Гомаристы и арминиане

Уже сам Кальвин представлял собой некую карикатуру на самого себя с учением о вечном предопределении некоторой части людей (к спасению) и вечном проклятии гигантского их большинства, установленными от века.

Пока в Нидерландах шла вооруженная борьба, а теологи вынуждены были отойти на второй и третий план, эта доктрина еще не получила определенного звучания. Но как только наступили спокойные времена и священнослужители во Франции, Нидерландах и прежде всего в Шотландии могли сказать свое слово (к [89] большому ущербу для их партий), идея предопределения вновь становится актуальной. Идея проклятия зазвучала у них с большей силой, чем у католиков: ведь даже из числа своих сторонников Кальвин застраховал для спасения одну лишь ничтожную их часть.

В это время названное учение проникает в народные массы Шотландии125 и Нидерландов, что кажется еще более отталкивающим, нежели дебаты о втором Божественном лице, происходившие в среде торгашей еще во времена Иоанна Хрисостома (Златоуста).

Вместе с тем, в голландских городах происходило очевидное отторжение всех образованных и знатных слоев общества от этой ужасающей доктрины, представляемой гомаристами, и обращение к необычайно сдержанному учению арминиан. Гомаристам было показано, что они в принципе из себя представляют: в лучшем случае они выступали в образе изолировавших себя зелотов в кругу образованных голландцев. Это приводило их во все большую ярость, и они еще более возбуждали массы своей проповедью. Тут появился Мориц и к своей выгоде воспользовался сложившейся ситуацией.

Олденбарневелт, как предводитель партии штатов, не хотел, чтобы какая-то провинция могла иметь приоритет в религиозном плане и чтобы особые наемные войска из отдельных провинций попали ео ipso под командование стадхаудера — штатгальтера, выступающего в качестве полководца всей нации. Генерал штатгальтер Мориц Оранский, считавшийся «представителем всей нации» и имевший виды на основание собственной монархии, вступил в союз с одной из строгих религиозных партий, а именно с гомаристами, которые пытались выдать свою форму религиозности не за провинциальную, а за общегосударственную. Он выступил за упразднение суверенитетов провинций и их вооруженных сил, а также за устранение главных государственных деятелей со стороны оппозиции (таких, как Олденбарневелт). В то же время в Дордрехте собор строгой религиозной партии заострил вопросы догматики, будучи на самом деле лишь пародией Тридентского собора.

87.