РАСПО РЯЖЕНИЕ ГИТЛЕРА ОТ 5 ИЮНЯ 1940 г.

№ 33069/40. 7 экз.

экз. № 5.

Совершенно секретно. Только для командования. Передавать только через офицера.

(21-й армейской группе — теле-граммой заранее.)

Главное командование сухопутных войск выделяет два пригодных для действий в горах смешанных соединения численностью примерно по 3000 человек каждое с запасом продовольствия на 4 недели.

Сведения о структуре и вооружении этих соединений и требующемся для их транспортировки тоннаже представить главному командованию сухопутных войск и главному командованию военно-морских сил в кратчайший срок.

Военно-морскому флоту для транспортировки войск подготовить к выходу в море пароходы «Бремен» и «Европа». Особое внимание обра-тить на возможность быстрой выгрузки.

Необходимые приготовления авиации регулируются главным командованием военно-воздушных сил.

О времени, требующемся для подготовки, а также о намерениях по проведению операции главные командования видов вооруженных сил докладывают мне через штаб верховного главнокомандования. 21-я группа докладывает результаты разведки и намерения по предстоящему после высадки использованию сил.

Все меры надлежит осуществить таким образом, чтобы по принятии мною решения операция могла быть проведена в короткий срок. Особо указываю на необходимость самой тщательной маскировки приготовлений.

Вопрос о порядке подчинения в ходе операции намечается ре-шить в той же форме, что и при занятии Норвегии.

Главное заключается в том, чтобы группа Дитля смогла продержаться до тех пор, пока эта операция не увенчается успехом. Пока же группе придется полагаться только на собственные силы, ибо про-бивающиеся с юга по суше подкрепления едва ли смогут подойти ранее.

Поэтому важной задачей авиации остается при любой сносной погоде подбрасывать группе Дитля по воздуху подкрепления в живой силе н технике.

Адольф Гитлер

И7.

115 ВЫДЕРЖКИ ИЗ ДНЕВНИКА А. РОЗЕНБЕРГА ЗА ЯНВАРЬ—МАЙ 1940г.

2.1.1940 г.

...Я запросил Ламмерса также относительно норвежского и африканского вопросов. Он докладывал о них фюреру еще перед Новым годом; Шикеданц вызван к Ламмерсу 4.1. Шейдт находится в Норвегии, чтобы всесторонне ознакомиться с положением дел.

Так помпезно обещанный Риббентропом мир не наступил; подготав-ливается нечто совершенно противоположное. Загадкой остается, как он вообще мог делать подобные высказывания. В норвежском деле он хочет участвовать и быть педантичным до мелочей.

7.1

Шейдт в субботу снова вернулся из Осло. Рассказывает об очень проанглийски настроенном новом военном министре и т. д. Свои наблюдения изложит. Шейдт беседовал с Ламмерсом. (Последний весьма удручен в связи с этим.) Ламмерс докладывал фюреру. Этот, хотя и выступает за вторжение, но, видимо, настроен весьма скептически в отношении соблюдения внезапности операции в Норвегии. Л. считает: если дело выгорит, то хорошо, но если сорвется, ответственным за его выполнение это будет стоить головы.

С норвежским делом нужно еще обождать. Опасных моментов доста-точно, но, если повезет, не исключено, что можно будет избежать сотен тысяч жертв. Ведь дело-то заключается в Англии; роль Франции при этом не так уж существенна, а бездеятельность французов лишь разлагает их.

Шейдт получил необходимое и сейчас выезжает в Осло. Акция № 1 подготовлена, № 2 берет разгон; теперь вопрос заключается в том, будет ли проведена № 3 и если — да, то как. На этот раз Риббентроп показался мне здравомыслящим и... в некоторой степени информированным. [-.]

7.2.1940 г.

Ш. возвратился из Осло. Докладывает о ведущихся там переговорах. Разговаривал с Герингом относительно поддержки.

В последнее время Х[агелин] , возвращаясь из Осло, сообщает предостерегающим тоном: несмотря на данные немецким инстанциям норвежские заявления относительно нейтралитета, нынешнее правительство готовится при создавшихся условиях вступить в войну на стороне Англии.

29.2 я был вызван на длительное время к фюреру. Я подробно, основываясь на данных памятной записки Шейдта, доложил о норвеж-ских делах. Была выражена мысль об отказе от любых попыток активных политических акций в отношении самой страны; напротив, было сказано относительно весьма широкой поддержки дружественных по отношению к нам сил. Фюрер выразил пожелание лично переговорить с Шейдтом, но последний снова находился уже в Осло. 6.3.

Вчера возвратился из Осло Хагелин. С доказательством британо-французской подготовки к нападению на Норвегию. Я тотчас же распорядился подготовить докладную об этом и направляю ее фюреру в рейхсканцелярию.

Сегодня я пошел на обед к фюреру. Во время еды он, наклонившись ко мне, сказал: я прочитал вашу докладную, дело принимает серьезный оборот. Я еще рассказал о подробностях: французские офи- церы-генштабисты приняты на службу во французскую дипломатическую миссию в Осло в качестве мелких чиновников паспортного отдела. Один из них «обручился» с секретаршей Квислинга. Квислинг тут же выгнал ее. Она ничего не сможет рассказать...

После обеда я представил фюреру дополнительно точные статистические данные по экономике Норвегии. Им нужно значительно больше горючего и зерна, чем указывалось в первых подсчетах.

Полковник Шмундт сообщил мне затем еще, что Шотландия объявлена запретной зоной: оттуда 24 часа ходу до норвежского побережья.

Хор Белиша пишет в своей газете: Норвегия это пистолет, направленный в грудь Англии.

Вообще-то Хагелин молодец: именно его норвежское адмиралтейство уполномочило организовать закупку немецких зенитных орудий! Таким образом он может без труда совершать свои поездки в обоих направлениях. Однако у него стало немного «болеть сердце». Рисковать головой — это ведь может, если такое продолжается долго, испортить нервы.

9.4.1940 г.

Сегодня великий день в истории Германии: Дания и Норвегия оккупированы. Я поздравил фюрера с этим успехом, в подготовке которого принимал участие и я. Он радовался от души: теперь Квислинг может сформировать свое правительство. Затем поступили последние сообщения: взяты Кристиансанн, Арендаль. Остается Осло, где оказывается кое-какое сопротивление. Мы выразили надежду на то, что бежавшее норвежское правительство не утащило с собой Квислинга (sic). Фюрер сказал, что он все же все время . опасался, как бы Англия не пронюхала о плане. Я со смехом рассказал о положении в Дёберице. Там несколько недель размещались горнострелковые части из Австрии. Шли всякие догадки: к чему бы это? Упоминались Румыния, Карпаты в районе Словакии. Для успокоения было объявлено «нечто совершен-но невероятное». Норвегия! Итак, наиболее секретное на случай английской угрозы было запросто выболтано.

Фюрер сказал: «Так же, как в результате 1866 г. возникла империя Бисмарка, так в результате сегодняшнего дня возникнет Великогерман- ская империя». Кейтель рассказал мне еще о некоторых подробностях переговоров своего представителя в Копенгагене с Квислингом. Царило весьма приподнятое настроение.

[Приписка]: 10 дней назад Шейдт снова был здесь, изложил в письменном виде ход политических переговоров представителя ОКВ с Квислингом. Я передал этот документ фюреру, который весьма темпераментным тоном запретил ОКВ осуществлять политическое зондирование. Шейдт должен был тотчас же возвратиться назад, чтобы поработать с нашим атташе.

11.4

Вчера и сегодня снова на обеде у фюрера.

Снова старая история: наше официальное представительство на протяжении долгих лет не делало ровно ничего, чтобы способствовать развитию пронемецкого движения. Это начало делаться лишь теперь, в первую очередь мною. Наш нынешний представитель постоянно расхваливал норвежское правительство, говоря, что оно лояльно и придерживается абсолютного нейтралитета. Он заявил, что Англия не в состоянии применить абсолютно никаких репрессивных мер! Квислинг предостерегал;

я уже в июне 1939 г. передал фюреру через Ламмерса памятку отно-сительно политико-стратегического значения Норвегии. Квислинг сообщил подробности англо-норвежского альянса. Теперь его упрекают за то, что он слишком мало информирован. Однако его друзья подчинены королю. Что же им попросту начать бунтовать? Вообще же надо переждать ближайшие дни; так как разговоры д-ра Бройера с королем Хоконом не увенчались успехом, впредь невозможно будет управлять [страной] совместно с «нейтральным» г-ном Котом.

27.4.

Когда я возвратился 19-го числа (из поездки с докладами на Рейнский фронт), события развивались довольно бурно. Внезапно вынырнул Хабихт из МИД, чтобы снова участвовать в «революционном деле». Во всяком случае, Квислинг уступил, согласившись с идеей общего административного совета, а фюрер вроде бы намеревался поставить на пост рейхскомиссара по внутриполитическим вопросам Тербовена . В то же самое время из Осло пришло от Шейдта сообщение, из которого явствовало, что из-за представителей нашего МИДа дела начали принимать дурной оборот, а с нашими друзьями плохо обращаются. Я не-медленно посылаю доклад Шейдта к фюреру. Как выяснилось сейчас, на фюрера все это произвело такое же впечатление, как и на меня.

Итак, теперь я располагаю подтверждением того, что В. [внешне] П. [политическое] В. [ведомство НСДАП] выполнило историческую задачу. Занятие Норвегии, быть может, решит исход войны.

Я заявил фюреру, что считаю необходимым, чтобы обращение с Квислингом и его сотрудниками было достойным. Нынешним административным советом руководят масоны. Квислингу следовало бы предоставить возможность для свободной работы. Иначе нам пришлось бы управлять, опираясь лишь на военную власть. С немецких позиций Тербовен несколько далек от норвежских проблем. И вообще, кто всерьез занимался Севером? Одно лишь «Северное общество». Теперь норвежцами должны были бы заниматься такие люди, которые знакомы со страной и населением. Квислинг еще раз просил меня оставить Шейдта в Осло. Собственно говоря, его задание по налаживанию связей выполнено, но, возможно, его следовало бы дать в помощь Тербовену. Фюрер сказал, что я совершенно прав.

Так как рейхскомиссариат «Норвегия» подчинен рейхсканцелярии, Шикеданц вел переговоры с Ламмерсом, который назначил его уполномоченным рейхсканцелярии. Через его руки сейчас проходит вся переписка с Норвегией (включая МИД). Правда, у Тербовена вытянулась физиономия, но он смирится с таким порядком. Сегодня утром Шикеданц вылетел в Осло, чтобы оглядеться, успокоить Квислинга, может быть прикомандировать Шейдта к Тербовену.

Как только что сообщил мне из Киля Лозе , в так называемых политических кругах, не совершивших ничего, делаются иронические замечания по адресу Квислинга и меня, который поддерживал его .

30.4.

...Речь Р [Риббентропа] подана мировой прессой броско. А ведь при всем этом его МИД чуть было не стал причиной страшнейшего поражения. Если бы послушали нашего посланника в Осло, тайных совет- ников МИДа в Берлине, то сегодня англичане с триумфом восседали бы в Осло и Стокгольме.

Только что от фюрера. Он был счастлив: прибыло донесение о соединении немецких войск между Осло и Тронхеймом. «Это больше, чем выигранный бой, это — выигранная кампания». Солдаты обнимались, для находившихся в Тронхейме это было огромным облегчением. Теперь подходят тылы. Несколько дней инженерных работ, затем тяжелые зенитные орудия по дорогам в Тронхейм, расширение местного аэродрома. Фюрер говорит о будущей автостраде в Тронхейм...

7.5.1940 г.

С субботы Шикеданц снова здесь, вернулся из Осло. Люди Квислинга приветствовали его как ангела-спасителя. Итак, все по-старому: к друзьям бездарные чиновники относятся плохо! Протокол беседы с Хабих- том потрясает. Письмо Квислинга Шикеданцу, в котором он называет себя обманутым, свидетельствует о том, насколько серьезно испорченной оказалась обстановка в последний час. А ловкий интриган Тербовен тем часом размышляет о своем будущем протекторате.

«Das politische Tagebuch Alfred Rosenbergs. 1934/35 und 1939/40». Munchen, 1964, S. 110—134.