Колумбов мир: болезни
[Озаболеваниях в предыдущие периоды см. 10.1 и 15.1]
Как мы видели, экстенсивные контакты (первоначально — преимущественно торговые связи) в пределах Евразии способствовали распространению болезней на всем континенте.
Поначалу заболевания отличались ужасающей вирулентностью, как, например, во время тяжелых эпидемий между 200 и 700 годами н.э. или «Черного мора». Однако постепенно люди приобрели некоторую степень иммунитета, и болезни стали эндемичными и несколько менее опасными. Народы обеих Америк находились в совершенно другом положении. Bce данные свидетельствуют о том, что к 1500 году они были намного здоровее в целом, чем европейцы. B связи с отсутствием одомашненных животных (основного источника человеческих болезней) они избежали заболеваний, сопровождающих переход к земледелию. Несомненно одно — они никогда не страдали от болезней, свойственных Евразии, и не имели к ним иммунитета. Потому само по себе появление европейцев было со- бьгтием катастрофическим. Решающим оказался не технический перевес, а мощное, хотя и не намеренно примененное, оружие заболеваний. Европейцы не пришли в пустующие земли, чтобы колонизовать Америку, но на протяжении столетия они превратили континент в пустыню.Первой болезнью, поразившей Америку, стала оспа, вспыхнувшая на Антильских островах в 1519 году. То, что она не проявилась ранее, сразу после путешествий Колумба, это чистая случайность — путешествие ведь было длительным, и на кораблях не оказалось носителей болезни. Теперь эпидемия распространилась сперва на Юкатан, а затем сыграла решающую роль при захвате ацтекской столицы Теночтитлан Эрнандо Кортесом с его горсткой солдат. Они ворвались в столицу, но были отброшены и вынуждены отойти в Тлакскалу, чтобы перегруппироваться. B это время в Теночтитлане уже два месяца бушевала эпидемия. Погибло огромное количество жителей, в том числе и многие ацтекские вожди, включая Читлахуака, который принял власть после смерти Моктецумы[51] и пытался организовать сопротивление захватчикам.
Однако ацтекское сообщество бьию полностью деморализовано и сопротивляться возобновившимся атакам испанцев уже не могло.B Перу оспа тоже появилась раньше Писарро и его шайки авантюристов и принялась опустошать земли инков, уже основательно пострадавшие от гражданской войны между правителями страны. Хотя противник ацтеков и инков и обладал техническим превосходством, на стороне местных жителей была многочисленность, и они вполне могли устоять хотя бы перед первым напором горстки европейцев, если бы не болезнь. Эпидемия привела к серьезным нарушениям в функционировании общества: мертвых бьию так много, что уцелевшие не успевали их хоронить, и тела истлевали прямо на улицах. Почти каждая семья понесла потери, а выздоровевшие были либо обезображены оспой, либо ослепли. Более того, пришельцы, по всей видимости невосприимчивые к жуткой болезни, начинали казаться существами высшего порядка, полубогами. Потому и неудивительно, что местные жители не могли оказать эффективного сопротивления. Однако туземное население американских континентов поражала не только оспа. Ee воздействие бьию усилено корью в 1530—1531 годах, затем тифом в 1546 году (он и в Европе еще был относительной новинкой, впервые проявившись в 1490-е годы). Другие болезни прибыли в Америку из Африки, вероятно, с рабами, которых привезли европейцы. Малярия стала эндемичной в районе Амазонки к 1650-м годам, а желтая лихорадка появилась на Юкатане и Кубе в 1648 году, куда ее переносчик, особый вид комара Aedes aegypti, прибыл в корабельных бочках с водой.
Определение общего воздействия болезней, завезенных европейцами в Америку, зависит от того, как оценивать численность ее населения на 1500 год, а эти оценки весьма спорны. (Цифры, считающиеся бесспорными, имеются лишь для периода примерно спустя сто лет после завоевания.) B начале двадцатого столетия оценки обычно были довольно низкими, поскольку ни европейские, ни американские ученые не верили, что коренные американцы могли создать сложные общественные структуры, а кроме того, им хотелось приуменьшить масштаб разрушений.
Однако и слишком высокие оценки, данные несколько десятилетий назад, в настоящее время признаны неверными. Тем не менее, согласно общему мнению специалистов, гибельный эффект был ужасен. Население центральной Мексики (собственно, территория ацтекской империи) насчитывало к 1500 году около 20 миллионов. Это примерно четверть всего населения Европы, вдвое больше чем в Италии и в четыре раза больше населения Британии. Спустя сто лет в том же регионе население составляло чуть больше миллиона. B области Анд (империя инков) население уменьшилось с 11 миллионов в 1500 году до менее миллиона к 1600 году. Туземное население Карибского бассейна, которое составляло, вероятно, около 6 миллионов в 1500 году, вымерло почти полностью. Практически все эти потери были причинены болезнями, хотя порабощение и тяжелый труд на рудниках и плантациях позднее, в XVl столетии, также сыграли свою роль. Общее население обеих Америк к 1500 году, вероятно, составляло около 70 миллионов из примерно 425 миллионного населения мира, но к 1600 году соотношение было около 8 миллионов к 545 (в середине XVI столетия население Америк, видимо, достигло минимума — около 4 миллионов). Хотя кажется невероятным подобное сокращение населения почти на 90 процентов, оно согласуется с имеющимися данными о влиянии инфекционных заболеваний на группы людей, не имеющих возможности им сопротивляться. Сколько же умерло в действительности? Оценки затруднительны, хотя наиболее вероятно, что общая численность туземных жителей была не намного менее 100 миллионов. Смертность в таких масштабах — беспрецедентная во всей истории человечества; а немногие выжившие испытали огромное культурное потрясение, поскольку их образ жизни погиб вместе с соплеменниками, а все, что уцелело, было разрушено европейскими захватчиками.Впрочем, обмен болезнями между континентами был отнюдь не односторонним. Первая вспышка сифилиса в Европе может быть точно датирована, что редко случается, началом 1490 годов. Первые случаи были отмечены, видимо, в Барселоне в 1493 году, а затем армии, перемещавшиеся по континенту, распространили болезнь, как и многие другие ранее.
B 1494 году Карл VlII Французский вторгся в Италию, претендуя на трон Неаполитанского королевства, и его солдаты принесли инфекцию с собой. Вторжение провалилось, Карл вернулся во Францию, а распущенная по окончании военных действий армия разнесла напасть еще шире. Она достигла Англии и Нидерландов в 1496 году, Венгрии и России в 1499 году. K этому времени болезнь уже отправилась в путешествие по торговым путям Евразии в направлении, обратном ходу бубонной чумы («Черной Смерти») в 1330—1340-е годы. Скорость распространения нового недуга показывает, насколько более интегрированной стала Евразия. K 1498 году сифилис пожаловал в Египет и Индию, а к 1505 году явился в Кантон и проник в Японию. B каждой стране его воспринимали как «иноземную заразу», и по названиям можно проследить пути распространения. Для англичан и итальянцев это была «французская хвороба». Французы называли ее «неаполитанской», поляки — «немецкой». Индийцы считали ее «болезнью франков», для китайцев она стала «язвой из Кантона», по имени порта, через который она прибыла в страну. Японцы использовали два названия: «болезнь Тян» и «португальский недуг».B связи с этим важно установить, действительно ли болезнь была занесена моряками, сопровождавшими Колумба. Современники были абсолютно убеждены, что именно с ними болезнь прибыла в Европу. Это мнение подкрепляется тем фактом, что по всей Евразии не найдено ни одного бесспорного описания сифилиса до начала 1490-х годов. Имеются также признаки сифилитических поражений на костных останках жителей доколумбовой Америки. Кроме того, о новизне сифилиса в 1490-е годах свидетельствует, без сомнения, его чрезвычайная вирулентность — население Америки от него так не страдало, поскольку местные жители, подобно европейцам в отношении оспы и кори, успели со временем приобрести достаточно крепкий иммунитет. Выдвигается альтернативное предположение, что сифилис представляет собою модификацию родственного ему тропического заболевания фрам- безии (известного как беджель в Юго-Восточной Азии), также относящегося к виду трепонематозных инфекций.
Ho в таком случае приходится предположить, что характер фрамбезии внезапно резко изменился около 1490 года, приобретя не только возможность передаваться половым путем, но и сильнейшую вирулентность. Тогда эту модификацию следует считать лишь случайно совпавшей по времени с плаваниями Колумба. Однако представляется намного более вероятным, что сифилис стал той ценой, которую вся Евразия вынуждена была заплатить за открытие европейцами Америки. (Возможно даже, что фрамбезия и все прочие трепонематозные заболевания также прибыли из Америки и распространились в тропиках — жители Шри Ланки, например, твердо уверены, что подхватили фрамбезию от европейцев.)[52]Первоначальный период распространения сифилиса в начале XVI столетия произвел ужасающий эффект среди населения, не имевшего средств защиты от новой вирулентной инфекции. K 1540-м годам тяжесть симптомов несколько уменьшилась, возбудитель сделался эндемичным; к XVII столетию он все еще оставался опасным, но не производил разрушительных поражений. Однако вплоть до двадцатого столетия надежных средств против болезни не существовало. Имелись два популярных способа лечения. Первый, с применением ртути, заметно замедлял развитие болезни, однако применение ртути в любых количествах отравляло организм. Второе средство изготовляли из гуаякового дерева, произрастающего в Вест-Индии. Оно не было ядовито, как ртуть, но уже к 1530-м годам было признано неэффективным. Тем не менее, при отсутствии лучших средств, гуаяка оставалась в списке британской фармакопеи одобренных лекарств вплоть до 1932 года.
16.3.
Еще по теме Колумбов мир: болезни:
- Глава 16. Колумбов мир
- Колумбов мир: животные и растения
- Колумбия
- КолумбияРеспублика Колумбия
- Психогигиенический подход к болезни: болезнь как кризисная ситуация
- Полёт А8: болезни на Земле, болезни в космосе
- Проблема соц адаптации и интеграции чел-ка с огранич возможностями жизнедеятельности в общество. Внутренняя картина болезни, отношение к болезни и дефекту у детей и подростков.
- § 27. Мир естественной установки: я и мой окружающий мир
- Исключительными законодательными полномочиями в отношении округа Колумбия был наделен федеральный конгресс. Он мог отменить любые
- В. ЯВЛЯЮЩИЙСЯ МИР И В СЕБЕ СУЩИЙ МИР (DIE ERSCHEINENDE UND DIE AN SICH SEIENDE WELT)
- «МИР ИСТИНЫ» И «МИР МНЕНИЯ»