<<
>>

ОБЕДЫ ПОДЕШЕВЕЛИ

С приходом Примакова внешняя политика вышла из зоны острой критики, дипломатов оставили в покое. Его авторитет в Кремле и в правительстве, административный опыт позволяли надеяться, что и личные проблемы дипломатов будут решаться.

Примаков в бытность министром был одним из немногих политиков, имевших регулярный доступ к президенту, что не только позволяло ему решать свои проблемы, но и создавало определенный статус в отношениях с другими министрами, которые всегда ревниво следят за МИД. Спорить с Примаковым они не решались. И президент с большой готовностью откликался на его просьбы.

Через два месяца после назначения Примакова Ельцин подписал указ о координирующей роли Министерства иностранных дел. Правительству и администрации президента запрещалось принимать к рассмотрению вопросы, относящиеся к внешней политике, если они не согласованы с МИД. С официальными заявлениями по вопросам внешней политики разрешено было выступать только троим — президенту, премьер-министру и самому Примакову. Он добился этого, потому что время от времени разные политики — вице-премьеры, секретарь Совета безопасности — произносили такие речи, что Министерству иностранных дел приходилось срочно давать разъяснения.

Это не значит, что жизнь Примакова была спокойной. Время от времени проносились слухи, что президент может отправить Примакова в отставку. Ходили упорные разговоры о том, что Примакова на посту министра сменит Сергей Владимирович Ястржембский, молодой, динамичный политик с хорошим дипломатическим опытом, который стал заместителем главы администрации президента и пользовался определенным влиянием на Ельцина.

В октябре 1997 года я приехал к Сергею Ястржембскому в Кремль, чтобы прямо спросить его, насколько верны эти предположения. Он слухи о своем скором назначении опроверг искренне и сказал, что «Евгения Максимовича надо успокоить».

Судя по болезненной реакции самого Примакова на эти слухи, сам министр понимал, что непредсказуемый президент способен на всякое.

Министру иностранных дел Примакову удалось то, что было не под силу его предшественникам, даже таким влиятельным, как Громыко и Шеварднадзе: он отвоевал для себя все высотное здание на Смоленской площади. Никогда еще этот дом, построенный в 1952 году, не принадлежал целиком МИД. Наследников некогда могущественного Министерства внешней торговли выселили, а в здании начался долгожданный ремонт. Сначала поудобнее расселись заместители министра — мидовские кабинеты очень скромные, в других ведомствах начальство сидит куда просторнее. Теперь заместителям министра выделили комнаты отдыха — они там, естественно, не отдыхают, а принимают иностранных послов. Потом взялись ремонтировать целые этажи, и рядовым сотрудникам тоже стало немного комфортнее.

Кроме того, сотрудники министерства вновь стали получать квартиры, и, как гордо сказал Евгений Максимович, обеды в мидовской столовой подешевели. Второй приятный сюрприз Примакова — повышение пенсий. До его появления пенсия даже посла — генеральская должность!— была мизерной. Было решено, что пенсия кадрового дипломата составит около 80 процентов всего его денежного содержания на последней должности.

—Не кисло,— радостно прокомментировал это решение один из членов коллегии министерства.— Служить можно.

Примаков завоевывал сердца подчиненных тем же способом, каким ему уже удалось расположить к себе сотрудников Службы внешней разведки: улучшая условия их жизни и работы. В первый же год работы Примакова в министерство пошла молодежь.

В мае 1998 года в Министерство иностранных дел приехал сам президент Ельцин — это редкое событие в жизни МИД. Он прочитал доклад, написанный для него в самом министерстве, и особо отметил роль Примакова.

—Наша дипломатия обретает новое дыхание, становится активнее, проявляет все больше принципиальности и умения добиваться поставленных целей,— говорил президент.— Внешняя политика России сейчас имеет большой авторитет в мире, и с ней считаются.

Со своей стороны могу гарантировать: сделаем все, чтобы помочь вам закрепить и усилить высокопрофессиональный коллектив МИД.

Борис Ельцин повторил, что мир должен быть многополярным, призвал оценить важность нестандартной президентской дипломатии без галстуков и обещал, что Россия не ляжет под Соединенные Штаты. Эта эротическая формула российско-американских отношений была, пожалуй, самой яркой в речи президента. Ельцин вручил орден самому Примакову и еще нескольким дипломатам. Помимо коробочек с орденами он привез в МИД нечто более весомое. Он дал поручение управляющему делами президента заняться социальными проблемами сотрудников министерства, министру обороны — не призывать в армию молодых дипломатов. Ельцин согласился с просьбой Примакова платить дипломатам надбавки за сохранение государственной тайны.

Кроме того, Ельцин подписал указ о введении почетного звания «заслуженный работник дипломатической службы Российской Федерации». Эта награда вручается ветеранам, послам, прослужившим всю жизнь в Министерстве иностранных дел.

<< | >>
Источник: Леонид Михайлович Млечин. Министры иностранных дел. Внешняя политика России. От Ленина и Троцкого – до Путина и Медведева»: Центрполиграф; М.; 2011. 2011

Еще по теме ОБЕДЫ ПОДЕШЕВЕЛИ:

  1. 96. Нетрадиционные возобновляемые источники энергии
  2. КАРТИНКИ ЖИЗНИ НА ПЯТОМ КОНТИНЕНТЕ
  3. ОБЕДЫ ПОДЕШЕВЕЛИ
  4. «Крестовый» поход великого князя Ивана III на Новгород
  5. § 2. США в период «просперити»