<<
>>

III.2. Моделирование экономической преступности в новых экономических условиях (тенденции генезиса экономической преступности в финансово-кредитной системе)

Понимание того, что экономическая преступность - явление трудноискоренимое даже в странах с двухвековой историей демократии, сформировавшейся правовой базой и работающими механизмами исполнения законов предопределяет для реформирующейся России необходимость с гораздо большим вниманием отнестись к проводимым судебным, налоговым, земельным, кредитно-финансовым реформам с точки зрения моделирования их возможных последствий в части правонарушений.

Какой путь развития будет избран миром? Какой сценарий использования имеющихся активов выберет Россия XXI века? Ответы на эти вопросы по существу и определят темпы экономической конвергенции, а следовательно и процессы: унификации законодательных баз, повсеместной информатизации, обеспечения прозрачности экономического пространства, установления мировой финансовой и информационной сети, организации действенной системы глобального контроля за конфигурацией мирового дохода и за методами его незаконного присвоения.

Доход, о котором идет речь, есть результат использования всей совокупности активов. Именно их объемы, цены и ликвидность предопределяет приоритеты в деятельности организованной преступности. Совокупность предметов хищения схематично представлена на рис. 7.

Динамика цен активов, сложившаяся к концу XX века, свидетельствует о прогрессивно возрастающей доле нематериальных активов. Информация, структурированные знания, научные открытия, "ноу-хау", научно-технические и опытно-конструкторские разработки становятся все более востребованным обществом коммерческим продуктом. Права в самых различных проявлениях также выступают в форме ликвидных активов. Мировой рынок изобилует предложениями лицензий, патентов, приобретаются и перепродаются "раскрученные" товарные знаки, эффективные программы и проекты. И если еще десяток лет назад структура цены высокотехнологичного товара складывалась в основном из затрат на стадии массового серийного производства, а работа гения-изобретателя составляла лишь малую часть совокупных издержек, то в настоящий момент ситуация резко изменилась. К примеру, известно, капитализация компании "Microsoft" составила 85 млрд. долл. США, при этом, финансовые ресурсы, кредиты и вся инфраструктура составила 14 млрд. долл. США1. И это не результат переоценки компании, а рыночная оценка информационного ресурса. Постиндустриальная структура цены - это индустриальная с точностью до наоборот.

1 Эксперт № 1, 1999г., с.78

119

Рис. 7. Совокупность предметов хищения

Исходя из вышесказанного, заметим, что основные тенденции развитии форм и методов совершения экономических преступлений являются производными от цены, объемов, степени доступности для криминальных элементов и ликвидности активов. Ценимая, что меры, принимаемые международным сообществом по предупреждению мошеннических схем "прямого угона" денежных ресурсов (аккредитивные, бюджетные и др.), становятся все более эффективными, особенно в условиях консолидации усилий правоохранительных органов различных стран, их место будут занимать аферы более изощренные и сориентированные на другие виды активов. Если в предшествующий период аферы с продажей прав были нечастым явлением (к примеру, нашумевшее в 70-х годах дело о передаче прав McDonald's), то участие нематериальных активов в финансовых аферах в настоящий момент явление все чаще повторяемое. Объективной основой такого положения дел является несомненно тот факт, что цена, к примеру, информационных ресурсов, их трансферабельный и всеобщий характер применения несомненно выше, чем любого другого материального актива.

Более того, пиратское использование тех же программных продуктов, во-первых, достаточно трудно отследить; во-вторых, носит повторяемый характер (программный продукт не изнашивается, не портится, а лишь морально устаревает); в-третьих, при соответствующей доработке может легко становиться коммерческим продуктом.

При элементарном сравнительном анализе эффективности компаний, реализующих информационные ресурсы, и компаний, лидирующих в сфере материального производства, можно отметить несопоставимо (на несколько порядков) меньшую эффективность последних. Хрестоматийным примером является деятельность фирмы е Buy (система электронной торговли), которая десяток лет назад могла быть реализована всего за 250 тыс. долл. США, а сегодня они продали бы свои акции за 40 млрд. долл. США. И это не результат переоценки, а реальный результат деятельности: благодаря усилиям е Buy создан самый большой потребительский рынок. Они получают деньги за создание рынка, а не за произведенный продукт или даже технологию.

Итак, имея в виду существенное усиление позиций нематериальных активов, следует предположить, что именно они станут, а в некоторых случаях уже стали, наиболее привлекательной мишенью для мошенников. Тем более, что биржевые технологии становятся столь удобны и просты, что моменты ликвидности мо-гут решаться автоматически.

Какие из мошеннических схем наиболее опасны для России? Ответ на этот вопрос лежит сегодня несомненно в сфере нематериальных активов, ибо при наличии мощнейшего сырьевого потенциала, цена его добычи в нашей стране на порядок выше, Чем в странах - конкурентах, что делает этот рынок несравненно

121

менее прибыльным, а следовательно и интересным для престуц. ных элементов. Понимая также, что производственный потенциал России в значительной степени подорван (по оценкам экспертов его реанимация потребует не менее 500 млрд. долл. США), можно предположить, что и финансовая сфера перерабатывающих отраслей вряд ли станет объектом, привлекательным для финансовых мошенников, как впрочем и бюджетные средства в условиях принятия в 1998 г. Бюджетного кодекса Российской Федерации с жесткой регламентацией правоотношений, возникающих на всех уровнях бюджетной системы.

Проведенный авторами анализ показывает, что научно-технический потенциал России практически неисчерпаем (по западным оценкам, не менее 1 трлн. долл. США), а в условиях прежней ориентации экономической преступности на материальные активы до настоящего времени научно-техническая сфера еще по существу не была задействована преступниками. Более того, для большинства советских разработчиков недостойно реализовать свои ноу-хау, да еще и за рубеж, означало по существу признать поражение всей своей жизни. Иначе обстоит дело с программными продуктами. Молодое поколение (уже российских) разработчиков охотно участвует в интернациональных схемах, зачастую обеспечивая бурный рост той или иной западной компании, базирующийся на программном продукте, проданном за бесценок.

Мошеннические действия, в этой сфере бизнеса осуществляются следующим образом. К примеру, американская компания приобретает ноу-хау, сама доводит российское ноу-хау до патентной стадии, проводит первичное размещение на американском фондом рынке, продает небольшую часть акций (до 20-30%), получая средства для организации серийного производства и уже через год-два вырывается в лидеры на соответствующем рыночном сегменте. В такого рода схеме отсутствует прямое нарушение законов, но ее реальная эффективность базируется на неэквивалентных отношениях с российским разработчиком.

Кто защитит его интересы? Как пресечь утечку научно-технического ресурса из страны, кстати говоря гораздо более опасную, чем прямой отток финансовых ресурсов? Каким образом российское законодательство способно предотвратить эти латентно протекающие процессы? На все эти вопросы мы должны ответить в оперативном режиме времени, ибо эти процессы только начинаются, а упущенная экономическая выгода от их нарастания несопоставима со скажем ущербом, наносимым торговлей сырьем или любым продуктом по демпинговым ценам.

Иным образом выглядят схемы с размещением производства в России, кстати также базирующемся на российских разработках. По существу, ничего не платя за разработки западные партнеры размещают производство в России, деньги занимают

122

на Нью-Йоркской бирже, сами финансовые потоки выводят на Виргинские острова, права собственности закрепляют в Ирландии, нигде не нарушая закон, создавая эффективно работающую бизнес-схему. Вопрос: на кого работающую - ? Ответ не вызывает сомненья - на организатора, создавшего бизнес-схему- Российский бюджет довольствуется отчислениями с фонда зарплаты и НДС. Основная подводная часть "доходного айсберга" минует российский бюджет, оседая в офшорных зонах.

Принцип таких, с точки зрения наиболее вероятных схем всегда один и тот же: русское ноу-хау приобретается за бесценок, в т.ч. с использованием всех способов совершения преступлений, рассмотренных в I и II главах книги. Учитывая абсолютную пассивность правоохранительных органов к деятельности остатков научно-технического комплекса страны, существует множество способов даже и не приобретать разработки, а посулить оплатить совместный патент, который в результате получает коллектив авторов без единого российского гражданина. Далее в действие вступает интернациональная бизнес-схема с привлечением мировых ресурсов - финансовых, организационных, правовых, кадровых и др. В этой схеме не происходит даже частичной компенсации затрат на разработки.

В контексте перенесения центра тяжести экономической преступности на нематериальные активы следует отметить весьма вероятное расширение приобретений незаконным путем прав на реструктуризацию задолженностей, отсрочек различного рода платежей и др. В этой связи перед законодательством актуализируется требование разработки ясных критериев и внятного порядка возможного получения вышеуказанных прав. Борьба за них только разворачивается, ее смысл — получение стартовых преимуществ при производстве товаров и оказании услуг. Снижая норму изъятия, растягивая периоды выплат, получая налоговые каникулы, по существу выторговывая льготы, компании и отдельные предприниматели имеют заведомо высокие шансы в конкурентной борьбе, фактически скрыто обворовывая государство и граждан.

Следующей вполне возможной в ближайшей перспективе мошеннической схемой, особенно в условиях появления не просто пионерных в своих областях разработок, а ноу-хау, способных уничтожить целые отрасли, могут стать схемы по типу "блокировки активов", т.е. их неиспользования на определенных условиях. Это схемы сговоров и прямого шантажа владельцами инноваций производителей ликвидной (имеющей платежеспособный спрос) продукции. Для последних не оставляется возможности, кроме приобретения ноу-хау по любой цене. В противном случае в соответствии с угрозой развертывания альтернативного производства, конкуренту "грозит безусловное и скоропалительное банкротство". Такого типа вызовы учащаются в связи с разви-

123

тием нетрадиционных знаний и открытий на стыках наук. Сегодня уже имеются опытные установки по производству нефтепродуктов не на основе крекинга, а по технологии катализа и частотных колебаний. При этом, декларируется, что цена издержек производства на порядок ниже, чем в традиционном секторе производства. Нагоняемая информационная эйфория естественно приводит к перетоку ликвидных активов в компанию, владеющую ноу-хау. А реализация продекларированных преимуществ в мошеннических схемах условие совсем необязательное. Вероятно миру предстоит пережить аферы не только с герболайфом и растворителями жиров, приобретением прав на недельный отдых, производство витаминизированных комплексов, чудодейственных бальзамов и парфюмерных изделий, но и преодолеть все такие же, как в напрямую "угонных" финансовых схемах (см. Ш.1), искусы получения сверхприбылей только не от финансовых программ, а от реализации якобы супервыгодных бизнес-схем.

Включение в мошеннические схемы нематериальных активов существенно расширяет возможности правонарушений в кредитной сфере. Так, залогово-гарантийный механизм, базирующийся на реальной оценке активов может быть деформирован завышенной стоимостью блокируемых в качестве обеспечения ноу-хау, технологий, прав и др. Отсутствие или ограниченный круг экспертов соответствующей специализации позволяет мошенникам контролировать ситуацию, умело вводя в заблуждение кредитные учреждения подкупая экспертов или создавая на базе преступников игрового типа экспертное бюро, дающее "авторитетные" экспертные заключения по проб'леме и пр. Жертвами такой модели обмана станут не только граждане и компании, но и государство. В целом, следует отметить, что по нашему мнению, главной жертвой мошеннических операций всегда является общество в целом. На расследование афер и наказание мошенников приходится тратить огромные ресурсы, как людские, так и материальные. Их снижение — прямое следствие понимания будущих тенденций развития экономической преступности.

Распространенная в настоящее время аккредитивная преступная схема (см. П.2) хорошо известна кредитным учреждениям со стажем и может сработать лишь во вновь образованных банках. А вот аферы на базе переводимых (transmissible) аккредитивов могут стать своего рода финансовым ноу-хау. Банки с недостаточным опытом работы могут принимать эту формулировку за переводной аккредитив (transferable). Парадокс заключается в том, что документ не является подделкой, имея несущественную добавку, которую можно принять за легитимную форму и использовать по поручению мошенников не по назначению, позволяя в конечном счете похитить выставленные в аккредитивной форме средства.

124

Аналогичной "образной" схемой является использование "генерального залогового обязательства", которое само по себе не представляет собой никакой ценности. А слова о том, что обязательство произвести выплаты без права протеста, вне зависимости от срока действия и легального статуса и пр. всего лишь уловки мошенников для придания схеме большей убедительности.

Не секрет, что в современной России по различным оценкам от 40 до 60% производства находятся в секторе теневой экономики, деятельность которого регулируется по особым правилам, не облагается налогами, не контролируется в установленном законом порядке. Действующим законодательством затруднен прямой безналоговый переток капитала из теневого в реальный сектор в этой связи действует огромное количество схем "отмывки" средств, полученных преступным путем. Среди них фиктивная реализация импортируемых товаров через розничную сеть. Эта схема объясняет мгновенное разворачивание и исчезновение модных бутиков и торговых точек. Как только средства за якобы проданные изделия возвращены фиктивному импортеру (к примеру, на Кипре или в Греции) фирма может исчезнуть. Так называемая "отмывка", а иначе легализация доходов, полученных незаконным путем, легко реализуется через потребительские общества, законодательно закрепляющие право граждан объединить личные сбережения и собственность для решения тех или иных задач. Декларация и подтверждение происхождения взносов не требуется, управление потребительскими обществами упрощено, декларативный режим приобретений под его крышей прозрачен.

Введение Закона "О государственном контроле за соответствием крупных расходов на потребление фактическим получаемым физическими лицами доходам" не в состоянии поставить реальные барьеры легализации незаконных доходов через личную собственность. Существуют, как минимум пять схем обхода требований этого Закона:

1- Кредитование или зачет в рамках потребительского общества, вклад в которое обеспечивает приобретение, передачу прав собственности или компенсацию при возврате пая.

2. Взаимное кредитование граждан.

3. Заполнение имущественной декларации, кстати, с указанием имеющихся нематериальных активов.

4. Подмена отношений купли-продажи отношениями мены.

5. Всевозможные отсрочки, рассрочки платежей, автоматиче-гки снижающие величину платежа, опуская ее ниже контрольного барьера.

Правонарушения в налоговой сфере авторы предполагают рассмотреть в следующих работах.

125

Что касается нарушений в деятельности благотворительных фондов, распространение которых также носит характер эпидемии в связи с принятием мировым сообществом Концепции устойчивого развития, в основе которой борьба с нищетой и создание равных условий для развития личности и окружающей среды, отметим, что можно спрогнозировать их рост в перспективе. Не случайно многие личности с "непрозрачной" биографией охотно приобщаются к деятельности благотворительных фондов, иногда даже возглавляя их. В принципе недопустим тот факт, чтобы структуры по существу отстаивающие основные нравственные принципы человечества криминализировались, а их деятельность подчинялась интересам преступных авторитетов. В этой связи следует конкретизировать все правовые нормы, регламентирующие порядок деятельности и контроля благотворительных фондов, не допустимы расплывчатые формулировки и двусмысленное толкование, необходим жесткий порядок лицензирования их деятельности и повышенные требования к кадровому составу.

Принимаемые меры финансово-кредитной политики далеко не всегда приводят к ожидаемым последствиям. Так, к примеру, совсем не очевидны последствия реализации предложения Банка России по увеличению норматива обязательной продажи валютной выручки с 75 до 100%. И дело здесь вовсе не в политических последствиях, а в чисто экономических закономерностях. Причина предложения очевидна: необходимость обслуживания внешних долгов. Проводимая Банком России политика позволила практически выполнить обязательства в 1999 г. В 2000 г. сумма выплат составляет более 10 млрд. долл. США. На этом фоне для того, чтобы поддерживать для контроля над девальвацией уровень внешних резервов необходима дополнительная валюта. По мнению экспертов1 переход от 50 к 75%-ной продаже валюты позволил увеличить в 1999 г. ежемесячные поступления валютной выручки на 1 млрд. долл. США, что вдвое превышает поступления в докризисном периоде. Вместе с тем, это не значит, что ожидаемый результат будет именно таким, ибо рассматриваемая мера будет стимулировать, с одной стороны, лоббирование льгот для ряда экспортеров, с другой, прямо способствовать утечке капиталов из страны, с третьей, приведет к увеличению объемов внебиржевого и биржевого сегментов валютного рынка. Более того, как отмечает В.May, руководитель Рабочего центра экономических реформ при правительстве РФ: "При наличии же слабой власти и неэффективного законодательства более вероятно увеличение объемов невозвращения капитала". А.Хандруев, проректор Академии народного хозяйства при правительстве РФ, дает гораздо более жесткую оценку: ".. не нужно быть семи пядей

1 Эксперт № 3, 2000 г. с.11

126

во лбу, чтобы предсказать грядущий успех "гениев финансовых проделок". Пострадают же честные (без кавычек!) экспортеры. Лоббисты всех мастей обязательно выбьют льготы для избранных".

Действительно, если стабильность рублевого курса не будет обеспечена, а потери на банковских комиссиях окажутся существенными валютную выручку начнут прятать, в целях выживания применяя множество противоправных действий. В то же время в случае принятия мер по предотвращению курсовых потерь (к примеру, открытия индексируемых рублевых депозитов экспортеров), а также фондирование собранной валюты и жесточайшего контроля, вполне вероятную криминализацию можно не допустить. Аналогично с точки зрения анализа последствий должны приниматься и иные законодательные инициативы.

Если говорить о ближайшей перспективе, то в рамках экономической преступности в кредитно-финансовой сфере, не исчерпаны возможности распространенных ныне механизмов, таких как, "увод" денег по фиктивным договорам, снятие "скрытой прибыли" через соглашения с заведомо заниженными ценами; переброска ликвидных активов в дочерние подконтрольные структуры. Интересно, что такого рода мутациям стали подвергаться и иностранные компании, хотя в большинстве случаев их "экономический гений" касается только "накручивания" затрат, учитываемых в составе себестоимости, что искусственно снижает базу налогообложения.

Сегодня ни для кого не секрет, что достаточно открыть любую газету или журнал, чтобы без труда обнаружить множество объявлений "финансовых прачечных". Они без всяких проблем "обналичат", уводя от налогообложения доходы, облегчая переговорные процессы с любой компанией, увеличивая ваш потребительский потенциал. Не давая оценки деятельности правоохранительных органов, лишь заметим: очевидная система мер в оперативном режиме времени в пределах крупных мегаполисов, как сосредоточения "финансовых прачечных", позволит, если не уничтожить полностью, то существенно усложнить процессы прямого "увода" финансовых ресурсов преступниками. Заметим также, что пристального внимания требуют банки, обслуживающие "финансовые прачечные", как правило зарегистрированные на фиктивных лиц. В большинстве случаев механизм 'обналички" - результат альянса преступных элементов и банковских служащих, что несомненно нелегко доказать. Уничтожить это явление с использованием современных оперативно-розыскных методов невозможно до тех пор, пока такие альянсы не ста-аУт невыгодными для банковских учреждений, т.е. до того момента, когда ответственность за правонарушения будет сущест-Венно превышать выгоды, а основные возможности заработка переместятся в сферу легитимной экономики.

127

Труднее обстоит дело с ответом на вопрос, на сколько обоснован переток активов между юридическими лицами. Не прошло а года, как потерявшие в результате августовского кризиса 1998г. вкладчики стали свидетелями захватывающей трагикомедии мгновенного обнищания ведущих банков страны. Их ликвидные активы осели в никому не известных структурах, заместившись долговыми обязательствами государства. Насколько законно? -вопрос, стоящий перед правоохранительными органами. Зато вопрос: за чей счет - ? не требует никаких усилий с ответом. Как правило, все те же, кто, увлекшись реальным зарабатыванием, забыл о конъюнктуре и новых традициях российской рыночной экономики.

Нельзя, конечно, говорить, что отечественной юридической наукой и властями совсем уж ничего не делается для обуздания расхитителей средств и прочего корпоративного имущества. Так, Гражданский кодекс закрепил обязанность исполнительных органов юридического лица действовать добросовестно и разумно. Тем же Гражданским кодексом и акционерным законом предусмотрена ответственность исполнительного органа за причинение убытков юридическому лицу. В законе об акционерных обществах продекларирован контроль за крупными сделками и сделками, в которых имеется заинтересованность. Наконец, существует правовая возможность признания недействительными мнимых сделок и сделок, совершенных под влиянием злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной.

Однако противоречия и проблемы в законодательстве, практическая сложность его применения таковы, что сводят к минимуму эффективность названных норм. Чего стоит только одна статья КЗоТ, ограничивающая размер материальной ответственности руководителя предприятия должностным окладом. Поэтому становится все более очевидным, что результативность экономических реформ сегодня напрямую зависит от того, удастся ли преодолеть вакуум ответственности управляющих за результаты своей деятельности.

В рамках принятой нами попытки анализа наиболее опасных для России экономических преступлений, нельзя умолчать о схемах по типу "инвесторов-стервятников", представляющих реальную опасность для лучших отечественных компаний. Чего стоит дорогостоящая трехлетняя война ЮКОС—К.Дарт. Суть схемы "инвестор-стервятник" заключается в умелом использовании законодательных тонкостей, судебных органов (с их нерасторопностью и перегруженностью) в целях блокировки решений основных акционеров. В случае ЮКОС против К.Дарта последнему было достаточно иметь 13% "Томскнефти", чтобы блокировать необходимые ЮКОСу решения по дополнительной эмиссии на этапе перехода на единую акцию. В комментариях по этоМУ

128

поводу все эксперты едины - это экономический шантаж, имеющий эпидемиологическую природу. Мелкие акционеры отказываются участвовать в обмене акций добывающих компаний ЮКОСа по предлагаемыми ценам. Если путем шантажа К.Дарт получил вдвое большую цену, почему бы финансовым спекулянтам не попробывать сделать то же. Объективно необходимая тенденция концентрации производства, объединение добывающих, перерабатывающих, инфраструктурных отраслей поставит вопрос о слиянии акционерного капитала. Как поведет себя акционерное меньшинство, являющееся, в большинстве случаев рантье? Во имя защиты отечественного производителя должен быть поставлен барьер экономическому шантажу, так как потери отечественных производителей только в случае с К.Дартом составили: ЮКОС - 120 млн. долл. США, "Ноябрьскнефтегаз" - не менее 35 млн. долл. США. И это за 13%-ный пакет "Томскнефти" и 5%-ный "Ноябрьскнефтегаза"1.

Бурный рост количества кредитно-финансовых операций проводимых через Интернет, не мог не привлечь внимания аферистов, намеренных незаконно нажиться на компьютерной информации. В целом можно сказать, что все виды известных противозаконных видов работ в системах охватываются понятием преступности в сфере компьютерной информации. Наиболее распространенный вид - хакерство, то есть взлом различного рода систем. Он может использоваться для получения логинов, паролей, открытия несанкционированного доступа к известным ак-каунтам, коммерческой информации, перехвата финансовых транзакций и др. Все это охватывается понятием "несанкционированный доступ к компьютерной информации" и является основным признаком состава преступления, предусмотренного статьей 272 Уголовного кодекса. Следует отметить, что эта статья практически не оставляет возможности мошенникам уйти от четкой квалификации их действий, предполагая ответственность в диапазоне от 200 минимальных размеров оплаты труда до двух лет лишения свободы. Гораздо более суровое наказание предусмотрено 273 статьей Уголовного кодекса за "создание, использование и распространение вредоносных программ для ЭВМ". Виды наказаний начинаются сразу с лишения свободы с максимальным сроком лишения свободы до 7 лет. При этом, не обязательно использовать вредоносные программы, достаточно их Распространять. Несомненно гораздо эффективнее предупреждать этот вид преступлений, чем ликвидировать их последствия.

В условиях развития "сетевой" модели жизнедеятельности об-Щества и отсутствия границ в Интернете, мировое сообщество правоохранительных органов имеет возможность оперировать в пределах земного шара. Как отмечает начальник отдела по

1 Эксперт № 2, 2000г., с. 28

129

борьбе с преступлениями в сфере компьютерной информации МВД РФ Д.М.Чепугов:

"В течение считанных секунд, используя электронные средства связи, передается розыскное задание полиции другой страны, и оно будет отработано по законам страны пребывания. Вот вам пример: совсем недавно по делу, связанному с неправомерным доступом, была перехвачена информация, которая шла через пять стран. Мы везде ее успешно установили и блокировали, а потом наш сотрудник в соответствии с поручением Генпрокуратуры России и при содействии американской стороны вылетел в Нью-Йорк и произвел все необходимые действия по сбору и документированию информации. В большинстве случаев разъезды не нужны. Между полициями почти всех стран есть прямые соглашения о сотрудничестве по борьбе с "компьютерными" преступлениями, и наша страна интенсивно использует такие каналы. "Тихих гаваней" для компьютерных преступников не будет".

В ближайшей перспективе в условиях России следует учесть, что наиболее частые попытки мошенничества при работе в режиме реального времени будут включать:

жульничество с предоплатой, когда преступник рекламирует наличие товаров или услуг и требует предоплату. Только после того, как жертвы заплатили деньги, они обнаруживают, что эти товары или услуги бракованные, низкого качества или вообще не существуют;

пирамиды и письма по цепочке, в основном аналогичные тем, которые распространяются по почте. Обычное такое письмо содержит список фамилий и адресов, по которым получателю предлагается послать деньги. Получатели в этом случае должны внести свою фамилию в список (часто убирая самую верхнюю фамилию, чтобы сохранить постоянным число участников) и послать дальше измененное таким образом письмо;

аферы Понзи, отличающиеся от письма по цепочке тем, что в этом случае рекламируется якобы выгодное деловое предложение, часто связанное с обменом иностранной валюты, торговлей драгоценными металлами или другими высоко-прибыльными капиталовложениями. На самом деле никакого дела не существует, а мошенник просто использует "прибыль" от вкладов более поздних инвесторов, чтобы заплатить более ранним, таким образом создавая видимость прибыльности и привлекая новые жертвы.

В заключении следует отметить, что все модели "мира" и образы человека будущего могут стать объектами криминализации в том случае, если мы не сможем ясно ответить на вопрос: что мы создаем, в каких терминах строим свое будущее, сколько и каких ресурсов нам необходимо, как добиваемся поставленных целей? Если мы также неопределенно как сейчас будем знать, что человечеству не нужно и блуждать в поисках целей и приоритетов развития, криминализация общества неизбежна.

130

<< | >>
Источник: Сатуев Р.С., Шраер Д.А., Яськова Н.Ю.. Экономическая преступность в финансово-кредитной системе. - М.: Центр экономики и маркетинга, 2000-272 с.. 2000

Еще по теме III.2. Моделирование экономической преступности в новых экономических условиях (тенденции генезиса экономической преступности в финансово-кредитной системе):

  1. III.2. Моделирование экономической преступности в новых экономических условиях (тенденции генезиса экономической преступности в финансово-кредитной системе)
- Авторское право России - Аграрное право России - Адвокатура - Административное право России - Административный процесс России - Арбитражный процесс России - Банковское право России - Вещное право России - Гражданский процесс России - Гражданское право России - Договорное право России - Европейское право - Жилищное право России - Земельное право России - Избирательное право России - Инвестиционное право России - Информационное право России - Исполнительное производство России - История государства и права России - Конкурсное право России - Конституционное право России - Корпоративное право России - Медицинское право России - Международное право - Муниципальное право России - Нотариат РФ - Парламентское право России - Право собственности России - Право социального обеспечения России - Правоведение, основы права - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор России - Семейное право России - Социальное право России - Страховое право России - Судебная экспертиза - Таможенное право России - Трудовое право России - Уголовно-исполнительное право России - Уголовное право России - Уголовный процесс России - Финансовое право России - Экологическое право России - Ювенальное право России -