<<
>>

19. АБСУРДНОСТЬ АНТИСЕМИТИЗМА В АРАБСКОМ МИРЕ МОРАД ЭЛЬ-ХАТТАБ ЭЛЬ-ИБРАГИМИ Morad El-Hattab El-Ibrahimi

Пророк Магомет — да будет с ним приветствие и благословение Аллаха — сказал: «Кто угнетает му-агида (того, кто имеет выгоду от договора между евреями и христианами), либо лишает его права или требует от него чего-то, что находится за пределами его воз­можностей, либо забирает какую-то его собственность без его со­гласия, тот будет моим врагом до самого дня Воскресения».

[1]

Благодаря современной технологии, человечество, похоже, воз­вращается к примитивным формам соперничества, в которых пре­обладают свирепость и безжалостность. Не следует игнорировать причины конфликта под каким-то лицемерным предлогом; па­цифистская наивная непосредственность и вера в утопию только укрепляют власть угнетателей.

Чтобы противостоять антисемитизму, нам необходимо признать существующие в действительности проблемы, называть агрессию агрессией, а не случайным совпадением или капризом судьбы. Для этого нужно подвергнуть сомнению наш образ мыслей — не из-за неспособности понимать что-то, но по причине отказа оставить в прошлом старые устоявшиеся взгляды и общепринятые идеи, а также из-за узколобости, или привычки избирать кратчайшую мыслительную тропу, которую порождают конформизм, страх лю­бых сложностей и недостаток смелости.

Любой конфликт, к сожалению, подготовлен существующими теориями, которые удаляют в расплывчатое далекое будущее все надежды на мир и гармонию и, что хуже всего, лишают нас спо­собности представить себе какой-то другой взгляд на историю. Вот почему я убежден в том, что для того, чтобы разоружить человека, нужно сначала разоружить его сознание.

Стефан Цвейг в своей книге «Вчерашний мир» показывает чи­тателю интернационалистское, миролюбивое общество; как мог-

315

Морад Эль-Хаттаб Эль-Ибрагими

ли возникнуть концлагеря и приводиться в исполнение Холокост на родине Иоганна Себастьяна Баха и Иммануила Канта? Однако, Освенцим — это не плод воображения; а Бухенвальд находится в нескольких километрах от Веймара, где по сей день жива память о Гете.

Как можно создать что-либо после Освенцима? Я не имею в виду искусство или литературу; я имею в виду спасение. Имеет ли человечество способность к взрослению? В отличие от распро­страненного мнения, мания величия у Гитлера не была ни иррацио­нальной, ни безумной. Она было сосредоточием, рационализацией и кульминацией использования научных методов.

Примо Леви с огорчением пишет о том, как в раннем возрасте он понял, что «в нашем языке нет слов, с помощью которых можно было бы выразить крайнюю степень оскорбления: деградацию че­ловека».

Память об Освенциме остается памятью о ране, которую ничто не может излечить. Нацистские ужасы совершали из-за ненависти к человеку, а не ради защиты нравственной доктрины. Целью этого режима было лишить людей их человеческого облика и уничтожить их историю. Нацизм целился в самую сущность человека, он был кульминацией нигилизма, лишая человечности даже саму смерть. Я думаю обо всех тех женщинах, детях и стариках, которых изъя­ли из мира живых, и о своих друзьях евреях и цыганах, бывших узниках концлагерей, и о варварстве нацистов, которое внезапно лишило их даже имен и их человеческой личности. Полностью ли­шенные человеческого достоинства и облика, в ожидании смерти, они являлись всего лишь номерком, выжженным у них на руке. Мы не забудем это!

Одной этой огромной раны было бы достаточно, чтобы оправ­дать, если бы это было нужно, потребность в государстве, суще­ствование которого гарантировало бы людям «никогда больше». Именно поэтому Эли Визель, свидетель нацистского кошмара, ставший впоследствии борцом за мир, написал: «Евреи могут жить за пределами Израиля, но они не могли бы жить без Израиля». Из­раиль, чьим другом я являюсь, правомерно стремится — равно как и мои друзья-палестинцы и все люди этого региона — жить в мире и безопасности, имея надежные, согласованные с другими страна­ми и признанные ими границы.

316

Абсурдность антисемитизма в арабском мире

Никогда с момента окончания Второй мировой войны анти­еврейская «мифология» не возникала с такой злобностью и не встре­чала настолько слабое сопротивление как в политических кругах, так и среди интеллигенции.

На различных этапах истории еврей­ского народа существовал «современный» антисемитизм, приспо­собленный к условиям своего времени и к интересам антисемитов всех мастей. Пока иудаизм был в значительной мере религиозным, антисемитизм также имел религиозную окраску. Когда евреи поки­нули гетто и приобрели финансовые возможности, антисемитизм приобрел экономическую окраску. После создания государства Из­раиль, когда евреи доказали, что способны защищать самих себя, и вдребезги разбился стереотип бесхребетного, не имеющего госу­дарственности еврея, антисемитизм вновь принял новую личину — антисионистскую и антиизраильскую. За этим мировоззрением стоит постепенный переход от подсознательного или подавленного антисемитизма к более политически корректному антисионизму. Основная вина евреев состоит, преимущественно, в том, что они оставили в прошлом свой статус жертв и спустя два тысячелетия смогли осуществить общечеловеческую мечту жить в собственном демократическом государстве — Израиле. Приведшее к абсолют­ному антисионизму и «очернительству» Израиля, возникновение новой формы антисемитизма вокруг ближневосточного конфликта не исключило возрождения также и вековых обвинений в адрес ев­рейского народа, переработанных и приобретших новый смысл под воздействием определенных идеологических течений. Иудофобия сегодня пытается позиционировать себя как антиколониальный, антиамериканский и антикапиталистический вид гуманизма и как антисионизм. Этот новый вид гуманизма, пропитанный насквозь «безграничной терпимостью» и оправдывающий то, что невоз­можно ничем оправдать, сопровождается фальсификацией языка, высвобождая антисемитские обороты. Благодаря очернительству Израиля сегодня уже нет прячущихся от стыда антисемитов и нет никакой цензуры.

В то время, как постоянное антисемитское неистовство и расист­ский бред ультраправых идеологов нам хорошо известны, сегодня эта «иудофобия» распространяется, прежде всего, в среде левых и ультралевых под новомодной маской антисионизма. В особен-

317

Морад Эль-Хаттаб Эль-Ибрагими

ности во Франции, но также и в других европейских странах, эту идеологию исповедуют во имя антирасизма и анти-империализма и наполняют риторикой о «правах человека», что и узаконивает ее.

Уравнение «еврей = сионист = колониалист = расист = нацист» по­зволяет так называемым борцам с расизмом и другим поборникам интересов стран третьего мира участвовать без всякого стыда в том, что мы бы назвали «дурбанизацией сознания».

Поскольку именно в Дурбане в сентябре 2001 года конференция под эгидой ООН, официально объявленной темой которой была борьба с расизмом и осуждение рабского состояния народов Афри­ки, превратилась в нападение разъяренной толпы на «сионистскую сущность», сопровождаемое таким злобным антисемитизмом, ко­торого не было со времен нацизма. Группа несовместимых друг с другом НПО сумела выдвинуть примитивистский довод: «Если бы не было Израиля, на Ближнем Востоке царили бы мир и справед­ливость». На это заявление не последовало никаких реальных про­тестов со стороны представителей демократических стран, кроме представителей США и Израиля, которые покинули место проведе­ния конференции, и не вполне внятных протестов представителей Евросоюза, которые остались! Отсюда практический и логический вывод: «Израиль — это лишнее государство». В недавнем прошлом подобную логику уже использовали: «Если бы не было евреев, то не было бы никаких антисемитов». Вывод, дающий руководство к дей­ствию, смысл которого сводился к тому, что «евреи — это лишний народ». «Окончательное решение», предложенное на конференции этими НПО под прикрытием борьбы за интересы палестинцев, об­наруживало полный ненависти, нигилистический расизм по отно­шению ко всем евреям.

Краткая историческая справка: когда был создан Израиль, фило­соф Эммануил Левинас подметил: «В то время, когда история евреев может рассчитывать на обретение земли, извечный антисемитизм обретает новое дыхание жизни в антисионизме». Некоторые пред­ставители интеллигенции левого и ультралевого толка полагали тогда, что поскольку «евреи не образуют настоящий народ, ничто не оправдывает политическое или государственное выражение этого не-народа». Что стоит за столь радикальным отрицанием Израиля как государства? В умах тех антисионистов Израиль, рассматривае-

318

Абсурдность антисемитизма в арабском мире

мый как вненациональный, экстерриториальный, а потому и «не имеющий государственности» иудаизм, мог быть только «орудием в руках империалистов, преследующих цель продолжить и увекове­чить угнетение арабского народа».

Такой образ мыслей прикрывал устремления сионизма, который по мысли его зачинателей был соз­дан с целью нормализации положения евреев и придания им статуса нации, давая возможность долгое время угнетаемому, отверженно­му и подвергнутому геноциду народу обрести собственный клочок земли и строить на нем свою нормальную жизнь.

Что лежит в основе такого сектантского отношения со стороны некоторых так называемых интеллектуалов левого толка, которые не способны понять, что движение сионистов взяло за основу своей теории идеи французской революции 1789 года? Часть ответа дает главный редактор одной французской газеты, который в яростно антисионистской статье облекает свои обвинения в богословские формулировки: «Израиль воплощает пятно, унаследованное от первородного греха, т. е. от начала его незаконного политического существования, государство Израиль виновно по своей сути. Пер­вородный грех Израиля — само его возникновение». Что к этому можно еще добавить?

Быть антисионистом, чтобы тебя не назвали антисемитом — это лицемерие, которое из-за перестановок и подмен является из­вращенным краснобайством. Еще в 1967 году Мартин Лютер Кинг писал: «Антисемитизм, ненависть к еврейскому народу, был и до сих пор остается пятном на душе человечества. Знайте также, что антисионист по сути своей то же, что и антисемит, и это всегда так будет», поскольку ненависть к Израилю — это хорошая совесть, ко­торая пытается запутать дело. Это открытая дверь для подавленной ненависти, как будто антисемитизм — это просто незаполненное пространство, в которое можно закинуть весь свой гнев, вымыслы и ложь. Нет необходимости искать причины или размышлять над его возрождением. Антисемитизму не нужны поводы, поскольку для него подходит любой повод. Единственное условие, необходи­мое для его возрождения в совершенно яростной форме — это заку­лисная работа по дезинформации, которая проводится совершенно безнаказанно. Если факты опровергают тезисы дезинформаторов, то их нужно лишь замалчивать, приуменьшить или отрицать.

319

Морад Эль-Хаттаб Эль-Ибрагими

Холокост по-прежнему сильно давит на совесть и на подсозна­ние европейцев. Европу невозможно понять без ее еврейской души, но ее также не объяснить без ее ненависти к евреям. После Холо-коста — этого окончательного этапа уничтожения еврейской души, продолжавшегося веками — можно ли сказать, что у Европы есть угрызения совести? Европа знает, что виновна в том, что безмолв­ствовала и, возможно, думает, что искупит свою вину своей без­условной защитой интересов палестинцев. Как Европе полностью искупить свою вину? Перенеся на евреев вообще и на израильтян в частности вину за свои невзгоды, уподобляя их нацистским пала­чам, чтобы смыть пятно со своего имени и избавиться от угрызе­ний совести: «Совершенно ясно, что евреи способны на такие же зверства, что совершали нацисты. Поэтому они их подобие!».

Как это ни прискорбно, мы встречаемся с тем же отождествле­нием в сочинениях таких прославленных писателей, как Луис Се-пульведа, написавший книгу-дневник «Une Sale histoire, Notes d'un carnet de moleskine», («Гнусная история. Записки в тетради из чер­товой кожи»), в которой содержится вымысел о том, что «также, как нацисты выжигали номера на коже евреев ... так и евреи сегод­ня ставят номера на коже палестинцев. Не важно, что офицер из­раильской армии разъясняет, что «эти номера можно стереть», мы стали свидетелями такого же извращения, а страны, в особенности европейские, наблюдают все это с таким же бездействием, как они наблюдали в прошлом Холокост». Поэтому важно вспомнить сло­ва, полные уважения и братской любви, сказанные авторами, ко­торые были «физически» вовлечены в этот конфликт, например, интервью Эдварда Сайда с Джозефом Альгази в газете «Гаарец», в котором говорится:

«Мы должны убедить израильтян и евреев, что мы помним о Холокосте, его кошмарах и их боли, хотя Холокост и не может оправдать тот урон, который Израиль причинил палестинцам. Но позвольте подчеркнуть, что было бы совершенно непристойно проводить параллель между уничтожением миллионов людей и из­гнанием людей с их земли. Общую историю страдания всех людей нужно знать, чтобы люди могли жить по соседству друг с другом». Сегодня мы столкнулись с феноменом, имеющим три аспекта. Во-первых, существует несомненный и вызывающий обеспокоен-

320

Абсурдность антисемитизма в арабском мире

ность рост ненависти ко всему израильскому, что отождествляется со всем еврейским; ненависти, подогреваемой исламскими фунда­менталистами и людьми, страдающими ностальгией по Третьему рейху; ненависти, опошленной также ультралевыми троцкистами и марксистами, которые составляют довольно значительную часть так называемых традиционных левых демократов и интеллигентов-антисионистов. Эта разношерстная, но при этом исповедующая одни и те же взгляды компания говорит языком, окрашенным идеями антикапитализма, антиглобализации и антиамериканизма. Этот язык из-за чудовищной перестановки справедливой борьбы и расизма, по сути своей антисемитский.

Эти извращения фактов, несправедливые тождества и безмол­вие можно рассматривать как всего лишь негативные последствия чужого конфликта. Но эта агитационная кампания по разжиганию ненависти к евреям проходит с благословения вроде бы прогрес­сивных организаций и политических партий, известных своей са­мопровозглашенной «антифашистской» позицией. Враждебность к Израилю и сионизму малочисленных троцкистов и ультралевых, лишенных надежды на революционную утопию со времени паде­ния берлинской стены, заставляет их совсем терять голову. Сегодня было бы проще оправдать Пол Пота, чем Израиль. Враждебность к этой стране и к евреям вообще столь глубоко укоренилась, что они забывают и обо всех других конфликтах на земном шаре, и о многих тысячах их жертв.

Эти явления также находят отражение в тенденции рассматри­вать как пустяк теракты-самоубийства, захват заложников, убий­ство гражданских лиц и постановку страшных, унизительных спек­таклей. Я всегда буду испытывать сострадание к сотням невинных жертв, которых превратили в пепел или мелкие лоскутки взрывы в автобусах или в метро, десяткам детей, разорванных на мельчай­шие кусочки, матерям и старикам, раненным террористами и пре­вращенным в инвалидов и калек на всю оставшуюся жизнь. Жизнь этих страдальцев превращена в медленную необратимую агонию. Как можно не видеть, что это «конформизм извращенного ума», когда террористов, целящихся в мирных жителей и детей, называ­ют «борцами сопротивления»; когда СМИ толкуют о «казни» за­ложников, а не об их «заказном убийстве»; когда цель оправдывает

321

Морад Эль-Хаттаб Эпь-Ибрагими

средства, и кошмар объясняют отчаянием; когда жертв терактов считают виновными, а убийц не подотчетными закону; когда нас призывают уступить терроризму, если мы хотим, чтобы террор не сделал нас своей мишенью; когда власть имущие не видят противо­речия в своих заявлениях, что ни одна причина не может оправдать терроризм, но что для борьбы с ним нам нужно приняться за ис­коренение его причин.

Терроризм не выражение недугов человечества, а их распро­странение. По-моему, терроризм необходимо осудить абсолютно, повсеместно и безоговорочно. Я согласен с Камю, сказавшим: «Ка­кие бы не были благородные цели, они навсегда будут обесчещены слепым убийством невинных людей, когда убийце заранее извест­но, что женщины и дети окажутся среди жертв».

С прискорбием приходится отмечать, что ненависть к евреям распространилась даже во Франции, в наших пригородах, среди меньшинства молодежи из семей эмигрантов из Северной Афри­ки, которую ловят на идеологический крючок пропагандисты са-лафизма. Я осуждаю такую интенсивную пропаганду на услужении реакционной, смертоносной, тоталитарной идеологии, поскольку этот взгляд ислама призывает к завоеванию, уничтожает личность, высвобождает ненависть, мучения и убийство и превращает людей в орудие массового уничтожения. В 1999 году политолог Ян Лессер выпустил книгу-предостережение «Противостоять новому терро­ризму», в которой он пишет, что терроризм как всеохватывающая идеология при поддержке религии может использовать безгранич­ное насилие и добиться безграничной сплоченности — в опреде­ленных границах. Новый терроризм особенно опасен тем, что тер­рористы не боятся непопулярности, поскольку «они говорят, что подотчетны одному Богу». Этим людям следовало бы в наше страш­ное время поразмышлять над хорошим уроком о жизни и уважении из Корана: «Тот, кто убил человека, который никого не убивал и не совершал никакого насилия на этой земле, убил всех людей. А тот, кто спас одного человека, спас всех людей». [2]. А также им следует прочесть этот хадис о пророке Магомете (мир ему): «В чернилах мудреца больше святости, чем в крови мученика». В самом деле, Коран особенно подчеркивает мысль о превосходстве алим — того, кто умен и хорошо образован. Только 250 текстов Корана посвяще-

322

Абсурдность антисемитизма в арабском мире

ны закону, при этом 750 текстов — т. е. почти восьмая часть всего Корана — посвящены цели «призвать к внимательному слушанию» и «к умножению знания»,[3] а вовсе не производить террористов-самоубийц, которые убивают ни в чем не повинных людей.

«Кризис человеческой мечты об идеале обусловлен антисеми­тизмом, который по сути своей является враждебностью к Иному». Если эти слова Эммануила Левинаса все еще имеют значение, то нам давно пора осудить это извращение души, которое одобряется некоторыми из наших «братьев»-мусульман. Опошление обычного расизма, этой пагубной идеологии, способной, в конечном счете, разорвать ткань «жизни вместе», — это то же самое, что подразуме­вает ненависть к евреям.

Варварское насилие против наших еврейских братьев и сестер достойно всяческого порицания и не имеет никакого отношения к нашей вере. Трагедия в том, что обвиняют не агрессоров, их пре­ступления инкриминируются исламу. Это серьезное заблуждение, что ислам — это религия войны и насилия, которая противится всему, что служит всеобщему миру. Ислам — это религия милосер­дия, и он не допускает терроризм. В Коране сказано, что «Аллах запрещает не уважать тех, кто не боролся с вами из-за веры, тех, кто не выгонял вас из своих домов. Ты должен поступать с ними праведно и справедливо, ибо Аллах любит справедливых». [4 ]Про­рок Магомет (мир ему) ставил убийство на второе место среди са­мых страшных грехов (это изложено в Сахи Аль-Бухари № 6533 и в Сахи Муслим № 1678), и он даже предостерегал людей о том, что «Первыми делами, за которые будут судить людей в Судный день, будут грехи кровопролития».

Я не претендую на то, что дал исчерпывающий анализ ситуации, я не стремлюсь навязать решение проблем, поскольку ручаться за веру — не означает заменить дух критики способностью восприни­мать прекрасное. Но что на самом деле ислам говорит об отноше­ниях с евреями?

Приходиться признать, что в Коране есть около десяти текстов, которые необходимо читать в контексте времени, когда они были написаны, а точнее, времени зарождения мусульманства в Медине, когда первые верующие во главе с пророком Магометом (мир ему) оказались осажденными коалицией племен, желавших уничтожить

323

Морад Эль-Хаттаб Эпь-Ибрагими

их. К примеру, «Ты увидишь, что те, кто враждебнее всех относит­ся к правоверным, это — иудеи и многобожники. Ты увидишь, что самые близкие друзья — это те, кто говорит: «Да, мы — христиане!» Потому, что среди них есть священники и монахи, которых не пере­полняет гордыня».[5] Как подчеркивает Салах Стети в своей книге «Единобожие: один Бог, три религии»: «Означает ли это, что от диа­лога необходимо отказаться, или что тот или иной аспект диалога должен стать предпочтительнее других аспектов? Можем ли мы при этом, вне зависимости от неизбежно предвзятых, субъектив­ных и подверженных эмоциям взглядов, о которых дипломатично умолчим, доброжелательно относиться к одному имеющемуся или потенциальному партнеру по диалогу, а другого подвергать пу­бличному поношению?» Ответ на этот вопрос — нет, это не являет­ся точкой зрения Магомета (мир ему), напротив, она диаметрально противоположна такому сектантскому мировоззрению. Коран, на самом деле, раскрывает свое устремление к всеобщности и свою миссию говорить со всеми людьми и потому акцентирует необхо­димость плюралистического подхода и важность диалога с пред­ставителями других народов, что отражено в следующем отрывке:

О люди! Мы создали вас из мужчины и женщины и сделали вас народами и племенами, чтобы вы знали друг друга. [6]

Должен подчеркнуть, что Коран не предписывает мусульманам насильственно обращать в ислам ни евреев, ни какие-либо еще на­роды. Он ясно указывает на свободу совести, как того требует за­кон: «Не будет принуждения в религии».[7] В Коране нигде не гово­рится, что мусульмане должны плохо обращаться с евреями. Нигде в Коране не сказано, что евреев нужно гнать, уничтожать и стирать с лица земли только потому, что они евреи. Говоря о детях Израиля (Исраила), Аллах говорит: « Они не все одинаковы; среди последо­вателей Библии есть те, кто праведен. Они цитируют откровения Бога ночь напролет и падают ниц. Они веруют в Бога и в Судный день, они отстаивают праведность и запрещают зло, и они спешат совершить праведное дело. Такие они — праведники». [8]

Однажды (как говорится в Аль-Бухари, №1250 и в Муслиме, № 961) перед Пророком (мир ему) прошла похоронная процессия, и в знак почтения он встал. Кто-то сказал: «Хоронят еврея!». Он отве­тил: «Разве это не человек?».

324

Абсурдность антисемитизма в арабском мире

В Аль-Бухари написано, что когда Пророк (мир ему) умер, его щит был отдан в залог еврею, чтобы покрыть расходы его семьи. Пророк мог бы без труда занять денег у товарищей, которые ни в чем бы ему не отказали, но он пожелал просто подать пример своей общине.

Такое же отношение к немусульманам можно наблюдать в по­ведении его товарищей и преемников. Так, например, Омар отдал приказ, чтобы из Общественной казны мусульман выплачивалось пожизненное денежное пособие одному еврею и его детям. Он при этом добавил: «Всевышний сказал: «Милостыни — для бедных, нуждающихся, ...», а эти люди нищие среди народа, почитающего Библию». [9] Подобным же образом Абдулла Ибн Амр велел слуге своему отдать часть их жертвенного мяса соседу-еврею. Потрясен­ный слуга спросил о причине такой щедрости к соседу-еврею. Ибн Амр ответил: «Пророк (мир ему) сказал: «Ангел Гавриил так сильно настаивал на том, чтобы я был добр к своему соседу, что я начал думать, что он собирается подарить ему долю наследства». [10]

Известно, что на протяжении долгого времени евреи жили по большей части в мире и безопасности в мусульманских странах, хотя и не всегда беззаботно, из-за причиняемых им порой страда­ний. В своей книге «Об истоках арабо-израильского конфликта, не­видимые сожаления Запада» Бруно Гиг пишет:

«Антисемитизм — далеко не всеобщая вина... Присутствие не мусульман в мусульманских странах явно одобряется и охраняется Кораном и традицией, Сунной... Они — дхимми, находящиеся под охраной... Этот статус заложен в завете дхиммы, который являет­ся гарантией, охраной и договором ... Благодаря Ьхимме крепкие христианские и иудейские общины долгое время жили в мире и безопасности в среде мусульман... Соответственно, нет в культуре ислама эквивалента того позора, который христианский Запад на­громоздил на евреев. Изгнанные из Испании королями-католиками с 1492 года сефардские евреи нашли себе пристанище в арабских землях. И вплоть до начала двадцатого века в Оттоманской импе­рии у них было незаменимое прибежище».

Последователи религий, почитающих Библию, почитались и обычно занимали высокие должности в мусульманском государ­стве. Примечательно, что во времена первых калифов сирийский

325

Морад Эль-Хаттаб Эль-Ибрагими

христианин, Иоанн Дамасский, канонизированный Греческой пра­вославной церковью, занимал должность Великого Визиря. Еврей Дон Ицхак Абраванель занимал эту же должность при последнем Эмире Гранады в Испании в пятнадцатом веке, а другой выдаю­щийся политик-еврей Дон Йосеф Насси, «герцог Нахосский», яв­лялся настоящим архитектором внешней политики Оттоманской империи в шестнадцатом веке и организатором альянса султана Сулеймана Великолепного и северофранцузской монархии семьи \ Валуа.

Без сомнения, существует представление об исламе как о враге, но хуже всего, что существует вид ислама, который сам себя счита­ет врагом. По-моему, мусульмане должны не бороться с представ­лением об исламе как о враге, а задуматься о самом исламе, кото­рый в наше время часто считают агрессивным.

«Лучший джихад», как провозглашается в одном из хадисов, «сказать правду правителю-тирану». Учитывая, что доклад Про­граммы развития ООН 2004 года на тему «Развитие человека и общества в арабских странах», подчеркивает отсталость арабского общества, меня крайне удивляют заявления некоторых мусульман­ских религиозных и политических руководителей, которые оглуша­ют нас призывами к священной войне с Израилем и Соединенными Штатами, но никогда не призывают людей начать джихад с соб­ственными недостатками. Доклад содержит прискорбные факты:

• Производительность труда в арабских странах упала за послед­ние сорок лет. За прошедшие двадцать лет ее рост равен нулю.

• 30 процентов населения в арабских странах имеет бюджет мень­ше двух долларов в день.

• Каждая вторая арабская женщина не умеет ни читать, ни пи- < сать.

• Доступ к информационным технологиям очень ограничен: лишь у одного процента жителей арабских стран есть компьютер.

Арабская лига учреждений просвещения, науки и культуры (АЛУПНК) указывает на несколько препятствий для развития | культуры в арабских странах:

• Повсеместная безграмотность,

• Излишнее внимание, которое уделяется патриотизму,

326

Абсурдность антисемитизма в арабском мире

• Административные препоны, препятствующие свободному культурному обмену между государствами,

• Контроль органов власти над сознанием людей, . Власть пропаганды.

В этой прискорбной ситуации, сложившейся в арабских странах, виновны не Израиль и не США. Печально, что пока большинство на­родов мира в общем и целом сумели превратиться в современные демократические общества, ни одну арабскую страну не включили в список из 120 демократических государств, признанных группой ли­беральных американских ученых НИИ Фридом Хаус. Ни одной араб­ской страны нет и в списке государств, в которых уважается свобода информации, составленном организациями «Эмнисти Интернешнл» и «Журналисты без границ». Иными словами, арабские страны нахо­дятся за чертой бедности и выше черты позора. А как бы развивалась ситуация, если бы, начиная с 1948 года, все арабские страны занима­лись, прежде всего, собственным государственным строительством, а не пеклись бы постоянно о палестинском вопросе? Что бы было, если бы все арабские страны посвятили свои усилия просвещению собственных граждан и повышению их уровня жизни? Почему Лига арабских государств не созвала встречу в верхах, посвященную ре­шению этих проблем? Отчего арабские политические деятели так медлят с возмущением по поводу плачевного состояния основных коммунальных услуг в их странах и недостатка здоровья, образова­ния и социального обеспечения? Как можно считать, что Израиль и США несут ответственность за это ужасное положение вещей?

В нашей жизни существует множество вещей, на которые можно посетовать, но, по-моему, настоящее общественное и философское мышление — это, прежде всего, самокритичность. Это — наш долг. Культуры разных народов всегда оставались крепкими только, если были самокритичны и принимали советы и критику извне, сохра­няя при этом сознание своей самобытности и достоинства, вместо того, чтобы прятаться или просто ныть. Столетиями ислам покорял многих из самых прогрессивно мыслящих интеллигентов и людей творческих профессий в Европе. Нам следует признать вклад, вне­сенный мусульманами в сокровищницу общечеловеческой мудро­сти, и их долю в духовном и культурном наследии человечества.

327

Морад Эль-Хаттаб Эпь-Ибрагими

Но сегодня ислам, похоже, стал предметом критики и даже по­смешищем для многих представителей интеллигенции, которых пугает фанатизм и упрощенческий подход тех, кто понимает сло­ва Корана, Священной Книги, буквально, не понимая символич­ность или мистицизм его образов, и избирает доходящее до абсур­да, а временами и преступное поведение. Какой откат назад! Как печально, что не оправдались надежды интеллектуалов прошлого, таких, как Анри Корбен, Луи Массиньон, Жак Берк и Поль Бальта, на то, что в исламе Запад обретет источник духовного обновления.

Заблудшие джихадисты, недалекие проповедники и понимаю­щие все буквально верующие мусульмане, вы подтачиваете и гу­бите нашу культуру, отрицаете наше мистическое и суфийское на­следие и не даете мужчинам и женщинам, которые могли бы об­ратиться в нашу традицию, сделать это. А после этого вы слезно жалуетесь или угрожаете, в зависимости от ситуации, со словами: «Они порочат ислам, они оскорбляют религию». Ну так прекратите сами способствовать тому, чтобы она казалась отвратительной и реакционной!

Неужели вы думаете, что привлечете лучших людей, если будете принимать сторону реакционеров и угнетателей? Что делали ваши предшественники, чтобы ислам стал столь притягательным и что­бы покорить так много выдающихся умов? Вот вопрос, над которым вам следует задуматься. Если вы по настоящему верующие люди, то бойтесь Бога своего, кем бы Он ни был, а вместо того, чтобы влезать в политику, притеснять женщин, пытаться отыскать плохие оправдания постыдным поступкам, таким, как побитие камнями,*! больше размышляйте и занимайтесь благотворительностью, и ста-1 новитесь примером, на который будет равняться все человечество.! Если будете заботиться о духовности и излучать доброту, вы при-! влечете души людей.

Но, выпуская на волю террор в мусульманских странах и по все-1 му миру, относясь к евреям как к преступникам, пытаясь запугать! самых нищих, пытаясь оправдать непростительное, будучи менее! добродетельными, чем даже неверующие, вы проиграете, и та рели-1 гия, которой вы пытаетесь служить, будет отвергнута!

Вы предпочитаете стать образцом бесчеловечности и жестоко-1 сти, а не любезными друзьями и братьями, и вы противитесь ново-1

328

Абсурдность антисемитизма в арабском мире

му духу свободы для женщин и мужчин, который возвышает их. Сурового проклятия — вот чего вам нужно опасаться в конце это­го пути. Не забывайте: «вы все происходите от Адама, а Адам от земли», сказал Пророк Магомет (мир ему). Коран призывает нас вести себя с почтением к другим людям: «Ты будешь напоминать, ведь твоя миссия — передать это напоминание! Ты не властен над ними»[11] и «У вас — ваша вера, и у меня — моя вера!»[12]

Поэт Салах Стети делится с нами такой глубокой мыслью: «Один из последних хадисов служит для того, чтобы направлять нас и оправдать наше стремление увидеть, как ислам достигнет завершен­ности в современном мире, в большей степени, чем прежде, следуя собственному вдохновляющему предписанию: «Мудрость — это не­что столь драгоценное и столь желанное, говорит Пророк (мир ему), что верующий, если потерял ее, должен искать не жалея себя, где бы она ни находилась». Именно этим поиском мудрости, освещае­мым невидимым внутренним светом, и должен теперь прежде всего другого заниматься ислам». Вот почему я продолжаю быть «осмо­трительным оптимистом», поскольку, несмотря на то, что я вижу в арабском обществе возрождение цензуры и инквизиции, замеще­ние доводов разума анафемой, замещение полемики беспощадным убийством людей, исламу придется переосмыслить свои основные правовые принципы в свете современности и научно доказанных фактов, чтобы адаптироваться к сегодняшнему миру.

Позвольте мне подвести итог одной мыслью о том, что никогда не сможет понять ни один фундаменталист, будь это мусульманин, иудей или христианин: Создатель любит свободу, Он создал сво­бодных женщин и мужчин, свободных славить Его, но также и сво­бодных ошибаться. Религия не призвана к тому, чтобы управлять жизнью человека, она подает пример, предлагает способы ответить на наши самые важные вопросы, вдохновляет нас на глубокую на­божность. Но когда любая религия пытается навязать нормы по­ведения и законы людям, она тем самым отрицает не выраженную явно волю, действие которой мы наблюдаем в Творении. «Если бы пожелал твой Господь, тогда уверовали бы все на этой земле. Ты хо­чешь заставить людей стать верующими?» [13] Современный мир предлагает человеку десятки разных религиозных традиций, уче­ния атеистов и агностиков, и дает возможность выбирать самому.

329

Морад Эль-Хаттаб Эпь-Ибрагими

В этом разнообразии и свободе выбора явно просматривается воля Создателя, который, если бы хотел навязать единственное в сво­ем роде обязательное откровение всем людям, устроил бы мир по-другому. «Если бы Бог захотел, Он сделал бы вас единым народом, но Он захотел испытать вас своим даром. Старайтесь превзойти друг друга в добрых делах! Однажды вы вернетесь к Богу, и Он про­светит вас, в чем ваши разногласия». [14] Давайте же будем уважать свободу каждой женщины и каждого мужчины, это единственный способ следовать Воле Всевышнего!

Давайте размышлять над строками мусульманского поэта-мистика Ибна Араби:

«Мое сердце открыто для веры всех людей,

христианского отшельничества или храма с иконами,

скрижалей Моисеева Закона (стола с Торой) или стиха из Корана.

По какому бы пути любовь не направляла свой караван,

я буду следовать ему: ведь единственный путь веры — любовь».

Примечания

1. См. Abu Dawud and Al-Bayhari. Cf. As-Sunan Al-Kubra, vol. 5, p. 205.

2. Cypa 5: 32.

3. Cypa 20: 113-114.

4. Cypa 60: 80.

5. Cypa 5: 82.

6. Cypa 69:1 За.

7. Cypa 2: 256.

8. СураЗ: 113-114.

9. Cypa 9: 60.

10. cm. Al-Bayhagi, no 128 и Abu Dawud, no. 5152.

11. Cypa 88: 21-2.

12. Cypa 109: 6.

13. Cypa 10: 99.

14. Cypa 5: 48.

<< | >>
Источник: Альтман И.А., Самуэльс Ш., Вейцман М.М. (ред.). Антисемитизм: концептуальная ненависть. Сборник, посвященный Симону Визенталю. М.: Центр и Фонд «Холокост»,2009. - 456 с.. 2009

Еще по теме 19. АБСУРДНОСТЬ АНТИСЕМИТИЗМА В АРАБСКОМ МИРЕ МОРАД ЭЛЬ-ХАТТАБ ЭЛЬ-ИБРАГИМИ Morad El-Hattab El-Ibrahimi:

  1. 19. АБСУРДНОСТЬ АНТИСЕМИТИЗМА В АРАБСКОМ МИРЕ МОРАД ЭЛЬ-ХАТТАБ ЭЛЬ-ИБРАГИМИ Morad El-Hattab El-Ibrahimi