<<
>>

Андре Мартине О КНИГЕ „ОСНОВЫ ЛИНГВИСТИЧЕСКОЙ ТЕОРИИ4* ЛУИ ЕЛЬМСЛЕВА [178]

В этой чрезвычайно насыщенной книге Луи Ельмслев из­лагает принципы своей лингвистической теории, которую он назвал глоссематикой. Мы отдаем должное глубине и оригиналь­ности его идей.

Мы разделяем его стремление подчеркнуть науч­ный характер лингвистических исследований. Мы высоко ценим многие его высказывания. Но мы должны задать вопрос —можно ли согласиться с автором, когда он предлагает полностью аб­страгироваться от всякой субстанции — и звуковой и семантиче­ской?

Когда мы, оглядываясь назад, обращаемся к лингви­стическим исследованиям, появившимся в период между двумя войнами, и пытаемся понять, в чем заключается их своеобразие по сравнению с исследованиями предшествую­щих периодов, мы прежде всего обращаем внимание на воз­росшее значение структуральной и функциональной точек зрения. Это, разумеется, не. значит, что наша эпоха яв­ляется свидетельницей полного и безоговорочного триум­фа структурализма и функционализма. В лингвистике применялись и по-прежнему продолжают применяться ста­рые традиционные методы, и во многих областях сопротив­ление новым веяниям (в частности, пассивное) до сих пор еще весьма значительно. Тем не менее структурализм и функционализм продолжают завоевывать признание даже в тех странах и тех областях, где им пришлось столкнуться с предубеждениями или с известным застоем мысли. Есть еще немало ученых, иногда даже хороших ученых, кото­рые представляют себе, будто можно путем одного лишь наблюдения познать природу изучаемого объекта во всей ее полноте и целостности. Они не замечают, что каждый раз можно охватить лишь один аспект, который видоизме­няется в зависимости от нашего подхода к объекту. Они не видят, что первым шагом любого научного исследования, которое хочет оправдать свое название «научный», должно быть точное определение той точки зрения, с которой бу­дут рассматриваться наблюдаемые явления. В данном слу­чае это значит, что до тех пор, пока явления речи и языка изучаются без применения определенного метода или при помощи случайного метода, неодинакового у разных иссле­дователей, нельзя говорить о лингвистике как о науке.

Лингвистика начинается тогда, когда с самого начала определяется принцип абстракции sui generis и устанавли­вается собственно лингвистическая точка зрения — тот единственный подход, который позволит обеспечить, с од­ной стороны, внутреннее единство науки о языке, а с дру­гой — ее особую автономию среди других наук, изучаю­щих человека.

Мы не будем подробно доказывать здесь, что функцио­нализм и структурализм не только не противоречат друг другу, но, напротив, предполагают друг друга. Скажем только, что рассмотрение языка как структуры, или, точ­нее, как совокупности структур, является прямым следст­вием классификации языковых фактов, осуществленной на основе их функций.

В фонологии была сделана первая сколько-нибудь серьез­ная попытка выделить, исходя из автономного принципа лингвистической функции, обширную категорию ЗЕуко- вых явлений или плана выражения. Различные психоло­гистические уклоны, которые могли в известной мере сбить фонологию с правильного пути, были не чем иным, как преходящим кризисом роста, и не помешали уже в 1931 г. дать строго функциональное определение фонемы [179]. Имен­но из этого определения фонемы родились в результате его широкого применения или как реакция на него все раз­личные тенденции структурализма, существующие в наши дни. Глоссематика, подлинным создателем которой являет­ся Луи Ельмслев, может в настоящее время рассматривать­ся как совершенно оригинальная дисциплина, независимая от всего, что было сделано до нее, за исключением работ де Соссюра. Но тем не менее глоссематика вначале представ­ляла собой определенную позицию нескольких датских лин­гвистов в отношении фонологии. Это явственно следует из доклада, помещенного в «Bulletin de la Societe de lingui­stique de Copenhague», II, 1934, p. 13 et suiv. Когда в 1935 г. в Лондоне Л. Ельмслев и Ульдалль изложи­ли перед учеными всего мира результаты своих исследова­ний в области языкового выражения, они, стремясь воз­можно полнее подчеркнуть оригинальный характер своей теории, старательно обходили молчанием вопрос о том, что связывает или, наоборот, что отличает их от ортодок­сальной фонологии. Но участники конгресса отнюдь не были обмануты. Впрочем, термин «фонематика», использо­ванный тогда двумя датскими лингвистами для обозначе­ния выдвигаемой ими теории, не оставлял никакого сомне­ния относительно того, кто были их предшественники.

Год спустя фонематика отжила свой век, ил и,точнее, вли­лась под названием сенематики в более широкую дисцип­лину — глоссематику. Сенематике — изучению единиц вы­ражения, или сенем (от гр. xbvoq «пустой»),— противостоит плерематика— изучение единиц содержания — плерем (от гр. тгЦр7і

<< | >>
Источник: В.А. ЗВЕГИНЦЕВ. НОВОЕ В ЛИНГВИСТИКЕ. Выпуск 1. ИЗДАТЕЛЬСТВО ИНОСТРАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ Москва • 1960. 1960

Еще по теме Андре Мартине О КНИГЕ „ОСНОВЫ ЛИНГВИСТИЧЕСКОЙ ТЕОРИИ4* ЛУИ ЕЛЬМСЛЕВА [178]:

  1. Андре Мартине О КНИГЕ „ОСНОВЫ ЛИНГВИСТИЧЕСКОЙ ТЕОРИИ4* ЛУИ ЕЛЬМСЛЕВА [178]