<<
>>

Этническая культура как фактор сохранения самоидентичности народа

Этническая культура образуют самобытный мир визуально и вербально фиксирующий границы культурного пространства определённого этноса. В самом общем виде можно констатировать, что генетический и природно-географический фактор, обособившие этнос, обуславливают восприятие именно данной, а не иной системы культурных ценностей.
Культура народа концентрирует в себе нормы, стандарты, эталоны и правила деятельности, а также систему ценностей, выработанных в реальной истории данного этнического целого. Таким образом, в конкретной этнической культуре закреплены принципы обособления того или иного этноса, что мы постараемся продемонстрировать в данной статье.

Главная функция этнической культуры – сохранение и передача самоидентичности сообщества, поэтому она обладает высокой устойчивостью и минимальной изменчивостью, фиксируя границы этноса как целостности. Это своего рода культурный код этнической общности, хранящий информацию об истории, этапах формирования, условиях жизни и деятельности и т.д.

Важнейшей культурной ценностью, способствующей сохранению этноса, является язык. Язык – это и форма, и содержание, и структура этнической культуры. Как заметил

Б. Рассел [5], постигая устройство языка, мы многое узнаём об устройстве мира. Применительно к нашей проблеме уточним, устройство языка каждого народа отражает его специфическое представление об устройстве мира. Язык – это, прежде всего, важнейшее средство, обеспечивающее единство этнокультурного пространства, орудие образования совместного социального пространства-времени [4, с. 44-45, 50,51]. Можно сказать, что культурно-языковое пространство через предметы материальной культуры, фольклор, литературу, традиции, обычаи, ритуалы, феномены искусства маркирует пространство этнической культуры. Поэтому утрата языка означает утрату способности поддерживать и транслировать во времени этнический порядок существования, то есть утрачивается важнейшее условие сохранения целостности этноса.

Предметы, образы, символы этнокультурного пространства народа позволяют определить исторические и социологические границы этноса, этапы его развития, взаимодействие с другими этносами и т.д. Поскольку здесь в снятом виде присутствуют все этнические признаки, сохраняется природно-генетическое начало, особенности взаимосвязи со своей экологической нишей, здесь же зафиксировано взаимоотношения соотношение с другими этносами и здесь же прослеживается влияние социальных факторов на мир культуры народа. Поэтому изменения уникального мира этнической культуры будут идти в своей системе пространственно-временных изменений, образуя своего рода тот самый «хронотоп» культуры, о котором писал М. Бахтин.

Этническое начало в культуре присутствует на всём пути существования этноса, даже тогда, когда в социальном развитии доминируют инокультурные образцы, оторванные от «родной почвы». Общеизвестно, что Пётр Великий резко сменил социокультурные ориентиры России. Создаётся светская культура, ориентированная на Западную Европу. Но, тогда как объяснить, например, феномен русской пейзажной живописи. Отметим, что с XVIII в. русские художники в основном учились живописи за границей (чаще всего в Италии). Однако никогда итальянский пейзаж не перепутаешь с русским. Дело здесь в том, что русский художник понимает пейзаж в своей особой, этнической системе координат. Для русского художника природный ландшафт не внешний факт, не вид по законам перспективы. Он переживает пейзаж по-русски, изнутри как «отечественное», в данном случае неважно какими особенностями обладает реальный или выдуманный пейзаж.

Понять глубину семантики культурных феноменов можно только будучи включённым в «силовое поле» этнической культуры, поскольку оно кодифицирует все основные параметры существования и осуществления этноса. Каждый его элемент представляет собой не самостоятельно существующий предмет, а является частью единого целого, где каждый «работает» на целостный образ этноса. Поэтому отдельная часть не может быть понята и интерпретирована вне «силового поля» этнической культуры.

Без этого все культурные образцы представляют собой лишь некоторую экзотику по форме.

Культурный мир народа представляет собой отражение ценностно-оценочных установок этнического самосознания. Основой этнического самосознания является концепт «свои–чужие» [6, с. 41], который создаётся не только объективными данными, но и субъективным отражением в сознании. Поэтому многие учёные относили его к определяющим признакам (Н.Н. Чебоксаров, М.В. Крюков, М.А. Свердлин). Имеется в виду разграничение объективно существующих свойств этнической общности (генетические особенности, этническая территория, этническая культура) и этнического самосознания, возникающего как отражение этих свойств и, тем самым, функционирующего на ином (идеальном) уровне. Опираясь на эти положения М.В. Крюков, например, определяет особое значение этнического самосознания как производного, результирующего признака этноса

[2, с. 71]. Самосознание этноса создаёт то самое внутреннее «силовое поле», которое удерживает всех его членов в составе этнической целостности. Применение данного понятия в обществознании нам представляется вполне правомерным. Хотя оно из области естественных наук, тем не менее, современное толкование позволяет распространить его на социальные системы. Как подчёркивается в «Современном философском словаре»: «родство поля и системы отношений – несомненно» [7, с. 353, 369–370].

«Силовое поле» этнического самосознания удерживает все индивиды, составляющие этнос, в рамках его внутреннего пространства [1]. Внутреннее пространство этноса – это внутренний мир в единстве природных, социальных, личностных параметров (по аналогии, человек и внутренний мир человека). Таким образом, этническая культура представляет собой форму, где сохраняется этническая матрица сообщества (лат. мatrix – источник, начало, матка). Поэтому этническое самосознание обеспечивает возможность для каждого члена этноса идентифицировать себя с другими членами группы, синхронизировать своё «миропонимание», скрепляя единство этноса.

Этническая группа может потерять свою территорию, может быть рассеяна в инонациональной среде (например, цыгане), но до тех пор, пока существует этническое самосознание, люди считают себя не просто людьми, а народом – этот народ существует. Следовательно, несмотря на то, что этническое самосознание является идеальной сущностью, тем не менее, только оно способно формировать и хранить представления о специфике существования и самоосуществления конкретного народа. Наиболее полно этническое самосознание проявляется в том, что принято называть «национальным характером», «силой народного духа», «этническим менталитетом».

Конкретные предметы культуры и быта, виды хозяйственной деятельности, привязка к конкретному природному пространству, процесс народной миграции фиксируют временной вектор развития этноса [3]. Эта привязка времени к пространству хорошо идентифицируется в этапах русской истории. Например, Днепровская Русь – это не просто привязка к конкретному географическому месту, а фиксация времени существования древнерусского народа. Залеская Русь – не просто констатация ухода с южных земель на северо-восток, а начало распада древнерусской народности и выделения великоросского этноса. Московская Русь – не просто подчёркивает особую роль Москвы как новой столицы, а именно создание единого государства на основе единого русского этноса и т.д. Как видим, здесь констатируются качественные изменения в жизни народа. Наиболее точно фиксирует эти изменения самоназвание этноса.

Этноним является важнейшим объединяющим и отграничивающим признаком для этноса. Путей образования этнонимов очень много, но в любом случае их появление знаменует завершение формирование этноса и его этнического самосознания. Принятое народом имя перестаёт быть простым обычным словом, оно является отражением факта существования уникальной этнической целостности, её символом, кодом, а изменение имени, как правило, свидетельствуют о качественных изменениях этнических параметров. Объективные параметры могут оставаться неизменными, но идеальные (этническое самосознание) изменяются и, следовательно, изменяется и совокупное представление об этносе.

Появление самоназвания этноса предполагает сознательное отделение себя от чужого окружения, самоназвание не только выделяет собственно «свой» народ, но и противопоставляет его другим народам. Славяне – это те, кто владеет словом, понятной речью, те, кто не владел славянским языком, приравнивались к немым, «немцам». Славяне, русы, русские – эта смена этнонима фиксирует переход этноса в новое качество. Славяне – родоплеменной этнос, русы – древнерусская народность, русские – великоросский этнос и т.д. Как мы видим, смена самоназвания связана с новой стадией развития. Можно сказать, что смена самоназвания фиксирует качественные изменения этнической жизни.

Этноним даёт человеку мощный эмоциональный импульс, поскольку через него человек связывает свою принадлежность к данному этносу с отношением к нему представителей других этнических групп и положением данного этноса в социальной системе. Обозначая свою этническую принадлежность, человек может испытывать чувство гордости или стыда, скрывать или подчёркивать её, оставаться безразличным. Поэтому этноним – это своеобразный сигнал, включающий эмоциональное отношение к родному этносу, фиксация принадлежности к особой целостности, «включаемая» одним название.

Все перечисленные нами признаки этноса существуют неразрывно, каждый из них в снятом виде содержит все остальные. Но именно их совокупность позволяет фиксировать особый порядок существования этноса не совпадающий с социальным порядком. Для этноса эти признаки – основные условия его физической, культурной, исторической жизни, а вот для социума они не актуальны. Более того, закономерности социальной и этнической жизни могут вступать в противоречия. Для этноса, как мы показали сохранение самобытной культуры, языка, территории – важнейшие факторы самосохранения, для современного социума более актуален процесс нивелировки культур и языков, поскольку, якобы, позволяет значительно ускорять социальный прогресс. Хотя, как не парадоксально, это движение «вверх по лестнице ведущей вниз». Библиографический список

  1. Кибасова Г.П.Этническое пространство: монография. – Волгоград, 2003.
  2. Крюков М.В. Главной задачей остаётся проникновение в существо этнических связей // Советская этнография. – 1986. – № 5. – С. 71–76.
  3. Петрова И.А. Россия в этническом времени. Монография – Волгоград, 1999.
  4. Пигалев А.И. Культурология. Кн.1. – Волгоград, 2000.
  5. Рассел Б. Человеческое познание его сферы и границы. – М., 2000.
  6. Степанов Ю.С. Константы: словарь русской культуры. – М., 2001.
  7. Философский энциклопедический словарь. – М., 1997.
О.К. Кирикова

Воронежский государственный университет

<< | >>
Источник: Д.В. Чарыков (гл. ред.), О.Д. Бугас, И.А. Толчев. Традиционные общества: неизвестное прошлое [Текст]: материалы VII Междунар. науч.-практ. конф., 25–26 апреля 2011 г. / редколлегия: Д.В. Чарыков (гл. ред.), О.Д. Бугас, И.А. Толчев. – Челябинск: Изд-во ЗАО «Цицеро»,2011. – 270 с.. 2011

Еще по теме Этническая культура как фактор сохранения самоидентичности народа:

  1. 7.4. Совместима ли демократия с незападными культурами?
  2. Оглавление
  3. Этническая культура как фактор сохранения самоидентичности народа
  4. Круглый стол ФИЛОСОФИЯ РОССИЙСКОЙ КОЛЛЕКТИВНОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ И ПАМЯТИ