19. [ПОУЧЕНИЯ САНАТКУМАРЫ]

1, 1. Нарада приблизился к Санаткумаре: «Обучи меня, господин!» Тот сказал ему: «С тем, что ты зна- ешь, приди ко мне. Затем я поведаю тебе то, что выше этого».

2. «Я знаю, господин, Ригведу, Яджурведу, Самаве- ду; в-четвертых, Атхарваведу; в-пятых, предания и сказания; [а также] Веду Вед[122], правила почитания предков, счет, искусство предсказания, летосчисление, искусство спора, правила поведения, учение о богах, учение о Брахмане, учение о существах, военное искусство, зве- здословие, учение о змеях и о божественных творениях [123]. Вот что я знаю, господин.
3. Но я, господин, знаю мантры[124], но не знаю атмана. И слышал я от тебе подобных, что тот, кто знает атман, преодолевает печаль. Я, господин, опечален. Помоги же мне, господин, переступить границу печали». Тот сказал ему: «Поистине то, что ты изучал, есть лишь имя [125].
4. Поистине лишь имя суть Ригведа, Яджурведа, Самаведа; в-четвертых, Атхарваведа; в-пятых, предания и сказания, [а также] Веда Вед, правила почитания предков, счет, искусство предсказания, летосчисление, искусство спора, правила поведения, учение о богах, учение о Брахмане, учение о существах, военное искусство, звездословие, учение о змеях и о божественных творениях. Все это лишь имя. Почитай же имя».
5. Тот, кто почитает имя как Брахмана, может действовать по [своему] желанию в пределах того, что имя объемлет — тот, кто почитает имя как Брахмана».— «Есть ли нечто большее, чем имя, господин?» — «Поистине есть нечто большее, чем имя!» — «Расскажи мне[об этом], господин!»

[РЕЧЬ]

2, 1. «Речь поистине больше, чем имя.

[а также] Веда Вед, правила почитания предков, счет, искусство предсказания, летосчисление, искусство спора, правила поведения, учение о богах, учение о Брахмане, учение о существах, военное искусство, звездословие, учение о змеях и о божественных творениях, а также небо и земля, ветер и пространство, воды и жар, боги и люди, скот и птицы, травы и деревья, хищные звери вместе с червями, комары и муравьи, справедливое и несправедливое, истина и ложь, доброе и недоброе, приятное и неприятное. Ибо поистине, если бы не было речи, то нельзя было бы познать справедливое и несправедливое, истину и ложь, доброе и недоброе, приятное и неприятное. Поистине речь делает познаваемым все это. Почитай же речь!

2. Тот, кто почитает речь как Брахмана, может действовать по [своему] желанию в пределах тоге, что речь объемлет— тот, кто почитает речь как Брахмана».— «Есть ли нечто большее, чем речь, господин?» — «Поистине есть нечто большее, чем речь!» — «Расскажи мне [об этом], господин!»

[МЫСЛЬ[126]]

3. 1. «Поистине мысль больше, чем речь. Подобно тому как сжатая в кулак рука захватывает два плода растения амалака, или два плода растения кола, или два плода растения акша, точно так же мысль охватывает и речь, и имя. Ибо если кто-либо будет мыслить мыслью: «Я изучу мантры!», — то он их изучит. [Если кто-либо будет мыслить]: «Я совершу поступки», то он их совершит. [Если кто-либо будет мыслить]: «Я пожелаю себе сыновей и скот!» — то он пожелает их.
   [Если кто-либо будет мыслить]: «Я пожелаю себе этот и тот миры!»—то он пожелает их. Ибо мысль — это атман. Ибо мысль — это мир. Ибо мысль — это Брахман. Почитай же мысль!

2. Тот, кто почитает мысль как Брахмана, может действовать по [своему] желанию в пределах того, что мысль объемлет — тот, кто почитает мысль как Брахма- на». — «Есть ли нечто большее, чем мысль, господин?»— «Поистине есть нечто большее, чем мысль!»             

«Расскажи мне [об этом], господин!»

[ЗАМЫСЕЛ[127]]

4. 1. «Поистине замысел больше мысли. Ибо если кто-либо замышляет [что-то], он мыслит, он побуждает речь, он побуждает ее в имени. В имени приходят в единство мантры, в мантрах [приходят в единство] обряды.
2. Они поистине приходят в единство в замысле; замысел — их атман, замысел — их опора. Замыслили небо и земля, замыслили ветер и пространство, замыслили воды и жар. Благодаря их замыслу замышляет дождь; благодаря замыслу дождя замышляет пища; благодаря замыслу пищи замышляют праны; благодаря замыслу пран замышляют мантры; благодаря замыслу мантр замышляют обряды, благодаря замыслу обрядов замышляет мир; благодаря замыслу мира замышляют все. Таков замысел. Почитай же замысел!
3. Тот, кто почитает замысел как Брахмана, поистине достигает надлежащих миров, крепких, как тот, кто крепок, опирающихся, как тот, кто имеет опору, неколебимых, как тот, кто неколебим. В пределах того, что замысел объемлет, может действовать по [своему] желанию тот, кто почитает замысел как Брахмана». — «Есть ли нечто большее, чем замысел, господин?» — «Поистине есть нечто большее, чем замысел». — «Расскажи мне [об этом], господин!»

[УМ[128]]

5. 1.
   «Поистине ум больше, чем замысел. Ибо если кто-либо обладает умом, он замышляет, он мыслит, он побуждает речь, а речь он побуждает в имени. В имени приходят в единство мантры, в мантрах приходят в единство обряды.
2. Они поистине приходят в единство в уме, ум             

их атман, ум — их опора. Поэтому если кто-либо много знает, [но] не умен, то говорят о нем: «Он не [умен], что бы он ни знал. Если бы он был поистине знающим, он не был бы столь неумен». Если же мало знающий умен, то его слушаются. Ибо поистине они приходят в единство в уме, ум — их атман, ум — их опора. Почитай же ум!

3. Тот, кто почитает ум как Брахмана, поистине достигает разумных миров, крепких, как тот, кто крепок, опирающихся, как тот, кто имеет опору, неколебимых, как тот, кто неколебим. В пределах того, что ум объем- лет, может действовать по [своему] желанию тот, кто почитает ум как Брахмана». — «Есть ли нечто большее, чем ум, господин?» — «Поистине есть нечто большее, чем ум». — «Расскажи мне [об этом], господин!»

[РАЗМЫШЛЕНИЕ[129]]

6. 1. «Поистине размышление больше, чем ум. Земля как бы размышляет, воздушное пространство как бы размышляет, небо как бы размышляет, воды как бы размышляют, горы как бы размышляют, боги и люди как бы размышляют. Поэтому те из людей, кто достигает величия в этом мире, как бы получают долю размышления. Мелкие люди вздорны, злоречивы и злобны. Могущественные же как бы получают долю размышления. Почитай же размышление!

2. Тот, кто почитает размышление как Брахмана, может действовать по [своему] желанию в пределах того, что размышление объемлет, — тот, кто почитает размышление как Брахмана». — «Есть ли нечто большее, чем размышление, господин?» — «Поистине есть нечто большее, чем размышление». — «Расскажи мне [об этом], господин!»