СУЩНОСТЬ ПРОБЛЕМЫ

Большое количество работ, исследующих природу понимания языка, посвящены выяснению роли грамматически определенных структур, прежде всего синтаксических, в процессе анализа языко­вых высказываний.

Строго линейно упорядоченный[38], развивающийся слева направо, процесс языкового понимания резюмируется Марслен-Уилсоном и другими (Marslen-Wilson et al., 1978: 242—243) следующим образом:

«Представляется, что слушающий пытается произвести прямое пословное отображение воспринимаемого высказывания в единую внутреннюю репрезентацию. В своей наиболее полной форме эта репрезентация могла бы соответствовать тому, что мы называем пониманием (comprehending) предложения, и вряд ли она может быть описана в строго языковых терминах, так как должна включать в себя умозаключения, сделанные слушающим на основе нелингвисти­ческих знаний. Таким образом, сама по себе она не является ни синтаксической, ни семантической репрезентацией, хотя для ее построения могут использоваться как синтаксические, так и семанти­ческие аспекты воспринимаемого высказывания».

Для определения общих контуров последующего обсуждения я сформулирую три положения, отличающие, на мой взгляд, эту

концепцию от альтернативных точек зрения, которые она предпола­гает заменить:

(A) Интерпретация речевого сигнала является строго линейно­упорядоченной, разворачивающейся слева направо, пословной обра­боткой, использующей все виды информации, доступные на каждом этапе.

(B) Результатом интерпретации речевого сигнала являются не отдельные синтаксические и семантические структуры, а скорее единая репрезентация частично нелингвистического характера.

(C) Данная интерпретация является результатом использования как лингвистических, так и нелингвистических знаний, так что в общем случае невозможно выделить чисто лингвистические этапы этого процесса.

Утверждение (А) прямо противопоставлено всем положениям, в которых предполагается необходимость обработки синтаксически определенных составляющих — обычно некоторых типов простых предложений и оборотов—до начала семантической и прагматиче­ской интерпретации. В более общем плане (А) отрицает, что восприятие предложения осуществляется последовательно на нес­кольких уровнях, на которых для достаточно больших частей высказывания строятся сначала синтаксическая, затем семантиче­ская, и, наконец, контекстуальная репрезентации¹. Утверждение (В) направлено против положения о том, что различные уровни структу­ры, определяемые лингвистически адекватной грамматикой, строятся непосредственно в процессе анализа предложения. Другими словами,

(B) отрицает, что строится какая бы то ни было структура, отличная от «конечной» структуры, представляющей полное понимание выска­зывания. Наконец, (С) направлено против положения, утверждающе­го, что реальные процессы понимания языка естественным образом подразделяются на лингвистическую и нелингвистическую части.

Хотя Марслен-Уилсон, Тайлер и их единомышленники в опреде­ленном общем смысле утверждают, что (А) — (С) представляют связную концепцию понимания языка, в их предположении содер­жится серьезный изъян; прояснение существующих ограничений является обязательной предпосылкой для каких бы то ни было оценок предложенной концепции. Наиболее слабым местом в данном предположении является отсутствие какого бы то ни было определе­ния той внутренней репрезентации, в которую переводится восприни­маемое высказывание. Без такого определения утверждения (А)—

(C) остаются неопределенными и подвергаются опасности предстать либо как словесная уловка, либо как тривиальность.

Таким образом, цель данной статьи—рассмотреть утверждения (А) — (С) на базе минимального количества, я надеюсь, бесспорных положений, касающихся условий, которым должна удовлетворять внутренняя репрезентация. В частности, я постараюсь доказать, что

(С) в основном верно, (В) в основном ошибочно, а (А) требует разъяснения и уточнения. В качестве более конкретной аргумента­ции я рассмотрю как важнейший компонент понимания языка требования, участвующие в определении сферы действия. В резуль­тате будут сформулированы некоторые выводы относительно про­цессуально-ориентированных концепций понимания языка.

Необходимо сделать еще три предварительных замечания. Во- первых, связь между утверждениями (А) — (С) достаточно свобод­ная². Нет никакой логической необходимости принимать или отвер­гать их все вместе. Некоторые, более слабые связи между этими тремя утверждениями будут рассмотрены ниже.

Во-вторых, представленные Марслен-Уилсоном, Тайлером и их сотрудниками в высшей степени интересные экспериментальные данные релевантны только для утверждения (А); они указывают, что не обязательно ожидать окончания конкретного синтаксического разбора, чтобы перейти к семантической и контекстуальной интер­претации. Строго говоря, они не имеют никакого отношения к утверждениям (В) и (С). В пользу этих утверждений невозможно привести какое-либо доказательство, поскольку нельзя доказать, что непосредственно не воспринимаемые структуры не существуют; и, с другой стороны, имеются многочисленные свидетельства, указыва­ющие, что данные структуры действительно играют определенную роль в процессе анализа. Что касается (С), которое не является основной темой данной статьи, то здесь ситуация несколько сложнее и ее мы кратко обсудим ниже.

Наконец, предложения Марслен-Уилсона и других не являются единственным современным подходом, принимающим утверждения (А)—(С). Развиваемый в искусственном интеллекте подход к пони­манию языка, например Ризбеком и Шенком (Riesbeck— Schank, 1978), хотя и основывается на весьма отличных общих посылках, ориентируется на те же положения, которые указаны в (А) — (С)³. Я не буду обсуждать здесь различия между возможными концепциями, удовлетворяющими условиям (А) — (С), а сосредоточу внимание на самих утверждениях.