<<
>>

1.4. Вопрос о прагматике философии.

Вернемся, однако, к нашему абитуриенту и поставим вопрос еще круче. Как ты собираешься жить (чтобы не сказать - выживать) этим делом? Все искусства и науки, все дела человеческие чему-то служат, зачем-то нужны, полезны.

Все они, замечал уже Аристотель, более необходимы, чем философия, - дело досужее. Но нет, утверждает

20 Ср. “апофатические определения философии” в статье В.С.Библера «Что есть философия?!» (см. прим. 1 к с. 00).

33

Философ, ничего лучше нее (Metaph. 983а10). Как это может быть: наилучшее и вместе с тем наименее необходимое, почти что бесполезное, ненужное?! Но что-то, видимо, все же требует этого роскошества, чуть ли не вынуждает к нему. Что же это за чудная потребность, которая каждый раз вопреки всему снова и снова порождает на свет это странное существо — философа, способного исполнить свое назначение лишь на воле, как бы отстраняясь от необходимейших дел и занятий, от всех торгов и восторгов21? Побережемся, однако, от романтического соблазна мнить философию отвлеченным царством чистой мысли, возвышающимся над “презренной пользой”. Мы всерьез спрашиваем о практическом, пусть даже утилитарном смысле философского дела. Попросту: зачем нужна роскошь философии в наши скудные времена?22.

Итак, еще один вопрос, над которым следует задуматься каждому, приступающему — здесь и теперь — к философскому делу, пожалуй, таков: если вдруг страна очнется от маний преследования и величия и в самом деле всерьез решит стать хозяйственной, деловой, — какое место может занять философия, в чем ее деловитость и, соответственно, в чем состоит дельность философа? Власти нынче позволяют учить и учиться философии как бы от растерянности, на всякий случай, чтобы все было, как у людей, “как в цивилизованном мире”. Ну так за отсутствием соответствующих инстанций спросим-ка самих себя: какую пользу “народному хозяйству” может принести философия, в чем ее утилитарный, прагматический смысл? Стоит ли вообще содержать каких-то любителей какой-то мудрости в то время, когда..?

21 Философ, замечает Платон в “Теэтете", в отличие от людей дела воспитывается как свободный человек, которому всегда хватает свободного времени, чтобы вести свои беседы "iv eiprivi] im dXoXfjs (в мире [спокойствии] и на flOcyre)”(Theaet.l72d).

Философом

МОЖет Стать человек - "ev eXevOepla те ка1 C7XoXfj reOpa^evov (вскормленный [ВОСПИТЭННЫЙ]

на свободе и в досуге)” (Ibid.l75e). Обратим внимание на слово aXoXfj - досуг, свободное время, праздность (отсюда латинское schola - ученая беседа, метонимически отнесенное и к школе в знакомых нам смыслах). В основе его лежит производное от глагола е'хо» (имею) слово aXelv, означающее “задержка", “приостановка” (См., например, Вейсман А.Д. Греческо-русский словарь. М. 1991, с. 1222. См. также Бибихин В.В. Язык философии, с. 119). К философии, стало быть, побуждает нас странная потребность помедлить, задержаться, остановиться, задуматься, заняться тем, что занятый человек видит как праздные, досужие, схоластические, отвлеченные от жизни рассуждения.

22Эти вопросы вовсе не только прагматические. Их стоит ставить со всей жесткостью, чтобы припомнить первичные нужды человека, то есть те нужды, которыми определяется бытие человека в качестве человека. А это, кто будет спорить, философский вопрос. Так, к примеру, М.Хайдеггер поставил вопрос о поэзии, назвав статью строчкой из стихотворения Гельдерлина: “Wozu Dichter ?..” (“К чему поэт в скудную эпоху?..). См. Heidegger M. Holzwege. Frankfurt am Main. 1963. S. 248-295.

34

Кое-какую надежду на то, что нам не понадобится вставать в позу жрецов, непонятых толпою, подсказывает ближайшая сотрудница философии - филология. Простой словарь откроет нам, что некогда греческое слово “софия” означало именно “дельность", - “мастерство", “умелость", “искусность” (cleverness, skill). В известном стихе “Илиады” (XV,412) о корабельном плотнике говорится как о человеке, хорошо знающем “всю свою софию", т.е. попросту - хорошо разбирающимся в своем деле, понимающим свое дело, умелом, сметливом. Еофбд avrjp (софос анер) - значит “дельный мужик", искусный мастер своего дела. Умелость, сметливость, смекалка, ловкость, хваткость, толковость, — все эти смыслы от века залегают в семантических пластах “ума", “мышления", “понятия”.

Что если принять это значение всерьез, задержаться на нем, понять “фило-софию” как “любовь к мастерству", - от простейшего, на посторонний взгляд, ремесла, примерами которого часто пользуется Сократ, до умного мастерства художников и художества самого ума... Что если придерживаться этого понимания при чтении философов? Не раскроет ли нам такой подход философию с той стороны, которая ближе всего отвечает делу?

35

<< | >>
Источник: А.В. Ахутин. Поворотные времена (Статьи и наброски) 2003. 2003

Еще по теме 1.4. Вопрос о прагматике философии.: