<<

Логико-структурные дефекты системы советского права

Источник:

Власенко, Н. А. Логико-структурные дефекты системы советского права /Н. А. Власенко. //Правоведение. -1991. - № 3. - С. 21 – 26

Логико-структурные дефекты системы советского права

Н.

А ВЛАСЕНКО[*]

Условием успешного созидания правовой государственности эффективной реформы правовой системы выступает формирование актуальной и высокотехнической системы юридических норм. В этой связи не возникает сомнения в необходимости кардинального обновления содержания права, доведения его системных характеристик до уровня самых высоких стандартов. При этом особое значение приобретает такое свойство системы правовых норм, как ее единство и согласованность, без чего юридическое регулирование не только не эффективно, но и вряд ли возможно вообще. Еще Гегель обращал внимание на то, «что право должно быть знаемо в мысли, оно должно быть системой внутри себя самого, и лишь как таковое оно может иметь силу у образованных народов».[[1] ]

Укреплению единства и сбалансированности системы права призвано способствовать устранение ее дефектов и деформаций. Дефекты системы права противоположны системообразующим свойствам права, рассогласовывают ее и, в конечном счете, приводят к сбоям в правовом регулировании. Кроме того, выявленные дефекты, несогласованности системы права позволяют видеть сложности и противоречия в правотворческом процессе, выполняя тем самым роль сигналов о качестве нормотворческой деятельности.

Понятие и природа дефектов права. Современная система юридических норм есть результат рациональной деятельности люден, протекающей на неодинаковых нормотворческих уровнях, в условиях сложного федеративного устройства государства, в разное время и т. д. Все это способствует появлению в «организме» права разнородных несогласованностей и дефектов. Несмотря на огромное разнообразие их причин, можно, с известной долей условности, выделить, во-первых, те, которые в меньшей степени зависят от воли и сознания нормодателя (множественность правотворческих субъектов; федеративная основа государства, противоречивый характер ее обновления на современном этапе; динамика общественных отношений и др.).

Во-вторых, причины, предопределяемые качеством правотворчества, его организацией (нечеткость разграничения нормотворческой компетенции; недостаток информации о правовой урегулированности какого-либо вопроса; стремление отдельных правотворческих органов

21

выйти за пределы своих полномочий и т. д.). Эффективность правового регулирования зависит от сведения дефектов к минимуму, от того, насколько оперативно они преодолеваются в ходе реализации правовых норм. Право должно стремиться к совершенству, т. е. непротиворечивости юридических норм, оптимальной полноте правового регламентирования общественных отношении, структурной организованности и т. д. Только в этом случае оно может выполнять роль основы, фундамента правовой государственности.

Итак, под дефектами системы права следует понимать нарушения, деформации логико-структурного построения и развития системы права и ее элементов, в том числе нормативных актов.

[*] Кандидат юридических наук, доцент, заведующий кафедрой Тюменского государственного университета

Виды дефектов системы права. С точки зрения природы возникновения характерных особенностей, а также негативного значения, которое дефекты системы права оказывают на юридическое регулирование, их можно подразделить на: а) антиномию (противоречия) права; б) излишнее дублирование; в) пробелы; г) нерациональную расположенность норм; д) несовершенство юридических конструкций и др. Рассмотрим более подробно каждый из названных дефектов.

а) Антиномия правовых норм. Противоречивость норм всегда была и остается одной из наиболее серьезных и «агрессивных» деформаций системы права, ибо она покушается на ведущее, основное качество права — быть системным, гармоничным социальным регулятором общественных отношений. Противоречивые правила при появлении юридических фактов приводят к столкновению, коллизии норм, что не только усложняет правоприменительный процесс в каждом конкретном случае, но и неизбежно снижает юридический эффект в целом.

Противоречивыми юридические нормы можно назвать тогда, когда они предлагают разные решения по одному вопросу.[[2] Степень противоречивости норм («внутреннее напряжение») не всегда одинакова.

В этой связи следует выделять антиномию норм, вызванную взаимоисключающими по содержанию предписаниями (запрещающие и управомочивающие правила), и антиномию, возникающую в случаях менее существенных различий (например, разные санкции за одно и то же деяние). Кроме того, необходимо различать явные и скрытые противоречия правовых норм. Первые хорошо видны в самом тексте норм, их обнаружение не составляет труда. Вторые могут быть выведены только при помощи определенных аналитических операций.[3] Скрытые противоречия обнаружить сложнее, большую трудность составляет и их преодоление в процессе правоприменения. ][[3] Скрытые противоречия обнаружить сложнее, большую трудность составляет и их преодоление в процессе правоприменения. ]

Общественно-политическое и правовое развитие в современный период предполагает необходимость оценки противоречий в праве не только с технико-юридической, но и политической стороны (наличие которых в советском праве в прошлом отрицалось). С указанной позиции их можно разделить на противоречия политического и неполитического характера. Как первые, так и вторые встречаются не только в действующем законодательстве, но и в отдельных проектах законов. Причины политического характера противоречий в праве могут быть различными. Говоря обобщенно, это, например, противоречия, отра-

22

жающие столкновения административно-командной системы с силами перестройки, национально-государственные и т. д. Немало противоречий политического характера в данное время можно увидеть в законодательных новеллах Прибалтийских и других союзных республик. Скажем, изменения, внесенные в ст. 57 Конституции Литовской ССР, согласно которым за гражданами Литвы теперь не сохраняется обязанность соблюдать Конституцию СССР и советские законы,[[4] противоречит ч. 2 ст. 59 Основного Закона Союза ССР. Не согласуются с Конституцией СССР (ст. 59) и недавно принятым Законом СССР о свободе совести и религиозных организациях (ст. 6 и др.), изменения, внесенные в ст. 50 Основного Закона Литовской Республики, регулирующие право граждан на свободу совести,[5] и т. д. Часть нормативно-правовых актов, принятых литовским парламентом и парламентами других союзных республик в последнее время, не согласующихся с Конституцией СССР, отменены высшими органами власти Союза.[6] В этой связи в Постановлении Верховного Совета СССР от 23 ноября 1990 г. «О положении в стране» справедливо сказано: «Расширяется практика принятия законодательными органами различного уровня актов, противоречащих друг другу»[7]. ][[5] и т. д. Часть нормативно-правовых актов, принятых литовским парламентом и парламентами других союзных республик в последнее время, не согласующихся с Конституцией СССР, отменены высшими органами власти Союза.[6] В этой связи в Постановлении Верховного Совета СССР от 23 ноября 1990 г. «О положении в стране» справедливо сказано: «Расширяется практика принятия законодательными органами различного уровня актов, противоречащих друг другу»[7]. ][[6] В этой связи в Постановлении Верховного Совета СССР от 23 ноября 1990 г. «О положении в стране» справедливо сказано: «Расширяется практика принятия законодательными органами различного уровня актов, противоречащих друг другу»[7]. ][[7]. ]

Не вдаваясь в оценку правоты или истинности этих изменений и начинаний союзных республик, подчеркнем лишь, что противоречия политического характера в праве — реальность нашего времени. Явление это не случайное, оно отражает сложности протекающего ныне процесса обновления, требует глубокого комплексного исследования. Не вызывает сомнения лишь то, что развернувшаяся ныне «война законов» способна не только существенно снизить эффект юридического регулирования, девальвировать право, но и углубить нигилистическое отношение граждан к его силе и возможностям.

Антиномию права образует и так называемое нормативное излишество. Этому явлению в праве необходимо уделить специальное внимание. Под ним следует понимать множественность правовых норм, по-разному регулирующих одно фактическое отношение. Анализ литературных источников, действующего законодательства показывает, что в настоящее время это одна из наиболее распространенных деформаций действующей системы права. Существование в праве нескольких таких норм пропорционально увеличивает сложность выбора одного из конфликтующих правил, в еще большей степени создает условия для так называемого выбора норм «по своему» вкусу. Между тем право должно стремиться не к излишеству нормативных предписаний, а к полноте правового регулирования. Такая множественность нарушает свойство единства и согласованности права и, следовательно, правового регулирования, ведя к своей противоположности — анархии и произволу. Тем самым девальвируется юридическое регламентирование в целом, его эффективность снижается до нуля.[[8] ]

Два замечания к сказанному. Во-первых, множественность юри-

23

дических норм в праве по одному вопросу нельзя расценивать только как негативное явление. Существование в праве разных правил по одной и той же проблеме может быть вызвано и другими причинами, например, объективно сложившимся федеративным устройством государства. В союзных республиках в силу неодинаковых исторических, социальных и других условий одно и то же по содержанию отношение может регулироваться по-разному. Такую множественность целесообразно назвать пространственной или территориальной. Следующее, так называемое позитивное существование в праве нескольких норм для одного отношения можно назвать содержательным, его природа обусловлена необходимостью наслоения в отдельных случаях объемов регулирования, что важно для более точной правовой квалификации. Большую сложность представляет анализ норм права по одному вопросу, вызванный временным фактором (темпоральная или временная множественность норм).[[9] ]

Во-вторых, антиномия норм и нормативное излишество как ее наиболее сложная форма образуют правовые коллизии. Они являются как бы продолжением или следствием данного дефекта в системе права. Коллидируют нормы в связи с появлением юридического факта, требующего правовой регламентации. Данное обстоятельство ставит правоприменителя в сложную ситуацию выбора одной из конфликтующих норм. Аналогичное происходит и с субъектом правоприменения в случаях позитивных столкновений норм. Основным способом преодоления возникших противоречий выступают коллизионные принципы.[[10] ]

б) Неоправданное дублирование правовых норм. Несмотря на распространенность, дублирование в праве изучено слабо. Оно представляет собой совпадение объемов и смыслового содержания норм и возникающую на этой основе тождественность правового регулирования. Повторение правовых предписаний имеет место на любом уровне структуры права, начиная с конституционного к кончая локальным. Правовые нормы обычно «мигрируют» по нисходящей, т. е. из акта высшей юридической силы в акт низшей юридической обязательности. Дублирование, как и антиномия, образует множественность правил по одному вопросу. Вместе с тем оно имеет и особенности. Строго говоря, дублирование не рассогласовывает систему права и потому не ставит правоприменителя в ситуацию выбора норм, как при коллизии. И еще: при дублировании в одних случаях текст и смысл нормы совпадают, в других буквального текстуального воспроизводства нет—совпадают формулы норм. Первую разновидность дублирования можно назвать простым, вторую — смысловым дублированием, ибо логическое правило относительной тождественности гласит: «.. .мысли, имеющие одно и то же содержание, должны считаться тождественными».[[11] Проиллюстрируем сказанное. Простым повторением будет буквальное воспроизведение ст. 15 (стороны и содержание трудового договора) КЗоТ РСФСР аналогичной нормы ст. 8 Основ законодательства Союза ССР и союзных республик о труде. В законодательной практике еще в недавнем прошлом имелись случаи повторения не только одних и тех же положений в разных нормативных актах, но и часто полного и буквального воспроизведения содержания одних нормативно-юридических документов другими. К примеру, новая редакция Закона РСФСР «О ]

24

народном образовании» без каких-либо даже небольших изменений и уточнений повторяет Основы законодательства Союза ССР и союзных республик о народном образовании.

Смысловое дублирование наблюдается при сравнении положений ст. 39 ГПК РСФСР (привлечение третьих лиц по делам о восстановлении на работе) и ст. 215 КЗоТ РСФСР (возложение материальной ответственности на должностное лицо, виновное в незаконном увольнении или переводе). Разницу составляет лишь размер сумм, взимаемых в случаях незаконного увольнения с должностных лиц. Именно этим и следовало ограничить формулировку ст. 215 КЗоТ. Не удается избежать ненужного повторения и в законодательных актах, принятых в последнее время. Так, ст. 1 Закона СССР «О порядке обжалования в суд неправомерных действий органов государственного управления и должностных лиц, ущемляющих права граждан» (право на обращение с жалобой в суд), воспроизводит ч. 1 сравнительно недавно введенной в действие ст. 2391 ГПК РСФСР (право на обращение с жалобой в суд).[[12] ]

Из приведенных примеров видно, что к дублированию в праве следует подходить двояко, т. е. различать случаи необходимого и случаи излишнего повторения правовых норм. Воспроизведение юридических правил необходимо с целью придания системе права свойств единства и стабильности. Достигается это посредством повторения на разных уровнях права законодательных положений, имеющих принципиальное политическое и юридическое значение в построении и развитии структуры права. Данное обстоятельство, в свою очередь, выступает основой стабильности регулирования системы общественных отношений. Кроме того, повторение нормативно-правовых положений иногда оправдано с точки зрения значимости информации, которую они несут. Потребность в воспроизведении правовых норм с этой позиции нужно рассматривать применительно к каждому отдельному случаю. Здесь можно встретить немало злоупотреблений, в первую очередь в области подзаконного нормотворчества.

Однако дублирование (как простое, так и смысловое) имеет и противоположное значение. Излишнее повторение правовых предписаний необоснованно увеличивает количество норм (нормативных актов), вследствие чего неоправданно возрастают и усложняются внутриструктурные отношения и связи в праве. Дублирование, особенно смысловое, отрицательно сказывается на развитии системы права, ее конкретизации и детализации, на качестве толкования норм, юридической квалификации и в целом на эффективности правореализации.

Сегодня становится очевидной политическая природа многих случаев дублирования нормативных актов и отдельных норм. Прежде всего, речь идет о так называемом дублировании по нисходящей (иерархическое повторение). Оно является не только порождением тоталитарной системы, но и средством ее существования, нормативным гарантом.

в) Пробелы в праве. Структурным дефектом права следует считать и правовые пробелы как неполноту действующего законодательства, выражающуюся в отсутствии конкретного нормативного предписания в отношении фактических обстоятельств, находящихся в сфере правового регулирования.[[13] Отсутствие нужного юридического правила ]

25

как бы размыкает, рассогласовывает систему права, снижая тем самым эффективность ее функционирования, в то время как одно из важнейших требований к системе юридических норм правового государства состоит в полноте правового регулирования, т. е. в способности права полностью регламентировать общественные отношения, объективно требующие «юридического вмешательства». Однако достичь полной беспробельности права вряд ли возможно, тем более в такой исторический период, как перестройка с ее глубокими и быстрыми изменяемостью и развитием отношений. Можно говорить лишь о степени полноты действующего законодательства и добиваться ее максимума. Все это обусловливает необходимость совершенствования механизма преодоления пробелов. Следует объединить в одном нормативном акте пробельные и коллизионные начала, тем самым как бы вынести их за «скобки» правовой системы и распространить на всю сферу правового регулирования. Это повысит эффективность применения данных правил, в определенной мере сократит объем правовых предписаний.[[14]Учитывая происходящие изменения в союзной и республиканской государственности, выдвинутую на повестку дня необходимость заключения союзного, а в ряде республик, в том числе и РСФСР, республиканских федеративных договоров, вопрос о систематизации и объединении пробельных и коллизионных правил в одном нормативном акте следует решать соответственно после заключения союзного и внутри республиканских договоров. Дело в том, что ряд положений договоров будут снимать отдельные противоречия в действующей системе права. Их целесообразно включить в указанные антипробельные и антиколлизионные документы союзного и республиканского уровней. Анализ литературы свидетельствует о том, что пробелы — наиболее изученная разновидность несогласованпостеи системы права.[15] ][[15] ]

г) Нерациональная расположенность правовых норм. Особенность данного вида дефектов состоит в нарушении структурных согласований (связей) в построении юридических правил. Одно из требований реально действующей системы правовых норм — ее структурная организованность или сбалансированность. Другими словами, каждая норма (или группа норм) в структуре права должна занимать строго определенное место, «ячейку», обусловленную характером и спецификой регулируемых фактических отношений. Уровень организованности системы права должен складываться на основе оптимальности, экономичности и целесообразности отношений и связей, возникающих между юридическими правилами. При введении в действующую систему права новых правил (нормативных актов) должны максимально учитываться уже существующие структурные отношения и связи. Случаи нерационально расположенных в структуре права норм неоднозначны. Можно говорить о неэффективной расположенности нормы (группы

26

норм) с точки зрения института (подотрасли), отрасли и системы права в целом.

Проблема оптимального места юридических предписаний в структуре права нуждается в более глубоком изучении. Нерационально расположенные в системе юридических норм правила не способствуют повышению гармонии ее внутриструктурных отношений и связей, затрудняют толкование и познание норм и в конечном счете — их применение.

д) Логическое несовершенство правовых конструкций. Под последними следует понимать сложные модельные образования («образцы»), выступающие в качестве средства развития системы права и условия правового регулирования. В правовой надстройке роль юридических конструкций весьма значительна — они выступают как элемент познания права, как необходимое средство правотворческой деятельности, находят реальное воплощение в законодательстве, обеспечивая тем самым соответствующий порядок и режим в регламентировании общественных отношений. Юридические конструкции и правовые нормы тесно взаимосвязаны: нормы права—выразители юридических конструкций, их материальные носители. Юридические конструкции можно подразделять по отраслевому признаку, степени абстракции и другим критериям. Наиболее важно деление юридических конструкций по уровню абстракции: например, доказательства по гражданскому делу (ст. 49 ГПК РСФСР) и далее — объяснения сторон и третьих лиц (ст. 60 ГПК), свидетельские показания (ст. 61 ГПК), письменные доказательства (ст. 63 ГПК) и др. Правовые конструкции могут находиться и находятся в отношениях соподчинения («родства»), развития, уточнения, детализации и др. Во многом благодаря им, право приобретает системные качества и становится высокоорганизованным регламентатором общественных отношений.

С другой стороны, системный характер права, его регулятивные особенности предъявляют высокие требования к самим юридическим конструкциям, прежде всего к логика их построения и развития. Говоря о роли юридических конструкций в обеспечении такого важнейшего свойства права, как его внутренняя взаимосвязанность и согласованность, следует обратить внимание на то, что их формирование в праве идет двумя путями. Первый, наиболее оптимальный, начинается с появления общей нормы и ее развития, конкретизации в специальных правилах как одинаковой, так и меньшей юридической силы (путь от общего к детальному, частному); второй — противоположный, связан с установлением по тому или иному вопросу ряда норм, каждая из которых не может претендовать на роль общей. Ни тот, ни другой путь не застрахован от сбоев и деформаций. Случаи логического незавершения и диспропорций выражения правовых моделей в законодательстве также образуют дефекты в их развитии. Изменение общественных отношений нередко диктует необходимость совершенствования и естественного развития правовой конструкции. Если в законодательной практике этого не происходит, правоприменитель вынужден реализовать нормы более общего характера в сравнении с тем, что требуют фактические отношения. Данное обстоятельство отрицательно сказывается на эффективности правового регулирования. Нередко приходится наблюдать логическую незавершенность правовых моделей даже в тех случаях, когда в законодательстве прямо указано на важность той или иной нормы (нормативных актов), но которая по тем или иным причинам долгое время не принимается.[[16] ]

Юридические конструкции в системе права могут образовываться и другим, обратным путем, т. е. с появлением их отдельных элементов. Отсутствие логической последовательности в их формировании также приводит к сбоям и диспропорциям в развитии права. Это может быть причиной противоречий, дублирования и пробелов норм права.

Итак, эффективность правового регулирования во многом предопределяется уровнем единства и согласованности системы права. Особенно важно соблюдение указанного условия в настоящее время, когда идет процесс обновления общесоюзной и республиканских федераций, правовой системы Союза ССР и республик. Один из путей решения этого вопроса — исследование логико-структурных дефектов системы права. В статье проблема согласованности права, факторов, ее нарушающих, только обозначена, предпринята попытка систематизировать дефекты системы права, выявить их отдельные причины. Было бы ошибочным полагать, что названные дефекты охватывают все имеющиеся сбои и несогласованности в современной системе права. Например, нуждаются с этой точки зрения в исследовании логика правовых понятий, сбалансированность гипотез и диспозиций норм права и т. д. Словом, современная законодательная практика должна твердо опираться на хорошо разработанную теорию дефектов системы права, основанную на ее базе методику их обнаружения и преодоления, чтобы сделает работу законодателей более совершенной.

[[2] Противоречия в праве исследовались в ряде работ (см.: Никитинский В. И. Преодоление противоречий в законодательстве в процессе правоприменительной деятельности//Советское государство и право. 1983. № 2. С. 13—20; Бабаев В. К. Логика в сфере права: понятие и основные направления//Там же. 1979, № 7, С. 44—45; Черданцев А. Ф. Логическая характеристика права//Правоведение. 1983. С. 20—21). ]

<< |
Источник: Неизвестный. Хрестоматия по Теории Государства и Права. 2010. 2010

Еще по теме Логико-структурные дефекты системы советского права:

  1. HOMO INSTITUTIUS
  2. ИЗБРАННЫЕ ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ВОПРОСЫ СУДЕБНОЙ МЕДИЦИНЫ
  3. ПРОБЛЕМА ОБРАЗА АВТОРА В ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ЛИТЕРАТУРЕ
  4. Оглавление:
  5. Логико-структурные дефекты системы советского права
  6. § 4. Специфика правил юридической техники при формировании структуры кодифицированных актов
  7. ВВЕДЕНИЕ
- Административное право зарубежных стран - Гражданское право зарубежных стран - Европейское право - Жилищное право Р. Казахстан - Зарубежное конституционное право - Исламское право - История государства и права Германии - История государства и права зарубежных стран - История государства и права Р. Беларусь - История государства и права США - История политических и правовых учений - Криминалистика - Криминалистическая методика - Криминалистическая тактика - Криминалистическая техника - Криминальная сексология - Криминология - Международное право - Римское право - Сравнительное право - Сравнительное правоведение - Судебная медицина - Теория государства и права - Трудовое право зарубежных стран - Уголовное право зарубежных стран - Уголовный процесс зарубежных стран - Философия права - Юридическая конфликтология - Юридическая логика - Юридическая психология - Юридическая техника - Юридическая этика -