<<
>>

§ 1. Первые шаги по организации конной милиции на СевероЗападе России. 1917 - конец 1918 гг.

Отречение Николая II и свержение монархии привели к глубоким преобразованиям в различных сферах российского общества. Одной из главных проблем, которая требовала немедленного разрешения, стала проблема создания новой правоохранительной системы и обеспечение охраны общественного порядка и безопасности в условиях революционного времени и продолжающейся мировой войны.

6 марта 1917 г. Временное правительство издало постановление о ликвидации корпуса жандармов, а 10 марта - об упразднении Департамента полиции1.

Поскольку царская полиция дискредитировала себя в глазах большинства населения, новые органы охраны правопорядка стали называться народной милицией и были подчинены местному самоуправлению. Изданные 17 апреля 1917 г. постановления Временного правительства «Об учреждении милиции» и «Временное положение о

милиции» окончательно определили сферу компетенции новой системы

2

власти . Во «Временном положении» указывалось, что милиция является исполнительным органом государственной власти на местах и состоит в ведении земских и городских общественных управлений. Ее финансирование осуществлялось как из средств местного бюджета, так и по линии Министерства внутренних дел. Кроме того, в этом документе был очерчен [57] [58]

широкий круг прав и обязанностей милиции, дана четкая система подчиненности на губернском уровне.

В первые дни Февральской революции под непосредственным руководством Советов начала формироваться рабочая милиция и отряды Красной гвардии. Основные положения о пролетарской милиции были высказаны в работе В.И. Ленина «Письма из далека». Он писал, что пролетариату нужна действительно народная милиция, т.е. состоящая из всего взрослого населения обоего пола и соединяющая в себе функции народной армии с функциями полиции1. В статье «Позабыли главное» В.И. Ленин отмечал, что создание подобного органа является делом практики. «Если разные районы начнут по-разному, в этом нет худа: богаче будет опыт...»[59] [60] [61]

Красная гвардия и рабочая милиция выполняли схожие функции (охрана порядка, защита интересов пролетариата, борьба с контрреволюцией). Однако между ними существовали некоторые отличия. Красногвардейцами могли стать только рабочие, которые несли службу безвозмездно, отряды Красной гвардии управлялись штабами и разбивались на десятки, сотни и т.д. Рабочая милиция имела другую структуру: она делилась на участки, а во главе ее стояли начальник милиции и комиссары. Владельцы предприятий были обязаны выплачивать заработную плату рабочим-милиционерам во время выполнения ими обязанностей по охране

3

порядка .

Ситуация, при которой Временное правительство не только не могло контролировать данные формирования трудящихся, но и не способно было четко отслеживать процесс организации народной милиции, привела к неспособности власти наладить охрану общественного порядка и ограничить рост преступности в стране. Правительство постоянно находилось в состоянии затяжного кризиса, за период с марта по октябрь 1917 г. сменилось четыре состава правительства. Министерство внутренних дел оказалось бессильным создать надежную правоохранительную систему. Летом 1917 г. чиновники МВД провели ревизию состояния милиции на местах. Результаты проверки можно обобщить словами одного из ревизоров: «Если в некоторых местах есть что-то, напоминающее милицию, то только потому, что там были оставлены для ее организации прежние полицейские»1.

В условиях переломного момента 1917 г. опыт Временного правительства по созданию народной милиции, основанной на буржуазнодемократических принципах, подчиненной органам местного самоуправления, не удался. Это было связано с тем, что на местах не была создана единообразная структура местных органов власти и управления, а

центральная власть не пользовалась авторитетом на большей территории

2

России . А.И. Деникин в своих воспоминаниях отмечал: «Министерство внутренних дел - некогда фактически державшее в своих руках самодержавную власть и вызывавшее всеобщую ненависть - ударилось в другую крайность: оно по существу самоупразднилось. Функции ведомства фактически перешли в распыленном виде к местным самозваным

3

организациям» .

Неспособность власти взять ситуацию в стране под контроль привела к тому, что в дни Корниловского мятежа начали раздавать оружие рабочим, которые должны были защитить Петроград. Об этих событиях Н.И. Бухарин писал: «Рабочие, против которых в июле призывались “надежные” [62] [63] [64] кавалерийские полки и “ударники”, были объявлены оплотом революции»1. Красная гвардия города к 29 августа 1917 г. могла выставить около 40 000 вооруженных человек[65] [66] [67]. Таким образом, правительство фактически выпустило инициативу из своих рук. Историк В. Седж считал, что Красная гвардия перед Октябрьской революцией насчитывала всего 20 000 бойцов, которые были сведены в батальоны по 400 - 600 красногвардейцев, каждый из которых имел в своем составе отделение связи, пулеметную и санитарную

3

команды .

За короткий период своего существования Временное правительство не смогло разработать и утвердить штатное расписание для новых органов милиции на территории страны. Земские собрания каждого уезда должны были определить штаты уездной и волостной милиций, источники финансирования и размеры жалованья сотрудников, также предстояло провести выборы начальствующего состава. Поэтому количество милиционеров в каждом уезде сильно отличалось в пределах одной губернии. Такое положение зависело от денежных средств, которые сельские общества могли потратить на содержание правоохранительных органов.

Создание милиции в Северо-Западных губерниях России было сопряжено с проблемами, связанными не только с решением вопросов организационного и финансового характера, но и близостью к театру военных действий Первой мировой войны. В результате чего в Петрограде, а также на территории Петроградской, Псковской и Новгородской губерний размещалось большое количество вооруженной военной силы, которая в условиях революционного времени и дезорганизации фронта и тыла, являлась дестабилизирующим фактором для обеспечения общественного порядка и безопасности на местах.

С.Е. Матвеев анализируя организационно-правовое становление милиции в приграничных районах Северо-Запада России, рассмотрел проблемы формирования органов внутренних дел после Февральской революции в Псковской губернии1. Он указывал, что во всех волостях стихийно возникали милицейские отряды, к концу марта только в одном Новоржевском уезде количество милиционеров составило 1 615 человек. Кроме того, правоохранительные функции выполняли солдатские команды или рабочие промышленных предприятий. Такая ситуация привела к дезорганизации охраны на местах и разгулу преступности.

К сожалению, до настоящего времени не представляется возможным показать четкую картину организационной структуры милиции Временного правительства, в том числе количество конной милиции на территории Северо-Запада России в марте - октябре 1917 г.

Более определенно мы можем говорить о деятельности конной милиции Петрограда в указанный период. Также мы знаем, что в Петроградской губернии в июле 1917 г. на уездных земских собраниях были установлены штаты уездных милиций и

денежное содержание служащих милиции. Например, в Лужском уезде

2

предложили набрать 15 конных и 15 пеших милиционеров .

К началу 1917 г. в Петрограде находились следующие коннополицейские формирования: Петроградский жандармский дивизион и 6 отделений конно-полицейской стражи. Дивизион комплектовался новобранцами, проходившими действительную военную службу, поэтому он

3

являлся скорее военной частью, выполнявшей полицейские функции . Конно-полицейская стража, образованная в 1898 г., состояла из

профессиональных полицейских. Штатный состав стражи к осени 1916 г. был [68] [69] [70]

увеличен до 427 человек1 (в 1898 г. она насчитывала 150 городовых и 30

2

конюхов, в 1906 г. - 300 городовых и 60 конюхов ).

После свержения самодержавия вся правоохранительная система царской России подлежала расформированию. Реорганизация коснулась и конной полиции, это было связано с тем, что она проявила себя как реакционная сила во время разгона демонстраций и уличных шествий. Конные городовые вызвали ненависть даже у военных. Во время февральских событий солдаты Павловского полка убили одного конного стражника, а казаки стреляли по конной полиции, когда она пыталась

3

разогнать незаконный митинг у памятника Александру III . В это же время неуправляемая толпа грабила Арсенал, вынося связки винтовок и патроны. На Кирочной улице несколько штатских в котелках и фетровых шляпах, с перекинутыми через плечо пулеметными лентами, разъезжали на лошадях из

4

конюшен жандармского дивизиона .

По мнению английского ученого, разгромив полицейские участки и тюрьмы, толпы народа захватили около 40 000 ружей и 30 000 револьверов[71] [72] [73] [74] [75]. Также и у зарубежных историков можно найти описания действий конной полиции против демонстрантов на улицах Петрограда и нежелания казачьих частей идти против народа. Наиболее часто приводится случай, когда конный полицейский, при попытке отнять красный флаг у демонстранта или просто при попытке разогнать толпу, был убит казаком[76].

Во время февральских событий начальник Петроградского военного округа С.С. Хабалов собрал в здании градоначальства совещание, на котором присутствовали генерал-майоры А.П. Балк, К.И. Глобачев, Казаков, директор

Департамента полиции А.Т. Васильев и командиры различных военных частей1. Целью этого собрания была выработка мер для водворения порядка в столице, в частности А.П. Балк обратил внимание собравшихся на нежелание казаков участвовать в подавлении сопротивления демонстрантов. Полковник Троилин - командир казачьего полка - объяснил, что его подчиненные просто не имеют опыта в таких делах, а их лошади не приучены ездить по тротуарам и узким улицам, кроме того, у казаков не было нагаек, без которых нельзя эффективно действовать против

митингующих. С.С. Хабалов приказал немедленно выдать каждому казаку по

2

50 копеек для покупки нагайки . Однако, как показали дальнейшие события, казаки не только не стали активнее разгонять демонстрантов, но и противодействовали конной полиции и жандармам в их действиях против возбужденных толп.

Таким образом, вместе с ликвидацией корпуса жандармов и Департамента полиции была расформирована и конная полиция и жандармский дивизион, поскольку они проявили себя как реакционная сила во время разгона демонстраций и уличных шествий.

1 марта городская дума сформировала Управление городской милиции. Первым его начальником стал гласный думы архитектор Д.А. Крыжановский, под управлением которого находилась объединенная

3

городская и рабочая милиции Петрограда . Поскольку милиция рассматривалась как муниципальный орган, подчиненный городскому управлению, то в первые дни ее возникновения перед ней встала острая проблема, связанная с вопросом подчиненности. Таким образом, в условиях переходного периода начальнику милиции Д.А. Крыжановскому пришлось [77] [78] [79] заниматься не только налаживанием непосредственной работы нового органа, связанной с охраной порядка и безопасности, но и пытаться гасить противоборство городских и рабочих комиссариатов в рамках одной структуры. Кроме того, из-за отсутствия четкой системы подчиненности возник конфликт между градоначальником, профессором В. Юревичем, представлявшим МВД и Д.А. Крыжановским, выражавим интересы городской думы \ Принцип децентрализации и выборности чинов окончательно одержали верх, что привело к потере начальником милиции

реальной власти над ситуацией в городе и дальнейшей дестабилизации в

2

сфере охраны порядка и обеспечения безопасности . К 19 марта в городе уже функционировали 85 милицейских «центров», из которых 20 находились под

з

контролем рабочей милиции, а остальные - городской .

1 мая 1917 г. власти города утвердили Временное положение «Об устройстве и составе Петроградской городской милиции»4 и разработали новые штаты правоохранительных органов, однако количество милиционеров-кавалеристов в них определено не было. До Октябрьской революции власти города начали формирование только двух отделений конной милиции.

В июне 1917 г. для нового штата сотрудников правоохранительных органов в Петрограде была разработана специальная форма с фуражкой «мореходного образца»5. На левом рукаве крепился щит белого цвета с буквами «Г. М.», а на правом - шеврон красного цвета для рядового состава милиции. Летом 1917 г. данный проект поступил в городскую управу для окончательного утверждения, а в октябре в газете «Петроградский листок» [80] [81] [82] [83] [84] опубликовали ее описание1. Тем не менее, новая форма не получила широкого применения, за исключением использования нарукавных шевронов.

В марте 1917 г. начальником конной милиции, которая должна была заменить конно-полицейскую стражу, назначили корнета Мезенцева, который, используя подложные документы, выдал себя за офицера конного полка[85] [86] [87]. Как писал З.С. Кельсон, у корнета оказалось «темное прошлое», из-за которого он был впоследствии арестован, а новым начальником конного

3

подразделения стал прапорщик Кондауров , который осенью 1917 г. числился уже корнетом и командиром первого отделения конной милиции.

Так же как и конно-полицейская стража, конная милиция Временного правительства входила в состав резерва милиции и подчинялась его начальнику. К сентябрю 1917 г. весь личный состав Петроградской городской конной милиции состоял из 86 человек, которые были вооружены 47 револьверами и 47 шашками на всех[88].

Первое отделение находилось в Петроградском районе города. По имеющимся в нашем распоряжении данным, можно предположить, что к октябрю 1917 г. в нем осталось 23 милиционера. Командовал этим отделением корнет Кондауров[89]. Из данной части присылали лошадей для комплектования второго отделения, например, в сентябре было передано 15 голов, а в октябре - 7[90].

Второе отделение располагалось в Выборгском районе, его численность составила 63 человека. Все милиционеры были приняты на службу в период с мая по сентябрь 1917 г. (в мае - 17 человек, в июне - 14, в июле - 9, в августе - 12, в сентябре - 11). Почти 90 % личного состава отделения ранее проходил службу в различных кавалерийских частях и подразделениях. В отделении был очень высокий процент грамотных, почти все милиционеры-кавалеристы умели читать и писать \ Командовал этим отделением подпоручик А.А. Крживицкий2. Конский состав отделения к

3

октябрю 1917 г. состоял из 50 лошадей (48 строевых и 2 обозных) .

К концу лета 1917 г. ухудшилось снабжение Петрограда продовольствием и предметами первой необходимости. Почти полностью прекратилось обеспечение милиции обмундированием. К концу сентября 1917 г. в отделении на весь личный состав имелось всего 12 шашек и 14 револьверов4, в связи с осложнением политической обстановки в столице, 19 октября было выдано с хозяйственного склада милиции 28 револьверов «Наган» и 350 патронов5. Несмотря на тяжелое положение в городе с доставкой продуктов, ввиду угрозы возникновения общественных беспорядков, власти Петрограда смогли изыскать средства, чтобы, начиная с 15 октября 1917 г., увеличить нормы кормов для лошадей милиции6.

В стране назревала новая революция. Групповые волнения стали перерастать в акты насилия и грабежа. Как вспоминал один петроградский

7

чиновник: «Милиция блещет своим отсутствием» . На вокзалах и в городе наплыв дезертиров и пьяных матросов. Простые обыватели не доверяли ни военным патрулям, ни правоохранительным органам, так как нередки были [91] [92] [93] [94] [95] [96] [97] случаи, когда сами защитники правопорядка нарушали закон. В народе стали с ностальгией вспоминать прежних городовых, противопоставляя их социально опасным милиционерам[98]. Низкий уровень доверия населения к действиям сотрудников милиции очень часто приводил к тому, что милиция была не в силах остановить беспорядки и сама подвергалась избиениям. В этих условиях незаменимой оказывалась конная милиция. Так, например, в конце августа в Коломенском районе города несколько раз вспыхивали беспорядки, которые сопровождались погромами магазинов. Владелец одного из них был убит. Пешие патрули оказалась бессильны что-либо сделать. В.И. Мусаев в своем исследовании привел следующий пример: «Толпы погромщиков были рассеяны нарядами конной милиции. При помощи конной милиции пришлось пресекать в начале сентября беспорядки в районе Апраксина рынка, когда была совершена попытка погрома лавок, и в Спасском районе, когда на Горсткиной улице били окна магазинов и лавок...»[99] [100] [101]. Также всадники-милиционеры принимали участие в оцеплении чайной «Веселая долина», двух облавах в саду театра «Олимпия» и Александровском рынке, присутствовали при выселении лиц, захвативших

3

дом в Лесном .

В сентябре 1917 г. из первого отделения уволили 24 человека за нежелание выполнять приказы начальника[102]. Тем не менее, 25 октября 1917 г., г., когда возникла серьезная угроза падения старой власти, для защиты градоначальства был вызван отряд милиции в количестве 50 всадников. Однако конная милиция отказалась участвовать в подавлении революции и в полном составе ускакала в свои казармы[103].

С победой Октябрьской революции в стране утвердилась новая форма правления - диктатура пролетариата, выразителем которой стали Советы. В условиях продолжавшейся войны, саботажа чиновников, экономического упадка, разрушения старого государственного аппарата, одной из главных задач, требующих немедленного разрешения, стала проблема обеспечения и поддержания общественного порядка в новом советском государстве. 28 октября 1917 г. первый нарком внутренних дел советского правительства А.И. Рыков утвердил постановление НКВД «О рабочей милиции» \ Он пробыл в этой должности несколько дней (с 26 октября по 4 ноября 1917 г.) и оставил свой пост вследствие несогласия с политикой ЦК и В.И. Ленина. Несмотря на такой незначительный срок при нем был введен в действие один из важнейших документов, который стал первым законодательным актом, положившим начало организации нового правоохранительного органа советского государства (эта дата до сих пор празднуется в России как День милиции / полиции). В нем не были определены ни структура, ни порядок комплектования, ни компетенция вновь создаваемой милиции. Вся ответственность за ее создание возлагалась на Советы рабочих и солдатских депутатов. Рабочая милиция на первом этапе рассматривалась как временная организация, которую впоследствии должна была заменить всеобщая милиционная повинность всех трудоспособных граждан. Поскольку в постановлении от 28 октября 1917 г. не были определены организационные формы рабочей милиции, то в первые месяцы советской власти ее функции выполняли различные вооруженные формирования трудящихся. Из них самыми распространенными были отряды Красной гвардии, кроме них в различных регионах России порядок обеспечивали караульные отряды, крестьянские и охранные дружины, отряды охраны и порядка и т.д. 1

Главное Управление по делам милиции было ликвидировано согласно приказа № 2 НКВД от 14 декабря 1917 г.1 Процесс ликвидации старой милиции затянулся. Советское правительство не торопилось создавать новую структуру, так как считало, что в условиях нового времени штатная милицейская организация не нужна, достаточно ввести милицейскую повинность для всего мужского населения страны.

До Октябрьской революции в состав МВД Временного правительства входило ветеринарное управление, которое также подлежало

расформированию, а вместо него, в декабре 1917 г. при НКВД было

2

образовано управление по ветеринарной части . Ветеринарные службы в 1918 г. функционировали не только в системе НКВД РСФСР, но и в других ведомствах: наркомате по военным делам, наркомпроде, наркомземе, наркомтруде, наркомате путей сообщения и ВСНХ. Они отвечали за

з

деятельность ветеринарной части только в своем ведомстве . В 1919 г. такое многообразие служб было упразднено Декретом СНК «Об объединении управления ветеринарной частью РСФСР», в соответствии с которым все ветеринарное дело, как в центре, так и на местах, за исключением военного ведомства, передавалось в ведение наркомата земледелия РСФСР[104] [105] [106] [107]. Таким образом, в первые годы советской власти ветеринарная часть, в отличие от дореволюционного периода, вышла из подчинения органов внутренних дел и в дальнейшем ее деятельность была связана с наркомземом РСФСР.

Советская конная милиция на Северо-Западе России появилась в ноябре 1917 г., когда в Петрограде начался процесс преобразования правоохранительной системы города, который, после создания Союза

Коммун Северной области распространился на территорию 8 губерний указанного региона.

27 октября 1917 г. состоялось общее собрание милиционеров- кавалеристов второго отделения, на котором было приято решение о снятии со своих постов начальника городской милиции Иванова и начальника Резерва Требезова «ввиду неисчислимых противозаконных и подсудных поступков»1. 14 ноября 1917 г. газета «Правда» напечатала резолюцию конных милиционеров Петрограда о том, что они отказались принять участие в подавлении революции и требуют отстранить от должностей своих начальников, которые являлись приверженцами Временного правительства и поддерживали его своими действиями[108] [109] [110].

19 ноября 1917 г. Петроградский Военно-революционный комитет (ВРК) организовал комиссию при Петросовете по реорганизации охраны

3

столицы . При каждом районном Совете следовало сформировать отряды гвардейцев местной охраны, которые набирались по рекомендациям от партийных или общественных рабочих организаций. Для каждого района предлагалось создать резерв, который должен был состоять из: самокатчиков, конницы, пулеметчиков и прислуги на броневики. Причем самокатчики и конные гвардейцы в спокойное время использовались как рассыльные и вестовые[111]. Для каждого районного комиссариата наружной охраны рассчитали необходимое количество лошадей. Всего предстояло закупить 576 голов конского состава. На содержание 1 лошади выделили 250 рублей в месяц, на все поголовье - 144000 рублей[112]. Однако от данного проекта пришлось отказаться вследствие отсутствия необходимого количества лошадей и фуража.

30 декабря 1917 г. Петросовет постановил о полной ликвидации милиции Временного правительства к 30 января 1918 г.1. Судьба уголовного розыска, речной и конной милиции должна была решаться отдельно[113] [114] [115].

26 января 1918 г. в Смольном состоялось совещание, на котором рассматривался вопрос о реорганизации милиции. Главный Комитет по охране города отвечал за организацию общего оперативного резерва, который можно было бы использовать в экстренных ситуациях. Для этой цели было принято решение оставить в прежнем составе конную милицию

3

города . Ее организационная структура осталась прежней. Она состояла из двух отделений, которые располагались в Петроградском (первое отделение) и Выборгском (второе отделение) районах города.

В августе 1918 г. в первом отделении конной милиции осталось 79 человек, из которых 31 % приходится на долю тех, кто начал службу в рядах старой милиции Временного правительства, а 69 % поступили в конную милицию с марта 1918 г. Из 79 человек списочного состава 65 - демобилизованные солдаты, а 14 - лица разных специальностей: трое служащих на заводе, четверо извозчиков, трое рабочих, конюх, сапожник и истопник. В отделение принимали по рекомендации партийного комитета той военной части, где раньше служил боец, или местного Совета.

Возрастной состав отличался большим разнообразием: от 17 до 54 лет. В строевом отношении отделение состояло из командира и трех командиров взводов[116]. В декабре 1918 г. в отделении осталось 60 человек[117].

Во втором отделение к августу 1918 г. числилось 47 человек, из которых 15 % начали службу в милиции Временного правительства, а 85 % пришли в отделение после марта 1918 г. Из этого количества, 32 милиционера являлись демобилизованными солдатами, а 13 человек имели следующие профессии: двое служащих, четверо рабочих, двое поваров, четверо красногвардейцев, один «находился при родителях», а еще у двоих профессия не указана. Все милиционеры-кавалеристы имели возраст от 17 до 38 лет1.

Все вновь принятые в милицию должны были предоставить рекомендацию от военных частей, профсоюзных комитетов или партийных органов.

Большой процент зачисленных в конную милицию с марта 1918 г. связан с тем, что в этом месяце Комиссариат по внутренним делам Петроградской трудовой Коммуны утвердил Положение об охране Петрограда, с которого началось планомерное создание милиции города[118] [119] [120].

С первых дней советской власти районные Советы активно привлекали гвардейцев конной милиции для выполнения различных поручений. Они обеспечивали охрану порядка в городе, выставляли караулы у зданий местной администрации, развозили пакеты по советским учреждениям,

использовались как оперативный резерв и т.п.

Начавшаяся гражданская война и мобилизация не позволили закончить формирование милиции. Согласно телеграмме мобилизационного отдела Всероссийского Главного Штаба от 19 июля 1918 г. лица, состоящие на службе по охране Петрограда, подлежали призыву в армию на общих основаниях[121]. Приказ № 13 по Управлению Центральной Комендатуры революционной охраны Петрограда от 13 августа 1918 г. предписывал районным Комендатурам направлять всех милиционеров, призывного возраста на сборные пункты[122].

В декабре 1918 г. общее количество всадников в двух отделениях конной милиции достигло 138 человек1. Такое количество конных милиционеров было недостаточно для обеспечения потребностей Петрограда в мобильных правоохранительных силах, способных оперативно реагировать на различные противоправные действия.

С 23 ноября 1918 г. постановлением Совнаркома милиционерам предоставлялась отсрочка от призыва на 2 месяца с таким расчетом, чтобы ею пользовались не более 50 % призывников. В случае, если после 2 месяцев

не представлялась возможность призвать всех милиционеров, действие

2

отсрочки продлевалось еще на 4 месяца . Этой мерой советская власть пыталась изменить ситуацию с катастрофической нехваткой сотрудников милиции в стране.

Проблема обеспечения конским составом также стояла очень остро. Количества лошадей было недостаточно для обеспечения нужд милиции города. Комиссар второго отделения конной милиции (Выборгский район) неоднократно обращался в Исполком Совета Выборгского района с просьбой о получении новых коней, так как в отряде находились в основном старые и больные лошади, которые не могли нести службу. Выборгский Совет обратился в 9-й Запасной кавалерийский полк с предложением выделить для милиции 50 голов. Поскольку военная часть сама нуждалась в конском составе, то не смогла помочь с укомплектованием милиции необходимым

3

поголовьем . Летом 1918 г. во втором отделении осталось 34 лошади, включая обозных и больных. Хотя власти города ввели с 1 сентября 1918 г. новое штатное расписание для лошадей конного отряда Выборгского района в количестве 130 голов, однако их реальная численность не превысила 31[123] [124] [125] [126].

Данных о конском составе первого отделения в указанный период до настоящего времени обнаружить не удалось, поэтому сказать что-либо определенное по данному вопросу вплоть до весны 1919 г. не представляется возможным.

10 марта 1918 г., в связи с переездом из Петрограда в Москву ВЦИК и СНК, Петросовет принял решение о создании Совета Комиссаров Петроградской Трудовой Коммуны (ПТК)1. К апрелю 1918 г. были организованы основные комиссариаты ПТК, в том числе и Комиссариат по внутренним делам. Однако данная структура органов управления Коммуной

просуществовала только до создания СКСО, а большая часть ее

2

комиссариатов была реорганизована в комиссариаты СКСО . Его появление связано со стремлением советского правительства ускорить процесс формирования и укрепления власти Советов на местах, так как в этот период центральный государственный аппарат еще не мог быстро распространить

3

свое влияние на всю территорию страны .

Процесс централизованной организации советской милиции на территории Северо-Запада России начался с образования Союза Коммун, который был создан 26 - 29 апреля 1918 г. во время работы I Съезда Советов Северной области. На этом Съезде избрали руководящий орган (ЦИК), который образовал областной Совет комиссаров. Первоначально в состав СКСО вошли 6 губерний (Архангельская, Вологодская, Новгородская, Олонецкая, Петроградская, Псковская), с июня 1918 г. - еще 2 губернии (Северо-Двинская и Череповецкая). Все руководящие органы Союза Коммун находились в Петрограде, в т.ч. и Комиссариат по внутренним делам (КВД)[127] [128] [129] [130].

6 июня 1918 г. открылся I Съезд представителей от губернских исполкомов северных губерний при Комиссариате по внутренним делам. Он положил начало связи центра (Петрограда) с совдепами Северной области \

КВД СКСО подразделялся на 4 отдела: отдел наружной охраны, отдел советского управления, экономическо-хозяйственный отдел и отдел общих дел. Каждый из отделов подразделялся на подотделы.

В ведении отдела наружной охраны находились вопросы, связанные с охраной Северной области. Он разрабатывал однотипные проекты охраны правопорядка для всех северных губерний. Все комиссариаты должны были ввести одинаковую систему охраны на территории Союза Коммун. Штаты дружинников набирались совдепами только после предоставления рекомендаций от общественных, политических и советских организаций. Все должности по охране порядка являлись платными. Советы представляли смету расходов на содержание охраны в КВД, который выделял необходимые денежные средства и контролировал деятельность комитетов охраны[131] [132].

В июле 1918 г. Отдел Наружной охраны при Комиссариате внутренних дел разослал по всем губерниям запросы, в которых требовал сообщить, как обстоит дело с организацией наружной охраны на местах. Предлагал прислать штаты и сметы, необходимые для содержания милиции в данной губернии[133]. Согласно полученным данным, в 303 волостях Союза Коммун обеспечивала общественный порядок милиция, в 35 - Красная армия, в 114 - добровольные дружины, а в 67 волостях охрана не была организована[134].

Следовательно, перед КВД Союза Коммун стояла сложная задача унифицировать структуру правоохранительных органов на всей территории

СКСО и наладить работу местных отделов охраны. Решение данной задачи встретило большие затруднения, причиной которых являлось

несвоевременное финансирование местных отделов, тяжелое материальное положение милиционеров, недостаток оружия, обмундирования, снаряжения, и т.д.

Организация местных управлений милиции в Петроградской, Псковской, Новгородской губерниях началась с конца июня 1918 г. К организации отделов охраны Олонецкой, Череповецкой, Вологодской губерний приступили в конце июля, а Северо-Двинской и Архангельской - с 1 августа 1918 г.1

Областной Комиссариат Труда утвердил ставки окладов для сотрудников правоохранительных органов на территории СКСО. Милиционерам Петрограда назначили заработную плату в 620 рублей в месяц, для старших милиционеров - 660 руб. Для милиционеров других территорий ставки выработали на основании определенного процентного уменьшения по отношению к окладам Петроградской милиции. Меньше всего - 400 руб. должны были получать сотрудники Вологодской, Псковской и Череповецкой губерний. Однако данное денежное содержание являлось недостаточным, и управление милиции пыталось решить эту проблему путем обращения в Комиссариат Труда о пересмотре данных ставок[135] [136] [137].

На Съезде заведующих наружной охраной города Петрограда, губерний и городов на территории СКСО, который проходил в Петрограде с 5 по 9 сентября 1918 г. был поднят вопрос об организации конной милиции в губерниях Северной области. Съезд постановил, что нужное количество

з

лошадей КВД приобретет через Комиссариат по Военным делам . С этого времени можно говорить о начале процесса формирования конной милиции на территории СКСО. Наряду с этим Съезд утвердил «Инструкцию внутренней службы дружинников СКСО», «Положение об ответственности дружинников наружной охраны за нарушение порядка и дисциплины, за проступки и преступления на службе и вне службы», права и обязанности дружинников на территории СКСО, «Обязанности дежурных дружинников, их помощников и дневальных на территории СКСО», форму одежды дружинников на территории Союза Коммун и т.д.

В «Обязанности дежурных дружинников, их помощников и дневальных на территории СКСО» была включена отдельная глава, посвященная обязанностям дежурных по конюшне, которые состояли в следующем:

1. Дежурный по конюшне подчинялся старшему по команде дружиннику и имел в своем подчинении несколько дневальных.

2. Обязан был знать «наличное и расходное число лошадей: строевых, обозных и больных».

3. Наблюдать за тем, чтобы возвратившиеся после работы лошади были зачищены и не получали ни овса, ни воды до приказа.

4. Следить, чтобы все снаряжение находилось в «исправности и чистоте» на своих местах.

5. Немедленно докладывать дежурному о заболевших лошадях и вызывать ветеринарного фельдшера.

6. Не позволять никому выводить лошадей из конюшни без «своего ведома», а ночью - без записки начальника команды или старшего дежурного.

7. Не допускать в конюшню посторонних.

8. Не разрешать никому курить в конюшне или разводить огонь.

9. В случае пожара вывести лошадей в безопасное место и сообщить начальнику отряда и в ближайшую пожарную часть.

10. Следить, чтобы в конюшне были полные бочки воды1.

Обмундирование для дружинников конной и пешей милиции имело ряд различий. Форма одежды состояла из черной суконной фуражки военного образца с козырьком. По верхнему краю околыша нашивалась красная тесьма шириной 1 сантиметр, на околыше крепилась металлическая бляха в виде кокарды с личным номером. Мундир представлял из себя рубаху защитного цвета с четырьмя карманами, по воротнику и обшлагам также нашивалась тесьма красного цвета. На левом рукаве рубашки имелась повязка желтого цвета с черными буквами: Н.О. (наружная охрана), личным номером и печатью Отдела наружной охраны. Для конных дружинников вместо красной тесьмы на околыше фуражки, вороте и обшлагах рубашки нашивалась зеленая. Обувь была произвольного образца: для пешей милиции использовались сапоги или ботинки с гетрами/обмотками; для конной - сапоги с привязанными шпорами. Вооружение включало револьвер «Браунинг» или 3-х линейный карабин и бебут, для конных дружинников - шашка на плечевой портупее[138] [139] [140].

Однако данное обмундирование не успело получить широкого применения, так как в ноябре 1918 г. Коллегия НКВД РСФСР утвердила

3

новую единую форму советской милиции на всей территории Республики . Следует отметить, что она была одинаковой как для пешей, так и для конной милиции и не имела видимых различий по родам войск. 25 ноября 1918 г. Главное Управление советской рабоче-крестьянской милиции дало распоряжение Центротекстилю о срочном изготовлении 10 000 комплектов обмундирования для сотрудников милиции по новому образцу к 15 января 1919 г.[141]

19 сентября 1918 г. Отдел наружной охраны КВД направил во все губернские отделы охраны телеграммы, в которых предписывал представить точные сведения о количестве конных дружинников, лошадей и конского снаряжения, необходимых для обслуживания территории губернии, а также указать наличный состав людей и лошадей и количество имеющегося конского снаряжения1. Следом было послано разъяснение об основных принципах организации конных отрядов милиции на местах[142] [143].

Конная милиция создавалась двух видов: волостная - в каждой волости по 1 конному милиционеру и конный резерв - в городах при уездных управлениях милиции. Волостные конные милиционеры при необходимости могли нести службу не при волости, а в конном отряде при уездном городе. Численный состав конного резерва не должен был превышать половины всех городских милиционеров, которые набирались из расчета 1 милиционер на 400 - 500 жителей. Для снабжения конных отрядов лошадьми начальники уездных милиций имели право, по соглашению с местными военными комиссариатами, прибегать к реквизиции лошадей у местного населения.

Каждая губерния, входящая в состав Союза Коммун, прислала в Петроград данные о процессе создания правоохранительных органов на местах, в том числе и информацию о наличии конных отрядов милиции в губернии.

Для Петроградской губернии требовалось 222 конных дружинника. Эта цифра рассчитывалась следующим образом:

- 1 конный дружинник на волость, что составляло 172 человека,

- 2 конных дружинника на уездный город - 10,

- 5 конных дружинников на уезд - 40.

Причем отмечалось, что Ямбургский и Новоладожский уездные отделы обеспечены конским составом в полном объеме. Ямбургский уезд имел 18 конных милиционеров (в г. Ямбурге - 5 человек). Новоладожский - 25 конных милиционеров (в г. Новой Ладоге - 5 человек)1. Из доклада «Об организации Наружной охраны при Петроградской губернии» от 22 ноября 1918 г., мы можем увидеть, что в других уездах губернии организация наружной охраны находилась в стадии формирования[144] [145] [146].

Таким образом, в Петроградской губернии оказались обеспеченными конским составом только 2 уезда. Причина такого положения крылась в острой нехватке лошадей и проблеме обеспечения их фуражом. С 26 мая 1918 г., в целях снабжения красной армии конским составом, началась принудительная закупка лошадей в Петрограде, Петергофском,

з

Царскосельском уездах и Новгородской губернии .

В рассматриваемый нами период различные территории Псковской губернии, включая Псков, оказывались занятыми германскими войсками (с марта по ноябрь 1918 г.).

Первый конный отряд милиции был образован в августе 1918 г. в Великих Луках, к октябрю 1918 г. он насчитывал 54 человека[147]. На Съезде председателей уездных Советов Псковской губернии, который проходил 11 сентября 1918 г., было отмечено, что опыт организации конной милиции является успешным. На основании данного заключения, Съезд указал на необходимость сокращения пешей милиции за счет увеличения конной[148].

Согласно разработанному проекту, штатная численность Псковской губернской милиции в 8 уездах (Великолукском, Новоржевском, Опочецком, Островском, Порховском, Псковском, Торопецком и Холмском) должна была определяться следующим образом: 413 пеших милиционеров, 83 человека - конный резерв и 123 - волостные конные милиционеры (по

количеству волостей в губернии)1. В наличии на всю губернии имелись 50 лошадей и 27 седел с конским снаряжением.

Так, в соответствии с проектом нового штата Псковской уездной советской рабоче-крестьянской милиции в городе предполагалось образовать

конный резерв в количестве 21 человек. На приобретение лошадей и седел

2

Управление выделило 40 000 рублей .

Конная милиция Новоржевского уезда состояла из 23 всадников, из которых при каждой волости находилось по 1 человеку - 15 и конный резерв - 8 человек в г. Новоржеве. У населения закупили 23 лошади «из числа

3

непригодных к несению военной службы» .

Конный резерв Островского уезда состоял из 12 человек, а в волостях

s: 4

находилось 6 конных милиционеров .

Осенью 1918 г. при организации Порховской конной милиции основное внимание уделялось снабжению милиции лошадьми и необходимым количеством седел и уздечек. Отдел Наружной Охраны указывал, что вследствие формирования новых военных частей, конское снаряжение для конной милиции предоставить нельзя, поэтому милиция должна приобрести необходимую конскую амуницию за свой счет или изготовить ее «хозяйственным способом на месте»[149] [150] [151] [152] [153].

В ноябре 1918 г. был утвержден распорядок содержания лошадей в Великолукском отряде конной милиции: 6 часов утра - чистка лошадей и конюшен, 7 часов - дача сена, 8 часов - поение и кормление овсом, с 9 до 11 часов - занятия, 11 часов 30 минут - дача сена, 12 часов 30 минут - водопой,

с 13 до 16 часов - занятия, 16 часов - чистка лошадей, 17 часов 30 минут - поение, 18 часов - кормление1.

Всего до конца 1918 г. на формирование конных отрядов милиции

2

Псковской губернии КВД СКСО выделил 203 940 рубля .

Для комплектования конной милиции Вологодской губернии были затребованы 91 лошадь, столько же седел и уздечек (для г. Вологды - 30 лошадей, для Тотьмы, Кадникова, Грязовца, Вельска - по 15 голов). Губернское Управление наружной охраны Вологодской губернии дополнительно просило прислать хомут, седло, дугу, вожжи, шлею, санки,

3

пролетку, 91 попону, 30 щеток и скребниц .

В Новгородской губернии к октябрю 1918 г. конная милиция имелась только в трех уездах: Валдайском - 3 человека, в Старорусском - 9, в Маловишерском - 1[154] [155] [156] [157]. Общее количество сотрудников правоохранительных органов составило 427 человек. В докладе Боровического управления советской рабоче-крестьянской милиции было отмечено, что пешая милиция не в состоянии водворить порядок в губернии. Для более продуктивной и оперативной ее деятельности необходимо создать конную милицию[158].

Новгородское Губернское управление милиции утвердило штатное расписание для каждого уезда отдельно, в соответствии с которым вся милиция губернии должна насчитывать 735 сотрудников. Из этого количества на долю конных милиционеров приходилось около 20 %, распределялись они по уездам следующим образом:

Сведения о количестве конных милиционеров, необходимых для поддержания порядка на территории Новгородской губернии 1918 г.

Табл. 1*

города и уезды Новгородской губернии конный резерв при начальниках милиции конный резерв при районах
1. Бологовский уезд 5 12
2. Боровический уезд 10 9
3. Валдайский уезд 5 9
4. Демянский уезд 5 9
5. Крестецкий уезд 5 6
6. г. Любань 5
7. Маловишерский уезд 5 6
8. г. Новгород 10
9. Новгородский уезд 10 15
10. Старорусский уезд_____ ________ 10_______ ________ 12________
Итого: _______ 60_______ ________ 88________

*ГАНО Ф. Р-1579. Оп. 1. Д. 15. Л. 28 об. - 31.

На приобретение лошадей и конского снаряжения было затребовано у Новгубисполкома 1 184 000 руб.1

Формирование советской милиции в Олонецкой губернии началось летом 1918 г. Охрану общественного порядка и безопасности осуществляли дружинники, которые получали за свою службу жалованье, и мужское население Карелии в возрасте от 18 до 40 лет, в качестве обязательной и бесплатной повинности.

В губернии не было конной милиции, однако многие дружинники

имели собственных лошадей, поэтому в Вытегорском уезде предложили

2

назначить их конными милиционерами . К концу 1918 г. Главное управление Олонецкой губернской милиции начало создавать конные отряды в ряде уездов. По смете расходов на январь 1919 г. в Олонецком уезде числится 6 [159] [160]

всадников, Вытегорском - 30, Повенецком - 20, Лодейнопольском - 15, на балансе управления находились 74 лошади1.

В ноябре 1918 г. проведена реорганизация Череповецкой губмилиции. В отчете о ее деятельности указывалось, что конной милиции в губернии нет, за исключением Кирилловского уезда. Между тем необходимость ее создания диктовалась сложившимися обстоятельствами. Конные отряды обычно применялись там, где требовалась быстрота действий, для ликвидации восстаний, проведения следствий и разбору конфликтов в отдаленных местностях и т.д. Губернское управление милиции предлагало в уездах создать мобильные резервы по 15 конных дружинников, а в губернском городе - 30, таким образом, необходимо было закупить 90 лошадей с полной амуницией. Деньги на их содержание милиция получила.

Общий штат пеших и конных милиционеров предполагалось довести до 600

2

человек, в наличии имелось 448 милиционера .

Северо-Двинское Управление советской рабоче-крестьянской милиции начало функционировать с 15 сентября 1918 г., однако отсутствие денежных средств тормозило процесс организации правоохранительных органов в губернии. Главное Управление милиции Республики в декабре 1918 г.

3

предложило обратиться за кредитом в Губисполком .

Поскольку Северо-Двинская губерния находилась в прифронтовой полосе, то фактически все лошади были мобилизованы, поэтому если возникала необходимость, милиции приходилось обращаться в городскую биржу извозчиков. Губисполком полагал, что конная милиция в уездах и волостях не нужна по причине малочисленности населения. Для [161] [162] [163]

обслуживания территории губернии достаточно организовать конный отряд из 12 всадников, который должен располагаться в Великом Устюге1.

Что касается Архангельской губернии, то ее управление находилось в г. Вологде. Большая часть территории губернии была занята войсками белогвардейцев и интервентов. Вследствие этого, общее количество сотрудников милиции в Онежском, Шенкурском и Холмогорском уездах не превышало 25 человек[164] [165] [166].

Одной из важных проблем при организации конной милиции в губерниях была проблема обеспечения ее огнестрельным и холодным оружием. Например, для вооружения дружинников Новгородской губернии требовалось 147 винтовок кавалерийского образца и 7350 патронов; Вологодской губернии - 122 шашки, 168 винтовок и 5450 патронов; Олонецкой губернии - 30 револьверов с патронами и 30 шашек; СевероДвинскому подотделу наружной охраны было необходимо получить 100 винтовок, 5000 патронов, 150 револьверов и патроны к ним, 150 шашек; Архангельский губернский отдел просил прислать 100 револьверов, 100

з

винтовок, 100 шашек и патроны .

Проблему с обеспечением милиции оружием обострил Декрет СНК от 24 октября 1918 г., в котором говорилось о замене трехлинейных винтовок, винтовками других образцов (японского, австрийского, бердана и т.д).[167] Эта мера была направлена на снабжение Красной армии необходимым для нее оружием. Ситуация с перевооружением милиции осложнялась тем, что скорость изъятия трехлинейных винтовок опережала процесс их замены. Поэтому во многих губерниях милиция оказалась фактически обезоруженной.

Ситуацию с созданием правоохранительных органов на территории Союза Коммун наглядно показал «Отчет о деятельности Управления советской рабоче-крестьянской милиции» от 3 декабря 1918 г.[168] В нем было отмечено, что организация отделов наружной охраны на территории СКСО с самого начала встретила затруднения, связанные с недостаточным финансированием, плохим обеспечением дружинников питанием и обмундированием, отсутствием вооружения, снаряжения и лошадей для конной милиции. Общее количество человек, занятых охраной порядка на указанной территории, распределялось следующим образом: в г. Петрограде - 12 401 сотрудник, на территории восьми губерний обеспечивали

спокойствие 5 248 дружинников. Следовательно, существовал большой перекос в сторону численности сотрудников милиции г. Петрограда, в то время как в губерниях ощущалась острая нехватка кадров. Кроме того, особенно тяжело обстояло дело с конной милицией. По сведениям, полученным из Вологодской, Петроградской, Псковской и Череповецкой губерний им требовалось 609 кавалеристов, столько же лошадей, седел и другой амуниции. Отдел наружной охраны СКСО не мог удовлетворить данные требования, ввиду того, что в стране шла гражданская война и все годные для военной службы лошади были мобилизованы для нужд армии.

Таким образом, с начала 1918 г. на территории Северо-Запада России под руководством областных органов советской власти делались первые шаги по созданию правоохранительной системы. Заложенная в результате этой деятельности база послужила основой для дальнейшего формирования как конной, так и пешей милиции в этом регионе.

<< | >>
Источник: Ананьева Елена Сергеевна. Конная милиция Северо-Запада России: создание, организационная структура, деятельность. 1917 - 1925 гг.. 2014

Еще по теме § 1. Первые шаги по организации конной милиции на СевероЗападе России. 1917 - конец 1918 гг.:

  1. Введение
- Археология - Великая Отечественная Война (1941 - 1945 гг.) - Всемирная история - Вторая мировая война - Древняя Русь - Историография и источниковедение России - Историография и источниковедение стран Европы и Америки - Историография и источниковедение Украины - Историография, источниковедение - История Австралии и Океании - История аланов - История варварских народов - История Византии - История Грузии - История Древнего Востока - История Древнего Рима - История Древней Греции - История Казахстана - История Крыма - История науки и техники - История Новейшего времени - История Нового времени - История первобытного общества - История Р. Беларусь - История России - История рыцарства - История средних веков - История стран Азии и Африки - История стран Европы и Америки - Історія України - Методы исторического исследования - Музееведение - Новейшая история России - ОГЭ - Первая мировая война - Ранний железный век - Ранняя история индоевропейцев - Советская Украина - Украина в XVI - XVIII вв - Украина в составе Российской и Австрийской империй - Україна в середні століття (VII-XV ст.) - Энеолит и бронзовый век - Этнография и этнология -