2.2.2. Дополнительные способы квантификации признака

Для модификации отношения признака к норме используются многообразные дополнительные лексические и деривационные средства. К ним относятся:

а) интенсифицирующие оценочные выражения, которые «не столько описывают положение вещей, сколько подчеркивают, что субъект высказывания заинтересованно относится к событию, о котором идет речь» [Вольф 1985: 43]: большой — грандиозный, любить — обожать, хороший — великолепный и т.

б) различные адвербиальные квантифицирующие показатели типа совсем, весьма, довольно, немного [Кржижкова 1974: 122—144; Воротников 1992: 118—119; Iordanskaja, МеГбик2004: 112—127]:

26. Я решил набрать ей в подарок букет из всяких хороших цветов. А так как плохих цветов вообще нет, то мне выпала довольно трудная задача — что выбрать (К. Паустовский. Ме- щорская сторона);

г) отрицательные прилагательные, находящиеся в «неостром» семантическом контрасте с соответствующими положительными формами [Кржижкова 1974: 127]:

27. Он взял первый попавшийся недорогой номер в «Ялте», расположился, разложил вещи, а потом оказалось, что в соседнем номере лежит покойница (М. Рощин. Бунин в Ялте);

д) словообразовательные разряды, называемые формами субъективной оценки или «степенями качества» [Виноградов 1947: 236— 243; Клобуков 1995: 256—257; Вежбицкая 1992/1996: 50—55]:

28. Едем мы не в электричке, а в стареньком поезде с небольшими старыми дачными вагончиками (М. Рощин. Воспоминание);
29. А вокруг стоит зеленая молодая рожь, зеленая-презеленая, с мягкими еще, шелковистыми колосками (М. Рощин. Воспоминание);
30. В придачу он вручил нам большущий кусок ржаного пирога с требушиной, — он его, кажется, спер на базаре (В. Шефнер. Имя для птицы).

Выражение объективной меры усиления или ослабления признака может совмещаться с субъективными прагматическими задачами, а иногда и вытесняться ими.

Соотношение этих двух функций отчасти зависит от значения прилагательного. Так, дериваты с суффиксами -оват- (-еват-) от названий цвета используются в основном для выражения ослабленного качества:

31. Мы занимали на втором его этаже большую комнату; стены ее, облицованные досками с желобками («вагонкой») и покрашенные в светло-зеленый цвет, казались мне очень красивыми. В углу стояла большая круглая печь в гофрированной железной рубашке — тоже зеленоватого цвета (В. Шефнер. Имя для птицы),

а в производных с тем же суффиксом от параметрических и оценочных прилагательных преобладает прагматический компонент — снижение категоричности утверждения:

32. Берег хоть и высоковат в этих местах, но не так крут, как правый (М. Рощин. Река);
33. Не скрою, для моего ума фильм был сложноват, но мать растолковывала мне его по ходу действия (В. Шефнер. Имя для птицы).

Совмещение обозначения объективной меры признака относительно нормы с выражением субъективного впечатления от него делает положение обозначаемого признака на шкале градаций неопределенным: «Едва ли можно с уверенностью сказать, какое здание больше — громадное или огромное. Столь же трудно определить, какая дырка меньше — крошечная или малюсенькая. В речи эти прилагательные никогда не ставятся в отношения сопоставления и противопоставления» [Арутюнова 1988: 248]. С этим же явно связана невозможность или затрудненность образования форм сравнительной степени у этих прилагательных, на что указывал К. С. Аксаков: «Белёхонек, белёшенек (кругом бел, совершенно бел) и пр. выражают личное впечатление говорящего, поэтому сравнительная степень здесь невозможна, ибо здесь является не качество бел само по себе, а впечатление им производимое» и далее: «Беловат, белесоват не выражают личного впечатления, а обозначают само качество и потому могут иметь сравнительную степень» [Аксаков 1880: 490].

Вместе с тем формы степеней сравнения также могут быть вовлечены в круг средств выражения «степеней качества» и близких к ним значений. Речь в данном случае может идти, по крайней мере, о трех группах явлений.

Во-первых, к ним относятся такие лексикализованные единицы с формами сравнительной степени, как скорее, скорее всего, более или менее:

34. Несмотря на то, что этот колерный образец по цвету был близок скорее к «оранжевым», испытуемые, однако, причисляли его к желтым (Р. Фрумкина. Цвет, смысл, сходство);
35. Он расхаживал по псарне, (...) делая замечания более или менее строгие и справедливые (А. Пушкин. Дубровский).

Во-вторых, это формы превосходной и сравнительной степени, выступающие в имплицитно релятивных употреблениях, подробнее рассматриваемых ниже:

36. Долго я не мог свыкнуться с мыслью, что рядом, за стеной, в темноватых комнатах старого дома, лежат редчайшие книги по искусству (К. Паустовский. Мещорская сторона);
37. Состав учащихся был самый пестрый: от институток до беспризорников (И. Грекова. Кафедра);
38. Термин «грамматика» и эпитет «грамматический» употребляются в лингвистике в различных значениях — более узких и более широких Узкое толкование «грамматического» опирается на формальные особенности выражения соответствующих значений (...). При широком толковании к грамматике относят, грубо говоря, все то, что не принадлежит (только) словарю [Булыгина 1980: 322].

В-третьих, это употребляемые преимущественно в разговорной речи формы сравнительной степени с приставкой по-, в которых «совмещается значение степени сравнения и степени качества» [Юхас 1958: 111]. Ср. параллельное употребление прилагательного простоватый и префиксального компаратива попроще по отношению к одному и тому же лицу:

39. К могиле приближались. Два голоса, по проторенному Монаховым пути, не сбиваясь... Один — недовольный и интеллигентный баритон, другой — попроще, семенящий алкогольный говорок. (...) Простоватый недобросовестно имитировал сообразительность и будущую исполнительность (А. Битов. Улетающий Монахов).