<<
>>

Философия культуры

Особое значение для выбора исторического пути на началах добра и свободы Федотов придавал творчеству культуры, которая, по его формуле, - «сгустки накопленных ценностей». Он решительно отвергает биологические концепции культуры, в особенности расизм, считая его «никуда не годной философией культуры» (СГР, II, 253).
Под культурой он понимал «социальную сферу духа», притом такую, «которая возможна лишь как свободная гармония личных творческих актов» (СГР, I, 297). Культура, по Федотову, сопряжена неразрывно со свободой и личностью. Сама «свобода есть поздний и тонкий цветок культуры. Это нисколько не уменьшает ее ценности». Сопричастность культуры к свободе и свободы к культуре определяет значимость, ценность культуры для человека: «Человек становится вполне человеком только в процессе культуры, и лишь в ней, на ее вершинах, находят свое выражение его самые высокие стремления и возможности» (СГР, II, 253). В статье «О гуманизме Пушкина» (1949) дается такое определение гуманизма, объединяющее культуру, человеческую личность и ее творчество: «гуманизм есть культура человека как творческой личности» (СГР, 11,329).

Трактовка Федотовым культуры выявляется в ее отношении к цивилизации. В современной ему философской и культурологической литературе понятия «цивилизация» и «культура» противопоставлялись друг другу, поскольку «комфорт, материальный и моральный, остается последним критерием цивилизации», а культуру осмысля- ют как «иерархию духовных ценностей». По Федотову, «цивилизация, конечно, включается в культуру, но в ее низших этажах. Культура имеет отношение не к счастью человека, а к его достоинству или призванию. Не в удовлетворении потребностей, а в творчестве, в познании, в служении высшему творится культура» (СГР, II, 200). Поэтому он считает, что «совет Шпенглера - решительно отказаться от непосильной большей культуры ради легкой, дающейся в руки цивилизации - есть отступничество, лишь прикрытое маской стоицизма», отступничество, равнозначное преданию души человека или целого народа (СГР, II, 203).

С позиции христианского мыслителя, «культура народа вырастает из религиозных корней» (СГР, I, 64). Он полагал, что «культура должна быть понята религиозно» (СГР, II, 225). В статье «О Св. Духе в природе и культуре» (1932) Федотов утверждал, что «культура по преимуществу дело человека - человека, поставленного между Богом и космосом, - но Богом вдохновленного на творчество». Поэтому «есть два извечных начала в культуре: труд и вдохновение»[516]. Труд связывает культуру с землей. Вдохновение - с Богом. Федотов призывал к утверждению как правды «достоинства человеческой личности», так и правды «религиозного смысла соборного дела культуры» (СГР, II, 14). «Социальное спасение», по его убеждению, возможно лишь «при религиозном обновлении культуры» (СГР, 1,327). И «Церковь, ставя задачу спасения человечества, тем самым освящает культуру, как форму общей жизни человечества» («Путь», 12).

Вместе с тем Федотов далек от клерикализации культуры, т. е. от того, чтобы ограничивать культурное творчество людей только истинной, в его глазах, религией и церковью. Как религиозный мыслитель он дает культуре богословское объяснение, хотя не считает себя богословом. Боговдохновенность культуры осуществляется, по его воззрениям, действием Духа Святого, который и дает свободу через «свободное, творческое дуновение». Поэтому он убежден в том, что «лишь в христианстве нам даны и неистощимые источники Св. Духа, и вместе с тем возможность хранения их чистоты», что «христианство есть религия личности» («Путь», 16, 10, 6).

Однако он полагает, что действие Св. Духа раскрывается и вне Церкви - «в мире природы и в мире культуры» и «нигде, ни одной из ступеней творчество человека не оставлено вдохновением Святого Духа». Поэтому и «творчество языческого человека, не знающего Христа, но не предающего Его, тоже причастное божественным вдохновениям» («Путь», 4, 18). «Строение христианской культуры, - отмечает автор статьи, - формально ничем не отличается от культуры языческой. Для социологии нет различия крещеных и некрещеных народов» («Путь», 12).

Боговдохновенность человеческого творчества проникает и в «в секуляризованное, оторванное от Церкви творчество»: «и оно может быть грешным и чистым, губительным и животворящим - нередко в одно и то же время, в том же самом создании» («Путь», 18). Более того, «искусство часто оказывается демоническим, но это не лишает его божественного происхождения». Из рассуждений о Святом Духе Федотова следует, что «последнее «Да» миру несет в себе всякое высокое искусство и всякое мудрое откровение жизни» («Путь», 10, 14). '

Таким образом, Федотов дает религиозное обоснование свободы художественного творчества, ограждая его даже от «законнического духа церковников». По его убеждению, «законом, нравственной и общественной нормой нельзя судить откровения художника, мыслителя, поэта», ибо «все творчески новое, все пророческое нарушает норму: другие, высшие нормы вырастут из новых отношений». Это для него, конечно, не означает ценностную относительность, равноценность всех произведений человеческого творчества, равнозначность всех норм. Он подчеркивает, что «не всякая аномия духовна, не всякая духовность свята». Как для христианина для Федотова несомненен «критерий креста», поскольку «Дух не подвластен закону. Он судится не законом, а крестом». Но призвание христианской мысли - «не отрицать, но собирать рассыпанное в мире Божье добро» («Путь», 15, 14, 19).

Классическое мировое искусство, великая русская литература были для Федотова высшим достижением художественного творчества, как воспевание свободы и гуманизма. «Будучи решительным противником политической реставрации, - писал он в «Письмах о русской культуре» (1929), - я ничего не имел бы против реставрации культурной» (СГР, II, 164). В статье «Борьба за искусство» (1925) Федотов определяет свое отношение к искусству вообще и к его современному развитию в частности. Искусство, с его точки зрения, - одна из форм духовной активности человека, активность «творческая, создающая новое, а не отражающая данное»[517].

Федотов сторонник художественного реализма. Главное своеобразие и творческую заслугу реализма он усматривает «в завоевании чувственного мира, а также мира социального, в который поставлена старая, в христианской этике воспитанная личность».

Симптомы болезни искусства он видит в декадентском сужении «сферы реального», хотя и в сочетании с «культурой формального совершенства». В современном искусстве, как и в самой жизни, эротика заступает на место любви, жестокость заменяет сострадание. Литература «открывает за разумной поверхностью души бесконечный и темный мир бессознательного». Однако платой за это открытие, имеющее «огромное значение для самосознания нового человека», является «утрата «я». «Человеческий мир изгоняется из музыки, как давно уже изгнан из живописи». В течениях конструктивизма и футуризма, по его словам, «обесчеловеченное и обезжизненное искусство приобретает неожиданно сатанические черты» (ВЛ, 219, 218, 222).

Вместе с тем «человек и искусство не желают умирать», в быстрой смене направлений последних десятилетий, по Федотову, «все снова и снова делаются попытки спасти искусство». В статье даются краткие, но содержательно емкие характеристики таких противоречивых художественных направлений, как «импрессионистический реализм», «символизм», «новый реализм (акмеизм)», «конструктивизм», «футуризм». И он убежден в том, что «во всех указанных и неуказанных стилях и направлениях создаются прекрасные вещи» (ВЛ, 220, 223).

Федотов чутко воспринимал современную ему художественную культуру. По его словам, в постижении оживающего ныне в истории лица России «творчество Блока достигает такой объективности, которая делает его для нас равнозначным историческому открытию» (СГР, I, 116; см. СГР, II, 296). Как подлинный поэт А. Блок «нередко оказывается предвестником. Ему дано упреждать не только историческую мысль, но и самый исторический опыт» (СГР, I, 102). В А. Блоке, как и в А. Белом, Федотов слышал звучание романтизма (см. СГР, I, 243). Для понимания происходящего в Советской России Федотов обращался к произведениям Зощенко, Маяковского, Пастернака, Пильняка, Вс. Иванова, Леонова, Федина[518].

 

<< | >>
Источник: Столович Л. Н.. История русской философии. Очерки. - М.: Республика,2005. -495 с.. 2005

Еще по теме Философия культуры:

  1. Философия культуры
  2. Взаимоотношение философии и науки: основные концепции
  3. ГЕНЕЗИС ФИЛОСОФИИ
  4. ФИЛОСОФИЯ КУЛЬТУРЫ
  5. И.З. Шишков КАК ВОЗМОЖНА ФИЛОСОФИЯ
  6. Философия культур
  7. Представления о культуре в истории философской мысли
  8. ФИЛОСОФИЯ КУЛЬТУРЫ
  9. Введение. Как изучать философию?
  10. Глава 2. Философия культуры
  11. 4. Место и роль философии в культуре
  12. ВВЕДЕНИЕ, ИЛИ ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЕ РАССУЖДЕНИЯ О ТОМ, ЧТО ТАКОЕ ФИЛОСОФИЯ
  13. ?.1.9. Место и роль философии в культуре.
  14. Глава 2. Философия культуры
  15. 5. Философия культуры