ЛИБЕРАЛИЗМ И ВНЕШНЕПОЛИТИЧЕСКИЕ ОРИЕНТАЦИИ

Но, по крайней мере, в тенденции различным идеологиям коррелятивны и те или иные представления о внешнем мире, международных отношениях и со-ответствующие общие внешнеполитические ориентации. Проследить их непросто, они неоднозначны, и сходные по крайней мере по форме, по риторике внешнеполитические ориентации мы можем обнаружить у сторонников разных, в том числе полярных, идеологий (именно поэтому во внутриполитической практике встречаются столь причудливые симбиозы сторонников, казалось бы, несовместимых идеологий, выступающих единым образом в отношении тех или иных международных вопросов)

В международной сфере идеология проявляется во многом опосредованно, по крайней мере, она лишь в редких случаях транслируется напрямую во внешнюю политику. И, тем не менее, мы можем проследить связи между обосновываемыми идеологией устойчивыми системами внутриполитических воззрений и соответствующими им (или по крайней мере не противоречащими им) внешнеполитическими ориентациями. В этом смысле мы, по всей видимости, вправе говорить по крайней мере об элементах идеологической «изоморфности» внешней и внутренней политики

Так как же либерализм видит, воспринимает окружающий мир, внешнюю реальность, международные отношения, мировую политику?

Конечно же, мы сознаем, что исторически либерализм изменчив и что все обобщения подобного рода условны.

внешнеполитического. Так, прежде всего для либеральной идеологии, внешний мир, внешняя среда в целом благоприятствуют воплощению и утверждению основополагающих либеральных принципов — индивидуальной свободы, индивидуализма как экономического, политического и морального принципа, демократии, прав человека, правовых основ международных отношений. Собственно говоря, это и есть фундаментальные основы «вечного мира», о котором говорил еще Иммануил Кант в 1795 г.

Немаловажно заметить, что, хотя с либеральной точки зрения внешняя среда отнюдь не несет в себе некое враждебное начало (как, например, полагают консерваторы), идеальное и нормативное состояние «вечного мира» все же не дано а priori, но должно быть установлено, учреждено. Как раз в этом — свойственный либерализму изначальный импульс активной внешней политики, порой доходящий вплоть до либерального экспансионизма. Впрочем, главное в данном случае не в экспансионизме или изоляционизме как таковых, а в тех принципах, ценностях и нормах, к утверждению которых в мире стремится либерал.

Помимо отмеченных выше основополагающих ценностей либерального мировоззрения, это принципы и нормы права (в том числе международного), открытость и готовность к переговорам и поиску компромиссов между государствами-участниками внешнеполитического процесса, которые признаются изначально равными по статусу. Отсюда — и свойственная либерализму ориентация на международные организации как важные субъекты современной мировой политики Важно подчеркнуть и веру либерала в то, что именно экономический рост на свободной рыночной основе, определяемый либеральным идеологическим и внутриполитическим выбором (то, что Кант называл «духом торговли»), в конечном счете и является главным фактором внешнеполитической мощи и общего положения государства на международной арене. Либерал — сторонник внешнеполитически активного государства, но, прежде всего, в той мере, в какой оно обеспечивает условия для свободной рыночной конкуренции и экономического роста, а также для реализации других либеральных принципов

И, наконец, еще одна важная особенность либерального внешнеполитического восприятия — это его векторность, направленность, своего рода прогрес- сизм.

Говоря об этих общих чертах либерального внешнеполитического восприятия, мы хотели бы еще раз подчеркнуть следующие принципиальные обстоятельства. Речь в данном случае не идет о критериях «либеральности» того или иного внешнеполитического курса. По крайней мере, это не выбор «либе-ральной позиции» в рамках противопоставлений таких традиционных внешнеполитических ориентации, как, с одной стороны, «морализм» vs. «Realpohtik», а с другой — изоляционизм vs. интервенционизм. Идейным «ключом» к либеральному восприятию внешнего мира является не морализм и даже не мораль как таковая, а конкретное содержание отстаиваемых либерализмом нравствен-ных принципов, о которых мы говорили выше. Но равным образом либерализм не характеризует и абстрактный отказ от применения силы в международных

отношениях — прецеденты такого рода известны и многочисленны. Другое дело, что для либерала сила и насилие никогда не будут нормой международных отношений, а определяющим для него будет вопрос о том, в каких целях сила применяется. Равным образом либералы во внешней политике в зависимости от конкретных исторических обстоятельств то отстаивали изоляционистские позиции, то выступали приверженцами экспансионизма.

Внешняя политика либерально-демократического государства может быть наполнена разным конкретным содержанием, она может видоизменяться в зависимости от перемен во внешней и внутренней среде. Бывает, что демократические режимы отступают от принципов либерализма в своих конкретных внешнеполитических решениях. Однако в целом внешняя политика либерально- демократического государства остается ориентированной на базовые ценности либерализма, и она обслуживает, в конечном счете, нужды и потребности гражданского общества, а не государства. Ее цели — внутренние, и они определяются осуществляемым обществом выбором либерализма и демократии как идеологии, политики, экономики и общей модели национального развития. Причем выбор этот не умозрителен, а встроен в реальный контекст объективных (не зависящих от амбиций и предпочтений политиков) экономических, социальных, по-литических, геополитических и иных обстоятельств и факторов.