ОСНОВНЫЕ ЧЕРТЫ СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ

Экономическая жизнь Греции в эпоху классики характеризуется развитием тех процессов, которые берут свое начало в предшествующее время. Основной чертой можно считать распространение рабства так называемого классического типа, которое находилось в тесной связи с другими изменениями в области социально-экономических отношений - достаточно далеко зашедшим процессом разделения труда и ростом товарно-денежных отношений.

Не подлежит сомнению широкое распространение рабского труда в Афинах в различных отраслях хозяйства. Судя по речам оратора Лисия и комедиям Аристофана, большая часть крестьян, даже тех, которые определяли себя как «беднейшие из беднейших», владела несколькими рабами. Все большее значение труд рабов приобретает в ремесле. Особенно широко использовали рабов в самом тяжелом, горном деле - в серебряных рудниках Лавриона. В источниках разбросано довольно много сведений о рабах-домашних слугах. Основная масса рабов принадлежала к варварам. Общественное мнение осуждало порабощение соплеменников, особенно в связи с распространением в годы Греко-персидских войн представления о единстве эллинов, вследствие чего развивается практика выкупа попавших в плен соотечественников.

Сельское хозяйство по-прежнему оставалось главной отраслью экономики. Как писал историк Фукидид, «большинство населения Аттики ... по старинному обычаю все-таки жило со своими семьями в деревнях». Для V в. до н.э. характерно сочетание старых, традиционных черт в земледелии и новых явлений в производстве сельскохозяйственной продукции. Ведущей оставалась так называемая «средиземноморская триада»: зерновые (пшеница и ячмень), оливки и виноград. Новые явления связаны с распространением рабского труда, ростом товарности сельского хозяйства и его специализации. Еще в эпоху архаики недостаток плодородной земли и рост населения, особенно городского, вызывали дефицит хлеба, который приходилось ввозить извне.

Довольно долгое время господствовало мнение (хотя разделялось далеко не всеми учеными), что Пелопоннесская война стала для земледелия рубежом «аграрного поворота», который характеризовался массовым разорением крестьянства, миграцией сельского населения в города и концентрацией земли в руках немногих богачей. В последнее время противники данного мнения приходят к обоснованным выводам об отсутствии оснований для утверждения о массовом обезземеливании крестьян. Скупка земли, несомненно, имела место, но обычно связывалась не с необходимостью из-за нужды продавать ее, а с другими причинами. К денежным займам прибегали также преимущественно состоятельные граждане, а вовсе не бедные слои сельского населения. В этой среде действовали соображения престижа, политической карьеры, стремление разместить «лишние» деньги, тем более что доход от земли поступал, вероятно, меньше, чем от ремесленных мастерских, не говоря уже о заморской торговле. В последней ведущую роль играл импорт продуктов питания, особенно зерна. В основном, оно поступало из Северного Причерноморья, Сицилии и Египта. Греция была заинтересована в лесе для постройки кораблей и в металлах. Взамен вывозились изделия ремесла, вино и оливковое масло.

Торговля осуществлялась преимущественно по морю. Крупнейшим торговым центром был афинский порт Пирей. Перечисляя преимущества Афин как морской державы, анонимный автор «Афинской политии» упоминает о том, что «всякие вкусные вещи, которые только есть в Сицилии, в Италии, на Кипре, в Египте, в Лидии, в Понте, в Пелопоннесе или где-нибудь в другом месте, - все это собиралось в одном месте благодаря владычеству над морем». Вся торговля сосредоточивалась в городах, и в сознании крестьян город ассоциировался прежде всего с рынком. Герой комедии Аристофана «Ахарняне» Дикеополь, придя поутру на площадь, восклицает:

«Мне город мерзок.

Там не кричит никто: «Купите уксусу!»

«Вот угли! Масло!» Это там не водится:

Там все свое, и нет там покупателей». г »

Рост значения внешней торговли в V в. до н.э. нашел отражение в том факте, что именно в это время чеканка монеты широко распространилась по всему греческому миру.

Имеющиеся в нашем распоряжении источники позволяют говорить о торговой политике правительств полисов. Одно из новых доказательств этого - найденная в 1986 г. на афинской Агоре надпись, содержащая текст закона Агиррия, принятого в 374/3 г. до н.э. Надпись свидетельствует о сдаче на откуп налога на пшеницу и ячмень, которые происходят с о-вов Лемнос, Имброс и Скирос, где находились афинские клерухии (колонии-поселения). Текст свидетельствует о непосредственном вмешательстве государства в транспортировку, хранение и продажу части ввезенных в Афины пшеницы и ячменя.

Более широкое распространение по сравнению с предыдущими веками получили кредитно-денежные операции. Важным институтом экономической жизни IV в. до н.э. становится трапеза, которая в известной мере перерастает свою функцию меняльной конторы и приобретает черты некоторого

сходства с банком, не только принимая деньги на хранение, но и предоставляя кредиты. Займы выдавались, в частности, для приобретения ремесленных мастерских, получения лицензий для разработки шахт в Лаврионе, для покупки земли и совершения торговых сделок. К услугам трапез прибегали политики и полководцы. Велика была роль трапез в международной торговле. Известны настоящие банкирские дома, осуществлявшие кредитные операции чуть ли не по всей Элладе.

Характерной чертой времени становится деловая активизация предпринимателей (хрематистов), которая нередко носила спекулятивный характер. В тяжелые для полиса времена регламентирующие продажу зерна законы, нарушались, что порождало бесчисленные судебные процессы. Как свидетельствует оратор Лисий в речи против хлебных торговцев, они бессовестно наживались на нужде сограждан: «Когда вы всего более нуждаетесь в хлебе, они вырывают его у вас изо рта и не хотят продавать, чтобы мы не разговаривали о цене, а были бы рады купить у них хлеба по какой ни есть цене».

На IV в. до н.э. падает расцвет наемничества - одного из ярких явлений, за сравнительно короткое время достигших небывалого развития. Начиная с Пелопоннесской войны, характер боевых действий несколько меняется, финансово-экономическая сторона все более выдвигается на первый план и параллельно возрастает роль наемных контингентов. Усиление роли финансов в ведении войны, в свою очередь, отражается и на ее характере: война сама приобретает вид чуть ли не финансового мероприятия. Происходит постепенная эмансипация наемников и их командиров от полиса. Она проявляется прежде всего в том, что наемное войско становится своеобразной социальной организацией, в известной мере противостоящей полису, внутри него складываются новые формы зависимости, формируется новая идеология, отличная от полисной. Разрывается связь между понятиями «гражданин» и «воин», армия начинает выступать наряду и даже против полиса. Для полиса войско теперь в известной мере выглядит самостоятельной политической силой, по выражению оратора Исократа, «независимой от какой-либо государственной власти».

КРИЗИС ПОЛИСА

Кризис полиса - тема, в сущности, историографии новейшего времени. Главный признак кризиса писавшие о нем ученые видели в процессе обезземеливания крестьянства и концентрации земельной собственности, которые имели своим последствием замену свободного труда в деревне рабским. Подрывается и мелкое ремесленное производство, ослабляются узы, связывающие полисный коллектив.

С течением времени концепция кризиса полиса подверглась значительному пересмотру со стороны ряда ученых, которые, изучая отдельные стороны жизни Греции в IV в.

Хотя кризис полиса отнюдь не равнозначен социально-экономическому упадку и скорее, наоборот, явился своеобразным следствием общественного прогресса, современники восприняли его как тяжелое испытание. Следует обратить внимание на общественные коллизии, на смуту (стасис), о которых пишут античные авторы. Потрясения охватили все стороны жизни: социальные и политические отношения, как внутриполисные, так и общеэллинские дела.

Источники IV в. до н.э. рисуют безотрадную картину. Вполне возможно, что акценты несколько смещены, но реальные факты свидетельствуют о социальной и политической нестабильности. Гражданские раздоры внутри полисов нередко смыкаются с политическими, общественные противоречия перетекают в военные. Социальная борьба в полисах перекликается с событиями внешней политики. Сторонники демократии и олигархии в различных полисах находили поддержку соответственно у Афин и Спарты.

Фукидид в своей «Истории» повествует о настоящей гражданской войне на Керкире во время Пелопоннесской войны в 427 г. до н.э. и продолжает: «впоследствии вся Эллада, можно сказать, была потрясена потому, что повсюду происходили раздоры между партиями демократической и олигархической, причем представители первой призывали афинян, представители второй лакедемонян... И вследствие междоусобиц множество тяжких бед обрушилось на государства».

В начале IV в. до н.э. по Греции прокатилась волна смут, междоусобиц и заговоров. В 399 г. до н.э. во время войны Элиды и Спарты элидские олигархи во главе с богачом Ксением устроили настоящее побоище. В ответ народ под руководством Фрасидея вышел на бой и победил, так что их противникам пришлось бежать к лакедемонянам. В 392 г. до н.э.

достанется им, отправили на остров восемь судов. Наконец, в Аргосе, где была демократия, народ, подстрекаемый демагогами, восстав в 370 г. до н.э., перебил дубинками более 1200 богатых и наиболее влиятельных сограждан.

Перечисленные факты словно служат иллюстрацией к приведенному выше мнению Фукидида. Обобщая свои наблюдения, оратор Исократ в «Панегирике», написанном в 380 г. до н.э., утверждает: «пираты хозяйничают на море, наемники захватывают города; вместо того чтобы бороться с чужими за свою страну, граждане ведут междоусобную войну, сражаясь друг с другом внутри городских стен..., в результате постоянных политических переворотов население городов живет в большем страхе, чем люди, подвергшиеся изгнанию: одни боятся будущего, тогда как другие постоянно рассчитывают на свое возвращение... одни города - в руках тиранов, другими владеют гар- мосты, некоторые - опустошены, иные под властью варваров».

Прошло немного лет, и в другой речи - «Архидам», написанной Исократом от имени спартанского царя, оратор утверждает, что жители пелопонесских городов «относятся друг к другу с таким недоверием и с такой враждебностью, что сограждан боятся более, чем врагов. Вместо бывшего при нашей власти единодушия и взаимной имущественной поддержки, они дошли до такого распада связей между собой, что люди состоятельные охотнее бросили бы свое имущество в море, чем оказали бы помощь нуждающимся, а бедные меньше обрадовались бы находке клада, чем возможности силой захватить имущество богатых. Прекратив жертвоприношения на алтарях, люди, точно жертвенных животных, закалывают друг друга. ... И хотя я рассказал о множестве бедствий, постигших Пелопоннес, в действительности их гораздо больше». Эти и другие подобные им события становились предметом изучения теоретиков. Аристотель в «Политике» посвятил целую главу изучению государственных переворотов, дав их классификацию. Как бы подводя итог своим неутешительным наблюдениям, Платон в «Государстве» приходит к выводу, что в каждом полисе «заключены два враждебных между собой полиса: один бедняков, другой - богачей; и в каждом из них опять-таки множество полисов, так что ты промахнешься, подходя к ним как к чему-то единому».

Однако нельзя считать, что подобная картина ожесточенных конфликтов, приводящих даже к гражданским войнам, была характерна для всей Греции. Иную картину мы видим в Афинах. После катастрофических событий конца Пелопонесской войны с двумя олигархическими переворотами, террором, настоящей гражданской войной между демократами и олигархами, граждане Афин смогли примириться и весь IV в. до н.э. государство не знало никаких серьезных внутриполисных конфликтов. Конечно, шла острая борьба, но она решалась не оружием, а дебатами в народном собрании и в судах. Видимо, устоявшийся демократический строй с давними традициями смог стать противоядием против эксцессов, обеспечить мирное развитие общества. Напротив, города, где демократические традиции еще не устоялись, оказывались часто в состоянии смуты и конфликтов. Междоусобицы, социальные смуты и гражданские раздоры в полисах, как ясно из сказанного, свидетельствуют не только об ожесточенности социальной борьбы. Их негативное влияние испытывали также полисная мораль и религия. :

Разделение категорий полиса и демократии приводит к разделению кризиса полиса и кризиса демократии как двух разных явлений, не связанных друг с другом. Афиняне усовершенствовали демократию, что выразилось в определенном ограничении суверенитета народа. Поражение же греков в борьбе с Македонией может быть объяснено максимальным развитием полисных принципов автономии и автаркии, обусловивших невозможность сколько-нибудь существенного объединения сил полисов в борьбе с нею.

Можно предположить, что в Афинах имел место не кризис, а медленная эволюция, тогда как вне Афин наблюдается весьма быстрый темп перемен. Иными словами, если и говорить о кризисе, то это не кризис полиса, а кризис системы полисов, кризис межполисных взаимоотношений.