Реформация и капитал

Мы уже знаем из первых глав, что само по себе явление капитала так же старо, как человеческое общество. Разве лишь в первобытном обществе еще не было капитала, поскольку люди еще не создавали самовозобновляющихся запасов, а жили тем, что давали им лес, луг, охота и рыболовство.

Почему же мы выделяем особо хозяйственный уклад, называемый нами капитализмом, в чем его новизна по отношению к прошлому? Почему в Европе стал возможным, по существу, хозяйственный переворот? И почему, наконец, протестантские страны начали богатеть быстрее своих соседей?

На первый из этих вопросов можно ответить сразу.

Иная хозяйственная этика

Хозяйственный уклад, именуемый капитализмом, отличается от прошлых укладов не присутствием капитала, а характером экономического поведения людей и отношений между ними. А то и другое определяются представлениями о допустимом (добре) и недопустимом (зле). Обман, насилие, нарушение законов считаются злом при капитализме, как и прежде. Но торговля в любых видах больше злом не считается.

Ссудный процент считается нормальным явлением Стремление к богатству признается естественным для человека. Человек имеет моральное право стремиться к повышению своего благосостояния. Соответственно устроено законодательство: чтобы каждый мог употреблять свои способности и материальные средства так, как он считает нужным. Цена устанавливается по взаимному соглашению между покупателем и продавцом Священны и неприкосновенны частная собственность, частная жизнь человека и сама его личность.

Сопоставим это с тем, что знаем мы про средневековые представления о добре и зле в области практической жизни. Вспомним подозрительное отношение к торговле, неприятие ссудного процента, требование 'справедливой цены" (само по себе благое, но предусматривающее вмешательство властей в ценообразование).

Вспомним, что стремление к земным благам считалось греховным и низменным. Идеалом был монашеский образ жизни, где труд был средством умерщвления плоти, а мирская жизнь считалась неизбежным злом и подлежала неустанному контролю церкви.

Контраст налицо, и немалый. Как стал возможным такой значительный сдвиг?

В романе Дмитрия Мережковского "Воскресшие боги (Леонардо да Винчи)" есть такой эпизод. В доме своего отца Леонардо находит рукопись, написанную его братом Лоренцо, членом флорентийского шерстяного цеха, со слов деда. Там были изображены в виде аллегорических фигур новые добродетели:

Благоразумие, созерцающее настоящее, прошедшее и будущее;

Справедливость с мечом и весами;

Умеренность с ножницами, "коими пресекает каждое излишество";

Бережливость, "подобная муравью, который заботится о нуждах завтрашнего дня".