СРОЧНЫЙ ВЫЗОВ К ПРЕЗИДЕНТУ

5января 1996 года в кабинете директора Службы внешней разведки Евгения Максимовича Примакова зазвенел аппарат спецкоммутатора:

—С вами будет говорить Борис Николаевич.

Президент спросил:

—Можете приехать ко мне?

Ельцин пригласил к себе Примакова не на обычный доклад, без бумаг и справок. Причем не в Кремль, а на дачу. Примакова не предупредили, о чем пойдет речь. Но несложно было догадаться. До Примакова донеслись слухи, что Козырев уже ушел со своего поста. Когда Евгений Максимович появился на президентской даче, Борис Ельцин сразу сказал ему:

—Есть идея назначить вас министром иностранных дел. Как вы на это смотрите?

Примаков категорически отказался:

—Борис Николаевич, мне кажется, вам не стоит этого делать. По многим причинам. Я окажусь неприемлемой фигурой для Запада, где меня считают другом Саддама Хусейна, аппаратчиком старой школы, консерватором, руководителем спецслужбы и так далее.

У Примакова были и личные причины отказываться от этого назначения. Ему нравилась работа в разведке. Служба внешней разведки по степени политического влияния почти сравнилась с Министерством иностранных дел, а необходимая на посту министра публичность только смущала Примакова. До президентских выборов оставалось меньше шести месяцев, все мысли Ельцина были о выборах, и Примаков добавил:

—Борис Николаевич, в предвыборной ситуации такое назначение неоправданно.

Ельцин внимательно его выслушал и ответил:

—Мне кажется, что минусы, о которых вы говорите, могут обернуться плюсом. Вы меня не переубедили, но, если хотите, будем считать, что вопрос остается открытым.

9 января директор Службы внешней разведки прибыл к президенту с обычным докладом о ситуации в мире. Ельцин хитро посмотрел на Примакова:

—Ну как? Перерешили?

Примаков с металлом в голосе попытался отказаться еще раз:

—Нет, я своего мнения не изменил.

Ельцин махнул рукой:

—А я перерешил.

Примаков попросил разрешения остаться на прежней работе еще на несколько месяцев, чтобы спокойно завершить начатые дела. Ельцин кивнул, но заботы разведки его в тот день не интересовали. Примаков вернулся к себе в Ясенево и сел работать. Открыв дверь, в кабинет мягко вошел секретарь. В разведке — так повелось со времен КГБ — секретарями работают мужчины-офицеры. Секретарь сказал:

—Извините, Евгений Максимович, в телевизионных новостях только что передали, что вы назначены министром иностранных дел Российской Федерации.

Так Примаков стал министром.

На следующий день, 10 января, коллегию Министерства иностранных дел пригласили в Кремль. Ельцин представил нового министра:

—Евгений Максимович в особых рекомендациях не нуждается. Его хорошо знают как у нас в России, так и за рубежом, и в международных делах он не новичок.

Ельцин сказал, что было несколько кандидатур.

—Необходимо было найти человека, который сочетал бы в себе опыт государственной работы, профессионализм, умение вести организационную работу, широту взглядов, личную честность и порядочность.

Через день, 12 января, Примаков устроил первую пресс-конференцию.

—Свое назначение я рассматриваю лишь с одной позиции — как необходимость усиления активности МИД в защите национальных государственных интересов России.

Для широкой публики и для всего мира назначение Примакова было неожиданным. Борис Ельцин сознательно выбрал полного антипода Андрея Козырева.