<<

Глава 7. Социальная ответственность

Просто бизнес

Вот уже долгие годы мы являемся свидетелями того, как миллиарды долларов выделяются на помощь в целях развития разных стран и на организацию экстренной помощи.

Тем не менее более 16 тысяч человек ежедневно умирают от болезней, которые можно было предупредить — от СПИДа и туберкулёза, которые сегодня поддаются лечению. Половина населения нашей планеты до сих пор живёт на два доллара в день, а у миллиарда людей нет возможности пить чистую воду. И этот список можно продолжать сколь угодно долго. Хотя эти проблемы до сих пор существуют, это совсем не значит, что социальные организации и организации по защите окружающей среды не предпринимают никаких активных действий. Однако без тех возможностей, которые дают нам рынок и бизнес, обеспечивая реализацию и поддержку лучших идей, все эти слова так и остались бы просто благими намерениями.

На протяжении последних десятилетий я путешествовал по всему миру и начал понимать, что, если мы хотим изменить этот мир к лучшему в глобальном масштабе, нужно объединить усилия бизнеса, благотворительных организаций, правительства и неправительственных организаций и предпринимателей. Те люди, которые всерьёз обеспокоены будущим нашей планеты, могут поделиться своими идеями — нам просто нужно их выслушать. Никто из нас не может изменить этот мир в одиночку, поэтому мы должны забыть о наших различиях и консолидировать свои усилия, чтобы быть уверенными в том, что мы оставляем этот мир в порядке как минимум для «следующих семи поколений» — такова философия местных жителей, с которыми мы сотрудничаем в Канаде.

В этой главе я хочу рассказать вам о начинаниях Virgin в той области, где бизнес и стремление сделать мир лучше сливаются воедино. Эта деятельность всегда была для меня очень важной, я стал задумываться об этом уже с восемнадцати лет, когда открыл благотворительную организацию — Консультационный центр для студентов на Портобелло-Роуд, где молодым людям оказывали помощь, связанную с их сексуальным здоровьем.

Сорок лет спустя идея создания такой организации несколько видоизменилась, но суть её осталась прежней: мы до сих пор оказываем консультационные услуги.

Когда в середине 1980-х годов СПИД начал представлять серьёзную угрозу здоровью людей, мы начали выпускать презервативы Mates. Мы использовали в бизнесе креативный подход, направленный на то, чтобы молодёжь использовала презервативы и при этом наслаждалась сексом (ведь никто не давал обет воздержания!). Эта проблема была настолько наболевшей, что мы решили сделать наш бизнес социальным и всю полученную от него прибыль реинвестировали в дальнейшее развитие идеи безопасного секса. Нашей командой была проделана огромная работа. Впервые за свою историю мы даже инициировали проведение рекламной кампании на BBC, в значительной мере поднявшей осведомлённость британцев о важности безопасного секса — и всё это в присущем Virgin стиле. На Карибах, например, действовал слоган: «No glove — no love» («Нет “перчатки” — нет любви»).

Несколько лет назад я понял, что если Virgin действительно хочет предпринять решительные действия для решения проблем, которые остро встали перед человечеством, нам нужно слаженно работать над всеми проектами, за которые мы ни взялись бы. Я знал, что единственный способ достичь успеха — это поставить социальную ответственность в центр приоритетов компании. Поэтому мы потратили много месяцев на беседы с нашим персоналом, клиентами и авторитетными организациями по всему миру. Из всего этого выросла философия Virgin «делать для людей и планеты всё, что в наших силах», и была создана Virgin Unite. В этом смысле в настоящее время Virgin Unite служит ядром нашей корпорации и сотрудничает с другими нашими компаниями и бизнес-партнёрами в разработке новых подходов в решении наболевших проблем человечества. Её цель — новые идеи и люди, поиск самых лучших идей для продвижения. Мы глубоко убеждены в том, что творить добро просто замечательно для бизнеса. Смысл нашей работы заключается не только в том, чтобы отметиться участием в общественно-полезном мероприятии, нам очень важно знать, что, какие бы средства мы ни использовали для достижения целей в нашем бизнесе — особенно важен дух инициативы наших сотрудников, — мы действительно изменяем наш мир к лучшему.

Существует такая вещь, как личная заинтересованность, и мы должны стимулировать её в наших сотрудниках.

Получать прибыль и делать при этом мир немного лучше действительно возможно.

Если решить мировые проблемы возможно в принципе, то капитализм, в правильном понимании этого слова, используя потенциал нужных людей, может помочь в этом. О достижениях Virgin в этой области вы узнаете чуть позже, а сейчас я хотел бы рассказать вам о людях, которые меня вдохновили.

На остров Некер приезжали многие влиятельные люди, которые произвели на меня неизгладимое впечатление. Однако первый визит Билла и Мелинды Гейтс на Пасху в 2001 году необыкновенно вдохновил меня на многие благотворительные проекты.

Чтобы узнать Билла Гейтса, потребовалось совсем немного времени. За что бы он ни взялся, он действует энергично и обстоятельно. Его энергичность проявляется даже в игре в теннис — мы сыграли вничью.

Во время своего визита он много рассказывал мне о Фонде Билла и Мелинды Гейтсов, активы которого в 2008 году составили 37,6 миллиарда долларов, что делает его крупнейшей благотворительной организацией во всём мире. В 2006 году этот фонд выделил несколько грантов в размере 1,54 миллиарда долларов на развитие следующих областей: международного здравоохранения, международного образования и образовательных программ в США, включая создание сорока трёх новых школ в Нью-Йорке.

Вот что я записал в своём ежедневнике:

Билл очень погружён в эту работу. Он не просто выделяет миллиарды, но регулярно изучает информацию о заболеваемости в Африке и действительно пытается помочь людям в лечении СПИДа, малярии, туберкулёза и учит их необходимости использования презервативов.

В то время общая стоимость активов Фонда Билла и Мелинды Гейтсов была больше стоимости активов Wellcome Trust — одной из старейших благотворительных организаций Великобритании, которая финансировала исследования состояния здоровья человека и животных, начиная с 1936 года, и ежегодно выделяла на эти цели 650 миллионов фунтов стерлингов. С этих пор Фонд заметно вырос, и сегодня это крупнейшая благотворительная организация в мире, ведущая борьбу с бедностью, болезнями и неграмотностью во всём мире. Билл и Мелинда, как «венчурные капиталисты», внесли такой огромный вклад, что Уоррен Баффетт, признавший Гейтса в 2008 году самым богатым человеком планеты, передал ему на хранение большую часть своего состояния.

Моя жена Джоан поначалу не знала, что и думать о Билле, хотя она тепло его встретила и ей нравилось проводить время с его женой Мелиндой. Мелинде, очаровательной и интеллигентной женщине, тогда было под сорок. Она владела обширными знаниями о насекомых — переносчиках малярии, туберкулёзе, СПИДе и ротавирусе, тяжёлых формах диареи, которая убивает более 500 тысяч младенцев в год. Она посвятила Билла в проблемы всемирного здравоохранения. В то время как Билл интересовался исследованиями микробиологов, разработкой вакцин и поиском научного решения многих проблем, Мелинда хотела облегчить страдания людей уже сейчас.

Я отправился с Биллом в плавание на парусной яхте, обнаружив к своему удивлению, что он участвовал в парусных гонках. Билл рассказал мне о Microsoft Xbox — продукте, который он вот-вот был готов выпустить на рынок, бросив вызов Sony PlayStation. «Это величайшее моё достижение», — сказал Билл. Но он был погружён в свои размышления, и я почувствовал, что в его мировоззрении происходят изменения. Он так много достиг с Microsoft, сделав её самой влиятельной компанией на планете. Чуть меньше чем за двадцать лет он изменил облик современного мира. Теперь Билл задумался над тем, чтобы внести свой вклад в решение на первый взгляд неразрешимых проблем, вставших перед человечеством. Он рассказал мне о своей встрече с Нельсоном Манделой.

— Большинство людей считают тебя святым. Скажи мне правду. Ты ненавидишь людей, которые посадили тебя в тюрьму?

— Да, раньше ненавидел, — услышал Билл в ответ. — Двенадцать лет я жил с ненавистью в сердце к этим людям, но потом понял, что они не смогли отнять у меня ни моих мыслей, ни моего сердца.

Билла очень вдохновил этот разговор, он сказал, что встреча с Манделой сыграла очень важную роль в его жизни: «Он преподал мне бесценный жизненный урок».

Вот что послужило причиной: самый богатый человек в мире беседует с самым уважаемым человеком на планете и приобретает новую цель и смысл жизни. Я думаю, эта встреча оказалась для Билла переломным моментом, и, в конце концов, она попадёт в учебники истории, как событие, давшее начало чему-то значительному.

В январе 2008 года Билл Гейтс в качестве гостя присутствовал на Всемирном экономическом форуме в Давосе (Швейцария). Он сказал: «Мы должны найти способ сделать так, чтобы те

преимущества капитализма, которые служат богатым людям, служили в равной степени и бедным». Он назвал эту идею «креативным капитализмом», говоря о том, что, используя основополагающий фактор, движущий капитализмом — корысть, креативный капитализм сможет удовлетворить интересы как дающего, так и получающего.

Я разделяю эту точку зрения. Думаю, эффективность

капиталистической системы проверена временем. Однако у неё есть и множество недостатков. Фантастическое богатство находится в руках всего нескольких человек. На это можно было бы закрыть глаза, если бы в мире было не так много людей, лишённых даже необходимого минимума для выживания. Вот почему на успешных лидерах бизнеса лежит такая большая ответственность. Лидеры должны инвестировать свои доходы, создавая новые рабочие места или борясь с глобальными социальными проблемами. (В идеальном варианте они должны заниматься и тем и другим — вот почему система

микрокредитования Мухаммада Юнуса представляет такую

ценность.)

В истории нет примеров жизнеспособной альтернативы

свободному обмену капиталом, товарами и услугами между

производителем и потребителем. Однако капитализм как идеология нуждается в дальнейшем развитии и реформах. Капитализм должен стать чем-то большим, чем просто выживание наиболее приспособленных.

По моему глубокому убеждению, капиталисты должны уделять больше внимания людям и ресурсам нашей планеты. Я называю это «капитализмом Геи» в честь работы профессора Джеймса Лавлока, всю жизнь занимавшемуся изучением взаимосвязи живой и неживой природы. Поведение человека, а также его капитал, должны приносить благо планете.

В общем, предприниматели и создатели капитала всего мира должны быть той позитивной силой, которая изменит жизнь к лучшему. Желание поделиться благами вашей индустрии со счастливыми, реализовавшимися людьми и планетой, которая должна сохранить свою красоту для наших детей и внуков, не наносит ущерб интересам бизнеса.

В 1997 году, предлагая схему проведения лотереи в Йоханнесбурге, я обратился к мировому бизнес-сообществу с просьбой вести бизнес более этично — и начать с политики нетерпимости к взяточничеству. Возможно, самое неэтичное и опасное преступление финансовых отделов компаний всего мира — это взяточничество с целью приобретения полезных связей. Если руководство компании раздаёт взятки политикам, то полицейские, таможенные служащие, налоговые инспектора и работники суда могут подумать: если наше руководство берёт взятки, что же мешает и нам это делать? Да, рыба гниёт с головы.

В своём выступлении я дал очень простое определение этике. Меня интересует этика бизнеса, и я не считаю этические вопросы такими уж сложными, какими они преподносятся преподавателями на курсах по бизнесу. Я говорил о том, что лучше пообещать себе не делать ничего, о чём бы вы сожалели, если это будет напечатано в прессе. Обидно, когда ваши слова выворачивают наизнанку и неправильно истолковывают; плохой журналист может нанести вашей компании непоправимый ущерб, но, по сравнению с вашими собственными ошибками, это покажется вам просто маленьким недоразумением. Свободная пресса — это совесть общества. К примеру, вы пытаетесь поставить своему конкуренту подножку. План уже готов и непременно будет реализован. Но это может оказаться для вас игрой с огнём. Ситуация может выйти из-под контроля, и вы уже не сможете быть абсолютно уверенными в том, что всё пойдёт именно так, как было задумано. Если общественность и средства массовой информации всё-таки узнают о вашем замысле, какова будет их реакция? Они удивятся, посмеются над вами, а может случиться и так, что вы и ваша компания навсегда приобретёте дурную славу.

По мере совершенствования и реформирования капитализма, я думаю, связь между свободной коммерцией и свободой слова станет ещё более очевидной. Но даже сегодня свободная пресса представляет собой замечательную лакмусовую бумажку; в идеале, как только мы поставим благополучие людей и окружающей среды на первое место в нашем бизнесе, роль СМИ как рупора общественного сознания начнёт постепенно уменьшаться.

В июне 1999 года Нельсон Мандела пригласил меня на свой прощальный ужин и на инаугурацию своего последователя Табо Мбеки. На банкете моя соседка по столу, врач по профессии, рассказала мне о своём госпитале, который принимает наибольшее в мире количество пациентов, — и мне захотелось его посетить.

На следующее утро я отправился в Соуэто. После роскоши и изобилия вчерашнего вечера я вновь опустился на землю, а скорее — грохнулся оземь. Картина, которую я увидел в госпитале, оказалась ещё более ужасной, чем мне описывала соседка. Отделения скорой помощи здесь выглядели так, словно я попал на съёмки фильма о Вьетнамской войне. Очередь за медицинскими препаратами растянулась на целых полмили. Но я испытывал глубокое уважение к Южной Африке и хотел ей помочь. У этой страны потрясающий потенциал, её жители отличаются гостеприимством и дружелюбием. Тем не менее, как рассказала мне моя новая знакомая, более 20% женщин, приходящих в женские консультации, уже инфицированы ВИЧ, а медицинские препараты не доходят до тех, кто наиболее остро в них нуждается. У нас уже был опыт помощи ВИЧ-инфицированным в Великобритании, и сейчас я намеревался сделать всё, что было в моих силах, чтобы остановить человеческие страдания в Южной Африке.

На протяжении многих лет Virgin делала инвестиции в южноафриканские компании, чтобы способствовать подъёму экономики этой страны. Virgin Unite тоже открывала новые возможности для молодёжи ЮАР. Один из лучших тому примеров — это создание школы предпринимательства Брэнсона при CIDA City Campus. Это произошло, когда харизматичный лидер CIDA, Тэди Блечер, просто не давал нам с Джин прохода, призывая к сотрудничеству в оказании помощи молодым людям, не имеющим начального капитала, в организации собственного бизнеса. Я пишу эти строки после празднования моего дня рождения со студентами этой школы. Их энергия и позитивный настрой всегда вдохновляют и успокаивают меня. Они по очереди вставали и рассказывали о своих малых предприятиях, которые стартовали при поддержке школы Брэнсона, а теперь обеспечивает финансовую независимость не только им самим, но и их семьям и общинам. Это был самый лучший подарок на день рождения, о котором только можно было мечтать! Я записал слова одного из этих молодых людей в своём ежедневнике.

В школе Брэнсона мне нравится то, что здесь чувствуешь вдохновение. Занятия заряжают оптимизмом. Здесь ты всегда черпаешь энергию. Придя сюда, сразу забываешь обо всех своих трудностях, и думаешь только о развитии своего дела. Всем замечательным сотрудникам Virgin я хотел бы пожелать всего самого лучшего, и мне нужно сказать вам кое-что ещё: пожалуйста, продолжайте поддерживать школу Брэнсона. Мы любим вас. Спасибо!

Хотя новое поколение жителей Южной Африки уже начинает строить своё будущее, я понимаю, что СПИД медленно, но верно уничтожает здоровье страны. Жизнеспособной и динамичной экономике нужны здоровые граждане, чтобы обеспечить больных, немощных и инвалидов всеми благами общества. Но когда болезнь подтачивает здоровье нации, уже не может быть и речи ни о каком бизнесе. Боюсь, что скоро вся Африка может оказаться в такой ситуации. А я до сих пор не сделал всё возможное, чтобы предотвратить это. После того как я услышал историю Дональда Макхубеле, официанта из частного сафари-отеля Virgin в Улусабе, трагедия больных СПИДом перестала быть для меня чем-то абстрактным — я увидел её в лицо. Дональд был самобытным поэтом и музыкантом: он красноречиво писал о своей земле, её людях и о своей болезни. Его отношение к болезни было глубоко смиренным. Он говорил: «Я сочиняю песни о ВИЧ и СПИДе. Давайте же все вместе бороться с этой проблемой, чтобы можно было гордиться самими собой, только сплотившись вокруг общей цели, можно одолеть врага. Ведь это не болезнь, а настоящая война, разразившаяся в Африке, которая может уничтожить весь наш континент». Дональд умер от туберкулёза, спровоцированного ВИЧ. Когда это случилось, я поклялся, что ни одного сотрудника Virgin больше не постигнет такая участь. Я размышлял о том, что сотни иностранных компаний, работающих в Африке, позволяют своим сотрудникам умирать от СПИДа (то же самое происходит и в местных компаниях). Так не должно быть.

Мы первыми продемонстрировали в Улусабе, что у нас нет предубеждений против ВИЧ-инфицированных людей. Нельсон Мандела рассказывал мне о том времени, когда он посещал ВИЧ-инфицированных сирот, которые жили в убогой хижине. Вместо того чтобы бросить им еду через забор, он вошёл внутрь и провёл некоторое время с девочками. Когда он шёл назад к своей машине, его водитель был вне себя от страха, что может заразиться, он выпрыгнул из машины и убежал. Мандела сказал, что принцесса Диана сделала больше, чем кто-либо, обнимая маленького ребёнка, заражённого ВИЧ, — это простое действие сыграло огромную позитивную роль во всей Африке.

Поэтому мы с Джоан пригласили замечательного врача и необычного социального предпринимателя Хьюго Темплмана к нам на встречу. Мы собрали весь обслуживающий персонал нашего сафари-отеля и предложили им пройти тест на ВИЧ. Мы попытались воодушевить как можно больше людей согласиться на эту процедуру, и большинство из них согласились. После этого мы попросили нескольких уже инфицированных ВИЧ молодых людей рассказать о том, как препараты против ретровирусов спасли им жизнь.

В 2005 году Virgin Unite совместно с ещё одной организацией спонсировала два фильма, созданных африканцами и переведённых на несколько языков, призванных показать людям, как работает иммунная система человека и каким образом действуют препараты против СПИДа. В одной из наших африканских компаний мы обнаружили, что 24% сотрудников инфицированы ВИЧ, следовательно, четверть из них могут умереть без медикаментозного лечения в течение шести-семи лет. Я был шокирован: ведь мы были лишь одной из многих компаний, работающих по всей Африке.

Я пообещал, что наша организация будет обеспечивать каждого своего сотрудника бесплатными антиретровирусными препаратами. Мы взяли беспрецедентное обязательство: ни один из сотрудников не умрёт от СПИДа, никто больше не заразится ВИЧ, ни одна больная беременная женщина не передаст эту болезнь своему ребёнку — мы будем бороться с любым проявлением дискриминации людей с ВИЧ. Выполнение этих обещаний не только поможет остановить человеческие страдания, но также имеет большое значение для нашего бизнеса, показывая, что мы искренне стремимся к тому, чтобы наши сотрудники были счастливыми и здоровыми.

Я отправился в поездку, чтобы познакомиться со всеми местными организациями, которые борются с распространением ВИЧ/СПИДа. Мы хотели побывать как можно в большем количестве клиник, чтобы увидеть ситуацию своими глазами. Я внимательно изучил факты и цифры, отражающие положение дел в стране, но хотел своими глазами увидеть масштаб эпидемии.

Впечатления от этой поездки нельзя передать никакими словами. В каждой клинике передо мной вставали видения ада. Мы видели целые ряды мужчин и женщин, похожих на скелеты, у их кроватей сидели малыши — это зрелище было не из лёгких. Приёмные отделения были переполнены людьми, ожидающими, когда освободится койка, на которой несколько часов назад умер человек. Это были не госпитали. Люди приходили сюда умирать. Но мы же знали, что эту проблему можно решить. Мы даже знали как. Я записал в своём ежедневнике:

Вероятность того, что беременная женщина с ВИЧ/СПИДом родит ВИЧ-инфицированного ребёнка, очень велика. Если всего за 50 американских центов матери дать медицинский препарат за шесть недель до рождения ребёнка, а спустя шесть недель после рождения сделать ему прививку, 100% таких детей будут жить нормальной жизнью, в которой нет СПИДа.

Однако лишь единицы из беременных женщин в Южной

Африке имеют доступ к этим спасительным для жизни лекарствам. Всё это волновало меня очень глубоко. Каждый раз, когда я вновь приезжал в Южную Африку открывать новые компании, мне казалось, что эпидемия СПИДа становилась всё более свирепой. Начиная с первого случая в 1982 году от этой болезни умерли миллионы людей — и в Южной Африке больше, чем где бы то ни было. К 2006 году в странах Южной Африки около 29% женщин, пришедших в женскую консультацию, были инфицированы ВИЧ. Я думал обо всех этих мужчинах, женщинах и детях, которые умерли прежде, чем я открыл здесь своё первое предприятие. В своём дневнике я написал:

К сожалению, Табо Мбеки, президент Южной Африки, выдающийся в этой части света человек, не поверил в стремительное распространение ВИЧ/СПИДа. Что должно было случиться — случилось...

Образованные люди знают, что единственный путь остановить распространение СПИДа — это использование презервативов при сексуальных контактах. И это сообщение нужно было донести до огромного количества людей от шестнадцати и старше, которые ещё не заразились ВИЧ. Презервативы должен использовать каждый сексуально активный человек, неважно, инфицирован он ВИЧ или нет. Бесплатные презервативы для ограниченного количества клиник не решат проблему. Больница может находиться далеко от посёлка. Вряд ли молодой человек отправится за тридевять земель за презервативом, если у него возникнет желание. Нужна подходящая реклама, понятная молодым африканцам в стиле «Нет “перчатки” — нет любви».

Те, кто вовремя узнали о своей болезни, получили шанс на исцеление. Они уже не были приговорены к тому, чтобы быть живыми мертвецами и им не обещают мучительную смерть через пять лет, или через семь, если повезёт. Медицинские препараты против ретровирусов спасают жизнь. Прежде чем мы начали вести политику нетерпимости к тем, кто дискриминирует ВИЧ-инфицированных людей, один из наших сотрудников в Улусабе потерял вес и превратился в скелет — он был в одном шаге от смерти, — но нам удалось достать необходимые ему лекарства. Через месяц он уже восстановил свой нормальный вес, а ещё через три месяца вернулся к работе. Если вовремя использовать антиретровирусные препараты, человек может жить полноценной жизнью. Кроме того, лекарства тоже значительно снижают вероятность того, что больной будет распространять болезнь. Мы решили использовать свои деловые возможности, чтобы начать сотрудничество с крупными организациями и помочь остановить эту критическую ситуацию, угрожающую здоровью стольких людей. Одной из моих идей была идея участвовать в строительстве клиник, которые на долгие годы станут опорой людям и которые обеспечивали бы людей лекарствами и были бы ответственны за распространение презервативов. Virgin Unite присоединилась к инициативе Хьюго Темплмана и Брайана Бринка из Anglo American plc, правительства ЮАР и чрезвычайному плану президента (США) по оказанию помощи в борьбе с ВИЧ/СПИДом для создания Медицинского центра «Бубези» в Мпумаланге — замечательный пример сотрудничества между государственными и частными организациями, — сотрудничества, которое принесло реальную пользу. Теперь местные здравоохранительные органы и бизнес-сообщество идут рука об руку в деле борьбы со СПИДом.

Хьюго подал идею создания учреждений, в которых люди могли бы пройти комплексное первичное медицинское обследование, где была бы аптека, акушерское отделение, кабинет рентгеновского обследования, клиника для больных СПИДом, а также лаборатория. Хьюго не только построил такой центр; он помог создать экономическую инфраструктуру, включая коммунальные услуги, такие как водоснабжение и электричество, дороги и даже булочную, мойку машин и завод по производству подгузников! Для Хьюго «Бубези» был отличной возможностью развивать и продвигать свои идеи.

В 2006 году я снова приехал в Африку на открытие центра «Бубези». За этот промежуток времени тысячи людей пострадали и умерли от СПИДа и ещё тысячи заразились ВИЧ. Конечно же, не я один принимал участие в оказании помощи ЮАР. Существовали десятки научных организаций и стран, предоставляющих кредиты, целью которых было искоренение СПИДа.

США, Бельгия, Германия, Великобритания и Европейский союз были сосредоточены на одной проблеме. Американский президентский чрезвычайный план по борьбе со СПИДом (PEPFAR) собрал десятки миллионов долларов. Билл Гейтс даже звонил мне сообщить, что его фонд предлагал 50 миллионов долларов в помощь Южной Африке, но Табо Мбеки отказался от денег. Гейтс решил дать Мбеки последний шанс и организовал ещё один личный визит.

Я решил позвонить Мбеки и поспособствовать тому, чтобы он принял деньги ради людей с ВИЧ. От его чиновников я получил ответ: «Табо велел передать вам, что он будет хорошим мальчиком».

Что ж, это были хорошие новости. Сейчас президент собирался принять деньги фонда. Но форма, в которой он это выразил — «Табо будет хорошим мальчиком», — насторожила меня. Как будто Мбеки уступил под нежелательным давлением, и это казалось странным: в конце концов, мы всего лишь бизнесмены, пытающиеся помочь независимому правительству в его гуманитарной программе. Вскоре президент Мбеки изменил своё намерение. Что же это могло значить?

Моё разочарование грозило разрывом с их банками, когда я услышал о том, что говорила министр здравоохранения ЮАР.

В августе 2006 года на Международной конференции по СПИДу в Торонто Манто Тшабалала-Мсиманг сказала, что свёкла, чеснок, лимон и африканский картофель были лекарством от ВИЧ. (Может быть, овощи, конечно, и помогли бы, но без антиретровирусных лекарств вряд ли можно вылечить СПИД.)

Её слова подвергли осмеянию. Министра окрестили Доктором Свёклой за заявление о том, что эти овощи и фрукты могут успешнее бороться с ВИЧ, чем антиретровирусные препараты. Восемьдесят учёных международного уровня заявили, что Южная Африка проводит неэффективную и аморальную политику по борьбе со СПИДом и потребовали отставки министра здравоохранения. Среди критиков были Нобелевский лауреат Дэвид Балтимор и доктор Роберт Гало, соисследователь проблем ВИЧ и разработчик первого теста крови на ВИЧ.

Это было уж слишком. Я не мог расслабиться и не обращать внимания на то, что считал правильным. С моей стороны это был не идеологический пыл или даже не праведное негодование, или хотя бы хорошая деловая привычка. Весь мой жизненный опыт научил меня рубить правду-матку. И в октябре 2006 года я принялся за дело...

После открытия центра «Бубези», я посетил благотворительный обед в деревне на 100 км северо-восточнее Претории. Так как на обеде также присутствовала Черри Буз, супруга Тони Блэра, меня предупредили, чтобы я не проявлял излишнюю эмоциональность. В частности, Джин Оелванг из Virgin Unite сказала мне, что критические замечания могли принести вред, так как работу нескольких фондов в стране приостановили из-за негативных отзывов. Но я уже не мог остановиться. На следующий день я дал несколько интервью в прессе.

«Подход министра здравоохранения ЮАР опасен. Он убивает сотни тысяч людей в Южной Африке. И это так печально», — сказал я. И всё потому, что люди уважают Африканский национальный конгресс, но больше политики они уважают Мбеки. Так или иначе, поскольку это правительство, подобно бриллианту в короне страны, люди не будут возмущаться достаточно громко.

Затем я сделал ещё один шаг.

Я сказал, что лидер ЮАР виновен в геноциде собственного народа. И добавил, что многие мировые лидеры уже посмотрели на эту ситуацию другими глазами. Я заявил прессе: «Думаю, что следовало бы привлечь министра здравоохранения к уголовной ответственности за преступление против человечества».

На следующее утро, 27 октября 2006 года, в Financial Mail появилась заметка: «Британский миллиардер Ричард Брэнсон подверг резкой критике президента Табо Мбеки и министра здравоохранения Манто Тшабалала-Мсиманг за то, что они стоят во главе “правительства, которое эффективно убивает собственный народ”.

Я уставился на статью. Вот он я, бизнесмен, а не политик, критикую высокопоставленных лиц страны, где занимаюсь бизнесом. С чисто коммерческой точки зрения я поступил совсем не мудро. Но я решил, и до сих пор так считаю, что важнее делать то, во что веришь и считаешь правильным, даже если это и противоречит интересам бизнеса. Нельзя допустить того, чтобы бизнес выходил за рамки морали.

Я просто не мог поступить иначе. Ведь речь шла о стране, о людях и. о том, чтобы быть первым — то, что я так люблю. Я хотел, чтобы люди запомнили Африканский национальный конгресс за ту работу, которую он проделал для своей страны, а не за равнодушие и за убийство огромного количества людей, потому что его лидеры отказывались понимать, что ВИЧ непременно перетекает в СПИД.

Сказанное мною прозвучало как подстрекательство. Три дня спустя после того, как я слетал в Намибию вместе со своим отцом, 30 октября 2006 года, мне позвонила личный секретарь Табо Мбеки, чтобы сообщить, что президент желает получить ответ. Затем она послала письмо на пяти страницах от президента, которое мне передали через Линдив Мабузу, верховного комиссара Южной Африки в Лондоне.

Мбеки писал:

Откровенно говоря, я в полной и абсолютной растерянности. Не понимаю, почему такая энергичная, упорная, продолжительная, целенаправленная, соответствующая мировым стандартам программа по борьбе с ВИЧ/СПИДом правительства нашей страны спровоцировала такую реакцию, что Вы посмели назвать нас «правительством, которое эффективно убивает собственный народ».

Далее следовали обстоятельные аргументы в защиту того, что делалось в Южной Африке для борьбы со СПИДом. По одной только обстоятельности его ответа мне стало понятно, что президент очень разгневан. Он добавил:

Поскольку в нашей стране Вы пользуетесь уважением и благосклонностью, моей и многих людей, мы с величайшим вниманием отнеслись к серьёзному обвинению, которое Вы нам выдвинули, утверждая, что подход нашего правительства к проблеме ВИЧ/СПИДа убивает сотни тысяч людей в Южной Африке.

Затем он «сбросил перчатки». Защищая своего министра здравоохранения, президент сдался.

В принципе возможно, правительство нашей страны и крупнейшие из ваших неправительственных

организаций по борьбе со СПИДом проводили

ошибочную политику в отношении проблемы ВИЧ/СПИДа, и, возможно, Вам удастся разработать более верный подход, благодаря которому можно будет прекратить «эффективное убийство большей части жителей страны».

Он попросил меня встретиться с их верховным комиссаром в Лондоне для обсуждения моего «более верного подхода» и прочих нюансов, и через некоторое время я уже был в Южной Африке, чтобы встретиться с президентом и министром здравоохранения.

Сейчас мяч находился на моей половине поля.

Я, очевидно, спровоцировал грандиозный скандал в благородном семействе и теперь не мог просто вернуться «безнаказанным». Совершенно очевидно, что с тех пор как я в 1999 году приобрёл Улусабу, от СПИДа в Южной Африке умер один миллион человек — многие из этих людей умерли напрасно.

Однако я хотел показать, что не просто кого-то обличаю. Я непреклонно утверждал, что хочу помочь Южной Африке любым способом, который мне доступен. Я хотел быть полезным этой стране. И подробно обсуждал рекомендации с главой нашего фонда Джин Оелванг. Прийя Бери, директор по стратегическому планированию Virgin Unite, и Хьюго Темплман подсказали мне правильные слова, и 6 ноября 2006 года я написал ответ президенту.

Господин Президент,

благодарю Вас за Ваше письмо в ответ на мои заявления о проблеме ВИЧ/СПИДа в Южной Африке. Я решил поделиться своими соображениями после визита в одно поселение, где увидел сотни маленьких детей, которые уже в таком раннем возрасте потеряли своих родителей из-за этой болезни и жизнь которых уже никогда не будет такой, как прежде. Это потрясло меня до глубины души. Всё это совпало с недавним выступлением Вашего министра здравоохранения на конференции, посвящённой СПИДу, в Торонто. Я услышал, что более пяти миллионов человек в Южной Африке инфицированы ВИЧ, а тысячи больных СПИДом умерли исполненными отчаяния, потому что проживали каждый свой день без всякой надежды на будущее, не имея возможности получить необходимые медикаменты (я лично посетил несколько «клиник» и увидел ужасную картину своими глазами). Всё это подтолкнуло меня прокомментировать ситуацию.

Я глубоко признателен Вам за Ваше письмо. Благодаря Вам в Южной Африке сейчас наметились положительные сдвиги, которые совсем недавно ещё никто не мог себе и вообразить. Обладая огромным желанием и имея возможность оказать помощь в борьбе с ВИЧ/СПИДом в ЮАР, я почту за честь сотрудничать с Вами.

Несколько недель спустя, 22 ноября 2006 года, я получил новое письмо от президента. На этот раз оно состояло из шести страниц и было одним из самых необычных и волнующих писем, которые мне когда-либо приходилось читать. Мне сказали, что Табо писал его почти всю ночь. В письме я увидел крик его души.. Он поведал мне о глубоко личном.

Я родился (64 года назад) и провёл первые годы своей жизни в сельской местности в ЮАР. В округе, где я рос, многие дети жили в неполных семьях. Дети воспитывались без отцов, потому что те либо уехали на заработки, либо умерли из-за болезни лёгких, которую они приобрели, работая на наших всем известных шахтах по добыче золота, алмазов и угля. Труд этих людей внёс огромный вклад в то, чтобы сделать нашу страну такой, какой она является сегодня.

Президент писал о том, что в то время отсутствовал статистический учёт масштабов заболеваемости и ранней смертности, так характерной для сельской жизни в Южной Африке.

Действительно, жители сельской местности, своеобразного источника рабочей силы для белого населения Южной Африки, — простые сельские жители, среди которых мы выросли, — страдали от различных заболеваний, которые и по сей день уносят жизни многих людей.

Он говорил о том, что каких бы достижений ЮАР не достигла за последние двенадцать лет своего суверенитета, 350 лет господства белых, кульминацией которого стал режим апартеида и все его последствия, включая крайнюю степень физической деградации и обнищание нации,— эти проблемы всё ещё продолжали тяготить страну.

На всё воля Божья, и, быть может, когда-нибудь я смогу показать Вам настоящее лицо бедности, лишений и болезней в моей стране. Мне абсолютно не нужно будет прибегать к средствам массовой информации, чтобы рассказать о том, что мы за люди, я не стану просить Вас о какой-либо помощи, моей целью будет просто показать Вам, как человеку и другу нашей страны, «другую Африку».

Затем он поведал мне о самых элементарных нуждах в Южной Африке, о многочисленных проблемах, с которыми столкнулось правительство за десятилетия борьбы с бедностью. Он написал о том, что чернокожие жители Южной Африки надеются, что однажды настанет тот час, когда.

они будут иметь возможность обращаться в медицинские учреждения, где им помогут полностью восстановить своё здоровье, несмотря на недоедание и смертельно опасные болезни: туберкулёз, вызванный бедностью; холеру и другие заболевания, связанные с проблемой отсутствия чистой воды; диабет, причиной которого является плохое питание; сердечную недостаточность, вызванную образом жизни людей; сифилис и другие болезни, передающиеся половым путём, которые никто не лечит, потому что жители просто не имеют доступа к услугам системы здравоохранения; потому что из-за неразвитой инфраструктуры здравоохранения невероятно высока смертность детей и матерей; потому что люди не имеют возможности вернуть себе зрение, удалив катаракту; потому что в стране нет психиатрических клиник для лечения психических заболеваний; потому что инвалиды сталкиваются здесь с отчуждением и унижениями и умирают рано; потому что здесь в ходу социальные предубеждения, гонения и отсутствует помощь малоимущим; из-за поразительной бедности, такой, о которой даже не знают в трущобах Глазго, Вашингтона, Сан-Паулу, Москвы, Манилы или Йоханнесбурга; из-за масштабов разрушения иммунной системы человека, вызванной ВИЧ, и заболеваемости СПИДом, проявляющегося в хронических болезнях, бедностью и любым другим физиологическим истощением своего организма, в результате которого внутренние защитные механизмы уже не могут справляться со своими задачами, чтобы защитить тело человека от угрожающих здоровью болезней.

Помимо этого, президент сказал, что правительство ЮАР принимает все возможные меры для решения этих проблем. Несмотря на широкий диапазон неотложных задач, они всегда уделяли особое внимание проблеме СПИДа.

Я и по сей день не знаю — и, кажется, никто не знает наверняка, — почему Мбеки столь долго потворствовал абсурдным действиям своего министра здравоохранения, почему так упорно отказывался видеть очевидную взаимосвязь между ВИЧ и СПИДом. Но прямота и искренность его письма позволяют мне сделать догадку. Дело не в ханжестве (хотя это и не исправит ситуацию). И не в неуместной в данном случае национальной гордости (хотя отчасти это так). Проблема заключается в том, что южноафриканским лидерам механизм распространения ВИЧ-инфекции и СПИДа кажется ужасным подтверждением старой установки политики апартеида о том, что чернокожее население страны руководствуется низменными инстинктами. Мбеки практически в точности повторил эту мысль в своём выступлении в 2001 году в Университете Форт Хэар, в котором он говорил о том, что СПИД закрепляет за африканцами образ «переносчиков вирусов».

Трагедия Южной Африки заключается в том, что лидеры страны в буквальном смысле предпочитают не говорить об этой проблеме вслух. И конечно, задвижение этой проблемы в дальний угол делает СПИД «чёрной чумой» расистской мифологии апартеида.

Я до сих пор думаю, что президент вёл ошибочную политику относительно СПИДа, потому что она привела к большим потерям и оказалась фатальной для многих людей. Однако нельзя сказать, что его ошибки были сделаны сознательно или по халатности. Иногда ошибки более заметны со стороны. Всё, что мы можем предпринять, если уж мы взялись за то, чтобы построить мост между нашими культурами, — это сделать то, что сделал Мбеки: объяснить другим, что «мы такие, как есть, и нас нужно воспринимать именно так, а не иначе».

Просто и открыто Табо Мбеки написал необычайно смелое письмо, как и полагается государственному деятелю, и, как только я его прочитал, я понял, что мы сможем сотрудничать и что из нашей переписки может (и должно) выйти что-то позитивное.

Я предложил создать оперативный центр в Южной Африке, — центр, который эффективно контролировал бы заболевания и координировал работу всех замечательных организаций в странах, лежащих к югу от Сахары, которые борются с ужасами ВИЧ/СПИДа, туберкулёза и малярии.

Этот оперативный центр станет уникальным ресурсом правительства ЮАР и Национального комитета по борьбе со СПИДом в Южной Африке (SANAC). Он привлечёт помощь со стороны различных организаций и получит государственную поддержку, станет частью государственной программы по мониторингу горячих точек, доставляя медикаменты и всё необходимое туда, где это необходимо больше всего. Я говорил об интегрированной административной системе для решения этой проблемы на локальном уровне. Оперативный центр будет подобен группе генералов, использующих свои ресурсы и материальную базу в борьбе с огромным злом, посылая свои отряды в места чрезвычайных ситуаций, чтобы те собирали и передавали новейшую информацию и развивали свою деятельность во всей Южной Африке. Мбеки полностью поддержал мою идею.

Оперативный центр будет создан в память о Дональде Макхубеле и других неисчислимых жертвах болезней в Африке. Он также станет подтверждением гуманности Табо Мбеки.

Однажды в апреле 2006 года я прочитал притчу о морской звезде; мне прислали её из благотворительной организации Starfish, которая занимается помощью больным СПИДом детям-сиротам в Южной Африке.

По пляжу гуляла девушка и возвращала в море морских звёзд, выброшенных на берег. Вдруг ей повстречался старик. Старик спросил её, зачем она это делает. Девушка ответила: «Солнце уже высоко, и начинается отлив, если я не брошу их назад в море, они все погибнут». Старик сказал: «Но ведь пляж такой большой, он тянется на многие мили. Тебе не по силам помочь всем». Девушка взяла морскую звезду и бросила её в море. «Я помогла хотя бы одной».

А что можете сделать вы, чтобы хоть что-то изменить в этом мире к лучшему? И зачем вам это нужно?

Даже если наши социальные проекты в Африке и небольшие по масштабу инновации не принесут значительных перемен, важно, что они вообще осуществляются.

Главное, вы прилагаете усилия, чтобы изменить наш мир, насколько это вам доступно. Помощь в борьбе со СПИДом, оказанная вашей организацией, имеет такое же значение, как и действия, предпринимаемые Virgin Group или организациями, реализующими национальные программы. Самое важное — иметь идею и реализовать её, каким бы скромным ни казался результат.

Необходимо планировать стратегию будущих инвестиций таким образом, чтобы можно было изыскать возможности для оказания помощи в решении остро стоящих проблем.

За последние пять лет Virgin Unite стала для всей Virgin Group мощным катализатором при внедрения изменений. Она объединяет всех нас одной общей целью — попытаться сделать всё, что в наших силах для человечества и нашей планеты. Благодаря Virgin Unite не только я пытаюсь оказать посильную помощь, но каждый в сообществе Virgin делает то, что от него зависит — неважно, много это или мало, — чтобы помочь изменить наш мир к лучшему.

Эти изменения могут происходить в разной форме, в зависимости от рода бизнеса. Например, авиакомпания Virgin Atlantic стремится по возможности рационально подходить к проблемам экологии, поэтому анализирует различные аспекты работы самолёта, чтобы понять, как уменьшить вредное воздействие на окружающую среду. Особенно меня порадовал успешно завершённые несколько месяцев назад испытания биотоплива. Ведь если мы найдём альтернативный источник топлива, не наносящий ущерб окружающей среде, пожалуй, это станет самым большим вкладом нашей авиакомпании.

Дэн Шульман и его команда из Virgin Mobile USA вместе с сотрудниками Virgin Unite, клиентами компании и просто сознательными молодыми американцами предложили несколько проектов, призванных хоть как-то повлиять на жизнь полутора миллиона беспризорных подростков в США. К сожалению, даже в странах с таким уровнем благосостояния подростки до сих пор могут оказаться на улице, и это просто шокирует. С помощью рассылки текстовых сообщений, своего интернет-сайта и поддержки со стороны некоторых высокопоставленных лиц, а также других средств, которые могут оказаться полезными, Virgin Mobile помогает обратить внимание общественности на важность этого вопроса и привлечь необходимые инвестиции. Virgin Mobile совместно с певицей-композитором Джуэл и Virgin Unite предприняли попытку лоббировать свою инициативу, в результате чего правительство объявило ноябрь «Месяцем беспризорных подростков». Это инициатива имеет значительный масштаб не только для наших партнёров, например Stand Up for Kids и молодых людей, которым они помогают, но и для бизнеса в целом. Она способствовала созданию взаимосвязи между нашими клиентами, персоналом и бездомными подростками, объединившихся, чтобы произвести перемены и поучиться друг у друга.

Как правило, наши компании занимаются исключительно собственными программами, но иногда они объединяются для реализации более масштабных проектов. Так, например, недавно мы начали проект по поиску и поддержанию лучших идей, которые предлагали бы решение проблем окружающей среды, а также способствовали созданию рабочих мест. Сразу же появилось много идей — от предоставления рабочих мест коренным австралийцам, практикующим древнюю технику преднамеренного выжигания сухой растительности, которая минимизирует выброс углерода и защищает биологическое разнообразие растений и животных, до работы в эко-отелях Кении, которая содействует общественному зелёному движению Green Belt Movement в проектах по восстановлению уничтоженных лесов. Мы надеемся, что эти небольшие проекты со временем приобретут размах и используют борьбу с глобальным потеплением и необходимость оберегать природные ресурсы ещё и как возможность бороться с бедностью в мире.

Небольшие проекты по решению локальных проблем, словно золотые песчинки, которые всегда можно применить и в более крупных инициативах, прибегая к ним вновь и вновь, чтобы они приобрели глобальное значение. Классическим примером тому служит банк Grameen Мухаммада Юнуса.

Поэтому не отказывайтесь от ваших целей, даже если они относительно малы.

Реалистично и креативно подумайте о том, чего вы можете достичь.

Управляя компанией или частным предприятием, вы сможете сделать это — и приобретённый вами опыт самым непосредственным образом окажет позитивное влияние на ваш бизнес.

Если в одном предложении подытожить весь мой опыт работы в бизнесе, то получилось бы следующее:

Масштаб не имеет значения — важны люди.

Эта мысль хорошо отражена в одном из моих текущих проектов: создание небольших «оперативных центров», которые занимаются поиском решений проблем мирового масштаба. Поэтому сейчас мне наконец хотелось бы рассказать вам о том, как я работаю с Virgin Unite и другими своими партнёрами над созданием оперативных центров, которые помогают принимать меры в борьбе с самой актуальной, трудноразрешимой, масштабной и требующей неотложного решения проблемой — глобальным потеплением.

В детстве я увлекался чтением комиксов. Мне часто снился кошмарный сон о вторжении пришельцев с Марса. Это был ужасный сон: куда ни бросишь взгляд, везде инопланетяне стреляли в людей из своего оружия — бластеров. В научно-фантастических фильмах 1950-х годов, например «День, когда Земля остановилась» или «Война миров», часто показывали, как нашу планету атакуют пришельцы из космоса. Эта картина очень пугала. Единственным путём к спасению во всех фильмах без исключения было преодоление межнациональных различий и объединение для борьбы с всеобщим врагом.

Сейчас мы переживаем своеобразную атаку пришельцев. Её невозможно увидеть, у неё нет запаха, но она происходит повсеместно. Это наша война с углеродом. Нет, это не угроза от пришельцев, но, по иронии судьбы, опасность человечеству представляет одна из составляющих частичек жизни.

Вода замерзает при температуре 0 °С, а закипает — при 100 °С. За последние десять тысяч лет средняя температура поверхности Земли составляла около 14 °С. Максимальная температура была зафиксирована в 1922 году в Эль-Азизии в пустыне Сахара и составила 58 °С. По гидрометеорологическим данным, 2007 год был самым тёплым.

Когда средняя температура на Земле поднимется на 5 °С — а учёные утверждают, что именно так и произойдёт, если мы не прекратим использовать топливо и углекислый газ будет высвобождаться в атмосферу — наша планета превратится в безжизненное засушливое место. Сейчас средняя температура Земли — 14,5 °С, если она возрастёт до 19 °С, это обернётся для человечества катастрофой. Поэтому мы должны предпринимать что-то уже сегодня.

В начале этого года я разбирал вещи одного из прежних владельцев острова Москито, который по нашему проекту должен стать экологически чистым центром экотуризма в Карибском море, и наткнулся на старые иллюстрированные книги, написанные Жак-Ивом Кусто. Изобретатель акваланга Кусто предостерегал об уничтожении морской экосистемы. В 1970-х годах он снял фильм о загрязнённом участке Средиземного моря, где отсутствовала жизнь, и эта шокирующая картина вызвала мгновенную реакцию защитников окружающей среды.

В своей первой книге «Окно в море» («Window in the Sea»), опубликованной в 1973 году, Кусто задал вопрос: что произойдёт, если жизнь в океане вымрет?

Если океаны Земли умрут, то есть если жизнь в океанах каким-то образом внезапно прекратится, это станет последней крупнейшей катастрофой в непростой истории взаимоотношений человека с животными и растениями, с которыми мы сосуществуем на этой планете.

Если жизнь в морях прекратится, содержание углекислого газа в атмосфере резко увеличится. Когда уровень углекислого газа достигнет определённого значения, начнётся «парниковый эффект»: тепло, излучаемое поверхностью планеты, повышает температуру стратосферы, вследствие чего поверхность Земли разогревается ещё больше. На Северном и Южном полюсах начнут таять льды, и уровень океанов может в течение нескольких лет подняться на тридцать с половиной метров.

Нам уже давно известно о грозящей человечеству катастрофе, мы предвидели её, и она не станет для нас неожиданностью. Кусто написал своё пророческое предостережение тридцать пять лет назад.

Бизнесмены всего мира должны радикальным образом изменить свою философию. Каким бы бизнесом вы ни занимались, нужно сделать всё возможное для того, чтобы уменьшить выброс углекислого газа в атмосферу. А это будет нелегко, потому что мы, люди, своими варварскими действиями в сельском хозяйстве и промышленности стремимся удовлетворить свои растущие потребности. Именно мы несём ответственность за создание угрозы жизни на нашей планете.

Как я уже упоминал, все наши компании занимаются исследованием инновационных подходов к минимизации влияния человека на окружающую среду. Я и сам увлёкся этой идеей и занялся поиском новых путей решения этой проблемы.

Вначале мне нужно было собрать информацию. Затем я уже мог провести рыночное исследование и разработать схему. Но мне также была необходима поддержка высококвалифицированных учёных, которую я нашёл в лице профессора Джеймса Лавлока — человека, который сделал для экологии то же, что сделал Нельсон Мандела для Африки, и в лице эколога Тима Флэннери, книга «Грозит ли Земле

катастрофа?» которого, на мой взгляд, является лучшим

руководством по существующей экологической ситуации.

Учёным удалось пробурить глубокие скважины во льдах Антарктики и провести исследование образцов льда. Кусочки льда содержали пузырьки воздуха. По количеству углекислого газа, содержавшегося в «ледяных капсулах времени», они смогли проследить за изменениями температуры на протяжении многих лет. Изобретение парового двигателя и Индустриальная революция 1780-х годов в Великобритании стали началом этих процессов. Но более сильное влияние оказало развитие медицины и увеличение социальных благ, благодаря которым у нас теперь есть чистая вода, мы живём в хороших санитарных условиях, лучше питаемся и имеем возможность делать прививки против различных заболеваний. Внезапно нас стало больше. Население на планете резко увеличилось и продолжает увеличиваться, все мы потребляем сейчас во много раз больше энергии, чем наши родители, и планета оказывает нам так называемое «дефицитное финансирование» — экологический эквивалент субстандартного ипотечного кредита.

До 1800 года уровень углекислого газа в атмосфере составлял 280 частиц углекислого газа на миллион частиц. Однако с тех пор различные индустрии сжигали, плавили и ковали, а человек занимался сельским хозяйством, приготовлением пищи и обогревом своего жилья, что сопровождалось огромным выбросом углекислого газа в атмосферу. Много лет в природе существовало равновесие, потому что растения поглощают углекислый газ в процессе фотосинтеза для своего роста. Но мы превысили свой лимит в углеродном банке, и в очень скором времени ситуация будет сродни Northern Rock и Bear Stearns.

Экономическое процветание современного мира построено на двух смертельно опасных, но богатых энергией углеводородах — угле и нефти. Уже многие тысячелетия основные запасы углерода залегают глубоко под землёй.

Мёртвые растения и животные, оказавшись в земле, прессуются и превращаются в ископаемое топливо. Если человек извлечёт все запасы углерода из толщи земли и сожжёт их, выделенный при этом углерод соединится с кислородом, образовав при этом углекислый газ, но нам уже не нужно будет беспокоится о глобальном потеплении, потому что все мы умрём от удушья. Просто не останется кислорода.

В июле 2005 года, по просьбе Гордона Брауна, в то время занимавшего должность министра финансов Великобритании, Стерн провёл исследование взаимосвязи экономики и климатических изменений. Сэр Николас Стерн, в прошлом главный экономист Всемирного банка, хотел оценить экономическую выгоду перехода на экологически чистую экономику и её потенциал в решении проблемы глобального потепления. Сам обзор был напечатан в октябре 2006 года, и я считаю его важным подспорьем в обсуждении этой темы. В нём сообщалось, что во время Промышленной революции концентрация газов, создающих «парниковый эффект» в атмосфере, увеличилась с 280 частиц до 430 частиц на миллион. К 2035 году эта концентрация возрастёт до 550 частиц на миллион, и тогда, со степенью вероятности 77%, средняя температура земли увеличится более чем на два градуса. Учёные полагают, что повышение температуры на два градуса — это допустимый для нас максимум, после которого начнётся экологическая катастрофа.

Одним из самых тревожных был прогноз Стерна о том, что, если ничего не предпринимать для уменьшения выбросов парниковых газов в атмосферу, к концу XXI столетия температура на земле может увеличиться более чем на пять градусов. Если это произойдёт, жизни на нашей планете грозит уничтожение. Стерн обратил внимание на то, что даже увеличение на три-четыре градуса может повлечь за собой значительный спад урожайности и подъём уровня Мирового океана до такой отметки, что Лондон, Нью-Йорк, Шанхай, Гонконг и Каир окажутся в зоне риска. Это также означает гибель тропических лесов Амазонии и возможное исчезновение тёплого морского течения Гольфстрим, благодаря которому в большинстве европейских стран сохраняется умеренный климат.

Стерн подсчитал, что ликвидация последствий глобального потепления обойдётся мировой экономике в 5% ВВП. Принимая во внимание более высокий риск, например распространение болезней, стоимость стабилизации может возрасти до 20% ВВП, и даже более. С технической точки зрения, возможность этого сама по себе представляет угрозу развитию бизнеса, которую следует очень серьёзно рассмотреть и сделать неотъемлемой частью коммерческого мышления.

Чтобы стабилизировать содержание газов в атмосфере в пределах от 500 до 550 частиц на миллион, их выделение в 2006 году должно быть сокращено на 80%. Обеспечить выполнение этой задачи очень сложно, потому что выделение газов в атмосферу должно в ближайшее время уменьшиться от 1 до 3% в год. Среди предложений Стерна были четыре проекта, которые особенно заинтересовали Virgin Group: снижение спроса на те товары и услуги, производство которых сопровождается большим выделением парниковых газов; повышение КПД техники, работающей на углеродном топливе; немедленные меры по прекращению выброса энергии, который происходит при выжигании тропических лесов; переход на экологически чистые технологии для производства энергии, тепла и работы транспорта.

Некоторые международные бизнес-компании прилагают много усилий для решения этой проблемы, однако этих несогласованных усилий недостаточно. Наша война против углекислого газа должна поддерживаться как бизнесом, так и правительством, и должна проявляться в каждом продукте, каждом действии и каждом нашем замысле. Необходимо также предпринять некоторые шаги для очищения атмосферы от уже существующего углекислого газа. Это вызов не мог не привлечь моего внимания.

Стив Говард, генеральный директор Climate Change Group, убеждён, что у нас в запасе всего несколько лет, чтобы повлиять на процессы, ведущие к изменению климата на земле, в противном случае, как нам известно, в течение нескольких сотен лет жизнь на планете прекратится. Я оптимист и верю в то, что бизнес может — и сможет — найти способ борьбы с этой глобальной проблемой. Ради наших потомков мы должны делать это каждый день, начиная с сегодняшнего дня.

Возможно, я воспринимаю природу, как нечто само собой разумеющееся. Я рос в живописном уголке Англии, окружённый живой природой, птицами и деревьями. Любовь к природе занимает отнюдь не последнее место в моей жизни. Поэтому визит кандидата в президенты США ко мне в Лондон полностью изменил моё видение того, как эта любовь должна повлиять на ведение бизнеса.

Вице-президент США Эл Гор нанёс мне визит в Холланд-парк.

До этого я не был с ним лично знаком. Он попросил меня о встрече, потому что искал такого бизнес-лидера, который был бы известен во всём мире. Похоже, я соответствовал всем этим требованиям. Он надеялся, что я смогу сделать первый шаг, и моему примеру последуют другие бизнесмены. За два часа он ввёл нас — меня, Уилла Уайтхорна и Джин Оелванг — в курс проблем, сопутствующих изменению климата. Чуть позже эта презентация легла в основу фильма «Неудобная правда», который на церемонии вручения премии «Оскар» получил награду в номинации «Лучший документальный фильм» и стал известен миллионам зрителей.

Ещё до визита Эла Гора я прочитал книгу Бьорна Ломборга под названием «Эколог-скептик» («The Skeptical Environmentalist»), которая предлагает весьма удобную позицию для бизнесменов! Автор книги утверждает, что глобальное потепление можно рассматривать, как позитивный фактор, благодаря которому будет невозможно наступление следующего ледникового периода. Но после встречи с Элом Гором я вновь обратился к трудам и воззрениям других учёных. Я заново открыл для себя работы Криспина Тикелла и Джеймса Лавлока. Прочитав их работы, я пришёл к совершенно противоположному выводу: вместо того чтобы сидеть сложа руки, нужно действовать.

В итоге в мои руки попала книга, которая положила конец моим поискам истины в этом вопросе. Это была книга Тима Флэннери «Грозит ли Земле катастрофа?» Тим выдвигает интересный и одновременно очень волнующий тезис. Концепция неотвратимости глобального потепления начинает приобретать цельность и содержательность. В книге приводятся конкретные примеры происходящих сегодня явлений и их причин. Я проглатывал одну красиво написанную историю за другой. Особенно мне запомнилась одна из них — история о том, как американские первопроходцы вырубали и сжигали обширные леса на востоке страны, выжигали земли под пастбища, пасли скот в долинах и прериях Запада. Спустя некоторое время здесь снова появилась растительность, вот почему возраст большинства американских лесов не достигает и шестидесяти лет, энергично возобновляющиеся леса поглощают полмиллиарда тонн углекислого газа в год. Это помогает охладить планету. Однако как только рост лесов замедлится, они перестанут поглощать углекислый газ в прежнем объёме, и случится это именно тогда, когда

мы больше всего будем в этом нуждаться.

Книга Тима — это настоящая жемчужина, и я заметил, что он весьма часто обращался в ней к трудам Джеймса Лавлока. На Тима очень сильно повлияла книга Лавлока «Гея», в которой автор утверждает, что наша планета живёт как целостный живой организм.

Я должен был лично встретиться с Джеймсом Лавлоком и понять его точку зрения. В своей жизни мне посчастливилось познакомиться со многими замечательными людьми. Джим — мыслитель, изобретатель и учёный, у него собственный взгляд на вещи. Несмотря на свои восемьдесят лет, он сохранил живой и ясный ум. Он является почётным профессором Оксфордского университета, получил огромное количество наград и премий за свои оригинальные труды по экологии.

Будучи ещё молодым математиком и учёным, Джеймс Лавлок регулярно бывал в Лаборатории реактивных двигателей, расположенной неподалёку от города Пасадена (США). Эта лаборатория тесно связана с центром NASA и Американской космической программой, она занимается созданием и обслуживанием беспилотных космических кораблей. Некоторые из изобретений Джеймса включены NASA в программу исследования планет. Джим также работал над созданием управляемой на расстоянии лаборатории микробиологии, которая должна была быть доставлена на Марс с целью установить, смогут ли на этой планете существовать бактерии, грибки и другие микроорганизмы. Именно тогда Джеймс стал задумываться над вопросом: что же такое жизнь и как её опознать?

Работая вместе со своим коллегой Дайен Хичкок, он начал исследовать возможность существования жизни на Марсе. Для сравнения учёные стали анализировать биосферу и атмосферу Земли. Они пришли к выводу, что отличие атмосферы нашей планеты состоит в том, что она постоянно подвергается влиянию со стороны поверхности Земли. Появление различных газов в атмосфере Земли уже само по себе является доказательством жизнедеятельности на планете.

По теории Джеймса, Земля и её атмосфера — это живой организм с единой системой обмена веществ и дыхания. Для того времени это предположение было смелым, и оно встретило неприятие в учёных кругах. Однако Карл Саган, издатель журнала по астрономии Icarus, заинтересовался теорией Джима и напечатал её.

Когда в 1965 году правительство США прекратило проект исследования Марса, над которым работал Джим, учёный стал работать над изучением последствий загрязнения воздуха в мировом масштабе в Shell Research. Это было в 1966 году, за три года до основания международной экологической организации «Друзья Земли». Джим говорил об образовании частиц, истощающих озоновый слой — тонкий слой стратосферы, который защищает нас от ультрафиолетового излучения Солнца. Одним из его многочисленных изобретений был электронно-захватный детектор, который применялся для обнаружения и измерения концентрации в атмосфере хлорфторуглеродов — химических веществ, разрушающих озоновый слой.

Друг Джеймса, писатель Уильям Голдинг, автор романа «Повелитель мух», подсказал учёному название для его теории. Голдинг предложил назвать её «Гея» в честь древнегреческой богини Земли. (Корень этого слова есть и в таких словах, как география и геология.) В 1968 году Джеймс выдвинул «гипотезу Геи» на научной конференции, посвящённой происхождению жизни на Земле, в Принстоне (штат Нью-Джерси). Гея, по теории Джима, сложная система взаимодействия между биосферой, атмосферой Земли и её океанами, горами и почвой. Земля, по его мнению, — это саморегулирующийся механизм. Механизм жизни.

Когда я впервые встретился с Джеймсом, он рассказал мне, что в 1970-х годах он смутно представлял себе работу этого механизма. Однако, как учёный, он знал, что Земля отличается от наших ближайших соседей в Солнечной системе, и вновь и вновь поражался тому, как, в отличие от Венеры или Марса, Земля стала пригодным и комфортным для жизни местом.

Джеймс Лавлок стал моим хорошим другом, он поделился со мной своей работой над долгожданным продолжением книги — монологом его любимой Геи. Даже его поздние работы поражают свободой мысли. Я не учёный, и порой мне трудно понять смысл подробных научных описаний, но книги Джеймса всегда пробуждают живой интерес, они легки и доступны для понимания.

Джеймс знает, что он не вечен и его идеи забудут, если он не передаст их нам. Поэтому он присылает мне многие из своих идей в надежде, что я смогу использовать хотя бы некоторые из них в бизнесе. Он предлагает разместить на дне океанов систему вертикальных труб, которые будут способствовать росту водорослей, осуществляющих выброс диметилсульфида в атмосферу. Он не фантаст и не одинок в своих идеях. Этого человека знает и уважает всё мировое сообщество, его идеи нашли сегодня широкое применение. Однако до сих пор не проводилось ни одного серьёзного хорошо профинансированного исследования с целью оценки возможности и целесообразности претворения его идей в жизнь.

В апреле 2006 года, практически в то же время, когда мне пришло письмо из благотворительной организации Starfish, я получил письмо от бывшего президента США Билла Клинтона: он приглашал меня принять участие в конференции Глобальной инициативы Клинтона, которая должна была проходить в сентябре в Нью-Йорке. Я искренне восхищаюсь деятельностью Билла в области решения социальных проблем и проблем окружающей среды, поэтому уже через несколько дней я ответил согласием. Билл лично позвонил мне и спросил, не хотелось бы мне по собственной инициативе сделать жест доброй воли.

Я принимал ванну, и вдруг меня посетила мысль: почему бы не инвестировать всю прибыль Virgin Group от бизнеса, который способствует выбросу углерода в атмосферу, то есть от авиакомпаний и железнодорожных перевозок, в развитие экологически чистых технологий будущего? Я также заинтересовался перспективой использования энергии ветра и солнца, равно как и любого другого источника энергии, который сможет заменить ископаемое топливо. Когда я рассказал об этом Биллу, он пришёл в восторг. Он хотел, чтобы моё выступление стало кульминацией сентябрьской встречи. Я сказал, что был бы рад видеть Эла Гора, бывшего вице-президента Администрации президента США. И добавил, что, если бы Эл не посетил меня тогда, мне бы вряд ли пришла в голову эта идея. Вступительная речь Билла Клинтона звучала примерно так: «Мне очень повезло: за свою долгую жизнь я познакомился со многими удивительными людьми, и Ричард Брэнсон, пожалуй, один из самых интересных, творческих, необыкновенно преданных своему делу».

Когда я услышал такое, от смущения у меня перехватило дыхание. Спасибо, Билл, но ты, наверное, рассчитывал, что сразу же

за этими словами последует моё выступление?

К счастью, меня не было в зале. Советник подсказал ему: «Его нет, но вскоре он должен появиться». Как обычно, я всё пропустил. Я был в уборной.

Билл спокойно перешёл к следующей теме. Но, в конце концов, и я произнёс свою речь и рассказал о планах Virgin Group. «Вот что мы решили: вся прибыль, полученная от транспортного бизнеса Virgin Group, будет вложена в решение проблем окружающей среды, и мы надеемся, что спустя некоторое время она составит 3 миллиарда долларов США. Как и Эл Гор, я не думаю, что предпринимать какие-либо действия сейчас уже поздно. У нас в запасе есть несколько десятилетий, чтобы начать предпринимать активные действия и заниматься решением проблемы. Если мы сможем найти альтернативное топливо, если мы рискнём и начнём применять энзимы, если мы сможем получить этанол на основе целлюлозы и прекратим использовать загрязняющее атмосферу топливо, то, мне кажется, нас ждёт поистине великое будущее».

Эл вышел на трибуну.

Ричард, — сказал он — У меня есть один вопрос. Ты не упомянул об этом в своём выступлении, но я хотел бы уточнить. Предполагаемая прибыль от космического туризма тоже пойдёт на эти цели?

Я кивнул головой и сказал:

Надо заметить, что наши космические корабли экологически чистые и дружественные по отношению к окружающей среде!

Конференция прошла удачно, моё заявление произвело именно тот эффект, на который рассчитывал Эл. Лидер транспортной индустрии признал, что проблема глобального потепления существует и что нужно делать определённые шаги для её решения. Благодаря этому компаниям, использующим уголь и нефть, будет всё сложнее отказываться от ответственности за свои действия. Всё это моментально нашло отражение в прессе. Однако я решил, что мне нужно сделать следующий шаг — на этот раз лучше всего было учредить премию. Мы учредили премию, чтобы воодушевить учёных найти способ очистить атмосферу от углекислого газа. Если нам это удастся, мы сами сможем регулировать температуру атмосферы Земли, очищать её от углекислого газа, когда температура будет

подниматься слишком высоко.

Девятого февраля 2007 года мы объявили об учреждении премии Virgin Earth Challenge. Чтобы выиграть приз в сумме 25 миллионов долларов участники должны предоставить научнообоснованный и коммерчески жизнеспособный проект по устранению значительного количества парниковых газов из атмосферы. Конкурс должен продлиться десять лет.

Эл Гор, Тим Флэннери и Джеймс Лавлок согласились стать судьями. Я также попросил присоединиться к судейской коллегии ещё двух известных людей — сэра Криспина Тикелла, директора Policy Foresight Programme в Институте науки и цивилизации Джеймса Мартина при Оксфордском университете, и доктора Джеймса Хэнсена из Института Земли Колумбийского университета и ректора Института космических исследований Годдарда в Нью-Йорке. Это было очень достойное жюри.

Судьи будут решать, есть ли у проектов перспектива предотвратить глобальное потепление, достанется приз одному победителю или нескольким. Мы решили, что ставить рамки в этом вопросе бессмысленно, потому что существует очень много путей решения проблемы «парникового эффекта». По этому поводу очень хорошо высказался Джеймс Лавлок, который как всегда метко прокомментировал наши первоначальные предложения.

Я был удивлён, когда прочитал, что одним из требований Virgin Earth Challenge к победителю было устранение, по меньшей мере, миллиарда тонн углекислого газа в год. Это ничтожно мало по сравнению с теми 30 миллиардами тонн, которые мы производим ежегодно. На самом деле 6,3 миллиарда людей выдыхают ежегодно около двух миллиардов тонн углекислого газа, и попытка восстановить атмосферу Земли, устранив один или даже два миллиарда тонн углекислого газа в год сродни тому, как если бы мы попытались вычерпать воду из давшей течь лодки с помощью чайной ложки...

Он говорил: мы должны помнить и о том, что можно избежать выброса миллиардов тонн углерода путём перехода на синтетическую пищу, благодаря чему освободившиеся сельскохозяйственные земли снова зарастут естественной растительностью.

Может ещё не поздно ужесточить требования конкурса и в то же время дать участникам больше свободы в решении задачи? Будет досадно, если мы откажемся от идеи делать вкусную и питательную пищу с помощью биохимического синтеза прямо из воздуха и воды.

Я знал, что мне нужно увлечь Джеймса ещё сильнее, поэтому Уилл Уайтхорн предложил немедленно встретиться с ним. Возвращаясь с бывшим президентом Жаком Шираком с конференции по изменению климата, проходившей во Франции, он согласился стать членом судейской коллегии премии Virgin Earth Challenge. «Это великолепная идея, — писал он. — Кто знает, возможно, именно эта премия вдохновит кого-нибудь на это долгожданное открытие? Мы слишком долго катились по наклонной плоскости к своему исчезновению, и сейчас нам нужен сильный стимул».

Думаю, у всех бизнесменов должны быть скептически настроенные друзья из учёных кругов, которые могут вдохновить, дать импульс и стимулировать к действию. Для меня таким другом был Джим.

Претендуя на премию Virgin Earth Challenge, необходимо принять во внимание способность Земли к саморегуляции. В сентябре 2007 года Джим и его коллега Крис Рэпли написали в научный журнал Nature: «Сегодня устранение из атмосферы пятиста гигатонн углекислого газа усилиями человека лежит за гранью наших технологических возможностей. Если мы сами не можем “исцелить планету”, возможно, мы поможем планете исцелить себя самостоятельно».

Один из способов сделать это — погрузить вертикальные трубы в океан. Энергия волн будет способствовать нагнетанию холодных, обогащённых питательными веществами глубинных вод к относительно неплодородной поверхности океана. Эта мера улучшит рост водорослей, которые поглощают углекислый газ и производят диметилсульфид — химический элемент, превращающий влажный воздух в пар.

Джим привёл мне этот пример, потому что на следующей неделе он ехал в Вашингтон и собирался обсудить эту идею с учёными и

инженерами. Недавно он прислал мне свою новую идею.

Я всё чаще думаю о том, что наилучший способ остановить глобальное потепление заключается в том, чтобы вернуть уголь в землю и в океаны. Если фермерские отходы ежегодно превращать в уголь, а затем использовать его в качестве удобрения, одна только эта мера произведёт больший эффект, чем всё предложенное ранее. Более того, производство угля даёт некоторое количество биотоплива, что в итоге может оказаться весьма важным. Потребуется больше времени на то, чтобы воплотить эту же идею с океаническими хозяйствами, но если мы действительно собираемся действовать, это — выход из ситуации.

Эта оригинальная идея может стать успешным бизнес-предложением.

За первый год своей работы Virgin Earth Challenge привлекла свыше трёх тысяч заявок на участие — просто удивительно! Но вдруг меня осенило: пройдёт немало времени, прежде чем можно будет увидеть результаты конкурса. Идея учредить X Prize за коммерческий космический полёт пришла Питеру Дайамандису в 1994 году, и в течение нескольких лет премию получили много людей, включая и Virgin, но Берт Рутан и Пол Аллен получили её только спустя десять лет. Участвуя в войне против глобального потепления, мы всё понимали, что нам не достаёт только времени.

Приз в сумме 25 миллионов долларов стал стимулом для факультетов многих университетов. Тогда я подумал: а что, если бы награда была в десять, а то и в двадцать раз больше? Может быть, тогда она привлекла бы внимание крупных отраслей и способствовала проведению значительной исследовательской работы. Такой огромный приз в большей степени стимулировал бы крупные корпорации, обладающие широкими научно-исследовательскими и опытно-конструкторскими возможностями.

В 2008 году я принял приглашение выступить с докладом на двухдневной сессии ООН, посвящённой изменению климата, на которой Генеральный секретарь ООН Бан Ки-Мун назвал меня «Гражданином года» за мой вклад в решение проблемы изменения климата. По иронии судьбы, это звание досталось мне — владельцу нескольких авиакомпаний!

Я и раньше разделял многие взгляды Джеффри Сакса, изложенные в его книге «Всеобщее благоденствие: экономика густонаселённой планеты» («Common Wealth: Economics for a Crowded Planet»), но нашёл отражение своих мыслей, когда он заявил: «Когда дело касается решения проблем в глобальном масштабе, нас переполняет цинизм, пораженческие настроения и отсутствие прогрессивных идей. Мир неограниченных рыночных возможностей и конкурирующих государств не предоставляет никаких решений этой проблемы. Ключ к решению лежит в развитии новых экологически рациональных технологий, которые вскоре попадут к тем, кто в них наиболее сильно нуждается».

Итак, я прибыл в Нью-Йорк вместе с Джеки Макквиллан и Джин Оелванг с намерением выразить просьбу о создании Оперативного центра по борьбе с проблемами окружающей среды. Я собирался начать свою речь цитатой из Кусто: «На планете Земля нет границ. Нет США, нет России, нет Китая, нет Тайваня. Реки беспрепятственно проходят через государственные границы; постоянные приливы, пульс моря, не дискриминируют страны; они омывают берега всей земли».

Сессию возглавил председатель Генеральной ассамблеи ООН, Срджян Керим, бывший министр иностранных дел Македонии. Насколько я помню, тематические прения проходили под формулировкой «Решение проблем изменения климата: действия Организации Объединённых Наций и мирового сообщества». Срджян был очень любезным организатором мероприятия. Среди других участников сессии были Генеральный секретарь ООН и Майкл Блумберг, мэр Нью-Йорка. Вместе со мной на конференции присутствовала актриса Дэрил Ханна, известная своим активным участием в решении проблемы изменения климата.

Срджян открыл сессию 11 февраля: «Я очень рад тому, что климат меняется — хотя бы политический — и что люди сменили своё неведение проблемы на осведомлённость. Осознание и понимание проблемы теперь наш союзник, но этого недостаточно. Мы не говорим о долгосрочных планах или о мире будущего. Речь идёт о насущных проблемах сегодняшнего дня».

Он объяснил, что ООН ратует за сотрудничество и что между странами, входящими в состав ООН, уже ведётся процесс переговоров по определению задач в борьбе с «парниковым эффектом». Господин Керим добавил, что эффект будет иметь только то сотрудничество, которое включает в себя мир бизнеса, средств массовой информации, неправительственные организации и учёные (как, например, те, кто сделал свой вклад в составе Межправительственной группы экспертов по изменению климата, которая в 2007 году получила Нобелевскую премию и помогла политикам осознать масштаб проблемы). Председатель Генеральной ассамблеи подчеркнул, что ООН не сможет решить эту проблему в одиночку. Он добавил, что, когда он готовился вступить в должность председателя Генеральной ассамблеи, то прочитал об изменении климата и выразил признательность за создание Virgin Earth Challenge. «Я не случайно узнал об этой премии; она меня вдохновила, — сказал он. Я пригласил сюда людей, учредивших эту премию, и сегодня мы здесь всё вместе. »

Я начал свою речь в мрачном тоне. Но в последнюю минуту решил обойтись без поэтической цитаты Кусто и сразу ударил по самому больному месту. «Некоторые выдающиеся учёные полагают, что мы уже упустили момент и человечество уже не сможет предотвратить повышение температуры на пять градусов и все те страшные последствия, которые это вызовет».

Затем я привёл цитату из Джеймса Лавлока, рассказав, что, по сравнению с отчётом ООН, его прогноз менее обнадёживающий, потому что он прогнозирует потерю в течение десятилетия всех плавучих в летние месяцы льдов в Антарктическом океане, а повышение температуры на пять градусов произойдёт, по её мнению, уже через сорок, а не восемьдесят лет, как это прогнозирует ООН. В отличие от отчёта ООН, Лавлок полагает, что после повышения температуры на пять градусов климат на планете стабилизируется, и часть её продолжит существовать. Но большая часть пышной растительности, которая есть сегодня, исчезнет. Мир превратится в огромную, не отличающуюся разнообразием живой жизни пустыню. Нас ждут ужасные потери, мы будем жить в мире со скудными урожаями и недостатком пищи, недостатком свежей питьевой воды для обеспечения всего населения планеты.

«Верите вы в то, что мы уже упустили момент или нет, большинство учёных сходятся во мнении, что мы вплотную приблизились к нему и ситуация становится весьма угрожающей. Мы знаем из истории, что во времена опасности, когда кажется, что наступил конец, наиболее эффективный способ одержать победу — это объединить умы и усилия великих людей в работе над общей целью — выживанием. Я убеждён, что мы сможем найти правильную стратегию. У нас есть великие умы, но пока они борются в одиночку».

«Мы все должны предпринять усилия, чтобы объединить учёных, инженеров и изобретателей со всего мира, для того чтобы найти инновационные, радикальные подходы к решению проблемы, включая способ устранения углекислого газа из атмосферы Земли. Если мы сможем совершить этот прорыв, то человечество будет способно контролировать температуру Земли, устраняя углекислый газ, когда будет становиться очень жарко и выделяя его, когда будет становиться слишком холодно. Безусловно, теперь мы всё хорошо знаем, каким образом можно выбросить углерод в атмосферу, но нужно научиться и устранять его. Не может быть, чтобы человек был бессилен перед этой проблемой».

Затем я предложил сотрудничество всем, кого действительно волновала эта проблема. «Virgin учредила приз в 25 миллионов долларов, чтобы воодушевить учёных и изобретателей использовать свой интеллект и найти выход. Сегодня мы хотим обратиться к двадцати самым богатым странам мира за поддержкой в нашем начинании, чтобы создать крупнейшую в истории премию за научную работу — приз в полмиллиарда долларов». И я уверен, мы получим эту поддержку! Я и сейчас жду звонка.

Думаю, что, если весь мир приложит достаточно усилий и объединится, мы сможем одолеть общего врага. Уверен: изобретательность человека, часто движимая бизнес-интересом, сможет справиться с этой катастрофической проблемой. Я стал вспоминать, как смутные времена не раз объединяли великие умы на пути к общей цели. Именно это нам сейчас нужно: мы должны работать вместе и найти самое лучшее решение. Когда в конце 1930-х над Европой нависла угроза войны, один из отделов Королевских ВВС Великобритании разработал детальное описание конструкции моноплана для борьбы с фашистской Германией. Существовали два конкурирующих друг с другом проекта. Чтобы сбить бомбардировщик, истребитель Spitfire Реджинальда Митчелла и Hawker Hurricane, разработанный Кэмом, должны были поразить его 266 раз. Конструкторам следовало это учесть и сделать так, чтобы истребитель мог пустить очередь из тысячи выстрелов в минуту. Оба конструктора преуспели в этом. Новые технологии появлялись именно в военное время и сыграли решающую роль в победе — от изобретения пушек, способных разрушать стены замков, до современного программирования в команде взломщиков кода «Энигмы» в Блечли-парк в Англии, работавшей под руководством Алана Тьюринга. Почему бы нам не создать оперативный центр в мирное время, чтобы бороться с новым общим врагом — прогрессирующим изменением климата?

В сотрудниках Оперативного центра по борьбе с проблемами окружающей среды уникальным образом соединяются предпринимательская жилка, владение всей доступной на данный момент информацией и сила мобилизовать ресурсы и стимулировать процесс инноваций. Представители крупного бизнеса и мира финансов будут работать рука об руку с представителями «зелёных» организаций, с которыми раньше у них бывали разногласия. Это должно быть собранием лучших умов, призванных действовать на благо всей планеты, эта организация будет охватывать весь мир. План состоит в формировании небольшой независимой команды, которая тесно сотрудничала бы с партнёрами и следила бы за тем, чтобы мы не множили, а, наоборот, объединяли разрозненные сведения о том, что происходит, предоставляя достоверную информацию и ускоряя процесс поиска решений.

Оперативный центр будет держать руку на пульсе рождения лучших (и в некоторых случаях кардинально новых) идей, отображать проделанную в этой сфере работу, отслеживать и анализировать влияние уже существующих решений по устранению углерода и консервацию экологических систем. Организация будет подвергать анализу всю поступающую информацию, изучать её и преподносить наилучшие решения.

Кто станет лидером — немаловажный фактор. Во время пресс-конференции на заседании ООН журналисты были заинтригованы при обсуждении вопроса о том, кто же поведёт отряды в бой. Меня несколько раз спрашивали о кандидатуре Эла Гора. Я сменил тему, потому что на тот момент ещё не решили, кто возглавит организацию. Я понимал, что такой человек, как Эл Гор, — это идеальная кандидатура для полководца, но не знал, как он сам воспримет эту идею. Нам нужен был человек масштаба Уинстона

Черчилля или Франклина Рузвельта, который вызывал бы уважение, обладал харизмой и авторитетом.

Итак, подобно Virgin Unite, которая сейчас работает над созданием оперативного центра по борьбе с болезнями в странах, лежащих к югу от Сахары, они также находятся в процессе создания оперативного центра по борьбе с углекислым газом.

Если нам не удастся найти технологическое решение, то придётся начать подготовку нашего мира к последствиям повышения температуры на пять градусов и заняться поиском путей минимизации последствий экологической катастрофы. Оперативный центр должен найти радикальные идеи и заручиться поддержкой мировой общественности как тогда, когда во всём мире было запрещено использование хлорфторуглеродов для того, чтобы остановить истончение озонового слоя.

На сессии в Нью-Йорке я предложил в качестве примера одну идею. «Широко известно, что поднятие уровня океанов в результате глобального потепления уничтожит сотни тысяч домов, расположенных вблизи береговой линии по всему миру, и вытеснит с этих территорий миллионы людей. Но что, если уже сегодня мы задумаемся о создании огромных озёр в Африке, Азии, Австралии, Северной Канаде и Южной Америке, используя чистую воду рек, которая, если ничего не предпринимать, всё равно попадёт в море? К созданию внутренних озёр можно приступать, когда уровень моря начнёт подниматься, таким образом, мы сохраним существующий сегодня уровень моря. Озёра обладают ещё одним ценным качеством: они способствуют охлаждению земли. Благодаря их существованию увеличится количество осадков в пустынях, что, в свою очередь, скажется на росте деревьев, которые будут поглощать больше углекислого газа».

Оперативный центр по борьбе с проблемами окружающей среды будет определять стоимость реализации таких масштабных идей, обсуждая стоимость компенсации затрат с отдельными странами. Но я подчеркну необходимость сотрудничества ООН с Оперативным центром для обеспечения реализации идей. Я подготовил цитату из сэра Уинстона Черчилля, создавшего свой легендарный военный штаб в Лондоне во время Второй мировой войны. «Никто ни при каких обстоятельствах не должен отворачиваться от угрожающей опасности и пытаться от неё убежать. Этим можно лишь удвоить риск. Но если вовремя, не уклоняясь, на неё отреагировать, опасность можно уменьшить вдвое. Никогда не пытайтесь убежать от чего бы то ни было. Никогда!»

В марте 2008 года, по инициативе Ричарда Стромбэка, бывшего профессионального хоккеиста, который заработал состояние, занимаясь предпринимательством в области экологически чистых технологий, мы решили собрать небольшую группу людей, чтобы обсудить, каким образом мы можем объединить наши силы. Ричард, исполнительный директор Ecology Coatings, Climate Group и Virgin Unite пригласил на эту встречу группу единомышленников, состоявшую из бизнесменов и бывших политиков. Ларри Пейдж из Google, венчурный капиталист Винод Хосла, создатель PayPal Элон Маск, создатель Wikipedia Джимми Уэльс, и бывший премьерминистр Великобритании Тони Блэр, в настоящее время посланник мира на Ближнем Востоке, — все эти люди оказались в числе приглашённых.

Бум экологически чистого бизнеса в США уже начался, и не только в Силиконовой долине (штат Калифорния), но и в окрестностях Бостона, в Альбукерке (штат Нью-Мексико), в Остине (штат Техас). Инвестиции в разработку экологически чистых видов энергии уже занимают третье место в венчурных фондах США и представляют собой самый быстрорастущий сегмент. В этой сфере появилось огромное количество компаний и индивидуальных предпринимателей, для которых, как, например, для компаний odersun, Solyndra, Clipper Windpower и Enphase Energy, характерен стремительный рост.

Шай Агасси, бывший президент компании SAP, сейчас основал собственный бизнес, проект Better Place of Palo Alto, и попытался создать инфраструктуру в Израиле, чтобы перевести эту страну на электромобили.

Элон Маск, создатель PayPal, который сейчас занимается предпринимательством в сфере космического туризма, рассказал о своей компании Tesla Motors, которая находится в Силиконовой долине и производит спортивные электромобили стоимостью 100 тысяч долларов. (Ларри заказал себе такой автомобиль, но сам я пока на эту покупку не решился, потому что сейчас редко пользуюсь автомобилем.) Хант Рэмсботтом, исполнительный директор компании Rentech, занимающейся разработками синтетического топлива, рассказал о своих планах по созданию биотоплива для самолётов, в то время как Уиллиам Мак-Доно показал нам проект здания в Абу-Даби, в окна которого вмонтированы солнечные батареи, и проект склада Wal-Mart с «зелёной» кровлей.

Затем Тони Блэр выступил с речью, которая перекликалась с моими мыслями. Слушая его, я преисполнился решимости создать оперативный центр. Он сказал, что правительства слишком заняты своими проблемами, чтобы что-то изменить в этой сфере. «Ужасно, когда из-за ежедневной рутины правительства уделяют мало времени таким важным проблемам, как нейтрализация углерода», — сказал Блэр. Так, например, министр охраны окружающей среды Великобритании в лучшем случае мог выкроить на встречу с ним только два часа в месяц. Кабинет министров обычно разрабатывает какой-нибудь краткосрочный проект и говорит: «Что ж, может, сделаем это, а может — то».

Если это типичная ситуация, тогда нам как воздух необходим Оперативный центр по проблемам окружающей среды, в котором, как я полагаю, «зелёное» бизнес-сообщество будет играть главную роль.

Чтобы этично вести бизнес, нужно принимать во внимание то влияние, которое он оказывает на других.

И подобно тому, как нельзя смотреть сквозь пальцы на взяточничество, нельзя закрывать глаза и на нанесение вреда окружающей среде.

Мне потребовалось время, чтобы осознать это. Я боялся посмотреть этой проблеме в лицо. Она меня пугала. Я думал, что эта проблема слишком велика для меня, слишком велика для всех. Поэтому стал убеждать себя, что её не существует.

Так путник, чей пустынный путь Ведёт в опасный мрак,

Раз обернётся и потом Спешит, ускорив шаг,

Назад не глядя, чтоб не знать,

Далёк иль близок враг.

В отличие от позиции «Старого Морехода» Колриджа, бизнесу нужно трезво смотреть в глаза реальности. Реальные проблемы — даже такие масштабные, как глобальное потепление — не так страшны, как мы их себе рисуем. Мы способны остановить глобальное потепление. Просто для начала нам нужно перестать бояться этой проблемы. Мы слишком долго были скованы страхом и вели политику отрицания проблемы. Теперь же настало время действовать.

Никто не просит лично вас спасти планету.

Просто подумайте и придумайте пару хороших идей.

Никто не ждёт, что вы найдёте глобальное решение, которое избавит нас от всех проблем.

Сделайте то, что вам по силам.

Решать проблемы на местном уровне тоже очень важно, масштаб некоторых решений можно увеличить, поэтому не имеет значения, насколько скромными средствами вы обладаете, вы можете и непременно измените мир к лучшему.

Это хорошая новость.

А теперь я хочу вас испугать.

Если не предпринимать никаких действий, вероятно, через двадцать лет, или через десять, или даже через пять, вы не сможете продолжать своё дело. Климат претерпевает изменения, а население планеты растёт с неимоверной скоростью. Вследствие этого растут цены на всё. На рынке страхования царит полный хаос. Многие производства начинает беспокоить непредвиденный и неожиданный дефицит. Населению всей планеты угрожает изменение климатических условий, которое уничтожит экономику многих стран.

И прежде чем ситуация нормализуется, она ещё больше усугубится.

Помните, я рассказывал о том, как мы разрабатываем биотопливо и космические корабли, и сказал, что на новом рынке невозможно в один момент достигнуть успеха и что недавнее появление Virgin в этих секторах было подготовлено годами работы и научных исследований.

Мы не можем выбирать, заниматься нам бизнесом или нет, в секторе, который можно назвать «ответственность за изменение климата». Хотим мы того или нет, мы уже причастны к нему. Независимо от масштаба, мы должны заниматься бизнесом в этой сфере, потому что, если этого не делать, наступит катастрофа для всех нас.

Если не занимать активную позицию, если не искать решения проблемы, которая может повлиять на ваш бизнес через десятилетие, мы очень рискуем нанести себе огромный урон и оказаться на грани самоуничтожения.

Но зачем же смотреть на эту проблему так однобоко? Ведь возможно и обратное: достигнув успеха в этом секторе, вы убедитесь в том, что деятельность, приносящая солидную прибыль вашей компании, приносит пользу и всему обществу.

С такой прибылью вы можете придумать и опробовать ещё более масштабные решения проблемы. Бизнес, направленный на устранение климатических изменений, — это хороший бизнес; я гарантирую вам, что, как только вы начнёте работать в этой области, вы не захотите останавливаться.

Проблемы ВИЧ/СПИДа и изменения климата не оставляют меня равнодушным, и это даёт стимул Virgin Group двигаться дальше и помогать людям. Мы работаем, чтобы накапливать инвестиции и на другие социальные нужды и защиту окружающей среды, но общим для всех наших усилий в этой области является укрепление самого ценного качества Virgin — духа инициативы наших сотрудников. Этот дух и грандиозные идеи помогут нам, вместе с нашими партнёрами, изменить этот мир и выжить нашей планете.

Если мы хотим жить на планете, которую не стыдно будет передать ближайшим семи поколениям, каждая компания должна сделать невозможное, чтобы сохранить и преумножить наше природное богатство. И последнее: не забывайте слушать — ведь самая лучшая идея может прийти в голову одному из ваших

сотрудников, клиентов или просто окружающим вас людям!

Если вы когда-нибудь захотите сотрудничать с нами в каком-либо из наших проектов, направленных на то, чтобы сделать наш мир лучше, напишите в Virgin Unite: www.virginunite.com.

<< |
Источник: Ричард Брэнсон. Обнаженный бизнес. 2008

Еще по теме Глава 7. Социальная ответственность:

  1. § 4. Общие правила и сроки привлечения к административной ответственности
  2. § 5. Административная ответственность юридических лиц
  3. § 1. Понятие уголовной ответственности
  4. § 2. Основание уголовной ответственности
  5. § 1. Общие вопросы уголовной ответственности несовершеннолетних
  6. § 3. Освобождение несовершеннолетнего от уголовной ответственности и наказания. Судимость и ее погашение
  7. социальная ответственность
  8. Функции социальной политики
  9. Глава третья. Маркс - экономист.
  10. Глава 20. ЛИЧНОСТЬКАКУНИКАЛЬНАЯ СОЦИАЛЬНАЯСИСТЕМА  
  11. Глава 29. СОЦИАЛЬНАЯДЕЯТЕЛЬНОСТЬ