<<
>>

Примеры

При записи вопроса (1) «Какова температура замерзания воды по Фаренгейту при нормальных условиях?» можно было бы употребить субъект (х — целое число И температура замерзания воды при нормальных условиях x°F). Здесь категорное условие «х — целое число» требует заполнения, и, заполняя эту лакуну, мы делаем вопрос более точным. С другой стороны, вопрос (12) содержит именные группы, которые навязывают субъекту форму (х — мальчик, у — девочка И х брат у). Впрочем, можно было бы предпочесть иной вид субъекта — категорно-свободный (х Ц х— мальчик amp; у — девочка amp; х брат у) и считать, что при таком субъекте мы лучше понимаем смысл вопроса.

Наша логическая схема не указывает ни на то, как ее нужно использовать, ни на то, какие формальные интеррогативы лучше всего передают значение данного вопросительного предложения естественного языка, и в этом отношении она сходна с формальной ассерторической логикой. Мы можем лишь предлагать приемлемые альтернативы и комментировать различия между ними. Например, первый из вышеуказанных субъектов определяет «меньшую» именную область, состоящую только из предложений вида b брат с, где Ъ — имя мальчика, ас — имя девочки, в то время как именная область второго из указанных субъектов включает в себя каждое предложение, порождаемое из категорного условия подстановкой вместо х и у произвольных имен, в том числе имен лошадей и диких гусей. Предпочтение одного субъекта другому определяется тем, что хочет спрашивающий узнать от отвечающего на вопрос.

Оквист [1965, 164] приводит пример «В какой стране находится озеро Ельмарен?» Наша точка зрения состоит в том, что субъект этого вопроса наиболее естественно представлять в виде (х — страна // озеро Ельмарен находится в х) с категорным условием х — страна, используя при этом в качестве именной категории, скажем, список имен стран, хранящийся в Национальном географическом обществе. Можно было бы также употребить и категорно-сво- бодную разновидность субъекта, представляя выражение х — страна как конъюнктивный член матрицы, а не как категорное условие, и тем самым допуская в качестве альтернативы что-то вроде «родина Акселя Хаерстрёма — страна, и озеро Ельмарен находится на родине Акселя Хаерстрёма». Знание, что эта альтернатива является истинной, еще, разумеется, не гарантирует ответа в интуитивном смысле на вопрос, однако, по мнению Оквиста, если к этому знанию добавить также указание о знании места, где родился Хаерстрём, то этого уже будет достаточно для ответа. Именно последнюю альтернативу он считает маркирующей правильный ответ и строит свою формализацию, опираясь на нее. Нам все-таки кажется, что мы увеличиваем гибкость своей эротетической системы, позволяя спрашивающему не учитывать требование, согласно которому имена, подставляемые вместо вопросительных переменных, должны обозначать индивидов, которые ему известны, так что спрашивающий может формулировать свой вопрос любым способом, вводя или не вводя в вопрос предложение знания. В первом случае он мог бы применить субъект, формальную запись которого можно найти у Оквиста: (х — страна amp; озеро Ельмарен находится в х amp; спрашивающий знает, что имеется в виду под х). При этом альтернатива, полученная в результате замены переменной х на имя lt;lt;родина Акселя Хаерстрёма» была бы ложной, если бы спрашивающий не знал родины Хаерстрёма [‡‡].

Труднее отыскать подходящий субъект для вопроса

  1. Каково значение положительного квадратного корня из TL?

Первое, что приходит в голову,— это использовать как матрицу выражение (х2=п) amp; (Жgt;0), и субъект бы получил запись (Сх //(х2=п) amp; (хgt;0)), но тогда какое ка- тегорное условие выбрал бы задающий вопрос для Сх? Возможна ситуация, когда он знает, что корень квадратный из я — это некоторое вещественное число, но не знает, что невозможно перечислить все вещественные числа.

В таком случае он, по всей вероятности, выберет категорное условие, именная область которого слишком узка и не содержит имени для кзадратного корня из я. Если это произойдет, отвечающему следует отклонить данный вопрос как не имеющий истинных ответов. С другой стороны, спрашивающий может неосторожно выбрать чересчур широкое категорное условие, в именную область которого входят термы типа ]/лГ В этом случае будут порождаться истинные, ко бесполезные ответы вроде «Квадратный корень из я есть квадратный корень из я».

Спрашивающему следовало бы уметь формулировать субъект, устанавливающий такие альтернативы, которые, как он считает, в случае их истинности будут информативными. Что же касается вопроса (20), то можно предположить, что на самом деле требуется вовсе не значение квадратного корня из я, а скорее его приближенное значение в виде десятичной дроби. Например, если трактовать вопрос

  1. как «Каково значение положительного корня из я с точностью до пятого десятичного знака?», то соответствующий субъект примет вид
  2. л; gt; 0amp; зу (#—-целое число amp;х = ух 10~5)//х2 ^ ^яlt;(л:+ 10-5)2.

Помимо всего прочего, это показывает допустимость использования для категорных условий обозначений точно такой длины, какую требует именная категория,— в данном случае выражения вида х0х1х2х3х4хб, где хй— целая часть десятичной дроби, а остальные х —десятичные знаки.

Вопрос

  1. Какие простые числа лежат между 10 и 20?

требует, чтобы субъектом было выражение

  1. (х — целое число // х — простое число между 10 и 20).

Возможно представление субъекта этого вопроса в виде (х— простое число // х лежит между 10 и 20), однако важно осознать, что не всегда целесообразно записывать весь субъект предложения естественного языка в виде категорных условий лексического субъекта интеррогатива. Дело в том, что, по определению, категорные условия заданы заранее как часть, входящая в определение языка наравне со словарными и грамматическими определениями. Придумывание нового категорного условия сходно с придумыванием нового слова или новой синтаксической конструкции и поэтому приводит к изменению в языке. Язык L, как было показано в разд. 1.0, допускает большую гибкость при создании новых категорных условий из старых и обладает ресурсами для образования категорного условия для каждого конечного множества имен {ai, . . ., ап\ посредством дизъюнкции (x—ai)\f . . .V (х=ап). Однако по отношению к произвольно заданному языку мы не можем строить категорные условия по своему усмотрению, так как они являются составной частью глубинной грамматики самого языка и подвержены изменению не более, чем другие грамматические признаки.

Далее, даже введя локальные соглашения, нельзя приписать интуитивному условию формальный статус категорного, если именная категория, определяемая из интуитивного условия, не является эффективно разрешимой. Например, нельзя в качестве субъекта вопроса «Какие теорвА мы исчисления предикатов первого порядка содержат ровнщ четырнадцать символов?'» использовать выражение (х —§ теорема исчисления предикатов первого порядка // х сот держит ровно четырнадцать символов), так как кандидат на роль именной области — множество всех имен, и толька имен (определенного вида), теорем исчисления предикатов) первого порядка — не является разрешимым.

Задать вопрос, субъект которого не определяет истинных альтернатив из-за конфликта между категориями условиями и матрицей, значит совершить категорную ошибку — понятие, обычно интересное лишь относительно множества «постулатов значений» и их эквивалентов. Так, задав вопрос Каковы рациональные корни уравнения х2=2? с подразумеваемым субъектом (х — рациональное число //*2—2), мы совершим категорную ошибку относительно стандартных арифметических допущений. В то же время эротетическая логика порождает еще одно понятие категорией ошибки. Другим, и наиболее интересным типом категорией ошибки будет ответ на вопрос предложением, очень похожим на одну из предоставляемых альтернатив, но в котором имена, замещающие переменные матрицы, будут неправильной категорией. Здесь допущена ошибка относительно вопроса. Например, ответ Треугольной не является добродетель является категорией ошибкой по отношению к вопросу Какая вещь не является треугольной? с субъектом (х — физический объект // х не является треугольным). Но та же самая реплика будет абсолютно допустимой альтернативой, если субъект является категор- но-свободным,— (х//х не является треугольным). Это еще раз подчеркивает гибкость наших определений.

Наша общая точка зрения на все эти примеры заключается в том, что мы не хотим отстаивать предлагаемые нами конкретные осмысления вопросительных предложений естественного языка на том основании, что такие предложения чаще содержат неоднозначные субъекты, чем однозна- ные; причем особенно часто неоднозначность возникает из-за возможности разных категорных условий. Мы хотим только отметить гілодотворность наших понятий и систем обозначений, точно и гибко формулируя предлагаемые прочтения вопросов. Стоит, видимо, особо подчеркнуть, что если вопросно-ответная информационная база данных четко сформулирована, то сама формулировка, как правило, служит адекватной категоризацией,, почти неизбежно приводящей к адекватному множеству категорных условий.

Так или иначе, хотя мы полагаем, что аппарат категорий способствует уяснению отдельных аспектов естественного языка, это не главное его достоинство. Его назначение как фрагмента полезной эротетической логики, гибкой и удобной в употреблении, состоит в том, что он обеспечивает спрашивающего необходимыми средствами контроля, с помощью которых тот может точно формулировать свои вопросы.

<< | >>
Источник: Н. БЕЛНАП, Т СТИЛ. ЛОГИКА ВОПРОСОВ И ОТВЕТОВ. МОСКВА - «ПРОГРЕСС», 1981. 1981

Еще по теме Примеры:

  1. Технологии брендинга (на примере анализа товарной категории «автомобили»)
  2. Примеры заданий и упражнений аналитико-синтетического характера
  3. Приведем примеры выполнения аналитико-синтетических упражнений.
  4. ВОКАЛ И_3 М СЛАБЫХ ФОРМ В ПРИМЕРАХ НА ДЕГРАДАЦИЮ а а и СОДЕРЖАЩИЕСЯ в НЕМ ДАННЫЕ ОТНОСИТЕЛЬНО индоевропейских а.
  5. Пример
  6. Противостояние личности и общности в традиционном обществе западноевропейского Средневековья (на примере биографии флорентийца Алессио Строцци)
  7. Структурно-стилистическая организация текстов (на примере речевого жанра «беседа»)
  8. ТЕОРИИ ИСЧЕЗНОВЕНИЯ БЕЗЛИЧНЫХ КОНСТРУКЦИЙ В ИНДОЕВРОПЕЙСКИХ ЯЗЫКАХ (на примере английского языка)
  9. ПРИМЕР ЗАДАНИЙ НА КОНТРОЛЬНЫЕ РАБОТЫ ПО ФИНАНСОВОМУ МЕНЕДЖМЕНТУ
  10. Примеры реального развития
  11. Примеры применения модели