А. Н.СТУЛИКОВ Екатеринбург РАДОСТЬ И УДОВОЛЬСТВИЕ: ВОЗМОЖЕН ЛИ ЗНАК РАВЕНСТВА?

Лексемы радость и удовольствие обозначают понятия, связанные с особенностями восприятия человеком мира. Такое восприятие можно охарактеризовать как позитивное. Именно с их помощью обозначается оптимистический взгляд на действительность.

Определение этого понятия дается в философском энциклопедическом словаре совместно с понятием пессимизм: ’’оптимизм и пессимизм (от лат. optimus — наилучший и pessimus — наихудший) — понятия, характеризующие ту или иную систему представлений о мире с точки зрения выраженного в ней позитивного или негативного отношения к сущему и ожиданий от будущего. Оптимизм и пессимизм могут быть присущи как непосредственно-чувственному мироощущению, так и мировоззрению в целом. В первом случае это светлый или мрачный эмоциональный тон восприятия жизни и ожидания будущего, радостное приятие существующего или настроение безысходности. Во втором — это учение о сущности мира, где добро и зло часто онтологизируются, изображаются как независимые друг от друга начала мира, а борьба между ними — как внутренняя пружина или смысл наличных явлений, происходящих событий, истории в целом” (1, с. 446). Таким образом, эти две категории представляют собой некую дихотомию, характеризуя ’’систему представлений о мире” с точки зрения принципа ’’исключенного третьего” (1, с. 177, 227). Из определения следует, что построить шкалу, содержащую нуль, невозможно. Это дает повод выдвинуть гипотезу о том, что в данной плоскости не может существовать третьей категории (предположительно, нейтральной). Состояние человека на определенный момент времени, его мировоззренческую концепцию можно характеризовать как более или менее оптимистичную, однако исключается ситуация не оптимизма и не пессимизма.

Хотелось бы обратить внимание на тот факт, что оптимизм описывается в философском словаре через понятие эмоциональный тон, что открывает возможность опоры на категорию тональности (в значении термина, принятом в стилистической школе И.В.Арнольд) в ходе анализа феномена оптимизма как речемыслительного явления.

Тональность понимается как текстовая категория, в которой находит отражение эмоционально-волевая установка автора текста (2, с. 27). Для нас важна прагматическая значимость данного термина, то, что он "соотносится с уровнем речи и служит для обозначения стилистического эффекта, возникающего вследствие функционирования в тексте стилистически окрашенных единиц языка" (3, с. 52).

Предположительно, языковые единицы семантического поля оптимизм группируются вокруг слова радость, но возникает вопрос относительно статуса в этом поле лексемы удовольствие. Соотношение данных концептов рассматривалось А.Б.Пеньковским (4). Целью данной статьи является сопоставительный анализ лексических значений слов радость и удовольствие, что важно для решения вопроса о том, одна или две лексемы являются ядерными в интересующем нас семантическом поле.

Семантическая взаимосвязанность слов радость и удовольствие обращает на себя внимание уже при анализе дефиниций этих слов в толковом словаре:

"Радость — чувство удовольствия, удовлетворения" (5, с. 581),

"Удовольствие — чувство радости, довольства от приятных ощущений, переживаний" (5, т. 4, с. 469).

Налицо "синонимический круг". Предложенный способ толкования наводит на мысль о том, что эти понятия являются абсолютными синонимами и между их значениями можно ставить знак равенства. Однако, если мы обратимся к словарю синонимов, то увидим, что радость и удовольствие не сведены в одну словарную статью, хотя "синонимический круг" в дефинициях наблюдается и здесь, ср.:

"Радость, отрада — чувство большого удовольствия, полного душевного удовлетворения; проявление радостного чувства"^, т. 2, с. 328);

"Удовольствие, наслаждение, блаженство — чувство радости, удовлетворения от приятных ощущений, переживаний" (6, т. 2, с. 603).

Единицы, предложенные словарем в качестве синонимов, в обоих случаях имеют качественные оттенки или усилительную сему, а лексемы радость и удовольствие разведены по разным словарным статьям.

Обратимся к данным различных словарей.

Первое различие связано с особенностями словообразовательной парадигмы. Слово радость со значением "чувство удовольствия, удовлетворения" характеризуется достаточно разветвленной структурой словообразовательного гнезда, включающего глаголы (радовать, обрадовать), имена прилагательные (радостный), имена существительные (радостность), наречия (радостно), категории состояния (рад). Следует отметить также наличие антонима (безрадостный), образованного префиксальным способом.

Такая богатая словообразовательная парадигма наводит на мысль о функциональной значимости данного понятия в сфере общения. Несмотря на то, что радость — это понятие абстрактное, что предполагает достаточно высокий уровень мышления, эмоция радости, выражаемая в языке категорией состояния (я рад), сформировалась раньше. В этимологических словарях не отмечается слово радость, однако практически каждый словарь уделяет внимание слову рад. При этом, например, Н. М. Шанский возводит это слово к греческому eros — любовь (7, с. 137). Данная этимология может показаться спорной, однако нет сомнения в принадлежности этого понятия к набору первичных эмоциональных состояний человека (на сознательной стадии развития).

Слово удовольствие со значением "чувство радости, довольства от приятных ощущений, переживаний" не имеет такой богатой словообразовательной парадигмы. Если мы попытаемся установить происхождение этой формы, нам придется обратить внимание на глагол удоволить, который толкуется в (4) через понятие удовлетворение: удоволить — то же, что удовлетворить в значениях 1, 2, 4 (5, т.4, с.581).

А. Н. Тихонов возводит форму удовлетворение к слову довольный, не включая, однако, лексему удовольствие в данную словообразовательную парадигму (8, т. 1, с. 231). Таким образом, налицо процесс семантического расхождения, но существование глагола удоволить позволяет предположить о связи между этими двумя понятиями, о чем свидетельствует и внутренняя форма этого понятия, и словарные дефиниции в статьях толковых словарей (удовольствие — чувство довольства).

Естественно, что такое понятие связано с достаточно продвинутым уровнем развития человеческого общества, в отличие от понятия радость. Все это позволяет выдвинуть гипотезу о том, что понятия удовольствие / радость различаются наличием / отсутствием семы возмещения в лексическом зна- чениии слова.

Практика речевого пользования позволяет выделить мотив и субъект (не в лингвистическом, а в логическом смысле) чувства радости. Чаще всего в контексте присутствует что-то, что вызывает радость (мотив), и что-то или кто-то, переживающий радость (субъект):

Победа (мотив — М) радовала его сердце (субьект — S).

Тебе лучше (М), вот что я (S) вижу, вот что меня радует.

А. (Смех.) Это радует / что ты думаешь так обо мне хорошо II (М) (смеясь на последних словах) Все-таки я (S) хорошо сохранилась наверно / /

Конечно, возможны ситуации, когда радость не мотивирована, не имеет внешнего каузатора, однако такие случаи не могут помочь нам в уточнении лексического значения слова радость и в рамках данной статьи рассматриваться не будут.

Вербальным индексом (I) ситуации выраженной радости служат не только глаголы, но и другие части речи:

Увидев ее (М) из окна, он (S) сбежал с лестницы и радостно (I) протянул ей обе руки; С ранней весны Елена (S) возится, бывало, в этом цветнике, радостная (I) и оживленная, и господин Будников (S), тоже радостный (I), принимал в этом участие.

Представляется возможным выделить типовые субъекты и мотивы чувства радости. В роли субьекта радости всегда выступает человек или нечто очеловеченное, хотя лексическое представление этого субьекта различно: с помощью местоимения (я, меня, он, нам, нас всех), имен собственных (Елена, Прасковья Федоровна, Савелич, Вася), метонимических субститутов, связанных с телесными органами — выразителями чувств и собственно первичными чувствами (глаз, лицо, взор, слух). Особо следует отметить имя существительное душа. Мотив радости может быть связан с отдельной реалией и целой ситуацией, ср.:

[Дионис ] убеждает нас в вечной радостности бытия; Я искренне радуюсь вашему счастию, Ирина Павловна; Я шел радостный и веселый. И как было мне не радоваться: Дерсу был опять со мной; От радости, что ее взяли гулять, она [Каштанка ] прыгала, бросалась с лаем на вагоны и гонялась за собаками;

Если соотнести мотивы с денотативными классами лексики, то можно выделить непредметную лексику, которая составляет подавляющее большинство (счастье, бытие, событие, настроение) , и предметную {румяные булки, листва). В последнем случае позиция субьекта радости заполняется метонимическим субститутом, например:

Деревья сажаются с таким расчетом, чтобы разнообразная по оттенкам листва радовала глаз, чтобы осеннее золото одних деревьев оттеняло пурпур других;

Желтеет только что сбитое сливочное масло, и радуют взоры румяные булки.

Мотивы радости, сформулированные предикативным способом, не позволяют столь же определенно построить денотативную классификацию, однако духовная доминанта представляется явственной. Радовать могут ситуации: улучшилось здоровье или душевное состояние человека, дочь нашла достойного жениха, вошла мать, встретился друг, случилось что-то желанное, получено поздравление с днем рожденья из России и т.п.

Если теперь рассмотреть понятие удовольствие и соответствующее слово с тех же позиций, то следует отметить, что субьектом чувства удовольствия выступает лицо, вербально обозначенное с помощью личного местоимения, имени собственного, одушевленного существительного:

Василий Петрович (S), до сих пор не видавший ничего подобного, с удовольствием смотрел на море, лунный свет, пароходы, корабли и радостно, в первый раз в жизни, вдыхал морской воздух.

А* Да / во всех остальных странах ты хоть съешь ее / хоть продай ее / так вот купил я ее и смотрю на нее / она прибыли никакой не дает / но я ее же купил на свои / извините / деньги / я что / внешний вид только купил? Я (S) ведь приезжаю туда любоваться / и это мне доставляет удовольствие / я мог бы купить себе машину / но я купил себе участок земли / с прудом там / с лесочком //

Мотив выражается — сточки зрения языка — теми же способами, что и в случае с понятием радость.

Отмечены такие мотивы удовольствия, как вечерние прогулки, собирание грибов, праздник, лунный свет, пароходы. Все это — материальные обьекты. В том случае, если мотив выражен предикативной конструкцией, то он тоже связан — по преимуществу с чем-то материальным:

С той минуты, когда я вышел из-под опеки родных, я стал наслаждаться бешено всеми удовольствиями, которые можно достать за деньги (М).

В этом случае мотив — это обобщение всего, что можно получить за деньги, то есть прежде всего материальные ценности, а также некоторые духовные, имеющие, если выражаться образно, ’‘подпорченную репутацию”. Мотивом, который вызывает удовольствие, может быть также уженье рыбы, любование природой (причем конкретным местом), лакомство вареньем. Получается, что удовольствия более конкретны, осязаемы.

Если рассмотреть типовую именную сочетаемость анализируемых слов, то получится, что радость может быть искренняя, светлая, вечная, неизведанная, неописуемая, творческая, единственная; удовольствие — своеобразное, наивное, купленное, тихое, идиллическое, полное, особое, доступное, дорогое, сомнительное. Проверив взаимозаменяемость существительных в контексте словосочетания, убеждаемся в возможности замены в одних случаях и невозможности ее в других. Так, радость не может быть своеобразной — это что-то универсальное для человечества, тогда как удовольствие носит индивидуально-личностный характер (недаром радостью можно поделиться, а удовольствием нет). О радости нельзя сказать полная, так как она самодостаточна, цельна, ее невозможно разделить на составляющие, а удовольствие не может быть творческим, так как процесс творчества связан с душой как с чем-то нераздельным и возвышенным.

Глагольная валентность данных единиц также достаточно показательна и подтверждает разную сочетаемость названных понятий. Радостью можно поделиться, ее можно познать, испытать, пережить, подарить, обрести и т.д. Удовольствие также можно испытать, но его нельзя пережить. Удовольствие можно доставить, но им нельзя поделиться, так как процесс получения удовольствия — это процесс накопления каких-то конкретных материальных или/и духовных ценностей до возникновения особого чувства — удовольствия (здесь необходимо сделать замечание по поводу соотношения этого понятия с удовлетворением: удовлетворение — это прежде всего рациональная оценка, удовольствие же — чувство).

Обобщая все сказанное, укажем на различия концептов радость и удовольствие:

1) понятие радость сформировано на более раннем этапе развития цивилизации и языка, чем понятие удовольствие;

2) понятие радость онтологично (отсюда и связь с абстрактными понятиями: радость жизни, радость бытия), понятие удовольствие, как правило, связано с материальными сферами бытия;

3) слово удовольствие содержит в своем лексическом значении сему возмещения ожидаемых благ, наличие которых индивид может прогнозировать (неожиданного удовольствия быть не может).

Таким образом, мы не можем поставить знак равенства между лексическим значением слов радость и удовольствие, а следовательно, делаем вывод о том, что семантическое поле оптимизм имеет одну ядерную лексему — радость.

1. Философский энциклопедический словарь. М., 1989.

2. Матвеева Т. В. Функциональные стили в аспекте текстовых категорий. Екатеринбург, 1990.

3. Горшкова М. Л. К определению понятия стилистической тональности художественного текста // Текст и его категориальные свойства. Киев, 1989.

4. Пеньковский А. Б. Радость и удовольствие в представлении русского языка // Логический анализ языка.Культурные концепты. M., 1991

5. Словарь русского языка: В 4 т. М., 1991.

6. Словарь синонимов русского языка. М.,1971.

7. Шанский Н. М., Боброва Т. А. Этимологический словарь русского языка. M. 1994.

8. Тихонов А. Н. Словообразовательный словарь русского языка: В 2 т. M., 1985.