Специфика схоластического мышления.

Специфика схоластического мышления заключается преж­де всего в его догматичности. Оно как никогда прежде стреми­лось понять и объяснить некий Абсолют: Бог как абсолютное добро, абсолютная истина, абсолютная мудрость и т.д.

Что касается схоластического способа мышления, то им стал жесткий религиозный авторитаризм. В Средние века в свя­зи с регрессом общей культуры в Западной Европе традицион­ная философия лишилась основных источников, из которых она черпала идеи, появляющиеся в процессе развития научной мыс­ли. Немалое значение имело и то обстоятельство, что объем унаследованных от античности литературных, научных и фило­софских источников, доступных европейской философии ран­него Средневековья, был крайне ограничен. Основные фило­софские произведения были или вовсе утрачены, или основа­тельно подзабыты.

течение религиозной мысли получила свое название от латин­ского слова schola - школа. Она преподавалась первоначально в школах при монастырях (V век), а с XII века - в университетах Западной Европы. Впоследствии это слово стало синонимом всякого бесплодного умствования или пустого начетничества. Но в Средние века схоластика была особым типом религиозной философии с отвлеченно-догматическим способом мышления. Ее отличало довольно жесткое подчинение теологии - соедине­нию религиозных догм с рационалистической методикой обос­нования христианского вероучения.

С переходом от античного философского мышления к схо­ластическому традиции рационализма, безусловно, продолжи­лись, но уже с целью решения совершенно других задач: «пере­оценки ценностей» древнегреческой философии, умственного освоения божественного откровения и нравственного пересмот­ра античного воззрения на сущность человека. При этом особо ценным мыслительным актом стало считаться искусство истол­кования библейских текстов. Для этого использовались все ме­тодологические премудрости античной философии, некогда слывшей «царицей наук», а теперь выступающей в качестве прислужницы теологии. Лишь у немногих мыслителей до вре­мени классической схоластики - у Оригена в III веке и особен­но у Августина в IV-V веках - через толщу христианской спе­куляции пробивались лучи живой античной философской мыс­ли. Так, в их произведениях ощущается довольно сильное воз­действие свободного античного метода философствования о бытии человека.

Основными вопросами средневековой философии и осо­бенно схоластики были вопросы гносеологические, вытекаю­щие из потребности размежевания функции разума и веры. Причем эта философия была не только логико-методологиче­ской. Вопросы об отношении общего к особенному и единич­ному тесно соприкасались с проблемами онтологическими и морально-этическими.

стином Блаженным. Он нашел надлежащее применение разуму в том, чтобы изучать и достойно защищать различные «пунк­ты» веры. Разум, согласно его учению, сам по себе свободен, но только в границах христианских догматов.

Таким образом, постепенно зарождалась новая философ­ская ветвь мышления - религиозно-догматическая по содержа­нию и рационально-теоретическая по форме. Однако несмотря на жесткое подчинение схоластической философии теологии, ее древнегреческие корни, просматривающиеся в содержании, в основном сохранились, так как истоки схоластики восходят все же к античной философской мысли - умозрению Платона и особенно неоплатоников (Плотина) и, конечно, учению Ари­стотеля. Безусловно, в схоластике живая философская мысль сознательно сковывалась «авторитетом» религиозного догмата, а сама философия, как мы уже говорили, фактически была вер­ной служанкой богословия. Однако чрезвычайно важно отме­тить, что весь комплекс религиозно-философской веры в схола­стике был сконцентрирован на человеке, его духовных потен­циях. И этим она интересна и полезна всем, кто стремится по­стигнуть эволюцию человеческой сущности - нацеленности на познание мира и себя в нем.

Философы-схоласты при объяснении религиозных догма­тов вынуждены были осмысливать их с рациональной точки зрения. Перед философами возникли и более сложные метафи­зические проблемы, связанные, например, с отношением еди­ничного к общему и с реальностью существования этого обще­го. В истории философской мысли спор по этому поводу всегда сводился к диалектической оценке «универсалий» (лат. univer- salia - общие понятия).

В XI столетии в недрах схоластической философии развер­нулась острая борьба между так называемым реализмом и но­минализмом (лат.

В рамках реализма общее рассматривалось как нечто иде­альное и предшествующее существованию самой вещи, то есть фактически разрабатывалась объективно-идеалистическая кон­цепция (в платоновском духе) бытия универсалий независимо от вещей, предметов и явлений природы. Более того, универса­

лии вечны и предшествуют бытию вещей, представляя собой мир «божественных мыслей» перед актом творения. В ΙΧ-Χ ве­ках большинство схоластов были «реалистами». Они верили, что универсалии существуют объективно, будучи идеальными началами всех вещей в уме Бога. Такая точка зрения внутренне связана с платоновым учением о «мире идей», хотя и переос­мысленным в духе христианства.

Но в ΧΙ-ΧΙΙ веках верх взяли уже номиналисты, которые, опираясь на принципы Аристотеля, исходили из реальности су­ществования только отдельных вещей и явлений природы. Одно­сторонне подходя к данной проблеме, они считали, что общие понятия являются только названиями (именами) предметов одно­го класса, и им ничего не соответствует в реальности. Номинали­сты утверждали, что все универсалии существуют в единичных вещах. Они просто немыслимы независимыми от вещей. Соглас­но аристотелевскому учению, не может быть, например, универ­салии «справедливость», существующей как бы самой по себе, независимо от справедливого человека или общества и т.д. Спра­ведливость существует только в справедливых людях или обще­ствах. Номинализм стал своеобразным выражением приоритета чувств, воли над разумом, материального начала - над идеаль­ным. Номиналисты считали, что все понятия существуют в инди­видуальном сознании, но независимо от него. При этом челове­ческое познание понималось ими как процесс, начинающийся с чувственного восприятия единичных вещей и предметов и за­вершающийся их осмыслением. Законченную форму номина­лизм принял в учениях Оккама и Лютера (1483-1546).

Серьезную подвижку в осмыслении общего (универсалий) сделал известный схоласт Пьер Абеляр, предложив идею о су­ществовании общего в индивидуальных вещах и явлениях. По Абеляру, универсалии - это не просто слова, имена, а понятия, выражающие общее в вещах и явлениях - родовую сущность. Будучи единой для большого множества вещей и явлений, сущ­ность есть их общее, а потому она, согласно Абеляру, и есть универсалия.

Обобщающее же учение об универсалиях создал Фома Ак­винский, у которого они существуют в трех ипостасях:

1) идеальная сущность вещей в уме Бога;

2) бытие универсалий в вещах как в их субстанциальной форме;

3) существование универсалий в человеческом разуме, где они образуются в процессе абстрагирования сущно­сти от единичных вещей.

За указанной формулой существования универсалий стоит радикальный сдвиг в средневековой схоластике, который стал связываться с переосмыслением христианской философии на почве аристотелизма.

Кстати, эта проблема и по сей день находится в центре внимания научной философии, а не только схоластической. Но для философии христианской она имела свою особенность, ибо та нуждалась в рациональном доказательстве триединства Бога: Бог един, но существует в трех ипостасях: Бог-Отец, Бог-Сын, Бог-святой дух. Хотя непосредственно природа Бога и не может быть постигнута, она обнаруживается как бытие из бытия ве­щей и явлений, как мудрость из их порядка и расчленения на роды, как жизнь - из их покоящегося движения. Бытие есть отец, мудрость - сын, жизнь - святой дух. Однако все предика­ты, в том числе и постигаемые философской мыслью, суть лишь символы, не адекватные подлинной природе Бога. Схола­стическая философия в связи с этим имела свою (двойствен­ную) теорию познания, основанную или на божественном разу­ме, или на чувственных началах, ощущениях внешнего мира.

2.4.