§§311-317. Обязательственное право

§311. Все главные перемены, которые произошли в обязательственном праве настоящего периода, можно свести к двум общим причинам. Во-первых, сложность хозяйственных отношений вызвала, с одной стороны, расширение некоторых старых институтов и образование новых, а с другой - меры к ограждению лиц, которые не в состоянии были сохранить свободу действий под давлением этой сложности жизни.

§312. Стипуляция в настоящем периоде продолжает играть первостепенную роль в гражданском обороте. Уже в предыдущем периоде применимость, так сказать, эластичность этой формы была усилена дозволением употреблять некоторые новые формулы, кроме старинных цивильных. Однако не видно, чтобы, кроме этих новых формул, можно было употреблять какие-нибудь иные, по усмотрению контрагентов. В настоящем периоде допускается употребление каких угодно оборотов речи и на каком угодно языке, лишь бы он был понятен другому контрагенту*(1064).

§313. Contractus innominati. В 4-м периоде, под давлением все более развивающихся экономических отношений, появляется новый вид договоров, причисленных к цивильному праву и получивших в наше время название contractus innominati. Сущность всех договоров этого вида или, иными словами, causa obligandi состояла в том, что если между сторонами состоялось неформальное соглашение и одна из них исполнит то, что обещала, то другая уже становится юридически обязанной к исполнению своего обещания; например, некто обещался указать господину, где скрывается его беглый раб, а господин обещался дать ему за это денежное вознаграждение: если первый укажет место, где укрылся раб, то может взыскать с господина обещанное вознаграждение*(1065).

Содержание этих контрактов могло разнообразиться до бесконечности. Поэтому для всех их и не могло выработаться определенных терминов (отсюда и название innominati). Классические юристы группировали их таким образом, что подводили их по содержанию под четыре афоризма: do ut des, do ut facias, facio ut des и facio ut facias*(1066).

Из сказанного видно, что при возбуждении судебного спора и при составлении формулы в demonstratio нельзя было определить посредством юридического термина тот договор, из которого вытекало исковое притязание. Поэтому вместо demonstratio ставилась praescriptio, в которой описывалось содержание договора. Вследствие этой процессуальной особенности безыменные контракты назывались в классический период actiones praescriptis verbis (см. §210) или civilis in factum actio*(1067).

Безыменные контракты получили юридическую защиту впервые в начале империи, по-видимому, благодаря авторитету Лабеона, который относительно этой защиты высказывается еще с некоторой сдержанностью*(1068). Вероятно, не все четыре категории безыменных контрактов были признаны в римском праве одновременно, так как в Юстиниановых Дигестах сохранились места Павла и Ульпиана, из которых видно, что первый еще не признавал самостоятельного существования за договорами facio ut des, тогда как при втором они уже защищаются посредством actio praescriptis verbis*(1069).

Как уже было сказано, безыменные контракты были по содержанию своему бесконечно разнообразны. Мы приведем, кроме тех случаев, которые описаны в предыдущих примечаниях (с. 476, прим. 2 и с. 477, прим. 2 и §210, с. 331, прим. 2), еще два примера контрактов, бывших в большом употреблении и, вероятно, раньше других признанных за самостоятельные договоры.

1.

Во времена республики мену не отличали от купли. По-видимо му, Прокул первый провел это различие, которое затем было поддерживаемо прокулеянской школой против Сабина и его последователей, которые не хотели признать его. Юстиниан в своих институциях удостоверяет, что мнение Прокула возобладало*(1071).

2. Contractus aestimatorius. Он состоял в том, что кто-нибудь давал другому вещь для продажи за определенную цену, а этот последний обязывался или дать хозяину эту цену, или возвратить ту же самую вещь. Комиссионер мог извлечь из этого договора выгоду, если продавал вещь дороже, чем она была оценена хозяином.

Первоначально и этот договор не существовал, как самостоятельный: одни находили, что на основании его следует давать a. ex. vendito, другие a. ex. conducto, третьи a. ex. locato, четвертые a. mandati. Наконец, решили установить особый иск: actio aestimatoria praescriptis verbis*(1072).