Чувство времени

Однажды, путешествуя по лесу, я совсем потерял чувство времени. Помнится, время как бы остановилось и куда-то исчезло. И все прожитое мной в этом сибирском крае, начиная с первых воспоминаний, стоявших до этого в ряд, утеряло последовательность, все сконцентрировалось и слилось в одной точке.

Я любил в одиночестве бродить по лесу и потому часто туда уходил.

Однажды рано утром отправился я далеко по речному берегу и лег отдохнуть под старой, кряжистой сосной, на откосе. Так, лежа под вековым деревом, долго глядел в сизое, тускнеющее к полудню небо. Почему-то солнце не могло меня согреть.

Я встал, насобирал сушняка и разжег костер. Огонь тоже не

грел, и ЛИШЬ обжигал, Я ГЛЯДСЛ Hfl сивый древесный неп ел и думал о смысле всего, о непонятном, ускользающем смысле. Теперь я вновь ощутил время. Костер медленно угасал, и время шло в одну сторону, и ничто не могло остановить его хода: ни голос кукушки, ни голос сердца, посягающего на все непонятное. Г це-то на западе грозно, далеко гремел гром, он, то приближаясь, то удаляясь, медленно, не торопясь, надвигался. Гроза рычала вое ближе, и земля поглощала ее картавые, глухие, полные недовольства звуки, а я все глядел на красноватые, бледные в ярости солнца огни костра. Отчаяние, горечь, реьность к неживой вечной природе и чувство жалости к людям и самому себе — все это сливалось у меня в один горловой комок, и я не знал, что делать. Уже скрылось тревожно-косматое солнце, ветер нарастал с каждой секундой. Я медленно уходил от грозы, преодолел густой, совсем молоденький ельник п вышел в сухой корявый сосняк. В этом редком сосняке не было ни листка, ни травинки. Теперь даже лес был чужим, равнодушным, всюду широко и надменно хозяйничала гроза. Но ее грохот, ее вселенская истерика казалась мне нелепой, бессмысленной. Для чего и зачем? Ведь даже и те умрут, кого еще нет, кто еще не родился...

Всюду, будто сверху и снизу, со всех сторон, трещал гром. Шумела в лесу дождевая метель. Вдруг полетел град и дохнуло зимой взаправду. Градины стучались, бухали о землю, прискакивали и медленно таяли, и гром стлался по земле, в лесу и в небе летала вода.

Гроза уже утихала. Она уходила частью дальше, частью выдыхалась, хотя дождь еще долго кропил, запахло освеженною зеленью. Гром еще рычал где-то, но все тише и тише. Мерцала река. Кукушка молчала. (451)

В. Белов