Глава 53 Личные субсгантивы

1. Наряду с существительными, о которых шла речь до сих пор, имеется немногочисленная, но очень употребительная категория имен, которые отличаются от собственно существительных тем, что указыва­ют на лица и предметы, не прямо называя их: 1е рёге ’отец’, le livrje ’книга’, а по грамматическому лицу, то есть по их отношению к собеседнику moi ’я’, toi ’ты’, lui ’он’.

2. Мы будем называть эти имена личными субстантивами (substantifs personnels). Со структурной точки зрения они действительно похожи на настоящие существительные и могут, в частности, употребляться с предлогом: pour moi ’для меня’, pour toi ’для тебя’, pour lui ’для него’, так же, как Pour Alfred ’для Альфреда’.

3. В традиционной грамматике эти имена называются личными местоимениями (pronoms personnels). Однако у этого названия есть не­достаток: оно придает слишком специальное значение термину ’’место- имение” (pronom), который обычно применяется к субстантивным фор­мам детерминативных прилагательных (см. гл. 34, § 4).

4. Если обобщить эту терминологию (см. гл. 178, §3), то можно заметить, что личный субстантив — это не местоимение, это — существи­тельное по своей сути, а не результат субстантивации какого-то прила­гательного, искать которое, конечно, было бы напрасно.

5. Таким образом, сначала нужно уточнить понятие лицо. Тради­ционная грамматика различает три лица: 1-е лицо, то есть то, которое говорит; 2-е лицо — то, которому говорят; 3-є — о котором говорят.

6. Эта классификация на первый взгляд представляется неуязвимой, поскольку она опирается на факты повседневного наблюдения, под­тверждающие, что 1-е лицо — это лицо, непосредственно касающееся говорящего, что 2-е лицо касается говорящего во вторую очередь, и на­конец, 3-є — непосредственно затрагивает говорящего менее всего (G а- liche t 1947, 102).

7. По этой же причине 1-е лицо преобладает над 2-м, а 2-е — над 3-м.

8. Однако, если вдуматься, данная классификация скорее психоло­гическая, чем логическая. Вполне понятно, что говорящий стремится субъективно рассматривать себя как лицо, автоматически получающее право приоритета

9.

10. Впрочем, не во всех языках грамматисты начинают описание спряжения глагола с 1-го лица. Так, в семитских языках (древнееврей­ском, арабском) принято давать парадигму личных форм глагола начи­ная с 3-го лица, перфектная форма которого, обычно, является основой глагола; затем следует форма 2-го лица и, наконец, 1-го. Аналогично обстоит дело в санскрите, так что обозначение последовательности трех форм лица в этих языках оказывается обратным порядку следования, принятому по греческой модели европейскими грамматистами.

11. Учитывая несовершенство терминологии, основывающейся на цифровом обозначении лиц, Дамурет и Пишон предложили новую систе­му терминов — локутив (1-е лицо), аллокутив (2-е лицо) и делокутив (3-є лицо) — которая обладает тем преимуществом, что оперирует тер­минами, указывающими на основные характеристики обозначаемых понятий (см. Damourette et Pichon, 1911,1, 75,§ 54).

12. Терминологию Дамурета и Пишона много критиковали. На кри­тику можно было бы возразить: если у этих авторов возникла необхо­димость в новых терминах, значит, им нужно было выразить новые по­нятия. Речь же шла именно о понятии, уже выделенном, но обозначенном неудачно. Как бы то ни было, хотя эта терминология во многом отлича­ется от принятой в настоящее время, в ней имеются очень удачные наход­ки, составляющие несомненный прогресс в науке, и было бы досадно от­казать им в праве существования в грамматике (гл. 91, § 5). [*]

13. Однако если с этой точки зрения терминология Дамурета и Пи­шона далеко не худшая, она тем не менее уязвима в том отношении, что структура понятия лица, на котором она основана, по-видимому, не от­вечает реальности.

14. Будучи психологической, эта структура не находит подтвержде­ния в большинстве языков, особенности которых, напротив, побуждают опираться на синтаксическую структуру, совершенно иную и значитель­но более глубокую.

15. Эта синтаксическая структура была превосходно описана Э. Бен- венистом в его исследовании, посвященном структуре отношений лица в глаголе (см. Benveniste 1947, fasc. 1, 1-12; русск. перевод: Б.е н- венист 1974,259—270).

16. На материале большого числа языков Э. Бенвенист показывает, что трехэлементный характер психологической структуры лица основан на поверхностных наблюдениях. В действительности, все языковые фак­ты, которые могут быть привлечены, свидетельствуют о наличии двух бинарных корреляций, накладывающихся одна на другую — корреля­ции персональное™ и корреляции субъективности.

17. Корреляция персональное™ противопоставляет лицо (1-е или 2-е) не-лицу; последняя форма в арабском называется al-gayibu ’тот, кто отсутствует’. Именно в этой форме глагол приводится в грамматиках санскрита, в то время как в греческих грамматиках он вводится в фор­ме 1-го лица (см. выше, § 10). Наконец, это не-лицо (3-є лицо) сбли­жается с существительным многими своими особенностями в большом числе языков.

18. Корреляция субъективное™ протавопоставляет лицо говорящее и лицо, к которому обращаются; именно благодаря этому противо­поставлению по отношению к не-я говорящий осознает свою субъектив­ную персональность, свое я.

19. С этой точки зрения сразу становится ясным слабое место в тер­минологии Дамурета и Пишона, которая ни в какой степени эту двой­ную корреляцию не учитывает; в их концепции, напротив, покутив (1-е лицо, обозначается термином без префикса) один противостоит алло- кутиву (2-е лицо) и делокутиву (3-є лицо, оба обозначаются терминами с префиксом).

20. Учитывая все сказанное, желательно создать такую терминоло­гию, которая соединила бы удобство системы Дамурета и Пишона с до­стоинствами терминологии Э. Бенвениста, учитывающей обе корреляции.

21. Сочетая основу ont- (причастия настоящего времени греческого глагола со значением ’быть’) с суффиксом латинского происхождения -if, использованным Дамуретом и Питоном, можно было бы с успехом передать сущность категории лица и противопоставить сначала анонтив (anontif: 3-є лицо, или не-лицо Э. Бенвениста) и онтив (ontif: 1-е и 2-е лицо), затем внутри последнего — автоонтив (autoontif: 1-е лицо) и ан- тионтив (antiontif: 2-е лицо); в оппозиции к антионтиву осознается соб­ственное ”я” автоонтива,

22. В связи с расхождениями в порядке представления элементов в парадигме личных местоимений санскрита, семитских и индоевропей­ских языков небесполезно резюмировать все изложенное выше в следую­щей таблице:

Лица

23. Как и другие существительные, личные субстантивы изменяются в падеже (в языках, имеющих склонение), в роде и числе, мы к ним вер­немся позже.