<<
>>

§ 1 34. Апофантическое учение о формах

Тут главная задача в том, чтобы дать очерк систематического «аналитического » учения о формах «логических» значений и, соответственно, предикатив- is ных предложений, «суждении» в смысле формальной логики, — такое учение принимает во внимание лишь формы аналитического или предикативного синтеза, оставляя в неопределенности все входящие в эти ^ формы термины смысла.

Хотя задача эта и специаль- зо ^ ная, она получает универсальную широту благодаря хlt; тому, что рубрика «предикативный синтез» обозна- й чает класс всех возможных смысловых видов воз- н можных операций; повсюду равно возможные опера- е?

ЦИИ ЭКСПЛИКаЦИИ И СОПрЯГаЮЩеГО ПОСТИЖеНИЯ ЭКС- 35 о

плицированного: в качестве определения субъекта amp; определения, в качестве части целого, в качестве ре- лата его референта и т. д. С этим сплетаются операции коллекции, дизъюнкции, гипотетического сочетания. Все это — до всякого высказывания и до впер- 40

вые выступающего вместе с таковым выражающего, или «понятийного» варианта, как выражение по мере значения льнущего ко всем формам и материям.

Это учение о форме, идеи которого мы уже не раз касались и которое, согласно нашим демонстрациям, составляет принципиально необходимую нижнюю ступень научной mathesis universalis, благодаря результатам настоящих исследований утрачивает свою изоляцию, она обретает свой кров в пределах замышляемого как идея всеобщего учения о формах смыслов вообще и место своего конечного истока — в но- эматической феноменологии.

Несколько приблизим это к себе.

Аналитически-синтактические операции — это, говорили мы, возможные операции для всех возможных смыслов и, соответственно, предложений, какое бы содержательное наполнение определениями ни заключал в себе соответствующий «не-эксплициро- ванно» ноэматический смысл (каковой ведь есть не что иное, как «подразумеваемый» предмет как таковой, в соответствующем «как» своего содержательного наполнения определениями).

Однако такой смысл всегда возможно эксплицировать, и всегда возможно осуществить какие-либо сущностно связанные с экспликацией («анализом») операции. Вырастающие таким путем синтетические формы (мы назвали их синтактическими по созвучию с «синтаксисами» грамматик)— вполне определены, принад- лежны жесткой системе форм, их можно выделять и понятийно-выраженно постигать посредством абстракции. Так, например, с воспринятым в простом тезисе восприятия как таковым мы можем обращаться аналитически таким способом, какой проявится в выражения: «это черное; чернильница; эта черная чернильница — не белая; если белая, то не черная» и т. п. Тут мы с каждым шагом получаем новый смысл, вместо первоначально одночленного предложения — предложение синтетическое, которое можно привести к выражению и, соответственно, предикативному высказыванию согласно закону о выразимости всех

предложений пра-доксы. В пределах почлененных предложений каждый член обладает своей синтаксической формой, берущей начало в аналитическом синтезе.

Допустим, что принадлежные к этим формам 5 смыслов полагания суть доксические праполагания; тогда вырастают различные формы суждений в логическом смысле (апофантические предложения). Цель априорного определения всех этих форм, овладения, в систематической полноте, всеми бесконечно много- 10 образными и все же закономерно ограниченными формообразованиями — эта цель отмечает для нас идею учения о формах апофантических предложений и, соответственно, синтаксисов.

Однако полагания — в особенности же таково со- is вокупное синтетическое полагание — могут быть и доксическими модальностями: скажем, мы предполагаем и эксплицируем это в модусе «сознаваемое предположительно», или же нечто стоит для нас под вопросом, И МЫ эксплицируем стоящее ПОД вопросом 20 в вопрошающем сознании. Если мы выразим ноэма- тические корреляты таких модальностей («S, может быть, есть Р», «S — это Р?» и т. п.) и если поступим точно так же и в отношении самого простого предикативного суждения, подобно тому, как выражаем is утверждение и отрицание (к примеру: «S не есть Р», ' «S все же есть Р», «S есть безусловно, действительно Р»), то вместе с этим расширяется понятие формы и идея учения о формах предложений. Теперь[89] форма многократно определена — отчасти посредством зо собственно синтактических форм, отчасти посредством доксических модальностей.

При этом всякий раз к совокупному предложению принадлежен совокупный тезис, в таковом же заключен доксический тезис. Одновременно С ЭТИМ любое такое Предложе- 35 ние с прямо приспособленным к нему понятийным «выражением»— путем экспликации смысла и предикации, преобразующей модальную характеристику

с;

X -0-

gt;х

2 и

в предикат, — можно переводить в предложение вы- оказывания, в суждение, каковое судит о модально- $ сти такого-то содержания такой-то и такой-то формы (к примеру: «Это достоверно, это возможно; вероятно, S есть Р»).

Точно так же, как с модальностями суждения, все й обстоит и с фундируемыми тезисами и, соответствен- 5 но, смыслами и предложениями сферы душевности и воли, со специфически принадлежными к ним синте- ф ю зами и соответствующими способами выражения, о Тогда легко определяется и цель новых учений о фор-

X

g              мах предложении и специально предложений синте-

х              тических.

і              При этом сразу же видно, что в подходящим об-

о              is разом расширяемом учении о формах доксических

§              предложений — если только мы, подобно тому, как

|              мы поступали с модальностями бытия, если аналогии тут допустимы, станем перенимать в материю сужде-

-е-              ния также и модальности долженствования, — отра-

о              20 жается учение о формах всех предложений. Что зна

-D

чит перенимать, не требует долгих разъяснений, а в крайнем случае нуждается в иллюстрировании примерами: так, вместо «Пусть S будет Р » мы будем гово- рить: «Пусть будет так, что S будет Р», «Это жела- 25 тельно» (не: «желается»); вместо «S должно быть Р»— «Чтобы S было Р, это должно быть»; «Это — должное» и т. д.

Q) и и

Сама же феноменология видит свою задачу не в том, чтобы систематически строить такие учения зо о формах, в которых, как тому можно научиться на 5 примере апофантического учения о формах, из пер- ^ воначальных аксиоматических основополагающих m образований дедуктивно выводятся систематические возможности всех дальнейших образований; поле 35 феноменологии — это анализ раскрываемого в непосредственной интуиции априори, фиксаций непосредственно усмотримых сущностей и взаимосвязей таковых и их дескриптивное познание в системном союзе всех слоев в трансцендентально чистом со- 40 знании.

То, что логик-теоретик изолирует в фор-

мальном учении о значениях, то, с чем он вследствие одностороннего направления своих интересов обращается как с чем-то для себя, не учитывая и не разумея ноэматических и ноэтических взаимосвязей, в какие вплетается все это, — то самое феноменолог 5 берет во всей полноте взаимосвязей. Его большая задача — всесторонне исследовать все феноменологические сущностные сплетения. Любое простое аксиоматическое раскрытие одного из основных логических понятий становится особой рубрикой фе- ю номенологических исследований. Как только то самое, что, в наиширочайшей логической всеобщности, попросту выявляется как «предложение» (предложение суждения), как предложение категорическое или гипотетическое, как атрибутивное определение, is как номинализованное прилагательное или как но- минализованное относительное местоимение и т. п., помещается нами в соответствующие ноэматические взаимосвязи сущностей, из каких извлек их теоре- 8 тизирующий взгляд, отсюда сразу же воспоследуют 20 § трудные и простирающиеся далеко группы проблем ^ чистой феноменологии.              ш

<< | >>
Источник: Гуссерль Э.. Идеи к чистой феноменологии и феноменологической философии. Книга первая / Пер. с нем. А.В. Михайлова; Вступ, ст. В.А. Куренного. — М.: Академический Проект,2009. — 489 с.. 2009

Еще по теме § 1 34. Апофантическое учение о формах:

  1. § 1 17. Фундируемые тезисы и завершение учения о модификации нейтрализации. Общее понятие тезиса
  2. § 1 34. Апофантическое учение о формах
  3. § 147. Разветвления проблем. Формальная логика, аксиология и практика
  4. Содержание
  5. § 14. Законы, которые позволяют избежать отсутствия смысла, и законы, которые позволяют избежать бессмыслицы. Идея чисто логической грамматики