Неопубликованные конфиденциальные материалы.

Предоставленная в рамках сотрудничества между МГУ им. М.В. Ломоносова и Йельским университетом стажировка по программе Fox International Fellowship позволила автору получить доступ к материалам отдела рукописей и частных коллекций Библиотеки Конгресса США: фонду У.

Из всех этих коллекций особенно хотелось бы отметить фонд У. Одома, материалы которого позволяют проследить процесс секьюритизации энергетической проблемы администрацией Р. Рейгана, а также изменение оценок влияния ирано-иракской войны на стабильность нефтяных поставок в Персидском заливе с крайне алармистских на умереннопозитивные. Судя по этим документам, возможные варианты ответа на «танкерную войну», в том числе, и прямое участие флота США в обеспечении безопасности «нефтяной артерии», рассматривались Генеральным штабом с начала 1982 г.

Документы Д. Ригана дают представление о выработке и модификации позиции США на саммитах «Большой семерки» в 1980-е гг. Огромную ценность представляют межведомственные доклады, анализирующие позиции европейских стран-участниц саммитов по энергетике и отношениям с Восточным блоком на волне обсуждений строительства трубопровода Уренгой-Ужгород.

ЕЭС настоять на реализации проекта, позволяя сделать вывод о чисто политической, а не экономической основе возражений США в отношении трубопровода. В этих документах также нашла отражение резкая смена фискального курса администрации Рейгана в применении к энергетической политике — несколько папок посвящены обсуждению реструктуризации Министерства энергетики и экономическому анализу энергосберегающей политики и проектов альтернативной энергетики, что позволяет составить четкое представление о начале расхождения путей энергетического развития Старого и Нового Света.

В Национальном управлении архивов и документации (NARA-2) были изучены фонды 56[27] и 5 9[28] - Общие документы Министерства финансов и Госдепартамента США, которые, наряду с коллекцией телеграмм Госдепартамента за 1973-1977 г., доступной на сайте Национального управления архивов и документации,[29] воспроизводят рутинный процесс выработки позиции США по тем или иным составляющим нефтяной проблемы и дают возможность получить представление о взглядах союзников США с тем, чтобы понять, как в сложных перипетиях дипломатических битв вырабатывался «атлантический консенсус» по нефтяной проблеме.

Несмотря на всю ценность материалов, о которых говорилось выше, самый большой вклад в данное исследование внесли документы, обнаруженные нами в президентских библиотеках Дж. Картера (Атланта, Джорджия) и Р. Рейгана (Сими-Вэлли, Калифорния). И дело не только в их огромном количестве, но и в качестве. В Белый дом стекались документы со всех агентств и министерств Вашингтона, что позволяет осветить формирование энергетического курса США с самых различных ракурсов, понять, как в непрекращающемся межведомственном диалоге, порой переходившем на повышенные тона, принимались те или иные решения, какие варианты при этом рассматривались и какие соображения в итоге одерживали верх. Большое количество протоколов и стенографических расшифровок заседаний СНБ, проведенных, в том числе, в присутствии президентов, позволяет оценить влияние политических лидеров на общую атмосферу принятия решения.

Р. Рейганом она рассматривалась в качестве одного, порой центрального измерения более широкой проблемы стратегического, геополитического масштаба.

Среди фондов библиотеки Дж. Картера хотелось бы отметить следующие: коллекцию Совета экономических консультантов,[30] включающую самый широкий спектр документации по нефтяной проблеме, ее внутриполитическому измерению, брифинговые документы и подготовительные материалы к встречам «Большой семерки»; документы Департамента внутренней политики Белого дома,[31] которые позволяют оценить реакцию внутри США на действия стран-членов ОПЕК по повышению цен на нефть во время второго нефтяного кризиса; коллекцию протоколов заседаний с участием высших лиц аппарата Белого дома,[32] содержащую материалы встреч и меморандумы на имя президента, в нашем случае, прежде всего, министров энергетики США Дж. Шлессинджера и Ч. Дункана. Эти документы позволяют реконструировать дискуссию вокруг узловых вопросов энергетической политики, а также понять восприятие Белым домом позиций союзников США. В фонде временных комитетов и комиссий[33] хотелось бы особенно отметить папку Группы американо-японских экономических отношений Госдепартамента, знакомство с содержанием которой дает представление о месте нефтяной проблемы в и без того сложных экономических отношениях Токио и Вашингтона конца 1970-х гг. Наконец, огромное значение для понимания выработки позиции США по вопросу о советско-европейском энергетическом сотрудничестве имеют документы коллекции Офиса помощника президента по национальной безопасности[34] и личного фонда Зб. Бжезинского.[35] Влияние Зб. Бжезинского на формирование международного дискурса до сих пор остается значительным. В 1977-1978 гг. под его руководством был разработан общий курс на расширение инструментов противостояния с Восточным блоком за счет активного привлечения экономических рычагов, а экспорт американского нефтегазового оборудования в СССР был осмыслен как действие, противоречащее соображениям национальной безопасности США.

Ввиду ограниченности опубликованных архивных документов за 1980-х гг. (пока что активно публикуются документы 1970-х гг.) ключевое значение для написания этой работы имело посещение президентской библиотеки Р. Рейгана. Изучение «санкционной дипломатии» в отношении СССР в 1980-е гг., а также формирования концепции советской энергетической угрозы Европе было проведено нами на основе материалов фондов Исполнительного секретариата Совета Национальной безопасности США (СНБ),[36] в которых содержатся подборки документов по отдельными странами и протоколы заседаний СНБ, в том числе с участием президента. Для изучения озвученных выше проблем огромное значение имела коллекция Н. Бейли,[37] главы директората международно-экономических проблем СНБ (19811983) и его приемника С. Данзански[38] (1985-1983), а также фонда будущего посла США в СССР Дж. Мэтлока.[39] Формирование энергетической политики США, диалог с союзниками по этим вопросам, а также анализ нефтяной проблемы с военно-стратегической точки зрения представляется в коллекциях У. Кларка, советника президента США по национальной безопасности (1981-1983) и министра внутренних дел США (1983-1985),[40] Дж. Бейкера, влиятельнейшего главы аппарата Белого дома (1981-1985) и министра финансов (1985-1988).[41] Наконец, большое значение для понимания событий 1983-1986 гг. на нефтяном рынке имеют страновые фонды Германии, Франции, Саудовской Аравии.[42] В последнем фонде нами был обнаружен ряд телеграмм, воспроизводящих экономическую, внутриполитическую обстановку в королевстве накануне принятия решения о наращивании темпов добычи, которое в итоге привело к обрушению цен на «черное золото» в 1985-1986 гг.

Наконец, автору удалось изучить архивные документы администрации Р. Никсона и Дж. Форда, располагающиеся в Образовательном Центре им. Рузвельта (Roosevelt Study Center) в г.Мидделбург, Нидерланды. Особого внимания заслуживает коллекция национальной безопасности президента Р. Никсона.[43]В нее вошли документы самых разных учреждений и, что не менее важно, огромный массив телеграмм «с полей» - из посольств США в европейских странах. Их изучение трудно переоценить в том смысле, что оно дает комплексное представление об атмосфере, в которой происходило преодоление развитым миром политических и экономических последствий нефтяного шока.

Реконструировать советскую позицию по вопросу взаимодействия на углеводородном треке со странами Западного блока в разгар действия арабского эмбарго и после него помогают документы Министерства внешней торговли СССР, находящиеся в Российском государственном архиве экономики (РГАЭ),[44] документы Постоянного представительства СССР в СЭВ,[45] а также фонд Совета Министров СССР (СМ СССР) Государственного архива РФ (ГАРФ).[46] Ввиду ограниченности доступа к внешнеполитическим архивным документам эти материалы помогают воспроизвести советскую реакцию и восприятие советскими дипломатами, а также представителями различных советских ведомств энергетической проблемы с достаточной полнотой.

Нами также были изучены доступные по теме исследования документы в Архиве внешней политики Российской Федерации (АВПРФ), а именно, референтура по Великобритании, США и ФРГ.[47] Материалы, относящиеся к США, позволяют оценить масштабность надежд, возлагавшихся на фоне взлета политики разрядки на американосоветское взаимодействие в нефтегазовой сфере первыми лицами - Р.

Материалы секции общественных наук Академии Наук СССР и Института мировой экономики и международных отношений ИМЭМО, крупнейшего и одного из самых влиятельных исследовательских институтов в области международных отношений СССР, хранящиеся в Архиве Российской Академии Наук, дают представление об уровне и содержании советского научного анализа причин, содержания и последствий энергетического кризиса.[48] Наконец, документы архива Горбачев-Фонда,[49] пусть и не очень многочисленные, позволяют пролить свет на восприятие энергетической проблемы теми лицами, которые входили в ближайший круг М.С. Горбачева, хотя, следует заметить, эти документы изобилуют ссылками на ошибки экономической политики прошлого периода, порой, в ущерб собственной конструктивности. Самые интересные документы нами были найдены в фонде В.В. Загладина, работавшего в Международном отделе ЦК КПСС более 20 лет, который был вхож в ближайший круг и Брежнева, и Горбачева. Любопытны протоколы встреч Загладина с крупнейшими бизнесменами США в период действия санкций США против СССР, а также с французскими социалистическими деятелями.

Кроме того, для нашего исследования имело большое значение получение доступа к документальным базам данных через библиотеку Йельского университета - Digital National Security Archive, созданной на базе университета Дж. Вашингтона, и Declassified Documents Reference System.[50] Особая ценность этих ресурсов заключается в разнообразии представленных в них ведомств и министерств. Они включают в себя многочисленную корреспонденцию Госдепартамента, документы Министерства обороны и Министерства финансов, отчеты и доклады, аналитические оценки, выпущенные СНБ, ЦРУ, Объединенным комитетом начальников Штабов и т.д., что позволяет получить достаточно рельефное представление о формировании ответа США на энергетический вызов.