Между Тунисом и Сицилией

Не просто будет уяснить роль того безымянного и нечетко опреде­ленного моря, которое простирает между Африкой и Сицилией свои глубины, богатые рыбой, свои отмели, изобилующие кораллами и губ­ками, свои острова, (часто слишком маленькие и безлюдные): на запад­ной оконечности Сицилии — Фавиньяну, Мареттимо, Леванцо; раз­бросанные по морю Мальту, Гоццо и Пантеллерию; Табарку, Ла Гали-ту, Дзембру, Джербу, Керкенну поблизости от тунисского берега.

156 Сердце Средиземноморья. Моря и побережья

«моста», который простирался от Сицилии до Африки: на востоке — это линия, проходящая от Триполи до Сиракуз, на западе — от Боны до Трапани. Главная ось направлена с севера на юг, от Сицилии к Африке. Здесь проходит оживленное движение между Востоком и За­падом, Левантом и Океаном. Но оно отклоняется преимущественно к северу, в сторону важнейшего прохода, образуемого Мессинским про­ливом. На отрезке между Сицилией и Африкой оно не имеет такой плотности, как в направлении Север—Юг.

Все зависело от торговых потоков, перемещавшихся то южнее, то севернее. На протяжении одной исторической эпохи контроль над ни­ми принадлежал мусульманам — с 827 года, когда началось нашествие Аглабидов, до 1071 года, даты возвращения Палермо, цитадели ислама; впоследствии, начиная с XI века, он постепенно переходит к норманд­цам, т. к. нормандское наступление, перекинувшееся с Неаполя на Си­цилию, не останавливается с отвоеванием великого острова; оно про­должается на юге посредством войны, пиратских набегов, торговли и даже эмиграции на африканский берег... Эту политику, продиктован­ную близостью последнего, продолжают в дальнейшем анжуйцы и ара-гонцы. Не раз они высаживаются на африканское побережье, облагают данью эмиров Туниса и владеют Джербой с 1284 по 1335 год. Христиан­ские купцы тем временем закрепляются повсюду, особенно на тунис­ских и триполитанских souks , получая здесь привилегии за привиле­гиями. Христианский солдат, в особенности каталонский наемник, бу­дущий хозяин Сицилии (Сицилийская вечерня относится к 1282 году), в свою очередь, воевал в Африке с такой же выгодой для себя, как и на Востоке.

И в XVI веке честолюбие и политический расчет вице-королей ис­панской Сицилии подвергались искушению со стороны авторов проек­тов завоевания Африки, опиравшихся на палермитанские и мессинские круги: Хуана де ла Беги, позднее герцога Медина Сели, еще позже Маркантонио Колонны... Эти проекты выражают смутно ощущав­шуюся необходимость объединить острова и берега, участвующие в по­среднической торговле; прибавить к зерну, сыру, бочкам с тунцом из Сицилии оливковое масло Джербы, кожу, воск и шерсть из южных стран, золотой песок и черных рабов из Сахары. Установить твердую

От араб, suk — рынок, рыночная площадь.

Водные равнины 157

власть по всему морю и тем самым обеспечить порядок на берегах, безо­пасность ловли тунца и собирания кораллов на рифах Берберии для рыбаков из Трапани, этих полукаталонцев, плохо вооруженные лодки которых бесстрашно нападали в XVI веке н«. суда берберских корсаров. Наконец, защитить от этих последних caricatori сицилийского зерна, постоянно находящиеся под угрозой нападения с южного берега. Ведь корсарство здесь, как и в других местах, часто служит для восстановле­ния естественного равновесия, нарушаемого историей...

Говоря о Сицилии, стало обыкновением сравнивать ее с Севером, с Неаполем, и отмечать, что их история была диаметрально противопо­ложной: возвышение Неаполя означало упадок Палермо, и наоборот. Еще важнее было бы подчеркнуть связь Сицилии с Африкой, т. е. при­знать ту роль, которую играл мир моря, оставшегося безымянным вследствие несовершенства наших знаний или из-за нашей невнима­тельности.