РОБЕРТ ГРОССЕТЕСТ

Свет предстаёт у Р. Г. как универс. носитель всякого действия во Вселенной. Законы распространения света (т. е. законы геометрич. оптики) выступают как законы движения и распространения сил и взаимодействий; отсюда настаивание на первостепенном значении математики (прежде всего геометрии) для изучения природы.

Первый свет — это также и первопричина сущего. В «метафизике света» Р. Г. воспроизводится восходящее к неоплатонизму учение патристики о том, что бог есть свет. Свет оказывается посредником между чистой духовной и материальной субстанциями: через свет высшая часть души (intelligentia), не связанная с телом, оказывает воздействие на него.

Для интеллигибельного мира духовный свет то же, что телесный свет для чувств. вещей. Когда высшая часть души совершенно чиста, т. е. не замутнена телесными проявлениями, первый свет и заключённые в нём как первопричине божеств. идеи сотворённых вещей созерцаются непосредственно. Однако человеч. познание может осуществляться и менее совершенным образом: из эмпирич. опыта восстанавливаются сущности материальных вещей, и в них как в отображении усматриваются вечные идеи. Познание сущности вещей происходит посредством абстракции. Эта операция, описываемая Р. Г. в соответствии с аристотелевской теорией познания, начинается с чувств. познания и состоит в последоват. отделении (абстрагировании) акциденций, приводящем в итоге к знанию субстанции. Подчёркивая важность опытного познания и математики в изучении природы, Р. Г. предвосхищает естеств.-науч. тенденции последующих веков.

• The writings of Robert Grosseteste, ed. by S. H. Thomson, Camb., 1940.

• B a u r L., Die Philosophie des Robert Grosseteste, Munster, 1917; С r o m h i е А. С., Robert Grosseteste and the origins of experimental science, Oxf., 1953; Robert Grosseteste, scholar and bishop, ed. by D. A. Callus, Oxf., 1955.