЭ - Первая мировая война - Ранний железный век - Ранняя история индоевропейцев - Советская Украина - Украина в XVI - XVIII вв - Украина в составе Российской и Австрийской империй - Україна в середні століття (VII-XV ст.) - Энеолит и бронзовый век - Этнография и этнология -