КРИТИКА СХОЛАСТИЧЕСКОГО ДОГМАТИЗМА
В этом своем произведении Гассенди говорит, что он ранее сам был аристотеликом, но затем отошел от фи&лософии Аристотеля и его последователей и перешел на позиции скептиков-пирронистов.
На этом новом этапе философской деятельности его руководителями высту&пают Монтень, Шаррон, Вивес, Рамус.Относительно этой первой работы Гассенди полезно сделать несколько предварительных замечаний.
Во-первых, скептицизм Гассенди, как и скептицизм его предшественников, на которых он ссылается, а так&же скептическое сомнение Декарта и многочисленные скептические оговорки французских материалистов XVIII в., доказывал не бессилие человеческого позна&ния, а лишь научную несостоятельность схоластической философии. Это было отрицание схоластики ради того, чтобы расчистить дорогу новому естествознанию, сво&бодному от сковывающих мысль догматических теорий. Поэтому скептические доводы Гассенди сочетаются с оптимистическим призывом к изучению реальной при&роды и ее законов.
Во-вторых, Гассенди, как он сам говорит, критикует в своем трактате не столько Аристотеля, сколько ари&стотеликов. Правда, критикуя схоластических последо&вателей Аристотеля, Гассенди часто очень резко отзы&вается и о самом Аристотеле и бывает в отношении к последнему неправ. Но это было обусловлено логикой борьбы: чтобы разбить аристотеликов, надо было крити&ковать их кумир — Аристотеля.
В-третьих, при чтении трактата Гассенди надо иметь в виду, что в нем критикуется всякое догматическое следование букве писаний априори принятого за основу авторитета.
Гассенди выступает против того, чтобы наука вращалась вокруг одних и тех же неизменных догм теологии и физического учения, по его мнению, давным-давно устаревшего, против буквоедства, начет&ничества, цитатничества, словом, против всего того, что и по сей день подразумевается под схоластическим дог&матизмом.Направленность против схоластического догматизма ставит это сочинение Гассенди в один ряд с самыми зпачительпыми произведениями философской мысли XVII—XVIII вв.
Гассенди не оспаривает величия Аристотеля. Но он справедливо подчеркивает вполне понятную ограничен&ность мышления античного философа уровнем знаний его эпохи. Аристотель многого не знал и по этой при&чине, за отсутствием достоверных научных данных, ча&сто делал ошибочные утверждения. Между тем аристо- телики усвоили мысль, что Аристотель — всеведущий бог, который раз и навсегда изрек все истины, так что нового уже нельзя открыть ничего. У них наиболее об&разованным считается тот, у кого голова наиболее туго набита аристотелевскими текстами и кто наиболее часто прибегает к нему как к якорю спасения. Аристотелики более охотно готовы ошибаться вместе с Аристотелем, чем думать правильно вместе с другими.
По этой причине получилось, что Аристотель сковал свободу философской мысли, превратил философов п болтунов, людей, ведущих бесплодные дискуссии, кро&хоборов. Имеющиеся среди аристотеликов две партии — томисты и скотисты (реалисты и номиналисты) — ве&дут ожесточенную борьбу между собой, однако их борь&ба не является борьбой за истину. Истина не нужна этим обеим партиям, поскольку обе они считают все истины открытыми Аристотелем, а свою задачу видят лишь в толковании этих догматически принятых ими истин. Все диспуты и томистов и скотистов — это софи&стика, ни капельки не выходящая за пределы сказан&ного Аристотелем и ни на шаг не продвигающая науку вперед, совершенно чуждая новым эмпирическим дан&ным, новым открытиям физики, астрономии, матема&тики.
Ленин говорит, что «схоластика и поповщина взяли мертвое у Аристотеля, а не живое: запросы, иска&ния...» Работа Гассенди против аристотеликов именно и показывает, как схоластика и поповщина умерщвля&ют живое в Аристотеле и берут то, что мертво.
Гассенди так же, как и Бэкон и Декарт, но только более об&стоятельно, развернуто критикует схоластические уче&ния о субстанциональных формах. Но главные усилия его направлены против логических учений схоласти&ков.Скрупулезная критика перипатетической логики со&держится в не опубликованной при жизни автора вто&рой книге его работы против перипатетиков. Хотя она носит заглавие «Против диалектики Аристотеля», од&нако Гассенди критикует в ней не диалектику в совре&менном смысле слова, а схоластическое искусство аб&страктных словопрений, построенных на жестких осно&ваниях не диалектической, а формальной логики. Диалектики в смысле логики противоречий Гассенди не касается, что и понятно, поскольку сам он обеими но&гами стоит на почве формальной логики, внося только в нее некоторые коррективы. Это вытекало из научных задач его времени. Наука находилась на стадии собира&ния и описания фактов, методы, необходимые для этой цели, укладывались в рамки индуктивно-эмпирического, формально-логического метода исследования, строились ли они на принципах эмпиризма, как у Бэкона, Гоббса, Гассенди и Локка, или же на припципах рационализма и учения о рациональной интуиции, как у Декарта, Спинозы, Лейбница.
Это прежде всего необходимо иметь в виду при чте&нии второй книги разбираемой работы Гассенди.