<<
>>

НКИД И ЦК

Внешнеполитические вопросы в политбюро решали Сталин и Молотов, причем генеральный секретарь старался вникать во все серьезные проблемы и часто не соглашался с мнением наркомата.

В письмах к Молотову или Кагановичу он не стесняется в выражениях: «Карахан вел себя глупо и неприлично… Карахан и Литвинов допустили грубую ошибку… Надо высечь НКИД за спячку, слепоту, близорукость. А вместо этого вы плететесь в хвосте за зеваками из НКИД».

Советские руководители в течение долгого времени отказывались встречаться с иностранными государственными деятелями и дипломатами. Только в 1933 году в Кремле стали принимать некоторых иностранных послов. А первым европейским министром, которого приняли в Москве на высшем уровне, был англичанин Энтони Иден, тогда лорд — хранитель печати. Ездить за границу Сталин категорически отказывался.

В конце двадцатых годов установилась практика, когда любые ключевые заявления дипломатов, текст документов и переписка с другими странами, директивы советским делегациям на международных переговорах должны были получить предварительное одобрение политбюро, как высшего в стране органа власти.

В конце двадцатых — начале тридцатых годов политбюро заседало четыре или три раза в месяц. С середины тридцатых, когда Сталин окончательно перестал считаться с соратниками, заседания стали проводиться нерегулярно.

А когда политбюро работало по расписанию, это был напряженный день. Начинали в одиннадцать утра, заканчивали иногда в семь вечера, но делали перерыв на обед. Все приглашенные толпились в секретариате — небольшой соседней комнате. Их вызывали по очереди. До осени 1929 года заседания политбюро вел глава правительства Рыков, потом Молотов. Сталин сидел на противоположном от председательствующего конце стола, внимательно слушая выступавших. Иногда вставал и ходил по комнате, потом высказывал свое мнение.

Если между членами политбюро возникали споры, вопрос немедленно снимался с обсуждения и отправлялся на дополнительную доработку. Неподготовленные вопросы не рассматривались.

Менее важные решения оформлялись опросом членов политбюро — им либо рассылались опросные листы, на которых они расписывались за или против, либо просто опрашивали по телефону. Важную роль играли комиссии политбюро, создававшиеся для обсуждения разных внешнеполитических вопросов. В такой комиссии нарком иностранных дел или его заместитель был всего лишь рядовым членом. Но в аппарате ЦК еще не было международного отдела. Такой отдел появился в ЦК после расформирования в 1943 году Коминтерна; его возглавил болгарин Георгий Димитров.

Во время беседы с одним из иностранных дипломатов в мае 1933 года Литвинов сказал: «Наша Коммунистическая партия не имеет внешнеполитических отделов, и наш комиссариат осуществляет внешнюю политику как государства, так и господствующей партии».

Однако попытки сформировать в партаппарате внешнеполитическое подразделение предпринимались не раз. В апреле 1932 года решением политбюро при ЦК было создано информационное бюро по международным вопросам — Бюро международной информации. Его возглавил бывший член ЦК и исполкома Коминтерна Карл Бернгардович Радек. Это была одна из самых ярких фигур в большевистском руководстве, человек острого и язвительного ума, очень образованный и циничный.

Радек родился во Львове, свободно владел основными европейскими языками. И в Польше, и в Германии чувствовал себя как дома. В Варшаве он вел подпольную работу вместе с Розой Люксембург и Феликсом Дзержинским, в Германии — вместе с Кларой Цеткин и Карлом Либкнехтом, в Швейцарии — вместе с Лениным. После Октябрьской революции он безуспешно пытался поднять вооруженное восстание в Германии. Его карьере помешали изрядная доля авантюризма и нелюбовь к повседневной работе. Кроме того, он совершил роковую ошибку — считал Льва Давидовича очевидным наследником Ленина, но промахнулся.

В 1927 году Радека, как троцкиста, исключили из партии. Через два года восстановили его членство и как бы реабилитировали.

В те годы Сталин доверял всесторонним познаниям Радека и охотно пользовался его ярким талантом. Радека назначили членом редколлегии «Известий», вновь стали посылать за границу. В аппарате ЦК ему поручалась аналитическая работа, информирование руководства партии о ситуации в мире. Новая роль Радека стала известной в мире, его приглашали за границу, с ним старались вести тайные переговоры, считая, что он и есть тот человек, который формирует стратегию внешней политики. А он любил напустить на себя таинственность.

Помощники Радека, тесно сотрудничая с военной разведкой, готовили и рассылали узкому кругу партийных руководителей «Доклады Бюро международной информации», «Сообщения БМИ» и «Бюллетень иностранной прессы БМИ». В Наркомате иностранных дел Радека, разумеется, возненавидели, как конкурента и соперника. Но его видная роль была недолгой. В мае 1934 года новое постановление политбюро свело задачи бюро Радека до простого информирования аппарата ЦК по международным делам.

Самого Карла Радека ждала печальная судьба. В 1936 году его вновь исключили из партии и арестовали, в следующем году судили по делу Параллельного антисоветского троцкистского центра. Надеясь спастись, он вступил в сделку со следствием и на суде охотно каялся в самых фантастических грехах. Он верил, что Сталин не станет его губить, позволит после суда вернуться к нормальной жизни. Суд вынес Радеку самый мягкий приговор — десять лет. Его убили в заключении…

<< | >>
Источник: Леонид Михайлович Млечин. Министры иностранных дел. Внешняя политика России. От Ленина и Троцкого – до Путина и Медведева»: Центрполиграф; М.; 2011. 2011

Еще по теме НКИД И ЦК:

  1. «ПУСТЬ БЕРЕТ ИНОСТРАННЫЕ ДЕЛА»
  2. Глава 2 ГЕОРГИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ ЧИЧЕРИН. ЧЕЛОВЕК НЕ ОТ МИРА СЕГО
  3. НЕМЕЦКОЕ ОРУЖИЕ СОЗДАВАЛОСЬ В РОССИИ
  4. «ПОДВЕСТИ ПОД РАССТРЕЛ ЧЕКИСТСКУЮ СВОЛОЧЬ»
  5. СОСЕДИ С ЛУБЯНСКОЙ ПЛОЩАДИ
  6. И НИКАКИХ УКРАШЕНИЙ!
  7. БОРЬБА С КРЫСАМИ И МОЛЬЮ
  8. НАРКОМ УЕЗЖАЕТ ЛЕЧИТЬСЯ
  9. НЕОТПРАВЛЕННОЕ ПИСЬМО
  10. АРЕСТ И ВОЗВРАЩЕНИЕ НА РОДИНУ