ТЫТАМ

Два бедных брата вместе жили, Сиротами круглыми были; Бедность — одна подруга их — Часто в гости к ним заходила,

А нет на свете такой силы,

Чтоб больше мучила людей: Бедность — всех болезней лютей.

Так жизнь и коротали братья.

О них хочу вам рассказать я. Томили ночью их однажды Холод сильный, голод и жажда (Вся вереница этих бед Идет за бедностью вослед) —

И братья начали гадать,

Как им с бедностью совладать, Что так тяжко их угнетала И так скудно жить заставляла. От них близехонько совсем Жил богатей, известный всем,

В огороде его капуста,

И в овчарне его не пусто.

Глуп богач, а братья бедны...

И решили идти они (С бедности легко одуреешь): Один брат взял мешок на шею, Нож схватил другой, торопясь, Оба двинулись в путь тотчас.

Ни минуты даром не тратя,

В огороде один из братьев Ножом срезать капусту стал;

В овчарню дверцу открывал Этим временем брат другой: Впотьмах он щупает рукой, Хочет взять пожирней барана. Но в доме ложились не рано И услышали, когда вор Дверь открывал. «Ступай во

двор!— Обратился хозяин к сыну,— Человека или скотины Какой там нет — увидишь сам. Да покличь дворового пса!» Звали ихнего пса Тытам;

Только так повезло ворам,

Что во дворе не оказалось Пса в ту ночь. Прислушался

малый

И, дверь приотворив во двор, Зовет: «Тытам! Тытам!»—а вор, Что в овчарне был, очень внятно Кричит в ответ: «Я тут, понятно!» Но сквозь ночную темь и мрак Того, кто отвечает так,

Парень не разглядел, конечно; Думал он в простоте сердечной, Что и впрямь с ним пес говорил.

Обратно в дом он поспешил;

От страха бледен и смущен, Явился к родителю он.

«Что с тобой, сынок?» Тот ему: «Покойной матушкой клянусь, Тытам наш говорил со мною». «Кто? Пес наш?!» — «Клянусь

головою, А коль верить мне не хотите, Бродягу сами позовите».

И хозяин во двор идет,

Хочет видеть чудо, зовет Он Тытама, пса своего,

А вор, не зная ничего,

«Понятно, тут я!» — отвечает. И, дивясь, богач восклицает:

«О чудесах слыхал я много,

Но о подобных, сын, ей богу,

Не слыхивал я отродясь.

Беги и расскажи тотчас Попу об этом: приходи Сюда с ним вместе; да гляди, Пускай возьмет стихарь с собою И святую воду». Стрелою Летит парень к дому попа,

Не ждет он, позовут пока. Пришел к попу; «Пойдемте к нам, Увидите, какие там Творятся чудеса; едва ли В жизни о подобных слыхали. Берите свой стихарь — ив путь!» «С ума сошел! Иль отдохнуть Мне и ночью даже нельзя?

Не пойду, уж разулся я».

«Нет, пойдете! Вот что скажу — На закорки вас посажу».

И, прихватив стихарь, священник На паренька без возражений Тотчас уселся; в путь-дорогу Отправились. Пройдя немного, Парень путь сократить желал И как раз на тропку попал,

По которой раньше спускались Те, что поживиться старались. Вор, что капустой занят был, Завидя белое, решил,

Что это брат идет И добычу свою несет. Довольный, он спросил тогда: «Ну что, несешь?» — «Конечно,

да!»

Парень в ответ ему кричит (Думал, с ним отец говорит). «Постой-ка, наземь его сбрось! Остер мой нож, его, небось, Наточил я в кузне здорово, Перережет вмиг ему горло!» Наш поп, слова услышав эти, Подумал, что попал он в сети:

В страхе с парня он соскочил —

И ну бежать что было сил.

Но стихарь за кол зацепился, Поп даже не приостановился, Отцепить его не посмел —

Так он на колу и висел...

А кто капустой занимался,

Сам не меньше перепугался,

Чем удиравший от него —

Не понимал он ничего.

К колу приблизился он все же Взять, что белело там,— и что же Попов стихарь он увидал...

Из овчарни меж тем шагал Вор другой, барана таща. Окликнул он брата тотчас (Тот уже, как я говорил,

Свой мешок капустой набил),

И, время на слова не тратя,

К себе добычу тащат братья— Был близехонько домик их.

Тут показал один из них Стихарь — и вот была потеха Сколько было шуток и смеха Не знали веселья давно,

Теперь вернулось к ним оно.              А кто счастлив был утром — тот,

Бог все в короткий срок свершает              Глядь, вечером уж слезы льет.

За горем смех он посылает,