<<
>>

Глава 8. Концепция правового государства в становлении современной российской государственности

Возрождение российской государственности в послетоталитарный период воз-

можно и осуществляется при условии нацеленности на формирование подлинно демо-

кратического правового государства, чья деятельность должна протекать в рамках закона,

подчиненности установкам права и обеспечить осуществление конституционных основ

народовластия и демократии. Россия, как суверенное, независимое государство, не может

не иметь правового характера, поскольку связанность его деятельности правом и законом

соответствует современным социально-экономическим и политическим преобразовани-

ям и служит укреплению государственности по всем линиям.

Но реализация этих воз-

можностей зависит, с одной стороны, оттого, в какой мере идея правового государства

обосновывается конституционными гарантиями, с другой — от степени ее реального

осуществления в условиях российской действительности1.

Касаясь первого из отмеченных моментов, нужно подчеркнуть, что идея правового

государства впервые в истории отечественного конституционализма получила прямое

закрепление в Конституции РФ 1993 г. в качестве необходимого атрибута характеристики

России (ст. 1). Это имеет большое значение само по себе, поскольку свидетельствует об

официальном признании данной идеи, необходимости ее осуществления на конститу-

ционном уровне, чего предшествующие конституции не обеспечивали. Но вместе с тем

простое терминологическое обозначение России как правового государства еще не доста-

точно. Более того, в конституционной формулировке отсутствует четкое раскрытие дан-

ного понятия, хотя это могло бы придать новую нормативную энергию принятому все-

народным голосованием Основному закону Российской Федерации2.

В этой связи очевидна настоятельная необходимость создания конституционного

образа правового государства как специфической формы организации политической вла-

сти, соответствующей современным условиям развития. Следовательно, за формулой о

правовом государстве должны стоять не только гарантии демократизации законодатель-

ных и правореализационных процессов, но и целая политическая программа развития об-

щества. Все воплощенные в Конституции структуры – социальная, властно-политическая,

федеративная и др. – должны быть нацелены против возрождения командно-

административных методов управления обществом и ориентированы на обеспечение де-

мократического консенсуса, внедрение свободного регулирования рыночных отношений.

Это и будет адекватно правовому государству в его конституционном воплощении.

Однако российская действительность далеко не всегда развивалась и развивается на

основе внедрения черт правовой государственности в реальную жизнь. Поэтому следует

учитывать и второй отмеченный выше момент при изучении данного явления, причем

применительно не только к прошлому опыту (советского государственного строительства),

но и современному периоду развития. Длительное время идея правового государства трак-

товалась у нас как проявление буржуазной теории, неприменимой в условиях социализма.

Между тем вот уже в течение двух столетий эта идея используется в различных демократи-

ческих доктринах и законодательстве многих стран для обоснования принципов народо-

1 См.: Чепурнова Н.М.

Судебная власть в Российской Федерации: проблемы теории и государст-

венно-правовой практики: Автореф. дисс... д-ра юр. наук. – Саратов, 1999.

2 О необходимости определения правового государства в Конституции неоднократно говорилось в

литературе. См., например: Алексеев С.С. Правовое государство — судьба социализма. – М., 1988. –

С. 49; Теоретические проблемы республиканской Конституции: (Материалы научной конферен-

ции) // Советское государство и право. – 1992. – №2. – С. 5, 12, 31; Бачило И.Л. Факторы, влияющие

на государственность // Государство и право. – 1993. – №7. – С. 28–30; и др.

Глава 8. Концепция правового государства

в становлении современной российской государственности

187

властия и верховенства права. В мировой конституционной практике имеет место закре-

пление в основных законах ряда стран не только формы правовой государственности, но

и содержания деятельности соответствующих государств как социальных и демократиче-

ских, в которых осуществление власти реализуется на основе ее ограничения правовыми

предписаниями.

Действенность концепции правового государства достигается за счет синтеза выра-

ботанных человеческой мыслью идей, положенных в основу развития государственности в

цивилизованном гражданском обществе. Отправной точкой для этого послужили теория и

практика господства права, закона в государстве как противовеса деспотии и произволу

власти, разработанные еще в древней философии и осуществлявшиеся в странах древнего

мира. Сам исходный принцип правового государства с давних пор заложен именно в гума-

нистических целях и функциях, которым должна быть подчинена вся его организация.

Раскрытие названного принципа обеспечивается использованием трех известных класси-

ческих концепций, задающих главные направления функционирования правового госу-

дарства. Это, прежде всего, концепция народного суверенитета Ж. Руссо, выдвинутая в ка-

честве идеологии буржуазного радикализма, но ставшая важнейшей конституционной

идеей для большинства стран цивилизованного мира. Это теория разделение властей, вы-

двинутая в Англии в XVII веке и разработанная Ш. Монтескье в качестве гарантии безо-

пасности граждан от беззакония и злоупотребления властью со стороны кого бы то ни бы-

ло. Наконец, это идея обеспечения примата права — идейная платформа либерализма, за-

ложенная в политико-юридической философии на рубеже XVIII–XIX вв. и ставшая в нача-

ле XX века классическим выражением юридической связанности государства правом, под-

чинения его господству права при условии уважения свободы и интересов личности.

Эти общечеловеческие ценности должны быть применимы и к условиям органи-

зации Российского государства, но с обязательным учетом его специфики и особенностей

развития. Если же они используются в абстрактной, не учитывающей российской само-

бытности форме либо применяются безотносительно к условиям нынешней нестабиль-

ности общества, то им грозит возможность быть отторгнутыми, не прижиться на почве

нашей государственности.

Следует отметить, что само выдвижение в нашей стране идеи правового государст-

ва в начале носило чисто политический характер и не было обосновано какими-либо тео-

ретическими разработками. Как это было свойственно всем предшествующим периодам

развития советского общества, политические решения опережали, как правило, научные

рекомендации и не обеспечивались концептуально.

В равной мере процесс формирования

правового государства начался лишь как процесс реализации партийно-политических ре-

шений1, под которые только предстояло подвести прочный юридический фундамент.

Первоочередное внимание в этом отношении было уделено материализации кон-

цепции «примата права» в условия социалистического государства, что обозначало попыт-

ку наполнения правового элемента в соотношении права и государства определенным де-

мократическим содержанием. В условиях господства социалистической идеологии такая

попытка могла быть нацелена лишь на то, чтобы привести принципиальные основы и

ценности социализма в соответствие с гуманизацией отношений в обществе на основе об-

щепризнанного характера ограничения власти правовыми предписаниями, но при этом

именно как социалистическими, имеющими антиэксплуататорскую и т.п. направленность.

Это означает, что в самом понятии «социалистическое правовое государство» акцент де-

лался на выявлении его социалистического содержания, а не правовой формы.

1См.: Материалы XIX конференции КПСС. – М., 1988. – С. 122.

Общая теория государства

188

Естественно, в конституционной теории имелись и иные подходы. Так, в интерпре-

тации, предлагаемой правовой доктриной ФРГ (где данному вопросу традиционно уделя-

ется особое внимание), подчеркивание вторичности содержания и первичности значения

самой правовой формы как элемента правовой государственности рассматривается в каче-

стве возможности освободить ее институты от подчинения социальной обусловленности1.

И действительно, следует признать, что при всем значении содержательного момента в

разработке и конституционном закреплении концепции правового государства едва ли

можно говорить лишь о «вторичности» правовой формы ввиду ее собственной значимости

и специфичности. К тому же сами содержательные черты правового государства (напри-

мер, как государства «социального и демократического», обеспечивающего свободу, спра-

ведливость, равенство, политический плюрализм и т.д.) неизбежно облекаются в правовую

форму, поскольку получают первоочередное конституционное выражение.

Все многообразие в соотношении правового и социального в подлинно демокра-

тическом правовом государстве связано с принципом конституционности. Эффектив-

ность действия конституции — это не что иное, как оптимальное соответствие ее содер-

жания и урегулированной через ее посредство действительности. В силу этого высту-

пающее в качестве социальной действительности правовое государство неизбежно «при-

вязано» к конституционной форме, является конституционным государством.

Сама по себе эта форма не есть что-то самодовлеющее при определении конститу-

ционного характера правового государства. Между тем именно в силу такого подхода

имеют место попытки резкого отграничения правового государства от конституционного.

Иногда бытует мнение (характерное для ряда западных доктрин), что конституцию следу-

ет отделить от правовой материи и рассматривать ее в качестве олицетворения плюрализ-

ма в конституционных (т.е. не собственно правовых) формах, что нацелено всего лишь на

примирение социальных противоречий в рамках традиционных институтов демократии2.

В отличие от этого роль правового государства видится шире, ибо оно обеспечивает режим

законности и может быть направлено против «крайностей» самой демократии3.

Однако такое разграничение является едва ли плодотворным. Видимо, правовое

государство не может выступать в качестве самостоятельной, отделенной от конституци-

онного государства организации подлинной демократии. Напротив, конституционное

государство и есть правовое государство в его высшем политико-правовом выражении. И

воплощение плюрализма — отнюдь не единственная цель конституционного регулиро-

вания, а средство формирования государства, основанного на праве и обеспечивающего

консолидацию деятельности всех звеньев политической системы. Поэтому необходимы

точные акценты при анализе соотношения правового (конституционного) государства и

плюрализма в демократическом обществе.

Конечно, роль плюрализма в атрибутике правового государства нельзя пре-

уменьшать, но нельзя не видеть также, что эта роль должна быть увязана с гуманистиче-

скими целями и ценностями. В высказываниях и отечественных, и зарубежных ученых

подчас основное содержание конституционного государства сводится именно к принци-

пу плюрализма, в то время как все остальное видится лишь в качестве вторичного поли-

1 См.: Современное буржуазное государственное право: Критические очерки. Т. 1 / Отв. ред. В.А. Ту-

манов. – М., 1987. – С. 115.

2 См.: Там же. С. 113–114.

3 Сходный, но несколько отличный характер имеет суждение, представленное в виде поэтапного

развития правового государства через конституционное: конституционное государство является

«этапом в развитии правового государства». См.: Эбзеев Б.С. Конституция. Правовое государство.

Конституционный суд. – М., 1997. – С. 91, 97.

Глава 8. Концепция правового государства

в становлении современной российской государственности

189

тико-правового опосредования связей этого государства с процессами плюрализма1. Но

ведь ко «всему остальному» относятся в первую очередь принципы свободы и прав чело-

века, имеющие действительно первичный, наиболее глубинный смысл для организации

демократического государства. Очевидно, что сами процессы плюрализма должны быть

поставлены на службу правам человека и народа.

В современной литературе справедливо отмечается, что идеологическое многообра-

зие, политический плюрализм, широкий спектр общественных объединений выступают не

только в качестве характеристики гражданского общества, но и одного из свойств демокра-

тического государства2, а урегулированные конституционным правом все данные аспекты

имеют прямое отношение к проблематике публичных прав и свобод граждан3.

Равным образом гуманистические цели, отвечающие правовому характеру госу-

дарства, выступают определяющим моментом и в отношении обеспечения «примата

права». Последний заключается не столько в степени связанности государства правом,

сколько в выявлении и реальном осуществлении социальных обязательств государства

перед человеком. Справедливо отмечалось, что в правовом государстве закон «верховен-

ствует не потому, что это просто акт верховного государственного органа, а потому, что в

нем закреплены права человека как высшей ценности и права народа как суверена»4.

Причем не менее важна и обратная зависимость, ибо чем больше общество предоставляет

прав и свобод своим гражданам, тем совершеннее должны быть закон и правопорядок,

тем строже их соблюдение, четче применение. Поэтому конституционность правового

государства проявляется также в установлении прочных юридических гарантий, необхо-

димых форм и процедур в целях социальной и правовой защиты личности от произвола

государственных органов и чиновников, в соответствии действий государственных орга-

нов реальным обстоятельствам положения человека в обществе.

Реализация принципа разделения властей должна быть направлена на то, чтобы

все разновидности государственной власти преследовали в первую очередь эти гумани-

стические цели. Сказанное может быть суммировано в качестве определения правового

государства как полностью соответствующей демократической организации общества

политической формы народовластия, которая гарантирует реализацию прав человека,

социальную и правовую защиту личности на основе нормального функционирования

права5. Последнее особенно важно для понимания правового государства в рамках отече-

ственной истории, наполненной чрезвычайными, экстремальными условиями действия

права, которые по существу носили постоянный характер. Только право, выражающее

возможность свободного существования самого государства, а также свободного, безопас-

ного существования человека, — необходимо для процесса формирования правового го-

сударства. Но при этом важно отметить, что взаимосвязь (соединение) государства с пра-

вом как условие современного общественного бытия должна проявляться не в плане под-

чинения права государственной власти (что длительное время обосновывалась юридиче-

ской наукой), а, напротив, в плане подчинения государственной власти праву, связанно-

сти государства, его органов, всех государственных и общественных организаций, долж-

ностных лиц установками права.

1 См.: Венгеров А.Б. Социалистический плюрализм в концепции правового государства // Совет-

ское государство и право. – 1989. – №6. – С. 25.

2 См.: Авакьян С.А. Политический плюрализм и общественные объединения в Российской Феде-

рации: конституционно-правовые основы. – М., 1996. – С. 17.

3 См.: Там же. С. 15.

4 Неновски Н. Социализм и права человека // Правоведение. – 1989. – №3. – С. 10.

5 Ржевский В.А., Чепурнова Н.М. Судебная власть в Российской Федерации: Конституционные

основы организации и деятельности. – М., 1998. – С. 17.

Общая теория государства

190

Отвечающие правовому характеру государства гуманистические цели, выполне-

ние государством социальных обязательств перед человеком самым прямым образом оп-

ределяют возможность и необходимость обеспечения «примата права» в условиях демо-

кратического общества. В наиболее общем виде право выступает в качестве определенно-

го порядка общественных отношений, своеобразной системы общественного порядка,

обеспечивающей учет интересов разных слоев общества1. В результате само гражданское

общество может функционировать лишь на правовых основах, поскольку организация

составляющих его отношений имеет нормативное содержание и направлена на регули-

рование поведения людей. Такое правовое общество выражает наиболее существенные

принципы регулирования, согласно которым устанавливается приоритет личных инте-

ресов человека перед интересами коллектива, нации, государства, ответственность госу-

дарства перед личностью; определяется обязанность государства соблюдать правовые

предписания, охранять и поддерживать правопорядок; обеспечивается демократизм го-

сударственной власти на основе принципа разделения властей.

Именно на основе этих принципов регулирования может быть установлено совре-

менное соотношение права и закона: следование им влечет принятие «правовых законов»;

их игнорирование может привести к повышению удельного веса «правонарушающего за-

конодательства», способствующего, например, проведению репрессий, так сказать, на «за-

конных» основаниях или установлению «законных» нарушений элементарных прав чело-

века. Не случайно поэтому в массовом общественном сознании роль права в формируе-

мом правовом государстве отождествляется со справедливостью соответствующих пред-

писаний, прогрессивной социальной направленностью целей и задач, выраженных пра-

вовой нормой. И хотя закон неизменно составляет наиболее совершенную форму права,

само право не исчерпывается законом, поскольку предполагает действие реальных, фак-

тических общественных отношений и их преобразование в правовые отношения как

процесс правовой жизнедеятельности.

Но, с другой стороны, именно правовое общество призвано обеспечить закону

статус не только основополагающего, первичного, но в перспективе и единственного ре-

гулятора общественных отношений.

Концепция правового государства исходит из того, что приоритет права с неиз-

бежностью должен выступать как безусловный приоритет (верховенство) закона во всей

системе правовых актов. Именно потому подзаконные акты в принципе должны утратить

характер нормативного регулятора, поскольку их прямое назначение – обеспечивать

правоприменительную деятельность. Это в первую очередь касается указов и иных актов

Президента РФ, исполнительных органов власти, которые должны значительно сузить

свое нормативное содержание, предоставив возможность издания актов, содержащих

правовые нормы, органам законодательной власти. Принципиальное повышение роли

представительных органов – это важное направление развития правового государства,

устранения элементов авторитаризма в его деятельности.

Для обеспечения этого направления следует решить ряд задач, которые в настоя-

щее время выливаются в сложные проблемы, препятствующие безусловному подчине-

нию всех органов государства закону. Прежде всего, следует устранить из жизни общест-

ва факты неуважения к закону, правового нигилизма, грубого нарушения основных прав

и свобод человека, неисполнения предписаний закона. К сожалению, они получили ши-

рокое распространение в условиях российской действительности, и их преодоление тре-

бует напряженной работы по повышению качества всей законодательной деятельности.

Для этого следует ликвидировать разбалансированность в системе права в части соотно-

1 См.: Лившиц Р.З. Теория права: Учебник для вузов. – М., 1994. – С. 51.

Глава 8. Концепция правового государства

в становлении современной российской государственности

191

шения законов и иных правовых актов. Любой несовершенный закон должен изменяться

представительным органом власти, т.е. законодательным путем, а не путем изменения

законов подзаконными актами (указами Президента, постановлениями правительства,

ведомственными инструкциями и т.д.).

Между тем в современный период широкое распространение получила идея о не-

совместимости социальной справедливости с формальным пониманием закона и чисто

юридическими способами признания его недействительности. В силу этого имели место

случаи, когда устаревшие законодательные предписания (даже содержавшиеся в Консти-

туции) отменялись незаконным путем, т.е. с помощью подзаконных актов, что создавало

известный «прецедент вседозволенности»1. Эта же идея послужила основанием для ши-

рокого развития «президентского нормотворчества». Конечно, восполнение пробелов в

законодательстве с помощью нормативных указов является вполне мотивированным, ко-

гда парламент еще не удовлетворяет потребности практики в качественных законах. Это

правильно отмечалось в Послании Президента РФ Федеральному Собранию от 16 фев-

раля 1995 г. Однако едва ли на данном основании правомерно считать подзаконный ха-

рактер указов не абсолютным качеством ввиду того, что они исходят не от главы испол-

нительной власти, а от главы государства. Дело здесь не в субъективных восприятиях, а в

точном следовании смыслу Конституции, которая не знает каких-либо «степеней подза-

конности» и прямо устанавливает принцип непротиворечия федеральным законам ука-

зов и распоряжений Президента2.

Для повышения качества законов необходимо четко соблюдать порядок их приня-

тия (Государственной Думой), одобрения (Советом Федерации), подписания и опублико-

вания (Президентом). До сего времени отсутствует закон о порядке осуществления зако-

нодательной деятельности, далеко не всегда соблюдаются сроки прохождения законо-

проекта через соответствующие стадии, нарушаются сроки обнародования законов, что

противоречит важнейшему конституционному принципу – о всеобщей и своевременной

осведомленности населения о законе как необходимом условии его применения.

Между тем одно из важнейших свойств правового государства — легитимность го-

сударственной власти – находится не только в прямой связи с качеством законодательных

актов и процедурами их принятия, но и степенью осознания обществом их справедливо-

сти, что предполагает необходимость поддержки населением, его отдельными группами,

средствами массовой информации основанной на законе деятельности государственной

власти3. Нарушение принципов легитимации чревато ослаблением законодательной ос-

новы власти, подрывает возможности «опоры власти на закон», что в свою очередь ведет к

иллюзорности ее юридической легализации4.

О недостатках в области законотворческой деятельности ныне хорошо известно.

Об этом много говорилось в Послании Президента РФ Федеральному Собранию от 6

марта 1997 года. Зачастую между отдельными федеральными законами обнаруживается

несогласованность в их содержании, вплоть до наличия в них взаимоисключающих по-

ложений. Еще более показательны расхождения между законами Российской Федерации

и законами ее субъектов, случаи прямого нарушения установок федерального законода-

1 См.: Тихомиров Ю.А. Юридическая коллизия, власть и правопорядок // Государство и право. –

1994. – №1. – С. 5.

2 Многочисленные примеры, опровергающие правомерность практики «самодостаточности» пре-

зидентских указов, как якобы неподзаконных актов, приведены в работе судьи Конституционного

суда В.О. Лучина. См.: Лучин В.О. «Указное право» в России. – М., 1996.

3 См.: Чиркин В.Е. Легализация и легитимация государственной власти // Государство и право. –

1995. – №8. – С. 71.

4 См.: Там же. С. 65–66.

Общая теория государства

192

тельства в процессе законодательной деятельности республик, областей и иных субъек-

тов РФ. До сего времени действуют многие законодательные акты, противоречащие Кон-

ституции РФ, акты исполнительной власти, не соответствующие Конституции и законам.

Подобные акты подлежат немедленной отмене, для чего необходима настойчивая работа

по их выявлению и аннулированию.

Это связано с усилением контроля за исполнением принятых законов, недопусти-

мостью игнорирования со стороны исполнительной власти положений законодательства.

Должен быть усилен судебный конституционный контроль за обеспечением законности,

в полной мере развернута правоприменительная деятельность всех звеньев судебной вла-

сти. Утверждение верховенства закона в работе судебных органов напрямую должно

быть связано с укреплением процессуального порядка судебной защиты прав граждан, с

гарантированием их прав на основе Конституции. Решение всех отмеченных задач, ко-

нечно, сопряжено со значительными сложностями, но только на этих путях возможно

полное подчинение праву, Конституции и основанных на ней законах и действиях всех

органов государства в условиях Российской Федерации.

В современной научной интерпретации идеи правового государства основной ак-

цент делается не столько на вопросах его теоретической атрибутики, сколько на тех про-

блемах, которые оно оказалось не в состоянии решить на почве российской действитель-

ности. И это относится не только к свертыванию его социальных функций (что, конечно,

бросается в глаза в первую очередь), но и к тому, что является «сердцевиной» идеи право-

вого государства — его подчиненности праву и закона. Правовое государство отличается

от любой иной государственной формы устройства общества тем, что в своей законо-

творческой деятельности строго следует правовым идеям и началам. Но не менее важно,

чтобы подчиненность праву имела место на стадии реализации законов. К сожалению,

следует признать, что данному аспекту длительное время не уделялось должного внима-

ния, особенно в деятельности органов исполнительной власти, в результате чего испол-

нение законов осуществлялось незаконными, неправовыми средствами. Задачей правово-

го государства является установление не только механизма признания законов неправо-

выми и неконституционными, но и не менее эффективного механизма контроля за пра-

вомерностью и законностью актов и действий органов государственной власти в момент

их исполнения. Единственным способом такого контроля может стать оценка действий

исполнительной власти с позиций конституционности в момент правореализации и кол-

лизии законов1.

Однако нельзя не заметить, что наряду с реальными недостатками, которые

свойственны процессу формирования правового государства в России2, подчас изыски-

ваются проблемы, искусственно выводящие правовое государство из сферы действи-

тельных принципов его организации. Так, реальное отставание в создании гражданско-

го общества как необходимой «среды обитания» правового государства рассматривается

в противопоставлении его способности к саморегулированию известных частных интере-

сов, причем последние представляются в некоем тупиковом варианте, чем объясняется

нереальность надежд на гражданское общество. С этим, очевидно, связано стремление

возвратиться к некоторым постулатам периода тоталитаризма: примату общественных

интересов над личными, объяснению законодательных полномочий субъектов Россий-

ской Федерации в качестве подрыва единого правового пространства государства путем

1 См.: Сильченко И.В. Границы деятельности законодателя // Советское государство и право – №8.

– 1991.

2 Cм.: Байтин М.И. Правовое государство: понятие, принципы, формирование // Вестник Сара-

товской государственной академии права: Научно-популярный журнал. – 1995. – С. 23–24.

Глава 8. Концепция правового государства

в становлении современной российской государственности

193

возрождения калужской и казанской законности и т.д.1 Видимо, нет необходимости об-

ращаться к каким-то надуманным недостаткам при наличии многих реальных, которые

требуют своего объяснения.

Известно, что высшей целью общественного развития в правовом государстве яв-

ляется признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина. Само

объявление человека высшей ценностью (ст. 2 Конституции РФ) есть не что иное, как ус-

тановление ответственности государства перед личностью, поскольку не государство да-

рует человеку права и свободы, но человек обладает неотчуждаемыми правами и свобо-

дами, принадлежащими ему от рождения и охраняемыми государством во всех стадиях

их реализации. Обеспечение свободы и достоинства человека и создание справедливого

правового пространства для гражданского общества является безусловной ценностью и

задачей правового государства. В этой связи необходимо не только уравнять государство

и личность, но и обеспечить каждого безотказно действующими механизмами реализа-

ции неотъемлемых человеческих прав2.

Таким образом, в качестве главной функции государства должна быть признана

охрана интересов человека, защита его прав. Вся деятельность государства и его полити-

ческих ___________структур в условиях цивилизованного общества подчинена задаче гарантирова-

ния прав и свобод человека, обеспечению их реализации, установлению механизма за-

щиты. Поэтому из всех проблем взаимной ответственности государства и личности (при

условии приоритета личности перед государством) особо должна быть выделена пробле-

ма гарантированности прав и свобод человека. Именно она имеет значение как одна из

характерных черт правового государства. Реальность закрепленных в Конституции ос-

новных прав и свобод обеспечивается как индивидуальными возможностями граждани-

на, который вправе защищать свои права и свободы всеми, не запрещенными законом,

способами, так и государством в целом. При этом реализуется, прежде всего, связь граж-

дан со всем государством, а не только с его отдельными органами или должностными ли-

цами. Именно потому ст. 45 Конституции РФ провозглашает гарантированность в пер-

вую очередь государственной защиты прав и свобод человека и гражданина в Российской

Федерации и лишь затем право каждого на самозащиту. Причем в самих конституцион-

ных правах заложена предоставленная гражданам возможность требовать от государства

и его органов совершения определенных действий либо воздержания от действий, пре-

пятствующих реализации тех или иных прав и свобод.

Таким образом, гарантии прав и свобод граждан имеют в целом государственный

характер независимо от их конкретного содержания. В условиях подлинной демократии

права и свободы не только признаются и юридически закрепляются государством, но и

реально обеспечиваются путем создания фактических и правовых условий для их дейст-

вительного осуществления. Социальное назначение гарантий – обеспечить фактическое

функционирование институтов и учреждений государства в соответствии с принципами

народовластия и свободы личности3. Демократическое государство отличается именно

тем, что его законодательство предусматривает наиболее оптимальный исходный уро-

вень благополучия своих граждан, т.е. гарантирует им права на достойную жизнь и сво-

бодное развитие путем создания достаточного жизненного уровня человека. Если под га-

рантиями понимаются созданные государством средства обеспечения фактических и

юридических возможностей пользоваться демократическими правами и свободами для

всех граждан общества, то их система включает материальные, политические и юридиче-

ские условия гарантированности.

1 См.: Мартышин О.В. Несколько тезисов о перспективах правового государства в России // Госу-

дарство и право. – 1996. – №5. – С.10–12.

2 См.: Алексеев С.С. Право: время новых подходов // Советское государство и право. – 1991. – №8.

3 Cм.: Эбзеев Б.С. Конституция. Правовое государство. Конституционный суд. – С. 96–97.

Общая теория государства

194

Материальные гарантии обеспечивают права и свободы граждан с позиции ново-

го экономического строя общества, характеризующегося переходом от социалистической

экономики как единого народнохозяйственного комплекса, функционировавшего на ос-

нове общественной собственности, к плюралистической экономике, отражающей много-

образие форм собственности и их равноправное взаимодействие.

В начале 90-х гг. ХХ в. произошло изменение экономической и правовой концеп-

ции государства, ранее запрещавшего частную собственность на средства производства,

как влекущую за собой эксплуатацию и социальные антагонизмы, а теперь взявшего на

себя обязанности по правовому закреплению института частной собственности, регла-

ментированию его защиты и реализации. Провозглашено, что охраняется законом част-

ная хозяйственная деятельность физических и юридических лиц, осуществляемая на ос-

нове принадлежащего им имущества, т.е. их право частной собственности (ст. 35 Консти-

туции РФ). Именно на базе частной собственности (при использовании возможностей

всех других форм собственности) создаются необходимые условия, при которых матери-

альная обеспеченность граждан является основой для подлинно свободного осуществле-

ния ими своих прав.

Гарантируя приоритет прав и свобод человека и гражданина, действующая Кон-

ституция определяет принцип свободы экономической деятельности (п. 1 ст. 8) в качестве

базы для провозглашения основных прав граждан в области экономики: права на свобод-

ное использование своих способностей и имущества для предпринимательской деятель-

ности, а также иной не запрещенной законом экономической деятельности (ст. 34); права

свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и

профессию (свобода труда), гарантируемого правом граждан на труд и защиту от безра-

ботицы (ст. 37); права (свобода) научного, технического творчества (ст. 44) и др.1 Данные

конституционные права и свободы граждан свидетельствуют о глубинных изменениях

роли государства в экономике, поскольку государственные интересы в этой области

должны быть подчинены частным интересам граждан. В мировой конституционной

практике обеспечение экономических прав и свобод человека выступает не только в каче-

стве защитного средства от действий государственной власти, но и выражает принципы

социально-политической жизни. Поэтому права каждого на свободную экономическую

деятельность предопределяют закрепление в Конституции полномочий законодательных

органов издавать законы в сфере экономики, исполнительных органов — руководить

экономикой на основе этих законов, судебных органов — защищать права граждан, в том

числе в области предпринимательской деятельности

Но, разумеется, не следует думать, что сама по себе собственность и создаваемая

ею экономическая свобода автоматически влечет возможность реализации всех прав че-

ловека и гражданина. Материальные гарантии такой реализации действуют только в со-

четании с другими гарантиями.

Политические гарантии прав и свобод выступают в качестве подлинного народо-

властия и широкого развития демократии в рамках существующего политического строя.

Сам политический строй является официальным выражением гражданского общества2, в

силу чего элементы политического строя (государство, его органы, общественные орга-

низации) ответственны перед человеком, должны представлять, обеспечивать его интере-

сы. Граждане имеют право участвовать в управлении делами государства и общества как

непосредственно, так и через своих представителей, они привлекаются к формированию,

1 Cм.: Гаджиев Г.А. Защита основных экономических прав и свобод предпринимателей за рубежом

и в Российской Федерации. – М., 1995. – С. 127.

2 См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 27. – С. 402.

Глава 8. Концепция правового государства

в становлении современной российской государственности

195

организации и деятельности органов государственной власти и органов местного само-

управления, имеют равный доступ к государственной службе, участвуют в отправлении

правосудия (ст. 32 Конституции). В результате, народ непосредственно (например, путем

участия граждан в референдуме) и через посредство созданных им органов сам устанав-

ливает объем прав и свобод всех граждан в демократическом государстве, определяет ус-

ловия их реализации и защиты (в том числе через органы судебной власти).

Укрепление политических гарантий прав и свобод граждан происходит в процес-

се осуществления мероприятий, направленных на развитие демократии, широкое при-

влечение граждан к государственно-властной деятельности, обеспечение их политиче-

ской активности в управлении государственными и общественными делами. В числе

важнейших мероприятий, определяющих развертывание демократии в Российском госу-

дарстве, следует назвать развитие гласности, обеспечение свободы массовой информа-

ции, действие средств массовой информации в условиях запрета цензуры, осуществление

идеологического и политического плюрализма, многопартийности, права индивидуаль-

ного и коллективного обращения в государственные и общественные органы, свободы пе-

редвижения, а также обеспечение права на информацию о документах и материалах, не-

посредственно затрагивающих права и свободы гражданина, гарантирование тайны его

переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений и др.

Юридические гарантии являются специальными правовыми средствами обеспе-

чения прав и свобод граждан. Они отличаются многообразием. Среди юридических га-

рантий особое место занимает Конституция Российской Федерации, которая, прежде все-

го, существенно расширила круг самих прав и свобод как путем закрепления новых прав,

не известных предыдущему (советскому) законодательству (право на жизнь, на достоин-

ство личности, на определение своей национальной принадлежности, право частной соб-

ственности и т.д.), так и введением прав, закреплявшихся ранее текущими законами

(право на обращения, на благоприятную окружающую среду и др.). Кроме этого, она

расширила и укрепила различные виды гарантий осуществления прав и свобод. С пози-

ции юридических свойств и функций ее конституционные нормы являются высшими

материальными критериями действующего права, и все, что содержится в этом праве и

появляется в нем вновь, должно соответствовать данным нормам. Конституцией опреде-

лены основополагающие принципы права, система его источников. Конституционные

нормы являются непосредственно действующими (ст. 15), и это конституционное поло-

жение становится общепризнанным принципом современного конституционализма1.

Конституция возложила на органы Российского государства важные обязанности по

охране прав и свобод граждан. Так, она определила статус Президента России в качестве

гаранта Конституции, прав и свобод человека и гражданина, предоставив ему соответст-

вующие виды полномочий (решение вопросов гражданства, осуществление помилования,

введение чрезвычайного положения с утверждением Советом Федерации указа об этом,

назначение судей федеральных судов и др.). Широкие полномочия в области законода-

тельного регулирования и защиты прав и свобод человека и гражданина предоставлены

Парламенту Российской Федерации и законодательным органам субъектов Федерации.

К ведению Государственной Думы отнесено назначение и освобождение от должности

Уполномоченного по правам человека, действующего в соответствии с федеральным кон-

ституционным законом. На Правительство Российской Федерации возложено осуществ-

ление мер по обеспечению законности, прав и свобод граждан, охране собственности и

общественного порядка, борьбе с преступностью.

1 См.: Уметбаева Э.Р. Материалы конференции «Теоретические проблемы республиканской кон-

ституции»// Советское государство право. – №2. – 1991.

Общая теория государства

196

Деятельность государственного аппарата в указанной сфере обеспечивает органи-

зационно-правовые гарантии прав и свобод граждан. Само закрепление этих прав и сво-

бод в законе, при всем его значении, еще не может служить достаточным основанием для

беспрепятственной и свободной реализации соответствующих прав граждан. Во многом

реализация прав зависит от работы госаппарата, от четкого выполнения им своих полно-

мочий и обязанностей. Поэтому дальнейшее совершенствование деятельности аппарата,

улучшение работы тех органов, с которыми граждане вступают в правоотношения, слу-

жит необходимым условием гарантированности их прав и свобод.

Важное значение имеет обеспечение гарантий прежде всего в сфере осуществле-

ния исполнительной власти. Именно здесь гарантируется реализация и охрана прав гра-

ждан в процессе деятельности государственного аппарата. Причем в этой сфере бремя

поддержки и защиты прав и свобод лежит не на гражданах, а на органах государства и

должностных лицах как носителях управленческих функций и властных полномочий.

В результате возникают специфические правоотношения типа «гражданин – государст-

венный орган (должностное лицо)», где стороной, занимающей ведущее место, является

гражданин, а государство в лице своих органов выступает не только носителем властных

полномочий, но и субъектом определенных обязанностей по отношению к гражданам.

Отсюда вытекает право граждан на обжалование действий государственных органов и

должностных лиц. Закрепленное в Конституции право на обращения граждан в органы

власти и местного самоуправления конкретизируется в специальном акте – Указе Прези-

диума Верховного Совета СССР о порядке рассмотрения предложений, заявлений и жа-

лоб граждан (он действует в редакции 1980 и 1988 гг.)1, где определены общие условия

работы государственных и муниципальных органов с обращениями граждан, админист-

ративный порядок их рассмотрения. Через указанные виды обращений обеспечивается

не только восстановление нарушенных прав граждан, но и контроль общественности за

государственным аппаратом, помогающий совершенствовать работу федеральных и ме-

стных органов в сфере исполнительной власти. Тем самым обеспечивается та двусторон-

няя связь между государством и населением, о которой уже говорилось.

К числу организационных гарантий относится деятельность правоохранитель-

ных органов (милиции, службы безопасности и др.), для которых функция охраны прав и

свобод граждан выделена в качестве первоочередной, и, кроме того, осуществление про-

курорского надзора. Важное значение в современных условиях имеет закрепление в Кон-

ституции гарантий на судебную защиту прав и свобод каждого гражданина (ст. 46). Лю-

бые права и свободы могут считаться гарантированными лишь тогда, когда при их на-

рушении гражданин может обратиться с жалобой в суд и получить защиту. При этом су-

дебный порядок рассмотрения жалоб граждан имеет весьма существенные преимущества

перед административным. Прежде всего, он осуществляется органом, независимым от

кого бы то ни было и подчиняющимся только закону. Вместе с тем он обеспечивает бес-

пристрастное рассмотрение дела, ибо суд, в отличие от других органов, рассматриваю___________-

щих жалобы граждан, совершенно не заинтересован в том или ином результате их рас-

смотрения. Наконец, особый процессуальный порядок рассмотрения судебных дел пре-

доставляет сторонам необходимые права и гарантирует их реализацию в ходе процесса.

Судебный порядок обжалования нарушенных прав граждан имеет особое значе-

ние в плане противодействия злоупотреблениям исполнительной власти, бюрократизму,

дегуманизации отношений в обществе. Он служит надежной защитой прав, свобод и за-

конных интересов граждан от произвольных действий администрации. В Конституцию

включена специальная норма (п. 2 ст. 46) о возможности обжалования в суд решений и

1 Свод законов СССР. Т. 1. – С. 373.

Глава 8. Концепция правового государства

в становлении современной российской государственности

197

действий (или бездействия) органов государственной власти, местного самоуправления,

общественных объединений и должностных лиц, нарушающих права и свободы граждан.

Порядок обжалования такого рода неправомерных действий установлен Законом РФ от

27 апреля 1993 г.1, благодаря чему закрепленные в Конституции права и свободы челове-

ка и гражданина приобрели подлинно юридическое содержание и стали предметом су-

дебной защиты, а не бюрократического усмотрения чиновников. Закон предоставил

гражданину реальное право оградить себя с помощью правосудия от произвола соот-

ветствующих органов и должностных лиц, что служит важным проявлением правовой

государственности.

Конституция РФ 1993 г. подняла до высшего правового уровня проблемы судеб-

ной защиты граждан. Она закрепила положение, согласно которому права и свободы че-

ловека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл,

содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной

власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (ст. 18). Основной закон

РФ придал конституционное значение принципам правосудия, которые ранее содержа-

лись в нормах уголовно-процессуальных и гражданско-процессуальных законов, довел их

до уровня конституционных принципов судебной власти в целом. Теперь непосредст-

венная реализация конституционных прав и свобод человека обеспечивается специфиче-

скими принципами судебной защиты этих прав и свобод, прямо вытекающими из Кон-

ституции. Практически это означает, что каждый гражданин в праве при рассмотрении

его дела ссылаться на Конституцию и требовать соответствующих гарантий, опираясь на

ее авторитет и значимость.

К числу конституционных гарантий судебной защиты относятся: право на обес-

печение соответствующей подсудности с предоставлением обвиняемому возможности

выбора для рассмотрения его дела судом с участием присяжных заседателей (ст. 47); пра-

во на защиту, т.е. на получение квалифицированной юридической помощи (в том числе

бесплатно) с возможностью привлечения защитника с момента задержания (ст. 48) и

обеспечение презумпции невиновности для лица, привлекаемого в качестве обвиняемого

(ст. 49); строгое следование принципу законности, предусматривающему невозможность

повторного осуждения за одно и то же преступление, недопустимость использования до-

казательств, полученных с нарушением закона, и право осужденного на пересмотр при-

говора вышестоящим судом, на просьбу о помиловании или смягчении наказания (ст. 50);

установление свидетельского иммунитета, т.е. освобождение от обязанности давать сви-

детельские показания в случаях, определенных федеральным законом, в том числе про-

тив себя самого, своего супруга, близких родственников и т.д. (ст. 51); охрана государст-

вом прав потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью, обеспечение их

доступа к правосудию и компенсации за причиненный ущерб (ст. 52) с правом каждого

потребовать от государства возмещения вреда, причиненного незаконными действиями

(или бездействием) его органов и должностных лиц (ст. 53). К этим гарантиям примыкает

также положение о том, что никто не может нести ответственность за деяние, которое в

момент его совершения не признавалось правонарушением; данное положение обеспе-

чивается более общим правилом о недопустимости обратной силы закона, устанавли-

вающего или отягчающего ответственность (ст. 54).

Конституционное определение гарантий судебной защиты означает необходи-

мость создания сильной судебной власти как характерной черты правового государства.

Необходима реализация и такого компонента конституционализма, как система защиты

конституционного строя и Конституции (наряду с иными компонентами: конституци-

1См.: ВСНД РФ и ВС РФ. 1993. №19. Ст. 685; СЗ РФ. 1995. №51. Ст. 4970.

Общая теория государства

198

онными идеями, наличием нормативно-правового фундамента и политического режима,

адекватного Конституции). Задачу защиты Конституции и ее ценностей выполняют, с

одной стороны, все государственные органы, органы местного самоуправления, более то-

го – любые общественные объединения. Специфические же функции возложены на Кон-

ституционный Суд РФ, конституционные, уставные суды (палаты) субъектов РФ1.

В правовой культуре развитого демократического общества судебная власть – это не

третья сила, как традиционно считается (первые две – законодательная и исполнительная

власти), а первая власть, обеспечивающая не только разрешение различных споров, но и

управление многими сферами государственной, общественной и личной жизни. Уваже-

ние к суду – вот что человеческая практика многих обществ выносит на второе место (на-

ряду с воспитанием уважения к конституции и иным законам). Демократия начинается

не с господства большинства, а с учетом мнений меньшинства и заботы об их конструк-

тивном сотрудничестве2.

Но, как уже отмечалось, в современный период степень действительного внедре-

ния черт правовой государственности в российские политические структуры далека от

подлинного осуществления идеи правового государства. Задача его формирования в ус-

ловиях нестабильности нашего общества встречает значительные препятствия, связанные

с неразвитостью демократии в Российском государстве, отсутствием цивилизованных

подходов к нормальному функционированию правовых форм управления обществом.

Для правового государства важен в первую очередь переход от прежнего упрощенного,

урезанного «социалистического народовластия» к реальному вовлечению граждан в

управление делами общества и государства, к осуществлению суверенитета многонацио-

нального народа Российской Федерации.

Однако уровень современного развития российского общества еще не служит по-

казателем активных действий граждан, которые были бы направлены на достижение и

защиту демократических ценностей. Внедрение в общественное сознание самих понятий

«правовое государство», «права человека», «разделение властей», «политический плюра-

лизм» – затруднено ввиду недостаточного развития правосознания основной массы гра-

ждан, а также противоречия этих понятий существующим реалиям российской действи-

тельности. В связи с усилением авторитарного начала организации власти во многом ут-

рачивает свое первоначальное значение принцип разделения властей. Вновь появились

признаки конфронтации различных ветвей власти, усилились проявления насильствен-

ных сторон властной деятельности (особенно в сфере исполнительной власти), что доста-

точно наглядно выразилось во время чеченской войны.

Следует признать, что связанность государственных органов правом постоянно

натыкается на несовершенство законов и правовой «беспредел», творимый этими орга-

нами. Социальная и правовая защита личности от произвола чиновников и засилья орга-

низованной преступности не обеспечивается вследствие недостаточной реальности юри-

дических гарантий прав человека и слабости судебной власти. Таким образом, задача

формирования правового государства на отечественном уровне еще ждет своего реше-

ния, что зависит от кардинального усиления господства права во всех структурах госу-

дарственной власти и влияния судебной власти в обществе.

1 См.: Авакьян С.А. Конституция России: природа, эволюция. Современность. – М., 1997. – С. 226.

2 Венгеров А.Б. Теория государств и права. Часть 2. Теория права. Том 2. – М.: Юрист, 1997. – С. 128.

Глава 8. Концепция правового государства

в становлении современной российской государственности

199

<< | >>
Источник: Чепурнова Н.М., Серёгин А.В.. ТЕОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА: Учебное пособие. – М.: ЕАОИ, 2007. – 465 с.. 2007

Еще по теме Глава 8. Концепция правового государства в становлении современной российской государственности:

  1. § 2. Виды нормативно-правовых актов парламента и их характеристика
  2. 1.1 Правовое положение органов местного самоуправления по охране общественного порядка и безопасности граждан
  3. Глава 11ОСНОВНЫЕ ЧЕРТЫ ДУХОВНОСТИ РУССКОГО НАРОДА
  4. Глава IVОСОБЕННОСТИ ЕДИНСТВА РУССКОЙ КУЛЬТУРЫ( Предварительные замечания)
  5. Глава V«РУССКАЯ ИДЕЯ», ИЛИ СВЕРХЗАДАЧА СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ (Вместо заключения)
  6. § 2. МЕРЫ БОРЬБЫ С СОВРЕМЕННЫМ БАНДИТИЗМОМ
  7. § 2. Соотношение законодательной и исполнительной властей в современной России
  8. НЕКОТОРЫЕ АСПЕКТЫ ФОРМИРОВАНИЯ ПРАВОВОГО ГОСУДАРСТВА В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И РЕСПУБЛИКЕ БЕЛАРУСЬ
  9. §4.1. Соотношение категорий «форма государства» и «форма правления»
  10. §6.3. Рождение социально-гарантийной государственности
  11. Глава 8. Концепция правового государства в становлении современной российской государственности
- Административное право зарубежных стран - Гражданское право зарубежных стран - Европейское право - Жилищное право Р. Казахстан - Зарубежное конституционное право - Исламское право - История государства и права Германии - История государства и права зарубежных стран - История государства и права Р. Беларусь - История государства и права США - История политических и правовых учений - Криминалистика - Криминалистическая методика - Криминалистическая тактика - Криминалистическая техника - Криминальная сексология - Криминология - Международное право - Римское право - Сравнительное право - Сравнительное правоведение - Судебная медицина - Теория государства и права - Трудовое право зарубежных стран - Уголовное право зарубежных стран - Уголовный процесс зарубежных стран - Философия права - Юридическая конфликтология - Юридическая логика - Юридическая психология - Юридическая техника - Юридическая этика -