«Не раздувайте вражду между народами»

Короленко был чужд «великорусскому национализму». Он не идеализирует русский народ (отстающий в политической, правовой и нравственной культуре), а тем более не оправдывает колониальную политику царского самодержавия.

В то же время он решителен в своих выступлениях по поводу клеветнических наветов на русский народ и на Россию, повинных якобы в голоде в Украине. Россия, писал Короленко, «никогда не была баловнем политических судеб ни при царях, ни при большевизме и никогда не была пауком, высасывающим Украину-пасынка в пользу балованных якобы детей царизма...». И далее: «Не раздувайте вражду между двумя братскими народами, триста лет делившими долгое горе рабства и радости кратких минут освобождения»[66].

Проживая в Украине, Короленко был свидетелем решения украинского вопроса, понимая, что это «своего рода запутанный узел, который многие стремятся разрубить в угоду поверхностному и ложно понимаемому «русскому патриотизму»[67]. Писатель, с одной стороны, осуждает тех, кто игнорирует украинский язык, украинскую культуру, традиции и менталитет украинского народа. На съезде учителей в Полтаве Короленко выступает в защиту преподавания на родном украинском языке — языке Шевченко, Котляревского, Кулиша[68]. Материнский язык миллионов людей, по его мнению, имеет право на признание в школе, в литературе, в обычном обиходе[69]. С другой стороны, он, учитывая состав населения Украины,— против насильственной «украинизации», «украинства», как отвратительного национализма, против моментального, искусственного введения, в частности, украинского языка как государственного[70].

В. Г. Короленко стоял на позиции единения русской и украинской культур, их взаимного обогащения и развития. В письме к педагогическому совету первой украинской гимназии в Полтаве он писал: «Наряду с освободившейся украинской пусть процветает и свободная русская школа, как проявления двух тесно связанных и родственных культур, которым предстоит много великой и благородной работы. Поле просвещения широко. На нем много места для всех»[71]. Писателя-гуманиста особенно волнует вопрос о воспитании детей, подрастающего поколения — будущего любой нации. «Но что будет сделано для детей,— отмечает Короленко в заявлении в Совет защиты детей,— должно быть сделано на широком основании терпимости, братства, отсутствия национальной исключительности. Нужно стремиться к тому, чтобы путем дружной работы установить известную близость и общность колоний местных и российских, христианских, еврейских и мусульманских, и нужно, чтобы население видело эту общность и само проникалось духом солидарности и братства[72].

Короленко призывал не раздувать вражду между народами, не возбуждать ненависть к народам, «так давно делившим общие судьбы и общие страдания», считал такие призывы «противокультурны- ми», преступными. Разжигание межнациональной розни особо опасно в условиях всеобщей вражды, ненависти и мести, порождающих преследования и жестокости.