КАК СЛЕДУЕТ ОПИСЫВАТЬ ПРОНОМИНАЛИЗАЦИЮ?

Правила прономинализации, сформулированные в 60-е гг. Лангакером и др. (см. Langacker 1969), были трансфор­мационными правилами, учитывающими синтаксические связи внутри изолированного предложения.

(18) *Adam gorunce bir kizi pencereden atiadi.

человек увидя арт. девушка из-окна вы­

прыгнула

*’Ко г да человек увидел ее, какая-то девушка выпрыг­нула из окна’.

Если мы сравним (18) с предложением (19):

(19) Adam kendisinii gorunce, Ay§ei pencereden atiadi.

’Когда человек увидел ее, Айше выпрыгнула из окна’,

где левосторонняя прономинализация абсолютно нормальна, мы увидим, что недопустимость (18) обусловлена неопреде­ленностью именной группы.

Было бы более целесообразно рассматривать прономинали­зацию как явление текстового уровня, где выбор местоиме­ния зависит не только от синтаксических связей. На нижесле­дующей схеме показано, что выбор наименования для 3-го ли­ца может быть задан алгоритмически в зависимости от синтак­сических условий и обсуждавшихся выше факторов. В правом столбце перечислены правильные формы:

/kendisinY

[визвр.

г

не-возвр. I 1и

[ і план

*- контр.

не-І плані

Ьне-контр.

- возвр. (kendi) 1 kendin- /

конкретное I р эмф. Vv^F ^меС1у) kendisi

лицо

рвежл. ...(ИГ*in)... kendisi

1не-эмф.| рне-мест. ••• ИГ •••

-не-подч.

ДОП.

Р-ПОДЧ.

•контр. Ф

г II план о

L не-И плані .

> kendisi

[І план І

не-І план о

і-не-вежл.І

_гподл.|

1-мест.

1-не-вежл.1 г I план kendisi

Употребление специальных возвратных форм (посессив­ный суффикс -si может быть опущен, а перед корнем kendi-, оформленным суффиксом какого-либо падежа, может стоять несклоняемая форма kendi), за редким исключением, ограни­чено такими структурами, в которых местоимение является «управляющей» ИГ и «сопряжено» со своим антецедентом (см.

Возвр (атность) — синтаксическое понятие, и следующие две ступени — вежл (ивость) и эмф (аза) — более прагматиче­ские критерии, требуют kendisi вместе с ИГ и местоимением или без них. (Вежливость, конечно, тоже может быть выраже­на специальными прилагательными или существительными. Таким образом она может быть связана со следующей сту­пенью, не-мест (оимение).) Если ни одно из этих трех требова­ний не выполнено, то возможно употребление ИГ или одного из местоимений. На схеме не отражены причины того или иного выбора, поскольку в данной статье разбираются только те ситуации, когда говорящий уже решил, что ему необходимо или желательно употребить местоимение. В выборе на этом уровне участвуют факторы типа «первое упоминание о парти- ципанте» (часто передается «неопределенностью», ср. (18)), а также некоторые другие.

Мы различаем местоимения в функции подлежащего и дополнения, так как в турецком первое обычно опускается при некоторых условиях (на схеме это «не I план» и «не про­тивопоставление») . Как в позиции подлежащего, так и в пози­ции дополнения факторы II план — I план являются главными для выбора местоимения. Отметим, что синтаксические связи действуют вместе с этими факторами. В случае подчинения маркирован II план. Это иллюстрирует предложение (11). В случае неподчинения маркирован первый план (см. (10)).

В нашей работе рассматривается семантика турецкого ао­риста¹ , иногда назьюаемого также настоящим временем или muzari. Если не считать древнегреческого, аорист в языках мира редко становился предметом специального исследова­ния, и даже в древнегреческом ситуация не совсем ясна. Так, по Гудвину, «аорист выражает лишь тот факт, что действие произошло в прошлом, без каких-либо характерных для дру­гих времен ограничений типа указания на завершенность, дли­тельность, повторяемость этого действия и т.д.» (Goodwin 1889, с.

Если Гудвин прав, можно утверждать, что греческий аорист не чисто временная форма, а форма, играющая сущест­венную роль в видовой системе языка². Мы попытаемся по-

Feryal Y a v а §. The Turkish aonst. — «Glossy», v. 16, №1, 1982, pp. 40—53.

© Glossa Society, Dept, of languages, literature and linguistics. Simon Fraser University, 1982

казать, что в турецком языке аорист несет не столько времен­ную, сколько видовую и модальную нагрузку, и, следователь­но, интерпретация его исключительно как временной формы не совсем точна.